Глава 12

Оставшийся вечер, к моему превеликому счастью, я провёл в кровати. Идти сегодня на занятия не требовалось, так что я мог отдохнуть, собраться с мыслями и всё хорошенько обдумать.

Сейчас больше всего меня волновало само использование боевых рун. То, как я вчера усилил восприятие, могло стать хорошим подспорьем в бою, но и его надо тестировать, чтобы понимать пределы этой возможности, и нет ли у этого метода последствий. А то ведь так по идее легко получить сенсорный шок.

Если так посудить, наложение печатей на собственное тело пока что ничуть мне не навредило. Значит, следуя логике, при желании я могу стать сильнее, ловчее, быстрее или живучее, если нарисую нужный знак. Очень удобно, учитывая, что руну я могу нарисовать в считаные мгновения.

Только есть один нюанс. Отдача.

От простого усиления тела мои мышцы и кости крепче не станут. А ведь именно они в первую очередь подвергнутся нагрузке, к которой явно не будут готовы. Проблему можно решить созданием большего количества рунных знаков за раз, но мне пока рановато об этом задумываться. Контроля на всё не хватит, да и подход нужен комплексный.

То же самое касается увеличения ловкости и скорости. Самым подходящим навыком будет укрепление тела. Повышенная живучесть никогда лишней не бывает. Правда, рисовать и проверять этот знак тоже будет непросто. Не буду же я сам себя колотить, чтобы сравнить эффект до и после.

Придётся, похоже, предложить Винсенту тренироваться со мной в кулачных боях. Зная моего друга, последнему это будет только в радость. Впрочем, есть ещё другие рунные знаки, над которыми стоило бы поработать.

Ну что ж… Раз уж я выбил себе выходные, надо пользоваться возможностями. Правда, сначала схожу в столовую. Тренировки тренировками, а обед по расписанию. Заодно выпью пару чашек кофе, чтобы в себя до конца прийти.

Приняв душ и переодевшись, я открыл дверь и направился в столовую. Уже на выходе меня накрыло нехорошее предчувствие, но, к моему удивлению, ничего не произошло. По дороге мне не встретилось ни одного ученика. Всю дорогу я шёл в абсолютном одиночестве, что даже в некоторой степени удивляло.

Лишь войдя в столовую, я заприметил за одним из столов Шеварда Балтера с его шайкой друзей. Последних после инцидента с Виолеттой поубавилось на пару человек. Можно сказать, после такой истерики он ещё легко отделался.

Мне сразу показалось странным, что он пришёл в столовую в такую рань. Особенно ещё со всей своей группой. Ещё больше подозрений вызывала его кривая ухмылка в мой адрес. Про шепотки и хихиканье его «друзей» я тоже молчу. Неужто кража моей работы — их рук дело? Как-то непродуманно с их стороны, впрочем, нельзя забывать, что они все еще дети и им свойственны такие поступки.

Стоило мне подойти к подносам с едой, как всё встало на свои места.

— Доброе утро, — обратился я к одной из работниц столовой. Дородная женщина лет сорока, с румяными щёками, завидев меня, улыбнулась и подошла к стойке. — Позвольте поинтересоваться, куда исчезли все кондитерские изделия?

— Прошу прощения, Ваше Благородие. Вы, должно быть, не читали объявление на сайте Академии, — сочувствующим тоном ответила женщина. — Группа террористов напала на завод, поставляющий нам все кондитерские изделия. Скорее всего, до начала следующего семестра ситуация не изменится, если не найдут нового поставщика.

Тут я снова повернул взгляд в сторону Шеварда Балтера и заметил, как они за обе щеки уплетают эклеры и трубочки с ванильным кремом.

— А всё, что было, уже растащили, — сложив руки на груди, понимающе кивнул я.

— К сожалению, — раздосадованно покачала головой женщина.

— Ничего страшного, — улыбнулся я в ответ и подмигнул. — Самое главное, что вы продолжаете радовать нас своими блюдами. А десерты — это так, приятный бонус.

— Спасибо, Ваше Благородие, — ещё шире улыбнулась она, в то время как я принялся класть себе еду на поднос.

Не сказать, чтобы отсутствие десертов сильно разочаровало меня. Да, они приятно скрашивали день, но их отсутствие явно не стало таким уж концом света.

