Глава 6

Лала

Проведя еще неделю в своей новой должности — чуть более продуктивную, чем предыдущая, — я поехала на выходные домой в Пенсильванию, чтобы навестить своего жениха. Накануне я прибыла поздно, но этим вечером Уоррен приготовил мне восхитительный ужин с бефстрогановом, и мы как раз заканчивали, когда он заметил, что я погрузилась в свои мысли.

— Ты в порядке? — спросил он.

Я кивнула, стараясь не покраснеть и не выглядеть виноватой.

— Почему ты спрашиваешь?

— Ты как будто не в себе.

Я перекладывала остатки лапши по тарелке.

— Наверное, это все стресс на работе, — объяснила я, гоняя по тарелке остатки ужина. — А еще я устала после вчерашней поездки сюда.

Или все дело в тех нескольких вечерах на прошлой неделе, которые я провела со своим соседом.

— Ясно. — Уоррен указательным пальцем поправил очки. — Ну, я вроде как надеялся сегодня вечером завладеть твоим безраздельным вниманием. Мне нужно, чтобы ты была в ясном уме, потому что мне нужно обсудить с тобой кое-что важное.

Я выпрямилась на своем сиденье.

— Что именно?

Он прочистил горло.

— В Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе открылась вакансия ведущего научного сотрудника, в тамошнем онкологическом центре. Я хотел бы предложить свою кандидатуру. Думаю, у меня неплохие шансы, потому что мой бывший босс из Пенсильвании сейчас там. Он мог бы замолвить за меня словечко.

Калифорния?

— Э-э… Вау. Круто. Когда ты узнаешь результаты?

— Я еще не отправлял резюме. Вакансия откроется через полгода, потому что нынешний сотрудник переедет в Европу и возглавит там крупное исследование. Но они уже рассматривают кандидатов. Я не знаю, когда они примут решение, но, если я заявлю о себе, я должен быть готов к переезду.

— То есть я должна быть готова к переезду. — Я глотнула воды.

Он кивнул.

— Что думаешь?

Уставившись в тарелку, я покачала головой.

— Я не знаю, Уоррен. Не то чтобы я не хотела лишить тебя этой возможности, но жить так далеко от своей семьи? Это тяжело. Я — все, что есть у моих родителей. Из Нью-Йорка я хотя бы могу приехать домой, когда захочу.

Наверное, это было эгоистично, но он должен был знать, что я чувствую.

— Конечно, это все трудно, любовь моя. Вот почему я бы никогда на это не согласился, если бы ты была против. Это должно быть командное решение. — Он встал и схватил блокнот. — Давай вместе взвесим все за и против, хорошо?

Я потерла виски.

— Хорошо.

Уоррен любил составлять списки и рисовать диаграммы. Он пользовался для этого любым предлогом.

Он снова сел.

— Основное преимущество, о котором я тебе еще не говорил, заключается в том, что зарплата будет вдвое выше, чем у меня сейчас, Лейни. — Он записал цифру и подчеркнул ее, а потом развернул листок ко мне, демонстрируя смехотворно огромную сумму денег. Ни хрена себе!

У меня отвисла челюсть.

— О господи.

— Да. Безумие, правда? Ты знаешь, я занимаюсь тем, чем занимаюсь, не ради денег, но такие деньги изменили бы нашу жизнь.

Разве я могу его от этого удержать?

Я перевела дыхание.

— Что ж… Это очень заманчивое предложение.

— А исследовательский центр в два раза больше и в два раза современнее. У них есть оборудование, о котором я мог только мечтать, на том этапе, на котором я сейчас нахожусь.

— Думаю, это даже больший плюс, чем деньги.

— Действительно. — Он изучающе смотрел мне в лицо. — Но давай перейдем к минусам. Очевидно, что ты окажешься оторвана от своей семьи. А я — от своей. — Он написал на бумаге слово «расстояние». — Но учитывая мой новый доход, мы могли бы позволить себе брать билеты на самолет, как только нам вздумается.

