Глава 33

Спустя некоторое время после ухода императора

– Хия Сиана! – торжественно объявил дворецкий и широко открыл передо мной двустворчатые резные двери. Расправив плечи, я царственно вплыла в бальную залу. Надеюсь, со стороны мое появление выглядело именно так, а не как иначе. Не хотела давать Урвену лишний повод надо мной поиздеваться.

Двери за мной с оглушительным грохотом закрылись. Мышеловка захлопнулась. Нервы натянулись до предела. Мимоходом пришло осознание, что дворецкий неумышленно громко прикрыл дверные створки. Он сделал это ненарочно. Он торопился исчезнуть с глаз долой влиятельных гостей. Захотелось обернуться и жалобно крикнуть: «Вы меня забыли!»

Напряженная тишина и огромное пространство бальной залы сильно усиливали звуки. Эхо от моих каблучков барабанной дробью перекатывалось по помещению.

Двигаясь в центр, где меня ожидал распорядитель отбора, я украдкой осмотрелась. Сейры, сидящие в удобных креслах, расставленных вдоль стен, неотрывно смотрели на меня. Я их в свою очередь полностью игнорировала. С преувеличенным интересом рассматривала лучи солнца, проникающие через высокие витражные окна и светлыми бликами вспыхивающие на темном мраморному полу. Нежные букеты цветов, стоящие в высоких вазах, по углам окутанные бирюзовой дымкой. Они приятно переливались в дневном свете.

Окна пропускали достаточно света, его хватало разогнать тьму, но, несмотря на это, бальная зала выглядела неуютной. Она казалась больше, чем накануне вечером. Наверное, из-за отсутствия толпы. На мои торги пришли какие-то два десятка сейров. Правда, не знаю, много это или мало. Лучше б вообще не приходили. В большинстве своем сейры сидели, но находились и те, кто подпирал стены.

– Проходите быстрее, хия Сиана. Не оттягивайте неизбежное, – менторским тоном поторопил меня распорядитель отбора.

Честное слово, я чудом не матюкнулась вслух, но шаг не ускорила.

– Вам повезло. Сегодня вы станете чьей-нибудь супругой, – перешел к лести Трувион, сколько он ни пытался выглядеть невозмутимо, на последнем слове его голос дрогнул.

Знал, с кем имел дело.

Догадывался, со мной ему просто не будет.

Мой взгляд скользнул за окно, подмечая безмятежно прогуливающихся участниц. Я позавидовала их спокойствию и умиротворению. Через открытые окна доносился их веселый смех, разбавляя гнетущую атмосферу.

Движение сбоку привлекло мое внимание.

Слуга открыл небольшую неприметную дверь, склонился и отошел в сторону. Через нее в зал вошла Аладана с сиятельным стражем.

Они беспрепятственно подошли к чернильно-синему, украшенному кристаллами императорскому трону, и Урвен занял его. Аладана встала по правую от него руку.

– Приступайте! – под бархатом его голоса проскользнули ядовитые нотки.

В зал вошел слуга и принес стул с высокой спинкой. Он поставил его возле распределителя отбора и сразу ушел. Кому предназначался стул, без подсказок понятно. Мне! С изогнутой резной спинкой, мягким удобным сиденьем он вызывал стойкие ассоциации с витриной, откуда гостям меня будет удобно рассматривать.

– Вы долго собираетесь стоять, Сиана?! – раздраженно спросил сиятельный страж и самодовольно закончил: – Располагайтесь, мы начинаем.

– Обещаю, вы об этом пожалеете, – позволила себе выражаться открыто. Интуиция подсказывала, Урвен не причинит мне вреда. Не осмелится. Ему, так или иначе, объясняться с Анталом. Раненая, избитая девушка лишь подстегнет гнев императора.

Я неторопливо подошла к стулу, жесткой спинкой стоящей к сиятельному стражу, и под шорох юбки опустилась на него. Расправив складки, сложила ладони перед собой.

– Начальное пожертвование тысяча деяров! – не задерживаясь, озвучил страж.

Авось не со своим добром расставался. Не жалко.

– Тысяча?

– Она и пятидесяти не стоит!

– Девица больше не невинна!

– Она провела ночь с императором!

Выкрикивали со своих мест мужчины. В их словах звучали презрение и насмешка.

Я мысленно представила, как с чувством и знанием киллерского дела откручиваю голову Урвену.