Если Шевард Балтер таким образом пытался мне отомстить, то я мог ему только посочувствовать. Это Винсент мог себе позволить за раз съесть десять, а то и двадцать тех же эклеров, запить всё это газировкой, чтобы потом заесть половиной торта. Он, можно сказать, ходячее исключение из правил.

Для других же подобная обжираловка как минимум закончится несварением желудка. Стоило ли из-за желания меня позлить стрелять себе в колено?

С другой стороны, Балтеру всего-то от силы пятнадцать, ну край шестнадцать лет. Да, он аристократ, к которым с раннего возраста начинают относиться как к взрослым, но сути это не меняет. Он юнец, а значит, скорее всего, будет идти на поводу мимолётных эмоций, а не здравой логики. Так что…

— Энкрид, если много думать, голова станет совсем большой и перестанет помещаться в дверной проём, — голос Алисы за спиной вырвал меня из раздумий.

— Смотрю, новым шутеечкам ты научилась у Винсента, — хмыкнул я в ответ и, повернувшись, вместо подноса с едой увидел у неё в руках коробку. — Это что?

— Секрет, — хитро улыбнулась она. При этом я заметил, что палец на её руке стал нервно стучать по картонной коробке. — Пойдём, сядем за стол. Заодно положу коробку. Устала её тащить с самого входа. Ещё бы ты знал, как я проголодалась!

— Винсента не ждём. Понял, — усмехнулся я на это заявление.

— Этот соня мне написал, что ему сон важнее завтрака, так что он его в этот раз пропустит, — тяжело вздохнула Алиса. — В общем, всё как обычно. Если нет десертов, то зачем же ему вставать? Он, кажется, вообще только ради них и идёт сюда завтракать.

— А ещё обедать и ужинать, — подчеркнул я, после чего неспешно зашагал вперёд. — Его, как мне кажется, кроме тортиков, только фастфуд и шашлык интересуют. Как вообще можно жить на такой диете, не представляю.

— Должно быть, мы с тобой чего-то не понимаем, — задумчиво проговорила Алиса.

— Кто знает, кто знает… — так же задумчиво ответил я.

Мы несколько минут разговаривали с Алисой, пока не сели завтракать за стол. К слову, конкретно это место всегда было свободным из-за нашей репутации. Помнится, Винсент чуть ли не устроил драку в столовой, когда кто-то попытался нас отсюда согнать. После того случая у дисциплинарного комитета к нам возникло очень много вопросов… Впрочем, это дело прошлого.

Ещё пятнадцать минут мы неспешно трапезничали. Всё это время я наблюдал, как у Алисы нервно дёргается палец, и задавался вопросом, что случилось. Зная её характер, раз она не сразу раскрыла все карты, значит, дело серьёзное. И эта странная коробка явно с этим как-то связана.

— Ладно уж, раз с едой закончили, может, расскажешь, что случилось? — перестал я ходить вокруг да около. — К чему вся эта загадочность?

— Ничего не случилось, — как ни в чём не бывало, ответила она. Только дёрнувшийся уголок губы говорил об обратном.

— Алиса, — настойчивее посмотрел я и сложил руки домиком на столе. — Я всегда люблю прямоту. Так что случилось?

— Я… — неловко ответила девушка, уронив взгляд на стол. — В общем, мой старший брат должен был поехать на благотворительный вечер. Однако внезапно на нашей территории открылось новое Подземелье, и брат оказался вынужден уйти в рейд. Поэтому вместо него теперь я должна туда поехать. Тем более что мероприятие проходит в столице.

— Допустим, — кивнул я, положив пальцы на подбородок. — Значит, не всё так просто?

— Мне нужен партнёр, — подняла она взгляд и посмотрела мне в глаза. — Там будет бал. А я… только не смейся, хорошо?

— Не буду, — максимально спокойным тоном ответил я, после чего снова положил руки на стол. — Тем более уже догадываюсь, в чём дело. Ты не умеешь танцевать?

— Как ты… — удивлённо спросила Алиса, чуть ли не просверлив меня взглядом, после чего быстро пришла в себя. — Да… хореография — не моя сильная сторона. Выискивать монстров по следам, карабкаться по деревьям, скалам — это мне с лёгкостью даётся, а вот танцы… Не моё это. Вот просто не моё. Не могу я, и всё тут. Отца это ничуть не смущает. Вот теперь не знаю, что делать.

