Глава 11

Через десять минут блужданий по бесконечным коридорам я наконец-то прибыл в нужное место.

Меня встретили огромные двустворчатые резные двери, рядом с которыми стоял лысый мужчина. Всё его лицо было испещрено уродливыми шрамами, от которых он, по неведомой мне причине, не торопился избавляться у целителя, что было не таким уж и сложным делом. Впрочем, его дело.

— Директор на месте? — коротко поинтересовался я, подойдя вплотную к дверям.

— Смотря кто спрашивает, — хрипло пробасил охранник и окинул меня тяжёлым, давящим взглядом. Казалось, что таким образом он пытается меня запугать. — Есть письменное приглашение?

— Энкрид Эйзенхорн, — спокойно ответил я, несмотря на то, что лысый сверлил меня взглядом. — Я по внеочередному делу. Часом ранее всплыло одно очень неприятное недоразумение. Согласно нашему уговору, я обязан уведомить об этом Тобиаса Альтенбурга. Так что буду благодарен, если вы меня пропустите, — сложив руки на груди, с нажимом добавил я.

— С чего вдруг директору встречаться с каким-то учеником? — ухмыльнулся охранник.

— Пропусти его, Гораций, — неожиданно раздался мужской голос из-за двери.

— В следующий раз советую следить за языком, — спокойно ответил я, глядя лысому в глаза. — Иначе рискуете оскорбить чей-то род.

Гораций фыркнул, но впустил меня внутрь. Двери открылись, и я зашёл в роскошный кабинет. В глаза сразу бросались серый диван, явно с дорогой обивкой, кресла, декоративные напольные лампы и много чего ещё.

Сам директор с нашей последней встречи никак не изменился. Седые волосы, доходящие аж до бёдер — и как только они ему не мешаются — густая борода, морщинистое лицо, но атлетичное тело. Несмотря на свой старческий возраст, он ровно держал спину и всегда ходил с расправленными плечами. Хотя из-за фиолетовой мантии это не всегда было так заметно.

Сейчас он почему-то стоял спиной ко мне, уперев руки о подоконник и безмятежно глядя в окно.

— Зима близко, — проговорил старик, даже не повернув голову в мою сторону.

— Время циклично и незаметно пролетает мимо наших глаз, — как ни в чём не бывало сказал я, неспешно зашагав в сторону дивана. — Весь мир меняется, но против природы не пойдёшь.

— Технологии в самом деле меняют его облик, — кивнул старик, поглаживая свою бороду. — Ещё каких-то семьдесят лет назад никто не думал о резком скачке индустриализации. Мир в то время погряз в бесконечных войнах империй. Большинство людей тогда мечтали о наступлении перемирия. Этот мир наступил. Люди быстро позабыли запах крови и ту цену, что заплатили за этот мир. Сам-то ты что думаешь об этом, Энкрид?

Ну хоть по имени обратился, а не каким-нибудь: мальчик мой. А то я бы точно скривился от подобного обращения.

— Неспокойные времена были, есть и будут всегда, — спокойным голосом ответил я, облокотившись о спинку дивана. Подобные разговоры давно перестали меня хоть сколько-то удивлять. — Люди будут проливать кровь в угоду своим желаниям или чтобы получить то, что им по их мнению причитается.

— В этом главная проблема человека, — старик едва заметно повернул голову в мою сторону. — Люди непостоянны. От времени к времени их желания меняются, при этом сами они жадны, ненасытны и полны эгоизма. Ни к чему хорошему это не приведёт.

— Вы хотите услышать от меня что-то конкретное? — приподнял я бровь.

— Нет. Просто мысли вслух скучающего старика, — повернулся директор и доброжелательно улыбнулся. — С возрастом всё чаще начинаешь задумываться о пройденном пути и том, что творится вокруг себя.

Тобиас Альтенбург явно на что-то мне намекал, но вот на что — оставалось под вопросом. Сомневаюсь, что соседние империи внезапно захотят напасть на Амратель. Поодиночке они не справятся, придётся создавать альянс и вести затяжную войну. Мало кому будет выгоден такой расклад, тем более, когда на тебя в любой момент могут напасть соседи. Впрочем, всё может быть.