– Император воспользовался правом ночи и отказался от нее. – Выразил свое возмущение низкорослый господин, одетый с иголочки.

– Вы готовы помимо ваших домыслов предъявить нам доказательства, что хия Сиана утратила невинность? – равнодушно спросил у него Урвен.

– Напоминаю, господа, не подкрепленная фактами клевета не красит вас, – сделал гостям жесткий выговор распорядитель отбора.

Он и не думал меня защищать, он упивался властью.

– Зато мы знаем нашего императора, – пробурчал возмущенный мужчина и сел обратно в кресло.

– Вы, Генс, по своей сестре судите? – безразличным тоном поинтересовался Зоран.

– Придержи свой язык, паршивец, пока я тебе его не засунул…

Не договорив, задетый за живое Генс, засучивая рукава, вскочил на ноги.

Какой аукцион без хорошей драки? Или это в основном на свадьбах практикуется?

– Успокоились, господа, – повысил голос сиятельный страж. – Не нужно устраивать балаган.

– Я не останусь вместе с ним! – указал на Зорана Генс.

– Не пытайтесь, я не буду извиняться перед вами, – насмехаясь над ним, произнес поклонник Аладаны. – Уходить я тоже не собираюсь.

– Оставайтесь. Я потерял интерес к торгам, – важно произнес мужчина и удалился.

До этого стоящий у стены Зоран занял покинутое им кресло. Он с удобством откинулся в нем и вытянул ноги.

Помнится Антал говорил, что после ночи с ним на рынке невест я стану ценнее? Его нагло обманули. Мужчины во всех мирах одинаково предсказуемы, им в идеале подавай невинную и ни разу не целованную. Причем неважно, сколько тебе лет.

С меня хватит этих брачных игр. Я не собиралась и дальше терпеть оскорбления. Поднялась со стула, не скрывая своего намерения уйти.

– Сядьте обратно, Сиана! – резанул слух окрик Урвена.

Обернулась и с вызовом посмотрела на него:

– Не подумаю. У меня есть дела куда важнее, чем выслушивать примитивные оскорбления. С окончанием торгов пришлите ко мне слугу с именем моего покупателя. Буду знать, чье лицо представлять на мишени, когда соберусь метать в нее призрачные ножи, оттачивая магию, – наугад назвала вид оружия.

Посыл мой поняли.

– Не надо никого запугивать, – нетерпеливо предупредил страж.

– А у меня получилось?

Моя нахальность явно застала его врасплох. Отметив его растерянность, я усмехнулась и направилась к двери.

– Вернитесь, Сиана! Я вас не отпускал! – цедя слова по слогам, приказал мне Урвен.

Пришлось остановиться и обернуться. Крепкие сильные пальцы стража сжимали подлокотники трона. Силен, зараза. Урвен при желании и сам без труда мог закинуть меня на стул. Вместо этого он продолжал сверлить меня взглядом.

– Советую вам попридержать свой норов, хия Сиана. Поскольку от меня зависит ваше дальнейшее благополучие.

– Конечно-конечно. Надеюсь, деньги, вырученные за меня, с лихвой окупят ваши успокоительные настойки. Они вам явно не помешают. Вон как у вас бровь дергается.

После моих слов напускное благодушие на лице стража полностью исчезло. Он сурово смотрел на меня.

Ой, напугали ежа тряпкой.

Не задерживаясь на прощание, я во всю молодецкую прыть помчалась к двери. Тем более она уже была близко.

– Вы никуда не уйдете, Сиана! Скажу больше, вы останетесь и после аукциона не откладывая пройдете свадебный обряд! – судя по глухому звуку, страж стукнул кулаком по подлокотнику.

Никто не вмешивался в нашу перепалку. Мужчины притихли, с интересом вслушиваясь в нашу перебранку.

– Упаси меня безымянные боги от ваших щедрот. Я не против и дальше в девках походить, – открестилась от сомнительной милости стража.

Занятно, но Урвен ничего не бросил презрительного в ответ. От его сдержанности мне что-то сделалось не по себе. Сразу почуяла подвох.

Не зря.

Светящиеся плети опоясали мою талию, прижали руки к телу. Невидимая сила приподняла меня над полом, пронесла по воздуху и усадила на злосчастный стул.

– Уверяю вас, хия Сиана, торги пройдут быстро, – вопреки обыкновению сменил равнодушный светский тон на мстительный Урвен. – Один деяр, господа, и девушка ваша.

