Глава 13

Давненько меня так не сверлили взглядом. Даже тот же Шевард, когда проиграл, и то, по ощущениям, чувствовал меньше злости, чем Осмунд. Со вспыльчивостью, конечно, у парня явные проблемы…

— Описанная Его Благородием схема работает только в том случае, если в обоих родах на протяжении хотя бы десяти поколений рождались только воины с предрасположенностью к стихии ветра и заклинатели с предрасположенностью к морозной магии, — я взял небольшую паузу, переведя взгляд на своего оппонента. — Неизвестно, кем были отец и мать со стороны мужчины и женщины. Следовательно, не хватает данных, чтобы строить модель.

— Хорошо, — прежде, чем Осмунд успел мне что-то сказать, произнёс профессор. — Вам есть что добавить к своим словам?

— Да, поскольку ваш вопрос звучал иначе, — повернул я голову в сторону профессора и спокойно добавил: — Вы спросили, с каким шансом дети переймут способности своих родителей. Маг может не обладать талантом, например, к изучению тех же морозных техник, однако при должном усердии сможет их изучить и использовать. Просто это будет менее эффективно.

— Вот теперь всё верно, — довольно улыбнулся Сайлас Дорсет. Затем он с нарочито снисходительным тоном обратился к Осмунду: — Этот вопрос поднимался в сданном вами докладе. Странно, что Энкрид сразу понял, о чём я говорю, в отличие от вас. Впрочем, вполне возможно, всему виной стресс и усталость. Поэтому задам другой вопрос. В этот раз первым будет отвечать Его Сиятельство, чтобы всё по-честному.

— Слушаю вас, — внимательно посмотрел я на профессора.

— Назовите пример из доклада, когда из-за изменений в энергетической структуре меняется наследственность магии, — задал довольно интересный вопрос профессор.

— Род Альва и их чёрное пламя, — практически моментально ответил я.

— Отличный пример, — удовлетворённо кивнул Сайлас Дорсет, после чего глянул на Осмунда. — Вам есть что рассказать об этом роде, молодой человек?

— Род Альва был известен своими огненными техниками, благодаря которым они сжигали замки, крепости и даже города, — немного задумавшись, ответил парень, после чего нагло ухмыльнулся мне. — Так было до момента, пока будущий наследник рода не стал изучать тёмные искусства. Тогда их пламя преобразилось, став чем-то иным, нежели просто огнём.

Хороший и в целом правильный ответ. Не думал, что он окажется настолько осведомлён в теме. С такими знаниями он мог сам спокойно написать доклад за пару часов, а не воровать его у меня. Видимо, тут играла личная месть или желание подмазаться к Шеварду.

В любом случае, прежде чем выдавать мой доклад за свой, ему стоило хотя бы его прочитать.

— Энкрид? — снова обратился ко мне профессор.

— На тот момент будущий глава рода не стал изучать тёмные искусства, — покачал я головой и бросил мимолетный взгляд на слушающих нас учеников. — Он получил проклятие во время рейда в Подземелье. Ложные слухи об изучении тёмных искусств распространял род Харден, кровный враг Альвов. Об этом можно узнать из книги «Проклятия родов», где подробно расписаны свойства тёмного пламени и то, каким образом род Альвов оказался проклят.

— Ровно то, что и было написано в докладе. Даже источник верно указан, — с этими словами профессор встал и посмотрел на как-то неестественно побледневшего Осмунда. — Вижу, молодой человек, что материал вы знаете выше среднего, но доклад явно принадлежал не вам. Лжецов в своей аудитории я терпеть не могу, поэтому прошу вас покинуть аудиторию.

Ученики тут же стали шептаться между собой. В аудитории поднялся такой гул, что было сложно что-то разобрать.

— Я буду!.. — поднял указательный палец паренёк, но не успел ничего толком сказать.

— Жалуйтесь, сколько хотите. Окончательное решение за мной, — спокойно ответил мужчина. — Максимум, что могу посоветовать, — это вернуться в свою комнату и дождаться прибытия членов дисциплинарного комитета. Теперь они будут решать данный вопрос. Вы, Энкрид, тоже можете быть свободны.

— Раз уж я здесь, то предпочту остаться и послушать лекцию, — чуть подумав, ответил я, намеренно не отрывая взгляда от Осмунда. Последний покраснел так, будто собирался взорваться, как вулкан. Даже костяшки на руках побелели от злобы.