— Так пойдём, — пожал я плечами и в очередной раз увидел, как у Алисы от удивления приподнялись брови. — Ну чего ты так на меня смотришь. Можно подумать, я бы отказался.

— Ну так… это же репутация, — озвучила она факт, с которым сложно спорить. — Если плохо потанцуешь, другие это заметят и будут сплетничать. А это может сказаться на будущих деловых отношениях.

— Алиса, как думаешь, мне что важнее — репутация или друзья? — серьёзным тоном спросил я, нахмурив брови и посмотрев на девушку.

Последняя резко опешила от вопроса, явно думая, что ответить. Помолчав секунд десять, она тихо выдавила:

— Извини… я не хотела…

Я не дал ей договорить.

— Всё в порядке, я обиды не держу и прекрасно понимаю ход твоих мыслей, — вновь вернул я себе спокойный тон. — Просто ты слишком серьёзно относишься к ситуации. Ну скажет парочка человек, что мы плохие танцоры, и что дальше? Земля уйдёт у нас из-под ног? Пустяки это всё, Алиса. И благотворительный вечер пройдёт как по маслу. К слову, когда он?

— Сегодня вечером, — немного смущённо ответила Алиса. Также я заметил, что у неё покраснели уши. — Я сама получила письмо от отца только вчера вечером. Пришлось даже отпрашиваться от занятий, чтобы всё успеть.

— Ничего страшного. Вечер так вечер, — пожал я плечами и решил побольше разрядить обстановку, а то Алиса по-прежнему сидела вся на нервах. — Всё равно у меня выходной. Как раз развеюсь на свежем воздухе, выйду в люди. А то сижу всё в библиотеке, книги читаю. С такими темпами я скоро стану её частью.

— Порой мне кажется, что оно так и есть, — наконец-то легко улыбнулась Алиса, после чего пододвинула коробку в мою сторону. — Можешь считать это компенсацией за то, что украла твой выходной.

— Не преувеличивай, — рассмеялся я в ответ. — Подумаешь, изменил немного планы. Я всё равно приятно и с пользой проведу с тобой время. Это не объясняться несколько часов дисциплинарному комитету, почему несколько парней валяются на полу и почему у каждого сломан нос. И ведь ещё попробуй докажи, что действовал в рамках самообороны.

— Мне бы твой оптимизм, — протянула девушка, в то время как я открыл коробку и увидел…

— Так ты всерьёз решила выполнить это шутливое обещание? — сказал я, увидев два десятка свежеиспечённых кремовых булочек.

— А почему не должна была? — недоумённо посмотрела на меня Алиса. — Ты так-то меня подтягиваешь в теоретической магии. Должна же я хоть как-то тебя отблагодарить. Что я за друг такой, если буду только брать и ничего не отдавать взамен?

— Я совсем недавно уже слышал эту фразу… — многозначительно сказал я, чувствуя дежавю. — Впрочем, такой благодарностью грех не воспользоваться. Ты тоже кушай, я это всё в одиночку не осилю. Я же не Винсент.

— Боюсь, мы тут вдвоём всё не осилим. Я-то порцию заказывала с расчётом на Винсента, а без этого обжоры мы всё не…

— Звали? — неожиданно за нашей спиной раздался знакомый голос. — Смотрю, я вовремя.

— Ты же говорил, что будешь спать! — дёрнула головой Алиса и косо посмотрела на Винсента.

— Говорил. Только будильник отключить забыл. А что толку спать, когда проснулся. Фиг заснёшь обратно, — как ни в чём не бывало, проговорил он, после чего сел за стол рядом с Алисой и сразу же взял из коробки булочку. — Как говорится, утро начинается с десерта, ведь если утро сладкое, то и сон будет таким же!

— Ты же это только что на ходу выдумал, — усмехнулся я, наблюдая, как Винсент за секунд пять полностью умял булку в руке.

— Не вижу никаких минусов, — с набитым ртом проговорил он, после чего проглотил остатки булки и продолжил: — Я так-то в душе поэт!

— Боюсь, амрательские поэты после такого заявления раз десять в гробу перевернулись, — озорно засмеялась Алиса, прикрыв рот ладошкой.

— Эй, я, вообще-то, в детстве стихи писал! Нечего тут смеяться! — воскликнул парень, взяв из коробки ещё одну булку.