— У меня к вам просьба, — решил я наконец перейти к делу.

— Снова библиотека? — сразу же предположил директор. — Если так, то точно нет. Доступ к запрещённой магии не выдам, даже только в рамках исследования.

— Первый раз слышу, что у нас вообще есть такая секция… — удивлённо проговорил я, недоумённо глядя на директора.

С чего вдруг он вообще решил, что это меня должно заинтересовать? У меня и так огромный пласт материала для изучения — библиотека-то у нас огромная. В мире и так существует столько аспектов магии, что попробуй успей их за одну жизнь всё исследовать.

— Я уж, стало быть, думал, что Люций проболтался, — погладил бороду директор, после чего принялся разгуливать по кабинету. — Видимо, просьба и впрямь странная. Сколько я тебя знаю, ты всегда интересовался лишь знаниями.

— В Академии где-то «потерялась» моя докладная по теории наследственной магии, — на слове «потерялась» я показал кавычки. — Смею предположить, что к этому приложил руку один из работников Академии.

— А вот это звучит интереснее, — безэмоционально ответил старик. Затем он остановился, поднял голову, пару секунд смотрел в потолок, после чего перевёл на меня взгляд. — Тогда зачем ты здесь?

— Во-первых, я не горю желанием, чтобы у меня на протяжении всего обучения пропадали мои работы, — сложил я руки на груди и покачал головой. — Во-вторых, ваш сотрудник пошёл против рода Эйзенхорнов. Поэтому либо вы разберётесь в этой ситуации, либо этим займусь я.

— Даже так, — задумчиво пробормотал директор и сложил руки за спиной. Затем он хитро улыбнулся. — Хорошо, допустим. Значит, ты хочешь, чтобы я поймал крысу, которая завелась у нас в Академии.

— Верно, — как ни в чём не бывало, кивнул я. — Всё-таки это ваша работа — следить за порядком в Академии.

— Кажется, я начинаю понимать, почему в Академии тебя так недолюбливают ученики, мальчик мой, — весело усмехнулся старик.

Моё лицо невольно скривилось от услышанного. Вот что называется накаркал на свою голову.

— Главное, чтобы не мешали учиться, — сухо бросил я, закрывая тему разговора.

— У тебя остались ко мне ещё какие-то вопросы? Или перейдём к следующему этапу нашей беседы? — хитро улыбнулся старик и, сунув руку в рукав мантии, достал небольшой чайничек.

Причём я даже не почувствовал хоть какие-то колебания в магическом фоне. А значит, его пространственное хранилище, в каком бы виде оно ни было, неплохо так экранировано. Впрочем, я только в начале пути постижения магии и могу просто этого не чувствовать.

— В целом только один. Могу я взять себе парочку выходных, чтобы не приходить на занятия? — попытал я удачу.

Глава академии тем временем положил чайничек на стол и, прищурившись, посмотрел на меня.

— За просто так? — весело рассмеялся директор, после чего сунул руку в другой рукав и достал две фарфоровые чашки. — Можно. Глядя на твои мешки под глазами, отдых тебе явно не помешает. Тем более мне ли не знать, что ты изучил весь материал на семестр вперёд, даже без помощи преподавателей.

— От вас ничего не утаишь, — улыбнулся я и тихо засмеялся.

— На то я и директор. Директор должен заботиться о своих учениках, — добродушно посмотрел на меня глава академии, после чего глянул на стену, где висели часы. — До комендантского часа ещё есть время. Хочешь составить старику компанию и попить чаю с конфетами?

— Не откажусь, — довольным голосом проговорил я. — Правда, удивлён, что вы решили уделить мне столько времени. В Академии все кому не лень говорят, что вы очень занятой человек.

— Так и есть, — согласно кивнул старик, после чего провёл рукой по своей бороде. — Но у любого человека должно быть время на отдых. Вопрос лишь в том, проводить его в одиночестве или в приятной компании, — договорив, подмигнул он мне.

— Взаимно, — как есть ответил я. — Я люблю шоколадные, с молочной начинкой.

— Хо-хо, — весело рассмеялся директор. — А тебе палец в рот не клади, всю руку оттяпаешь.