Его слова были не лишены смысла.

— Ладно… — Я уставилась в пространство, представляя, как я, напряженная и в стрессе, мечусь по аэропортам. Да, это было выполнимо, но это не означало, что я горела желанием гнать в аэропорт каждый раз, когда мне захочется повидаться с мамой. Боже, это отстой.

— На западе у тебя много возможностей для исследований, — добавил он. — Я уже обсудил это с несколькими контактами. Грант в Нью-Йорке рано или поздно закончится, и ты окажешься в подвешенном состоянии, верно? У тебя нет никакого плана. Так что время просто идеальное. Вот такое у меня предложение.

Я еще никогда не чувствовала себя настолько выбитой из колеи. Я облизала губы.

— Может быть.

— Если я правильно подсчитал, то было три за и одно против. Ты можешь назвать еще какие-нибудь против? — спро-сил он.

Единственное, что промелькнуло у меня в голове, был Холден. Но какое отношение он имел ко всему этому? Я все равно не останусь в Нью-Йорке, когда мой текущий проект окажется завершен. Но мне нравилось общество Холдена. И, вернувшись домой к Уоррену, я поняла, насколько виноватой я себя из-за этого чувствовала.

Мои размышления прервал Уоррен.

— Ну?

Какой у меня выбор?

— Больше никаких против мне на ум не приходит, — призналась я. — Попробуй, а там посмотрим, что из этого выйдет.

Он выдохнул.

— Даже не представляешь, как я рад. Я подозревал, что ты согласишься, как только мы взвесим все за и против, но не хотел подавать заявку, пока мы все не обсудим.

— Спасибо, что подождал, чтобы обсудить это со мной.

Он просиял.

— В Калифорнии потрясающий климат, Лейни. Мы могли бы отлично проводить там выходные, исследуя Тихоокеанское побережье. Там так много геологических чудес. Я знаю, это твой конек, — улыбнулся он.

— Да, — пробормотала я.

Если бы только геология была моим увлечением в последнее время. Мое последнее увлечение было куда опаснее.

* * *

Поскольку мы с Уорреном провели вместе вечер пятницы после моего приезда и весь сегодняшний день, я после ужина с ним поехала навестить родителей. Мама приготовила для меня особый лимонный десерт, а поскольку Уоррен предупредил, что задержится на какой-то работе, я планировала переночевать здесь, в своей прежней комнате, в обнимку с Булли, старой собакой Райана. Мама и папа пришли в восторг от того, что я оказалась в их полном распоряжении.

Мама налила горячей воды в мою кружку с черным индийским чаем.

— Я скучаю по тебе, Лейни. Мне так хочется, чтобы ты была рядом. Я знаю, что ты не так уж далеко, но мне тяжело не иметь возможности заскочить к тебе домой, когда захочется, и поболтать за чашечкой кофе. Будет легче, если ты через пару месяцев вернешься.

Интересный момент для подобного заявления.

— Я знаю, — вздохнула я.

За десертом и чаем я поведала им о бомбе, которую Уоррен сбросил на меня во время ужина.

Складки на лбу мамы стали заметнее, когда до нее дошел смысл сказанного.

— Какие неприятные новости. Могу ли я повести себя как эгоистка и заявить, что не хочу, чтобы он забирал моего ребенка?

Папа повернулся к ней:

— Джин, если они поженятся, она должна будет поехать туда же, куда и он. Если ей придется переехать, мы не умрем оттого, что придется летать, чтобы с ней повидаться. Не заставляй ее чувствовать себя виноватой.

Мама нахмурилась.

— Это очень старомодный образ мыслей, Билл. У Лейни тоже важная работа. Она не обязана всюду следовать за мужем. Почему бы ему не остаться там, где работает она?

— Вообще-то, — я вздохнула, — мой грант для проведения начальных исследований рассчитан только на полгода. После этого я должна уже четко понимать, что я делаю, или выдвинуть новое предложение. Так что меня ничто не связывает. И момент вроде бы удачный, потому что Уоррен приступит к новой работе только через полгода.