– Вы готовы отдать ее всего за деяр? – не поверил ему кто-то из присутствующих.

– Не обольщайтесь, ваше светлейшество, сколько бы вы за меня не запросили, я не дам вам своего согласия на обряде, – угрожающим тоном предупредила Урвена.

Жаль, крепко сдерживающие путы не позволяли двигаться, а мне ох как хотелось посмотреть в лицо мерзавцу, а еще лучше плюнуть.

Подергала руками, извернулась и оглянулась. К слову, внешне страж оставался спокоен. Его выдали руки и глаза. Пальцы бесшумно отстукивали барабанную дробь, а глаза отливали застывшим серебром.

– Не хотите проходить свадебный обряд, хия Сиана, – не надо, – с обещанием неминуемой расправы задержал он на мне свой взгляд. – Тот, кто даст самое крупное пожертвование на храм, заберет себе девушку без всяких обязательств.

Бессильная вспышка злости ослепила меня.

– Напоминаю, вы не мой император! Вы не имеете никакого права… – мой голос осип и пропал.

– Так намного лучше, – гортанно рассмеялся страж. – Ну что, кто готов внести пожертвование на содержание храма безымянных богов?

– Изначальная страта – один деяр! – напомнил присутствующим распорядитель.

– Поддерживаю двумя деярами, – раздался звучный голос Зорана.

Торги начались.

С отрешенным выражением на лице ровнее села на стуле и уставилась перед собой.

– Десять деяров! – перебили его цену.

– Я готов пожертвовать за девушку девяносто девять деяров!

– Сто два деяра!

– Сто! – напомнил о себе Зоран.

– Страту нельзя понижать! – вмешался в торги распределитель отбора. – Готовы повысить страту?

– Вы меня разорите, – неубедительно пожаловался поклонник сестры. – На что не пойдешь ради красотки. Сто четыре деяра.

Отмена обязательной женитьбы подстегнула мужчин. Ставки или, как их тут называли, страты, сменялись стремительно.

Внимательно следя за торгами, я сама не заметила, как погрузилась в безрадостные воспоминания.

По приказу императора стражи провожали меня в его покои. В коридоре нам встретилась счастливая Кейара. Она первым делом похвасталась сверкающим кольцом на безымянном пальце. Ее брачные торги правили рано на рассвете. Брин выкупил ее, и они, не оттягивая, прошли брачный ритуал. Ей не терпелось помирить меня со своей сестрой. Хотя мы на самом деле не были знакомы. Тана дружила с настоящей Сианой, а не Вероникой. В довершение ее отравление организовала Аладана, моя сводная сестра. Меньшее, что я могла для Таны сделать, быть милой. Тем более девушка сильно нервничала.

Высокая, статная, темноволосая, с приятными чертами лица она была поразительно похожа на Кейару. Те же ямочки при улыбке на щечках. Те же красивые миндалевидные глаза.

Пока мы шли по коридору, выяснилось, что она не таила на меня обиды. Она искренне считала виноватой горничную, разливающую чай. Раньше я не задумывалась, как поведу себя, встретив ее. Но вот оно свершилось и вышло довольно неплохо. Лучше и представить невозможно. Мы весело болтали, направляясь к покоям императора. В основном говорили девчонки, я поддерживала беседу. Ничего другого мне не оставалось. Сестры вспоминали смешные случаи из их с Сианой жизни, умышленно избегая разговоров о Зоране, из-за которого девушки поссорились.

Подойдя к покоям императора, мы тепло с девушками простились и договорились как-нибудь вечерком встретиться, прогуляться по саду. Вот тут в коридоре и раздались слаженные шаги.

К нам двигались не менее дюжины вооруженных воинов. Впервые увидев их, я тихонько вскрикнула. Слишком неожиданным оказалось их появление. Пересилив себя, немного успокоилась. Зачем бы они ни пришли, я находилась под охраной императора. Мне ничего не угрожало. Лишь глупцы отважатся пойти против воли императора.

Подошедших воинов встретила вежливой улыбкой.

– Темного дня. Чем обязана вашему присутствию?

– Вы должны пройти с нами, хия Сиана, – уверенно произнес мужчина в темной форме.

– Это шутка?

Страж грозно сдвинул брови.

Похоже, нет.

Вирден с Диреком вышли вперед, загородив меня собой.

– Отойдите, парни, вы мешаете исполнять приказ, – воин окинул моих охранников предупреждающим взглядом.