— Алиса, нам бы лучше поторопиться, иначе через пару минут от десерта ничего не останется, — подметил я и тоже принялся уплетать десерт.

— Так и знала, что нужно было заказать две коробки, — задумчиво проговорила Алиса.

Пока девушка говорила, я краем глаза заметил Виолетту с подносом еды. Она некоторое время смотрела на нас, видимо, решая, стоит ей подойти к нам или нет. Так что я помахал ей рукой первым и предложил сесть рядом.

Девушка на секунду замялась, потупив взгляд в пол, после чего кивнула и уже куда увереннее двинулась вперёд.

— О! Виолетта, не стесняйся, садись к нам! — увидев знакомое лицо, заголосил Винсент.

Причём сделал это так громко, что остальные в столовой обернулись в нашу сторону. Зная моего друга, он ведь специально так сделал.

— Винсент, — тут Алиса не выдержала и ущипнула парня за руку. — Я чуть не оглохла!

— Прости, прости, — тут же, поняв свою ошибку, извинился друг. — Я не специально, оно само так получилось.

— Оправдания — не твоя сильная сторона, — устало вздохнула Алиса, после чего повернула голову. — Привет, Виолетта. Как сдала практику?

— Привет, — поставив поднос на стол и сев рядом со мной, в ответ помахала рукой Виолетта. — Кое-как сдала. Наставники в последнее время требуют от меня больше, чем от остальных.

— Та же проблема, — бросив взгляд на девушку, покачала головой Алиса. — Наставники как узнали, что я в Подземелье была и на монстров охотилась, так сразу устроили мне бег с препятствиями, с нормативами на скорость. Вообще продыху давать не хотят.

— О, так вы знакомы? — удивлённо спросил Винсент. У меня, в общем-то, была точно такая же реакция.

— Во время совместной практики познакомились, — развела руками Алиса. — Нашёл чему удивляться. Мы же все здесь учимся и хоть немного да знаем друг друга.

— Значит, теперь у нас не трио, а квартет! — важно заявил Винсент и тут же получил укоризненный взгляд от Алисы. — Понял, понял, не буду кричать. Только не надо меня опять щипать.

— Они всегда так себя ведут? — тихо прошептала мне на ухо Виолетта.

— Постоянно, — кивнув, так же тихо ответил я. — Ты привыкнешь. Наверное…

Наш завтрак прошёл в размеренной обстановке, если её можно так назвать. Винсент постоянно шутил, Алиса его время от времени подначивала, Виолетта делала свои вставки в разговоре, ну а я по большей части молчал и неспешно ел булочки, размышляя о жизни.

Я не планировал сегодня идти на занятия, но тут мне внезапно пришло на телефон сообщение от профессора Дорсета. Откуда он только ещё мой номер узнал, загадка.

«Всё готово. Приходи сегодня в 404 аудиторию, в 12 часов дня».

Такое вот короткое, но в то же время информативное сообщение. Потренироваться в рунной магии за оставшийся промежуток времени я бы не смог, поэтому потратил время на подготовку к благотворительному вечеру. Расспросил у Алисы, где будет проходить мероприятие, кто там будет, и всё в этом духе. Всё же мне нельзя ударить в грязь лицом, я же представитель своей семьи на этом мероприятии.

В четыреста четвёртую аудиторию я пришёл точно в срок и самым первым. Самого профессора я нигде не видел, зато помещение потихоньку наполнялось людьми. Некоторые, завидев меня, недоумённо смотрели, видимо гадая, что я здесь делаю. Большинство же никак не придало этому значения. Кроме, пожалуй, одного ученика, который при виде меня аж отшатнулся, словно испугался.

Обычный парень, с веснушками и рыжими волосами. Помнится, он пришёл поддержать Шеварда Балтера, когда тот соревновался с Виолеттой. Правда, ни его имени, ни рода я по-прежнему не знал. Да и, в общем-то, плевать.

Спустя где-то полчаса, когда аудитория заполнилась учениками, появился сам профессор Сайлас Дорсет. Вот и зачем меня позвал так рано, если сам припозднился?

Он неспешно подошёл к трибуне, быстро пройдясь взглядом по ученикам, после чего усилил голос с помощью магии.