— Всегда беру из ситуации максимум возможностей, — развёл я руками и улыбнулся.

— Повеселил ты, конечно, старика, — снова рассмеялся он, после чего подмигнул и вытащил из-за стола несколько конфет в золотистой обёртке. — Угощайся. Это из личных запасов. Таких в Амрателе не найдёшь.

— Значит, в следующую нашу встречу ждите от меня гостинцев, — хитро улыбнулся я и встал с дивана.

— Ловлю на слове, юноша.

Весь следующий час я с директором неспешно распивал чай, лакомился конфетами и вёл непринуждённый разговор на самые разные темы. Причём настолько разные, что в один момент мы обсуждали устройство империи, а в следующий выясняли, какое печенье в Академии вкуснее.

Наши предыдущие встречи обычно заканчивались куда быстрее. Не знаю, что внезапно нашло на Тобиаса Альтенбурга, но мы, в целом, к общему удовольствию провели время.

Сразу после разговора я направился домой, размышляя о том, как обзавестись боевыми рунными знаками. Создание печатей — это хорошо, но на них далеко не уедешь. Мне нужно что-то, что будет помогать в бою.

С этим как раз возникли проблемы. Я мог хорошо представить тот же огненный шар и то, как он летит прямо в цель, но ничего не происходило. Перо не двигалось и никак не реагировало на мои действия. Следовательно, я что-то делал не так.

Скорее всего, на создание того же огненного шара требовалось более одной руны.

Для заклинания тоже требовалось как минимум три плетения: добавление стихийного атрибута, формы и мощности заклинания.

По такой логике мне потребуется сложить три рунных знака одновременно. В целом, звучало логично, если бы не одно но: созданный мной пучок света требовал бы больше одного рунного знака.

Что-то тут не сходилось.

Размышляя обо всём этом, я сам того не заметил, как наткнулся на Винсента в коридоре.

— Как всегда погружён в свои мысли и никого не замечаешь, — весело усмехнулся он, заметив меня, после чего подошёл и похлопал меня по плечу. — Небось о Виолетте думаешь, да?

— А? — его вопрос на секунду ввёл меня в ступор. Вот уж от кого-кого, а от Винсента услышать подобный вопрос я ожидал в последнюю очередь. — С чего вдруг такие выводы?

— Хорошая же девушка, — показал он большой палец, широко улыбаясь. — Встретился вот недавно с ней, поговорили. Она тебя расхваливала и беспокоилась, что ты совсем не заботишься о себе и своём сне. К тому же вы постоянно ходите вместе, как сладкая парочка. Выводы напрашиваются сами собой.

— Я просто обучаю её магии, Винсент… — тяжело вздохнул я, прекрасно понимая, что не смогу переубедить своего друга в обратном.

— Да-да, разумеется. Я тебе, конечно, верю, разве могут быть сомненья, — весело протянул друг, после чего еще сильнее улыбнулся. — Знаю я, с чего всё начинается. Тем более ты молодой, бабочки в животе небось играют.

— Винсент, ты старше меня всего на год… — глянул я парню в глаза.

— Год — это много! За год человек так может измениться, что не узнаешь! — резко возразил он, подняв указательный палец вверх. — Вот когда будешь в моём возрасте, поймёшь.

Интересно, как бы он заговорил, узнай мой настоящий возраст.

— Лучше скажи, чего ты такой радостный ходишь, — решил сменить я тему для разговора. Смысл спорить, если ему всё равно ничего не докажешь. Скорее, наоборот, только заставишь сильнее убедиться в сказанном. — Выглядишь так, будто технику своего рода наконец до конца изучил.

— Энкрид, а в твоём роду случайно не рождались пророки? — округлил глаза Винсент. — Хотя доволен я не этим. Меня, между прочим, за день аж пять человек вызвали на дуэль.

— Сколько, прости? — переспросил я, поскольку подумал, что мне послышалось.

— Пять. Новый рекорд, между прочим. Раньше было три, — как ни в чём не бывало, пожал он плечами.

— Ох, Винсент… — у меня невольно разболелась голова, из-за чего я потёр пальцами переносицу. — Как тебе только удаётся влипать во всевозможные неприятности.