– Кто его отдал? – отрывисто спросил Вирдан.

– Сиятельный страж. Он действует от имени совета отбора, – произнес воин, подходя ближе. – Наш император использовал право первородного, а потом досрочно разорвал связь. Он отказался от избранницы. Совет отбора возложил на себя обязанности за ее судьбу. Хия Сиана должна пройти с нами на брачные торги.

– Сиану собираются выдать замуж? – перепуганно уточнила Кейара.

– Так точно, – недовольно буркнул воин, предчувствуя проблемы. – Будет лучше, если хия Сиана добровольно пройдет с нами и нам не придется никого брать под стражу.

Он намекал на моих охранников. С ними я ему не помощница. Вирден с Диреком мне не подчинялись. В руках моих стражей блеснула сталь. Они обнажили мечи.

– Уходите, госпожа! Мы их задержим! – отрывисто произнес Вирд.

– Спрячьтесь где-нибудь! Мы позже вас разыщем! – напутствовал Дирек.

Я медлила, опасаясь за их жизни. Они собирались драться с вооруженным до зубов отрядом. Обратилась к своей магии. Она не откликнулась. Ничем не напомнила о себе. Будто ее у меня и не было. Я хотела, но не могла им ничем помочь. Возможно, стоило выполнить требование стражей и сдаться?! Тана думала иначе. Она схватила меня за руку и утянула за собой.

– Торопитесь, девочки, – подгоняла она нас с Кейарой. – Спрячем тебя, Сиана, у моей горничной.

– Неплохая идея, – поддержала ее сестра.

Мы завернули за угол и столкнулись с другим вооруженным отрядом. Повернули назад, сзади другой отряд отрезал нам путь. Дальше бежать было некуда. Пообещав, что все будет хорошо, отпустила руку Таны и сама пошла к стражам.

Назначив конвой, меня проводили в бальную залу.

– Не скучайте, хия Сиана, мы уже заканчиваем, – с напускной заботой произнесла Аладана.

Я собралась было поинтересоваться, а ей какое дело до торгов, но Трувион заговорил раньше меня:

– Кто готов еще поднять страту на несравненную хию Сиану до десяти тысяч деяров?

Вау! Что они там говорили про завышенную цену в тысячу деяров? Начальная ставка за меня выросла десятикратно. Вот вам и испорченный товар.

Сиятельный страж вполголоса выругался, заметно напрягся и произнес:

– Поддерживаю страту.

Э-э-э… чего там Урвен собрался поддерживать?

Я изумленно моргнула.

Вот кому жена под боком не мешает открыто заводить любовниц. Сомневаюсь, что ради вида он собирался проходить повторно свадебный обряд.

На красивом лице Зорана появилась удовлетворительная ухмылка. Он выпрямился в кресле, его светлые волнистые волосы живописно разметались по плечам. Я не удержалась и задержала на нем взгляд. Он с самодовольным видом взирал на меня.

– Простите, ваше сиятельство, я не ослышался, вы готовы поддержать страту? – растерянно переспросил распределитель отбора.

– Не ослышался, подери тебя волкодлаки! – очень эмоционально отреагировал Урвен.

Не понимаю. Зачем он повысил ставку, не собираясь присоединить меня к своему гарему? С учетом, что он вообще у него есть. В чем я сильно сомневаюсь.

Что-то тут не сходилось.

– Страта от его сиятельства принята! – чего ж голосить-то так, Трувион. Подумаешь, страж сделал ставку. Не он первый, не он последний оплачивает себе любовницу.

Судя по звукам, донесшимся сзади, Аладана, шурша юбкой, стремительно прошествовала к боковой двери.

Зоран со злорадством смотрел на меня. Поди, радовался размолвке возлюбленной с супругом.

– Кто готов поднять страту?

– Пятнадцать тысяч, и я забираю девушку! – выкрикнули высокомерно.

От новой ставки у распорядителя сделалось до того непередаваемое лицо, голодные волкодлаки отдыхают. Глазки Трувиона алчно забегали, шумно дыша, он оттянул туго повязанный шейный платок.

– Принято! – с облегчением объявил вместо него страж.

– Постойте! Даю двадцать шесть тысяч деяров!

– Ты готов отдать за девку свое состояние? – донеслось от стены, где стояли по меркам богачей, мелкие сошки.