— Вижу, среди вас появились новые лица, — спокойным тоном сказал он, подняв чуть вверх голову. — Представлюсь ещё раз. Профессор Сайлас Дорсет, ваш новый преподаватель истории, анатомии монстров и магического искусства. Время от времени мы будем совмещать эти три направления. Также скажу сразу: бездельников в своей аудитории я не потерплю. Если не готовы грызть гранит науки, можете даже не пытаться начинать. Нянчиться с вами я не собираюсь.

— Пришёл ещё один на нашу голову, — услышал я чей-то тихий шёпот за спиной.

— У меня хороший слух, — профессор тут же посмотрел в сторону говорившего. — Как я и говорил, можете в любой момент покинуть аудиторию. Я вам слова не скажу. Однако если останетесь, придётся очень сильно постараться, чтобы выйти хотя бы на средний балл. К слову об оценках. Большинство ваших сданных работ — это, конечно, что-то с чем-то.

— В каком смысле⁈ — в сердцах воскликнул один из учеников.

Такое поведение, само собой, не красило аристократа, но за годы учёбы в Академии каких только людей я не встречал. И ведь большинство так просто не исключишь, чтобы не обидеть их род. Нужна серьёзная причина, которую ещё попробуй найди.

— В прямом, молодой человек, — как ни в чём не бывало, ответил Дорсет. — Я, пока читал вашу работу, чуть не захлебнулся в воде. Три четверти текста — это расплывчатые формулировки и рассуждения ни о чём. Кол ставить не буду, через неделю принесёте новый доклад.

— Предыдущий преподаватель даже похвалил мою работу! — не унимался незнакомый мне ученик. — Какой кол! Это несправедливо!

— Ещё раз. Можете пожаловаться директору, а можете вызвать меня на дуэль, если решитесь, — стал потирать кулаки профессор, не отрывая взгляда от наглеца. — Ещё вопросы будут?

— Нет… — теперь уже понурым голосом ответил ученик, даже не думая повышать голос на мужчину.

— Прекрасно. А теперь ближе к делу, — сказал профессор и посмотрел в сторону другого ученика. Того самого рыжеволосого парня с веснушками, который постоянно тусовался в компании Балтера. — Среди всех прочих должен выделить работу Осмунда Лайспира. Должен признать, меня впечатлил ваш двадцатистраничный доклад, со всеми подробностями написанного. Хвалю.

— Благодарю, профессор, — нехотя проговорил рыжий парень, косо посмотрев на меня. Что ж, парень явно не дурак, раз заподозрил что-то неладное.

— Однако видите ли, тут какое дело. Точно такую же работу я получил от другого ученика, — слегка слукавил Дорсет. Хотя, справедливости ради, у меня были копии своих работ, которые я как раз хранил на случай утери. — Его зовут Энкрид Эйзенхорн, и он сейчас присутствует в этой аудитории. Поскольку даты сдачи работы совпадают, я не могу подтвердить, кому из вас двоих принадлежит доклад. Так что у меня нет другого выбора, кроме как лично проверить ваши знания.

— Каким образом? — к моему лёгкому удивлению, рыжий совсем успокоился.

Странно. Если уж считает, что контролирует ситуацию, то чего изначально выглядел таким нервным? Непонятно.

— Вы вместе с Энкридом выйдете вперёд и будете отвечать на вопросы, пока остальные ученики будут слушать, — по-доброму улыбнулся Сайлас Дорсет, после чего рукой позвал нас к себе. — Прошу выйти вперёд. Чего будем попусту терять время.

— Раз уж на то пошло, я не против, — самоуверенно ответил Осмунд Лайспир. Правда, это имя и род мне говорили примерно ровным счётом ничего.

— Хорошо, — так же коротко ответил я, встав из-за своего места и выйдя вперёд, не обращая внимания на шепотки других учеников.

«И всё же, что же ты задумал?» — промелькнула мысль в голове.

* * *

Осмунд Лайспир, несмотря на сложившуюся ситуацию, чувствовал себя абсолютно спокойно. Несмотря на произошедшее, никто не стал его обвинять в подмене доклада, а это главное.

Да, к сожалению, «нулёвке» насолить не удалось. Кто ж мог подумать, что он пойдёт жаловаться преподавателю, а тому будет не всё равно. По-хорошему, максимум чего бы он добился, это автомата, просто за заслуги. В идеале ему пришлось бы по-новому сдавать доклад, что можно было бы считать полноценной победой.