— Так я сам их ищу, чтоб жизнь интересней была, — весело рассмеялся он. — Ладно, шучу. Просто рассказал, какого монстра мы с тобой и Алисой завалили, а они не верят. Клеветать на меня начали, что вру я, и всё тут. Показал я им, значит, трофей, руку этого несчастного кобольда, так часть всё равно не поверили. Стали обвинять меня, якобы эту руку я купил в алхимической лавке. И плевать, что нас два раза гвардейцы обыскивали. Как видишь, тупых людей в Академии хватает.

— И ты решил отстоять свою честь? — догадался я, что произошло.

— Не свою, а нашу! — гордо заявил друг. — Не, ну а что они? Совсем оборзели, демоны поганые. Им пока по голове не настучишь, не поймут, что словами разбрасываться нельзя. Пойдёшь, кстати, смотреть на поединок?

— Отчего бы не пойти? — хмыкнул я, сложив руки на груди. — Когда дуэль?

— Да вот сейчас, — легкомысленно махнул он рукой.

— На ужин, я чувствую, мы не успеем.

— Пустяки. Я с одним поваром договорился, он через работников еду в контейнере передаст, — Винсент от собственной гордости аж выпятил грудь вперёд. — Главное, с людьми уметь договариваться, и тогда у тебя в жизни будут все дороги открыты.

— А ещё лучше лишний раз избегать конфликтов, — усмехнулся я в ответ.

— Ну слушай, кто из нас не без недостатков, а? И вообще, пошли быстрее на арену, а то на дуэль опоздаем! — воскликнул Винсент и махнул рукой, приглашая меня следовать за ним.

До арены мы добрались минут за десять. Ничего особенного в ней не было. Площадка с песком, где проводили дуэли аристократы, ограждающая её стена и пустые трибуны с длинными скамьями. Ничего такого, что бросалось бы в глаза, кроме разве что одной высокой платформы.

Она возвышалась метров на семь и служила своего рода смотровой башней для судьи. Оттуда он мог наблюдать за всем ходом боя и в случае чего подмечать нарушения. Например, использование запрещённых приёмов.

— Где твой противник? — спросил я, глядя на пустую арену. — Зная твоё умение опаздывать везде и всюду, он, похоже, не пришёл.

— Да нет, мы просто пришли раньше оговорённого срока, — с чувством победы улыбнулся мой друг.

— Ты точно Винсент? — приподнял я левую бровь и недоверчиво глянул на парня. — С каких пор человек, который вечно везде опаздывает, приходит раньше времени?

— Да что ты как Алиса заладил, — насупился парень и принялся размахивать руками. — Умею я вовремя приходить. Умею. Вот, видишь, пришёл же вовремя!

— При этом говорил поспешить, чтоб не опоздали, — недоверчиво глянул я на друга.

— Это чтоб сильнее удивить, — показал большой палец Винсент и похлопал меня по плечу. — Ну согласись, удивился же.

— Соглашусь. Только перестань стучать меня по плечу, как по барабану, у меня уже вся рука болит, — невозмутимо ответил я, глядя парню в глаза.

— Прости, старая привычка, — быстро вернул себе самообладание Винсент. — Так на чём мы остановились?

Не успел я что-либо ответить, как двери позади нас открылись и в помещение зашли ещё двое парней.

Первого я мельком иногда видел в коридорах. То ли сын виконта, то ли графа… Никакой больше информацией о нём я не располагал. А вот второго человека я быстро узнал.

Им оказался парень, который выступал независимым судьёй в пари между мной и Шевардом Балтером. Как тесен мир, оказывается.

С другой стороны, дуэли в учебном заведении не поощрялись ни Академией, ни дисциплинарным комитетом. Если добавить к этому момент, что такой вот «независимый судья» должен пользоваться уважением в кругу аристократов, то ничего удивительного в нашей повторной встрече нет.

— Кирт Пемброк, — первым поприветствовал я парня, как того требовал этикет. Он ведь учится на третьем курсе.

— Энкрид Эйзенхорн, — едва заметно кивнул кудрявый парень в ответ. — Не ожидал встретить вас здесь.