— Конечно, это решение они должны принимать вместе, — вставил папа. — Я не это имел в виду. Ты возражаешь против всего, что я говорю в пользу переезда Лейни, потому что не хочешь, чтобы она переезжала.

— Мне жаль. Может, и так, но я ничего не могу поделать со своими чувствами. Я знаю, что Лейни сильная, независимая женщина. У нее есть право жить там, где она хочет. Но она же и моя лучшая подруга, с которой так хорошо проводить время вместе. Я не хотела бы, чтобы она жила далеко.

Я накрыла ладонью ее руку.

— Я знаю, мам. Мне ни капли не хочется уезжать, но у меня не хватило духу сказать твердое «нет». Уоррен ужасно много работает и заслуживает воспользоваться этим шансом.

— Ну… — Она улыбнулась. — Наверное, мы должны идти на жертвы ради тех, кого любим. Но ничего, если я втайне помолюсь, чтобы он не получил эту работу?

— Разрешаю. Я здесь буду делать то же самое. — Я набила рот десертом, хотя даже если бы весь мир превратился в лимонный пирог, этим вечером его бы не хватило, чтобы я почувствовала себя лучше.

Меланхолия не отпускала меня все время, пока мы пили чай. Возможно, я торопила события, но я чувствовала, что Уоррен получит эту должность. Его интеллект и трудолюбие не знали границ.

А с его связями можно было считать, что эта должность у него в кармане. Меня затошнило.

Телефон пискнул, прервав мои мысли.

Я посмотрела на экран и увидела сообщение от Холдена. Оно включало в себя фотографию, на которой он сидел в баре и держал в руке напиток.

Холден: Пью клюквенную водку в твою честь. А ты все пропускаешь.

Лала: Я так понимаю, это настоящая алкогольная версия, а не коктейльчик, которым ты меня тогда обманул?

Холден: Только твоя слабенькая задница могла напиться от эффекта плацебо. И это называется защитой, а не обманом. Но безалкогольный компот не для меня. Вот это — настоящее дело.

Лала: Где ты?

Холден: Мы собираемся немного поиграть. В небольшом баре в центре. Не такой большой концерт, как тот, на котором ты присутствовала, но все же.

Лала: Ого. Хотела бы я быть там. Кажется, у вас там весело.

Пока он печатал, три точки перемещались.

Холден: Я бы тоже хотел, чтобы ты была здесь.

Мое сердце затрепетало. И остановилось.

— Чему, черт возьми, ты так улыбаешься? — спросила мама.

Моя рука дернулась, и телефон выскользнул из рук. Я подняла его и перевернула лицевой стороной вниз. Господи. Я даже не осознавала, что улыбаюсь.

— Ничему.

— Это был Уоррен?

Блин. Я никогда не могла лгать маме. Она видела меня насквозь. И на этот раз будет так же.

Я сглотнула.

— Вообще-то, нет. Это… Холден.

Отец широко распахнул глаза.

— Холден Каталано?

— Да, он самый.

— Почему он тебе пишет? — спросила мама.

— Он только что прислал мне забавную фотографию.

— Фотографию чего?

— Коктейля. Он на концерте своей группы в центре города.

— Что забавного в коктейле? — осведомился папа.

— Он знает, что я люблю клюквенную водку.

Мама наморщила лоб.

— Откуда?

— Однажды вечером я пошла на один из его концертов и выпила там эту водку.

Или две или три. Я не помню.

Мамин взгляд стал пристальнее.

— Ты с ним встречалась?

— Нет. Он пригласил меня посмотреть, как играет его группа.

— Уоррен знает? — спросила она.

— Да. — Я сглотнула.

Мама продолжала допытываться.

— Он не возражает, что ты выходишь в свет с Холденом Каталано?

Я нервно рассмеялась.

— Мам, все не так. Его квартира по соседству с моей. И он хороший друг. Вот и все.