И на доклад не пришлось бы тратить время, и заодно он мог укрепить дружбу с Шевардом. В конце концов, это ему принадлежала идея с кражей доклада. Тем более что вся афера выглядела до боли простой. Всего-то требовалось использовать связи и подкупить продажного работника-архивариуса. Благо с деньгами у Осмунда никогда проблем не было.

Только скоропостижный перевод нового преподавателя порушил все планы. Предыдущий старик пальцем бы не пошевелил, чтобы хоть как-то вмешаться в ситуацию, а этот оказался тем ещё «образцовым профессором».

Хотя даже в этой ситуации есть свои преимущества.

«Не повезло тебе, нулёвка. Я очень хорошо знаю тему наследственности магии. Даже если ты принёс копию профессору, это ни на что не повлияет. Я первым сдал работу, а значит, если смогу правильно ответить на вопросы, тебя обвинят в клевете», — мелькали мысли в голове Осмунда, пока он глазел на своего оппонента.

С какой стороны ни посмотри, сплошные плюсы. Да, «нулёвка» по слухам силён в теоретической магии, но что с того? Максимум они оба правильно ответят на один и тот же вопрос.

«Видимо, небо сегодня благоволит мне», — продолжал витать в облаках парень, пока не услышал голос профессора.

— Вижу, вы оба готовы, — сказав это, он посмотрел прямо на Осмунда. — Начнём с вас. Для честности вопросы буду задавать поочерёдно.

— Как скажете, профессор, — коротко кивнул Осмунд.

— Начнём с чего попроще. Представим ситуацию, где воин, использующий арсенал воздушных техник, женился на заклинательнице, использующей ледяные искусства. У этих двух людей родились четыре ребёнка. С каким шансом дети переймут способности своих родителей?

«Ничего себе, с чего попроще. Эта тема так-то вообще вскользь упоминалась в учебнике», — подумал Осмунд.

Ему с трудом удалось сдержаться, чтобы не скривить лицо, глядя на ухмылку профессора. Ну ничего, она сейчас быстро пропадёт.

— Согласен, простой вопрос, — фальшиво улыбнулся в ответ Осмунд. — Тут всё очень просто. Всё зависит от того, чей дар сильнее. В большинстве своём это дар воинов. Соотношение идёт примерно три к одному.

— Есть что добавить к ответу? — с вызовом спросил профессор, сложив руки домиком на столе.

Подловить его хочет? Как бы не так.

— Из этого следует, что трое детей, скорее всего, переймут дар воина и атрибут воздуха, а оставшийся будет заклинателем с магией льда. В более редких случаях один из детей может родиться особо одарённым магом и будет хорош во всех четырёх направлениях, либо же станет воином с морозными искусствами или заклинателем, чьим главным оружием будет ветер.

«То-то ведь! Ты ж не думал, что так просто сможешь меня подловить⁈» — едва сдержал торжествующий смешок Осмунд, заметив, как профессор закрыл глаза.

— Хорошо, — помедлив с ответом, сказал преподаватель, после чего обратился к «нулёвке»: — Энкрид, вам есть что добавить?

«Да что тут добавлять? Я же чуть ли не всю статью наизусть пересказал!» — от услышанного у парня чуть глаза на лоб не полезли.

— Ответ Осмунда Лайспира в корне неверен. С имеющимися данными невозможно сделать даже примерные расчёты, — спокойным голосом проговорил «нулёвка».

— Всё верно, — как ни в чём не бывало, ответил Сайлас Дорсет.

— В смысле верно⁈ — в сердцах выпалил Осмунд и сжал кулак.

В этот момент ему стоило огромных трудов, чтобы сдержаться и не наговорить лишнего.

— Молодой человек, держите себя в руках, — раздражённо сказал профессор, стукнув пальцем по столу. — Не заставляйте меня повышать голос. Мы с вами находимся в аудитории, а не на базаре, чтобы перекрикивать друг друга.

— Прошу прощения, профессор. Этого больше не повторится, — сквозь зубы произнёс Осмунд. — Но не могли бы вы объяснить, в чём я неправ?

— Позволите? — безэмоционально спросил «нулёвка», сложив руки на груди.

— Прошу вперёд, — таким же тоном ответил ему преподаватель.

Услышав эти слова, «нулёвка» сразу же повернулся в сторону других учеников.

Да что этот «нулёвка» вообще себе позволяет⁈