Я сама не прочь была услышать объяснение. Эх, мой будущий покупатель упорно молчал. Сглотнув, молодой паренек угрюмо посмотрел на друга. Волновался он недолго. За меня быстро назначили новое пожертвование. Нашелся богатей, который пожелал щелкнуть его по носу. Иногда полезно иметь врагов. За мою скромную персону развернулись нешуточные торги.

Непонятно кто сильнее радовался затянувшемуся дурдому: я или почти разорившиеся мужчины, чью ставку перебивала более высокая.

– Тридцать тысяч!

– Пятьдесят…

Сыпались новые предложения. Дошло до…

– Сто шестьдесят тысяч деяров! – произнес некто убитым голосом.

Лица смельчаков постоянно мелькали, и я не успевала за ними проследить.

– Целое состояние за неодаренную девку? – пронеслось любопытным голосом по залу.

– Есть желающие повысить страту? – вытерев пот с лица рукавом камзола, спросил Трувион.

Обстановка в бальной зале накалилась до предела.

Последней каплей, заставившей присутствующих окончательно пожалеть о приходе на аукцион, стали распахнувшиеся с сильного удара ноги двери.

Привлеченные звуком, мужчины повернули головы, и их лица умильно вытянулись. Острить и оскорблять меня больше никто не стремился. В бальную залу, чеканя шаг, вошел Антал. За его спиной выстроился отряд воинов. Вирд стоял в первых рядах. С рассеченной бровью, давно зажившим шрамом и кровоподтеком на скуле, он производил немыслимо устрашающее впечатление.

Не будь Антала поблизости, я и сама бы его до коликов в животе испугалась.

Антал осмотрел толпу и остановился, привлекая к себе внимание.

– Кто объяснит мне, что здесь происходит?! – зловещим тоном спросил он.

– Мы проводим аукцион невест, – отважился проблеять ему Трувион.

– Взять его под стражу, – коротко бросил Антал.

– Мы действовали в ваших интересах! Вы сами от нее отказались! – проверещал распорядитель отбора, завидев направляющихся к нему стражей.

– Оставь его! – раздался резкий голос Урвена, и он порывисто освободил трон. – Мы с Трувионом следовали правилам! Храм проявился. Тебе нужно выбрать себе невесту, а не сажать в подземелье того, без кого обряд открытия врат невозможен.

– Что-нибудь придумаю, – с неподражаемым спокойствием ответил ему Антал. – Урвен, увижу тебя у себя во дворце после проведения обряда, присоединишься в подземелье к Трувиону.

– Посмотрим, кто из нас к нему присоединится! – яростно пообещал сиятельный страж и вышел из зала.

Безуспешно пытавшиеся прикинуться мебелью гости, спасаясь от гнева императора, поспешили за ним. Зоран вышел среди последних. В его взгляде, направленном на Антала, светилась жгучая ненависть.

– Пускай слуги готовятся к обряду, – велел Антал дворецкому, ожидающему в дверях его приказа.

Антал наконец посмотрел на меня, и его лицо озарила пленительная улыбка.

Сердце в груди сделало кувырок.

Дабы не мешать нам, стражи вышли, прикрыв за собой двери. Кроме нас двоих с Анталом в зале никого не осталось. Под его пристальным, немигающим взглядом, сковывающие тело путы с характерным звуком лопнули, и я, соскочив со стула, пошла навстречу ему. Опасаясь, что сплю, я дважды ущипнула себя за руку. Облаченный во все темное, вплоть до чернильно-синей сорочки, Антал выглядел мрачно и, несомненно, неотразимо.

Ощутив на своей спине его руки, обнимающие меня, почувствовав их тепло, доверчиво прижалась щекой к его груди.

– Никто не заберет тебя у меня, Вероника, – прозвучало глухо над головой.

Руки Антала, зарывшиеся в мои волосы, слегка дрожали.

– Я не принадлежу тебе, – ласково напомнила ему.

– Принадлежишь, любовь моя, – теснее прижали меня к себе.

Глубокий хрипловатый голос Антала проник в самое сердце, сметая любые сомнения в его правоте.

В дверь негромко постучали. Из-за широких мужских плеч я не увидела, кто вошел, зато голос узнала.

– Ваше темное сиятельство, вы нужны в допросной, – прервал нас Брин. Нет бы, жену навестить, он о долге печется. Собственно, и правильно печется.

Антал погладил меня по щеке.

– Увидимся на обряде, сокровище.

Он прижался к моим губам в коротком нежном поцелуе и вышел.