— Выбор за вами, — сказал профессор и сел обратно за стол. — Можете выбрать любое свободное место. А вас, Осмунд Лайспир, прошу ещё раз покинуть аудиторию. Не заставляйте меня прямо сюда вызывать охрану.

— Не думай, что это конец, — тихо, сквозь зубы, прошептал он мне, чтобы никто его не мог услышать. Правда, видимо, забыл, что у профессора Дорсет очень хороший слух.

— До скорых встреч, — в ответ на словесный выпад я добродушно улыбнулся и помахал ему рукой, наблюдая за тем, как он уходит под тяжёлый взгляд профессора.

Правда, чувствую, после случившегося я с ним не встречусь. За подделывание работы выговором он не обойдётся. Скорее всего, его временно отстранят от учёбы и оставят на второй год. Или же вовсе исключат из Академии, поскольку он скрывал этот факт и ко всему прочему подкупил работника Академии.

Что ж, не думал до конца, что Сайлас Дорсет будет прав, но всё прошло как нельзя лучше. Одним обидчиком стало меньше, плюс я заработал себе неплохую репутацию среди других учеников.

Кто-то, конечно, будет разносить сплетни, якобы мы с профессором подставили несчастного Осмунда, но это уже мелочи. Всегда найдутся те, кто будет готов поверить в любой бред, если им это будет выгодно.

Ладно, теперь дело за малым. Дослушать лекцию, а затем готовиться к походу на благотворительный вечер. Развеяться всяко не помешает. Того глядишь, новые идеи в голову придут. Заодно узнаю, какой же из Алисы на самом деле танцор.

* * *

На благотворительный вечер я ехал в гордом одиночестве, на пассажирском сиденье. Хотелось, конечно, поехать сразу вместе с Алисой, чтобы поездка прошла веселее, но тогда нас точно поняли бы не так.

На подобного рода мероприятие принято было ехать одному. Если мужчина вдруг приехал вместе с девушкой, то это означало, что они встречаются и готовятся скоро объявить помолвку, ну или у них в целом более близкие отношения, чем дружеские.

Так что выбора мне практически не оставили. Зато я мог подумать о рунах и Системе. Тоже, как ни посмотри, плюс.

Оделся я тоже под стать мероприятию. Синий пиджак под такого же цвета брюки, чёрные туфли, галстук, рубашка. В общем, как любят шутить в Амрателе, — стандартный набор джентльмена.

Отдельно ещё пришлось запариться с парфюмом. Я что в прошлой жизни, что в этой практически ими не пользовался, о чём и сообщил Алисе. Последняя этому факту очень возмутилась и в срочном порядке помогла подобрать аромат из своей коллекции духов.

Причём про неё она ни мне, ни Винсенту ничего не рассказывала… Уж не знаю, стеснялась ли или, наоборот, считала своё увлечение чем-то не столь важным. Но как факт: дома у неё лежало несколько десятков мужских и женских флаконов.

Я выбрал себе лёгкий фруктово-ореховый, терпкий аромат. Странное сочетание, на мой взгляд, но весьма интересное. Алиса ещё почему-то сказала, что этот парфюм мне очень подходит, но причины такого выбора для меня остались загадкой.

В остальном подготовка прошла без сучка и задоринки. Разве что автомобиль рода пришлось ждать больше часа. Можно было, конечно, поехать в обычном автомобиле, на которых ездят слуги, но подобные действия не подобают аристократу. Поэтому я ехал в своеобразном подобии лимузина.

Зато внутри по моей просьбе всегда находились коробки с соками. Всегда приятно смотреть в окно, пить апельсиновый сок из соломинки, смотреть в окно на ночные огни города и размышлять о своём. Есть в этом что-то завораживающее и душетрепещущее, что невозможно описать обычными словами. Скорее, уж только прочувствовать.

— Почти приехали, молодой господин, — голос водителя вырвал меня из размышлений.

— Хорошо, — ответил я и заприметил здание, куда мы приехали.

Со стороны чем-то оно напоминало небольшой дворец посреди города. Впереди красовались резные колонны с затейливыми узорами на входе у ворот. За ними шла брусчатая дорога, с левой и правой стороны которой росли небольшие деревья и цветы.

Но больше всего выделялось само здание. На его фоне аукционный дом Вальтеросов выглядел как маленькое, ничем не примечательное поместье. С трудом представляю, сколько стоила аренда бального зала в таком месте. Хозяин благотворительного вечера явно решил раскошелиться.

Подъехав к парковке, ко мне вновь обратился водитель.

— Желаю приятно провести вечер, молодой господин, — сказал он, посмотрев на меня через зеркало заднего вида.