— Пришёл поддержать друга, — как есть ответил я, игнорируя сверлящий взгляд оппонента Винсента. — Теперь я уверен, что поединок пройдёт честно.

— Сочту за комплимент, — сразу заулыбался парень. Видно, не ожидал сходу услышать похвалу.

— Может, потом между собой поговорите? — осклабив зубы, зло рыкнул противник Винсента. — Я здесь, чтобы поставить этого зазнайку на место, а не ваши разговорчики слушать.

— Во-первых, следили бы вы за своим языком, Ваше Благородие. За это я вам на дуэли ещё больше тумаков отвешу, — сказал Винсент, шагнув вперёд. — Во-вторых, думаю, пора перестать тянуть кота за хвост. Быстрее сразимся, быстрее закончим. Мне ещё после с другими кандидатами драться.

С последним мой друг, конечно, преувеличил. Прозвучало так, будто он со своими противниками должен сражаться подряд, одним за другим.

— Ваше Сиятельство, займите любое место у трибун, — коротко попросил меня Кирт. — Что касается остальных, можете занять свои места на арене.

— Удачи тебе, — коротко поддержал я друга, после чего направился в сторону трибун. Там я выбрал удобное себе местечко, поближе к арене, после чего приготовился наблюдать за представлением.

Винсент и его противник, чьего имени я так до сих пор не узнал, также зашли на арену. Оба держали в руках деревянные копья. Само собой, боевое оружие использовать запрещалось. Хотя, если таким хорошенько ударить по голове, можно и пришибить ненароком человека.

«Судья» тем временем поднялся на смотровую вышку и принялся оглашать правила дуэли. Оппоненты их, само собой, знали, но того требовали формальности дуэли.

— Правило один. Поединок длится ровно пять минут. По истечении срока будет объявлена ничья. Правило два. Поединок можно досрочно закончить, признав поражение. Правило три. Если участник окажется не способен продолжить поединок, ему автоматически будет объявлено поражение. Правило четыре. Целиться в голову, лицо, глаза, шею или пах запрещено. Правило пять. Использование грязных приёмов запрещено. Правило шесть. Если оппонент сдался или не может оказывать сопротивление, второму воспрещается его атаковать, с целью нанести дополнительные увечья. Дуэлянты согласны с данными правилами?

— Да, — первым же ответил Винсент.

— Да, — повторил за ним его оппонент.

— В таком случае по моей команде можете начинать бой, — сказал Кирт, после чего вокруг арены поднялся магический барьер. — Пять. Четыре. Три. Два. Один. Начали.

Винсент и его противник одновременно стартовали вперёд, причём ничуть не сдерживаясь. Если обычно следовал обмен ударами с целью понять, на что способен противник и как двигается, эти действовали ровно наоборот. Первый даже сходу родовую технику применил, решив не скрывать до последнего свой туз в рукаве.

Мой друг не дурак, чтобы слепо бежать в атаку. Значит, он наверняка раньше сталкивался в бою со своим оппонентом и знает его повадки.

В считаные мгновения, поднимая клубы песчаной пыли за собой, они приблизились на расстояние удара.

Они принялись без остановки обмениваться новыми ударами, а я пытался уследить за всеми движениями. Взмах, выпад, отскок назад, удар сверху, подскок, нырок…

Сколько бы я ни концентрировал внимание на бое, уследить за всеми движениями у меня не получалось.

Сами выпады, подсечки, обманные удары и все остальные приёмы я хорошо различал. А вот как именно их делали, уже нет. Например, как Винсент двигал руками во время удара или куда ставил ногу, чтобы уйти вбок и увернуться. Тут мне не хватало восприятия, особенно из-за того, что оба использовали «усиление тела».

Я свою ману до такой степени не контролировал. Усилению тела воины учатся с детства, постепенно привыкая к физическим нагрузкам.

Жаль, я не могу использовать рунную магию на себе, чтобы расширить то же восприятие, например.

«Почему не могу?» — внезапно пронеслась мысль в голове.

Стоило мне об этом подумать, как в ладони появилось перо, после чего в считаное мгновение рука сама нарисовала знак в воздухе. Он сверкнул мягким, почти незаметным синим цветом, после чего лёг прямо мне на грудь.