— Доверься Лейни, — вмешался мой отец. — Она умная девочка. Мы все знаем, что от Холдена, как бы сильно мы его ни любили и как бы сильно его ни любил Райан, одни неприятности. Но я уверен, что с ним очень весело. Лейни не сделает ничего, что поставит под угрозу ее отношения с Уорреном.

Я кивнула, чувствуя, как перехватило горло, а мама скрестила руки на груди.

— Мужчины вроде Холдена бывают очень обаятельными, но он оказывает не самое лучшее влияние. Иногда в присутствии такого человека, особенно под воздействием алкоголя, восприятие становится мутным, и ты утрачиваешь способность здраво рассуждать. Особенно когда находишься вдали от дома.

Разгоряченная, я сказала:

— Я была бы признательна, если бы мы перестали об этом говорить. Это было дружеское сообщение. И все.

На лбу выступили капли пота. Если бы только я верила своим словам. Кажется, мама знала меня лучше, чем мой отец.

* * *

Некоторое время спустя, все еще чувствуя себя не в своей тарелке, я поднялась наверх, чтобы лечь спать.

Но остановилась перед комнатой Райана, а не перед своей. Когда брату стало хуже, он вернулся домой к родителям. Они оставили его комнату такой, какой она была при нем. Всякий раз, когда я грустила или меня одолевали сомнения в чем-то, я пробиралась сюда и ложилась в его постель, чтобы почувствовать себя ближе к нему.

Я открыла дверь, и мне в глаза бросился коллаж из фотографий на доске напротив его кровати. Там было полно их снимков, пятерых парней. Воспоминания о веселых временах, проведенных в их компании, поддерживали брата в самом конце.

Рыбалка на лодке отца Оуэна.

Холден и Райан играют в бир-понг.

Райан и Колби на футбольном матче.

Брейден и Райан нарядились на Хэллоуин.

Поскольку мой брат не успел встретить любовь, эти ребята, помимо родных, являлись самыми важными людьми в его жизни. Мое сердце сжалось. Из Райана получился бы лучший муж на планете.

Там была и наша с братом фотография, когда мы были маленькими. На мне — длинное платье и огромные мамины туфли на каблуках. Я умоляла Райана сыграть со мной в выпускной, так как была очарована нашей соседкой-подростком в красивом платье, которая фотографировалась на улице перед своим знаменательным вечером. Я надела костюм принцессы на Хэллоуин и заставила брата вручить мне цветы, сорванные в саду. Я притворилась взрослой девочкой на выпускном балу, а бедному братцу пришлось сыграть роль моего кавалера. Наверное, это была самая девчачья вещь, которую мне довелось сделать, пока не перестала интересоваться красивыми вещами и не «сдвинулась на науке», как выразился бы Холден.

Кстати о Холдене: когда я посмотрела на телефон, заметила, что он прислал мне еще одно сообщение.

Холден: Безумный вечер.

Там была его фотография, где он дома, в постели, ест острые чипсы. Он был без рубашки. Только Холден мог сделать поедание чипсов таким сексуальным.

Лала: Ты уже дома?

Через несколько минут он ответил.

Холден: Да. После концерта не захотелось тусоваться. Поехал домой. Принял душ. И уже в постели.

Лала: Кто это? Я тебя не узнаю.

Холден: Это ведь я, верно?

Лала: Нужно поддерживать репутацию, Каталано. Возвращение домой в одиночестве противоречит этому.

Холден: Я не говорил, что я один. Со мной девушка.

Мое сердце упало. Как прикажете на это реагировать?

Мой палец завис над клавишами.

А потом он прислал мне еще одно фото. На голой груди Холдена сидела морская свинка. Он кормил ее зеленью.

Что за…?

Лала: Кто это?

Холден: Завтра дочь Колби ждет сюрприз.

Лала: Вот это да! За что?

Холден: На днях Колби меня разозлил. И Сейлор получит подарок.

Я рассмеялась.

Лала: О, ты злюка.

Холден: Он сказал ей, что сейчас она не может завести собаку. О морских свинках он не упоминал. Она будет от меня без ума. Все награды в номинации «любимый дядя» будут мои.