— Благодарю, — коротко кивнул я в ответ, после чего дождался, пока слуга откроет мне дверь.

Выйдя из автомобиля, я прямиком направился в сторону входа. Помимо двух крупных охранников, возле дверей стоял старик в смокинге. В глаза также бросались уложенные назад седые волосы — такую причёску обычно носили дворецкие. Не удивлюсь, если он когда-то им и был.

— Ваше приглашение, — обратился ко мне дворецкий, как только я подошёл к дверям.

— Я с Алисой Лэйвин, — спокойно ответил я, смотря дворецкому в глаза.

— Энкрид Эйзенхорн? — сразу же уточнил старик, так же окидывая меня взглядом.

— Он самый, — не меняя тона, ответил я.

— Хорошо. Проходите, — с этими словами он подошёл к дверям, дёрнул за ручку и открыл их назад, после чего жестом пригласил меня пройти вперёд.

— Благодарю, — с этими словами я прошёл внутрь коридора.

Не сказать, чтобы внутреннее убранство коридора меня как-то удивило. Обычная красная ковровая дорожка, пустые стены, окрашенные в блёкло-зелёный цвет, белый потолок. В целом, не за что было зацепиться глазу. Правда, это всё играло для контраста.

Стоило мне попасть в бальный зал, как картина в корне преобразилась и наполнилась яркими красками.

Огромный зал, множество столов с закусками, вокруг которых безостановочно кружили слуги. Повсюду парами или группами сновали аристократы, о чём-то мирно беседуя с бокалами в руках. Громадные люстры освещали зал золотистым цветом, который затейливо отражался в мраморной плитке на полу. Потолок украшали бесконечные фрески, а саму картину дополнял живой оркестр в конце зала.

Если бы мне сказали описать увиденное одним словом, я бы сказал: роскошно.

Теперь я не удивлён, почему Алиса так боялась ударить в грязь лицом из-за танцев. Здесь собралось несколько сотен представителей аристократических родов, причём большинство, скорее всего, из столицы, а не просто с окраин.

С одной стороны, это огромные возможности засветиться и нарастить связи с множеством влиятельных родов. С другой — есть риск заработать дурную репутацию на ровном месте, если хоть где-то ошибёшься. Тем более в случае Алисы.

То, что род Лэйвин послал в качестве представителя наследницу, которая даже не достигла совершеннолетия, можно трактовать по-разному. Сомневаюсь, что хозяин того же благотворительного вечера будет разбираться в причинах такого выбора.

Впрочем, сделанного не воротишь назад. Значит, нужно расслабиться и просто получать удовольствие от происходящего. Как правило, это лучший способ сделать так, чтобы всё прошло без сучка и задоринки.

— Энкрид, — услышав голос за спиной, я обернулся и увидел Алису.

Надо сказать, в этот момент я на пару секунд опешил.

Ещё со средних классов я видел Алису только в академической форме, если не считать наш поход в Подземелье. Она в ней выходила даже на улицу, когда я приглашал её погулять. А тут…

Девушка стояла передо мной в длинном, огненно-красном платье с закрытыми рукавами. Последние украшали узоры в виде синих цветов, распускающихся на ветвях. Сами волосы у неё были заплетены в пучок и держались на нефритовой заколке.

Такой я её видел впервые и, надо сказать, выглядела она симпатично. Даже более чем.

— Сегодня ты особенно потрясающе выглядишь, — улыбнулся я и подмигнул девушке.

— Нашёл время издеваться, Энкрид, — тихо сквозь зубы и, сохраняя улыбку, чтобы никто не услышал, сказала Алиса. — Думаешь, я сама в восторге носить такое?

— Так я серьёзно, — я шагнул и наклонился вперёд. — Тебе очень идёт.

— Я… — аж растерялась девушка. Видимо, не привыкла получать комплименты от мужчин. — Энкрид, тоже нашёл время! Хватит вгонять меня в краску.

— В такие моменты ты выглядишь ещё милее, — ещё шире заулыбался я.

От услышанного у неё покраснели и щёчки, и ушки. Причём, в целом, я нигде не соврал.

— Пожалуйста, давай просто немного вместе прогуляемся, — переведя дыхание, попросила девушка. — Танцы начнутся через несколько часов, так что сможем заодно пообщаться с другими гостями. Новые знакомства никогда не бывают лишними, особенно когда не знаешь, где они могут пригодиться.

— Ловко ты соскочила с темы разговора. Я даже сразу не понял, — тихо рассмеялся я в ответ.