Всё произошло настолько быстро, что никто из присутствующих в помещении не обратил на происходящее внимания. Хотя вот этому я ничуть не удивился — что судья, что дуэлянты были сконцентрированы на сражении. Кто стал бы обращать внимание на лёгкое изменение магического фона с моей стороны, особенно зная, что я не умею применять магию.

На мгновение мне показалось, что ничего не произошло, пока я не стал ощущать расходящееся тепло и лёгкость по всему телу.

Ещё через пару секунд, привыкнув к новым ощущениям, я заметил, что стал видеть вещи чётче, ярче, а сами атаки Винсента и его противника замедлились. Ну или, точнее, я начал поспевать за их движениями.

Тут мой взгляд невольно зацепился за противника моего друга. Даже несмотря на поднятую пыль, я заметил, как двигаются уголки его губ. Не знаю, что он сказал Винсенту, но последний после услышанного аж взревел. Его рык было слышно даже с трибун.

Одним рывком он сорвался с места, целясь прямым выпадом в корпус противника. Последний только этого и ждал, поскольку Винсент полностью открылся для ответного удара.

Так и случилось. Вражеское копьё попало ему в правое плечо. Учитывая, с какой скоростью Винсент летел вперёд, там дело не обошлось бы синяком. Минимум перелом. Правда, аристократ не учёл одного.

Винсента лучше не злить.

Получив удар, Винсент остановился, бросил своё оружие на землю, после чего схватил вражеское копьё и толкнул его на себя. Наглый аристократ никак не ожидал такого хода и растерялся, не догадавшись отпустить деревяшку вовремя.

Как следствие, он и его лицо встретились с кулаком Винсента. Потом ещё раз, ещё и ещё — до момента, пока не раздался голос судьи.

— Достаточно. Победа Винсента Кренча.

Услышав заветные слова, мой друг бросил обмякшее тело аристократа на песок. Учитывая его состояние, последнему точно требовался целитель. Всё-таки с таким разукрашенным кровью и синяками лицом в Академии появляться не стоило.

— Урод. Сволочь. В следующий раз вырву твой язык и… — продолжал ругаться Винсент, пока судья его не остановил.

— Ваше Благородие, — спокойным голосом, спустившись со смотровой вышки, сказал Кирт, после чего зашагал в сторону арены.

— Прошу прощения. Вырвалось, — поняв, о чём идёт речь, пробормотал Винсент.

— Всё в порядке. Я уже вызвал целителя. В следующий раз прошу не избивать до такой степени своих противников, — потрепал свои кудрявые волосы Кирт. — Если у кого-то будут вопросы по поводу использования грязных приёмов, посылайте этих людей сразу ко мне.

— Благодарю за вашу работу.

Обменявшись кивками, Винсент помахал мне рукой, после чего мы неспешно вышли из помещения.

— Видал, как я его? — довольным голосом спросил парень, когда мы отошли подальше от арены. — Копьё — это хорошо, но Кулак Яростного Грома ещё лучше!

— Ты же говорил, что используешь технику Кулака Разящего Грома. С каких пор он стал яростным? — усмехнулся я, наблюдая за тем, как в голове у Винсента работают шестерёнки.

— Ой, что было, то было. Какая разница, суть-то ты уловил! — воскликнул он и ловко увильнул от темы.

— Что тот аристократ тебе сказал, что так выбесил? — спросил я и заметил, как на лице Винсента сначала заиграли желваки, а затем приподнялись брови.

— Постой, а как ты заметил? Там же из-за пыли попробуй ещё что разглядеть.

— Я вообще-то такой же воин, как и ты, — парировал я вопрос.

— Резонно… — задумчиво ответил Винсент и посмотрел в верх. — Извини, я не могу сказать. Это… это больная тема, Энкрид. Дело не в том, что я не считаю тебя другом. Просто мне тяжело об этом говорить. Правда, без обид.

— Всё в порядке, — спокойно кивнул я. — У всех должны быть свои секреты.

— Значит, они у тебя тоже есть? — заметно повеселел Винсент, почувствовав смену темы разговора.

— Знал бы ты сколько, — рассмеялся я в ответ.