Лала: Милота какая!

Холден: Она или я?;—)

Я закатила глаза и рассмеялась.

Лала: Ох. Спасибо, что повеселил меня.

Холден: А чего ты? У тебя там все в порядке?

Я печатала и стирала слова, не уверенная, хочу ли обсуждать с ним калифорнийскую тему.

Лала: Сегодня кое-что всплыло, но я не хочу об этом говорить, если не возражаешь.

Холден: Расскажи мне.

Лала: Я скоро введу тебя в курс дела. Ничего плохого… просто кое-что, что может усложнить мою жизнь. Я слишком устала, чтобы мусолить это сегодня вечером.

Холден: Понял. Не буду давить.

Я посмотрела на другую фотографию Холдена и Райана.

Лала: Я смотрю на тебя прямо сейчас.

Холден: Черт. Ты видишь, что я без штанов?

Лала: Нет, на стене спальни Райана.

Холден: Подожди… Ты в комнате Райана?

Лала: Да. Я иногда сюда захожу.

Холден: Здорово знать, что у твоих родителей все по-прежнему.

Лала: Да. В комнате все так, как когда он уехал в колледж, и так, как когда он вернулся.

Холден: Я бы с удовольствием как-нибудь вас навестил.

Лала: Заходи, когда в следующий раз приедешь к своим родителям.

Хотя мои родители, возможно, бросят на тебя косой взгляд.

Холден: Запросто.

На экране всплыло сообщение от Уоррена.

Уоррен: Спокойной ночи, любовь моя. Иду спать. Увидимся завтра, перед твоим отъездом.

Лейни: Я тоже ложусь. Спокойной ночи, милый. Целую.

Я собиралась отложить телефон, когда пришло еще одно сообщение.

Холден: Чертова морская свинка только что украла кусочек чипсины из пачки моих острейших чипсов. Как думаешь, им их можно?

Холден полоумный.

Лала: Нет… Вряд ли.

Холден: Вот бы с ней все было в порядке.

Лала: Может, тебе стоит убрать чипсы подальше?

Холден: Она икает! Что за черт. Я на это не подписывался.

Мои плечи затряслись от смеха.

Лала: Ох, мне очень жаль.

Прошла минута, и он написал.

Холден: Я только что погуглил. Какой-то парень говорит, что его морская свинка съела острые чипсы и УМЕРЛА. Вот дерьмо!

Лала: Нельзя верить всему, что читаешь. Твоя съела всего кусочек, правда?

Холден: ОСТРЫХ чипсов. Но да, всего кусочек.

Лала: Думаю, все обойдется.

Холден: Зря я остался дома сегодня вечером. Если бы я ушел, этого бы не случилось. Черт! Мне страшно засыпать.

Смешного в этом ничего не было. Но я хохотала до слез.

Лала: Хочешь, чтобы я повисела с тобой?

Он ответил через несколько минут.

Холден: Нет. С ней вроде все в порядке.

Лала: Да. Подумаешь, всего лишь кусочек чипсинки.

Холден: Думаю, она будет жить.

Лала: Я тоже так думаю.

Холден: Спасибо за твою поддержку в это трудное время.

Я вытерла еще одну слезинку от смеха.

Лала: На здоровье.

Холден: Ты надо мной смеешься, да?

Лала: Да.

Он отправил голосовую запись. Когда я нажала кнопку воспроизведения, раздался звук икоты морской свинки. Я расхохоталась. Холдену удалось избавить меня от охватившего меня оцепенения.

Лала: Ты не шутил.

Холден: Нет. Даже мне не под силу выдумать такое.

Лала: Еще раз спасибо за смех.

Холден: Обращайся в любое время, Лала.

Лала: Я лучше пойду спать.

Холден: Сладких снов.

Лала: Спокойной ночи, Холден.

Той ночью я уснула в постели брата, а в голове крутились мысли об Уоррене, Калифорнии, Холдене и икающих морских свинках.