— Там есть твои любимые пирожные с фисташковым кремом, — зашла с козырей Алиса.

— Так чего мы ждём? Пошли скорее, пока всё не съели, — сказал я, сразу решительно зашагав к столу с десертами.

Минут двадцать мы с Алисой расхаживали к разным столам. Время от времени к нам подходили аристократы с целью познакомиться поближе. Первыми на контакт мы не шли в силу возраста.

Подойди мы первыми к кому-то из старшего поколения, и наши действия могли легко счесть за неуважение из-за этикета. Такое поведение с натяжкой дозволялось лишь тем, чей статус намного превосходил собеседника.

Например, если бы к какому-нибудь главе рода первым подошёл бы член императорской семьи. Там никто бы не стал обращать внимания на возраст. Скорее уж, наоборот, сочли бы за честь такое обращение.

— Не скучай, — перед тем, как расстаться, озорно прошептала мне на ушко Алиса.

Видимо, так решила отомстить за то, что я заставил её смущаться.

— Это будет непросто, но я постараюсь, — шутливым тоном ответил я, помахав девушке на прощание.

Теперь, в общем-то, дело оставалось за малым — наблюдать за аристократами, прислушиваться, о чём они говорят, и ждать, пока кто-нибудь ко мне подойдёт.

Стоило Алисе отойти, как у меня сразу закралась мысль призвать рунное перо и использовать на себе усиление восприятия. В целом, в такой толпе вряд ли бы хоть кто-то заметил лёгкое магическое колебание. Саму руну я же рисовал так быстро, что, если не знать, куда смотреть, вряд ли бы кто-то увидел сам знак.

Правда, как обычно, от этой мысли меня отвлёк вальяжный женский голос. Причём отдалённо знакомый. Словно я где-то его уже слышал.

— Вы, должно быть, Энкрид Эйзенхорн, — обернувшись на звук, я увидел, пусть и не лично, но знакомую мне аристократку.

На меня смотрела голубоглазая блондинка с распущенными до плеч волосами. Она была в зелёном, облегающем платье, с частично открытыми рукавами. Правда, взгляд всё равно в первую очередь падал на изгибы и формы тела, которые платье очень хорошо подчёркивало. Впрочем, для этого такие наряды и берут в свой арсенал.

— А вы, так понимаю, Ревейн Вальтерос, — сказал я, вспомнив имя ведущей аукционного дома. — Удивлён, что вы знаете мою внешность. Как мне помнится, лично мы с вами не встречались.

— Я не меньше удивлена вашей памяти, — в ответ улыбнулась Ревейн. При этом взгляд у неё был такой… пронзительный, я бы сказал. Словно она пыталась заглянуть мне прямо в душу, чтобы понять, о чём я думаю. Похоже на профдеформацию, учитывая её ремесло. — Вы правы, лично мы с вами не встречались. Однако ваш визит я запомнила. Должна же я как представительница своего дома знать клиентов в лицо. Особенно тех, кто готов покупать даже самые необычные товары.

Неплохо она, конечно, намекнула на то, почему завела со мной разговор. Что ж, это даже хорошо нам обоим. Чувствую, мне со своей Системой придётся постоянно затариваться самыми разными материалами. Для неё же это выгода как по деньгам, так и по репутации.

— Очень удобно покупать вещи там, где их пришлось бы выискивать неделями, а то и месяцами, — улыбнулся я, после чего подобрал со стола бокал с каким-то безалкогольным напитком. Пригубив его, я добавил: — Впредь, если мне понадобится что-то редкое и ценное, я буду не прочь посетить дом Вальтеросов.

— Род Вальтеросов всегда будет рад видеть Эйзенхорнов в своих стенах, — сказала она, точно так же взяв бокал в руки со стола.

— Приму к сведению, — чуть кивнув, снова вежливо улыбнулся.

Мы ещё пару минут разговаривали на обобщённые темы, в основном касающиеся самого благотворительного вечера, после чего попрощались друг с другом.

С одной стороны, могло показаться, что наша встреча и разговор закончились ничем, но это не совсем так. Ревейн обозначила тот факт, что помнит клиентов и своих клиентов, чем себя и зарекомендовала.

Вдобавок этим она прибавила шанс того, что я снова приду к ним на аукцион, а не стану покупать вещи в алхимических лавках, кузницах и тому подобных местах.

Кроме того, она показала, что дом Вальтеросов торгует, в том числе и с Эйзенхорнами. Учитывая, что мой отец дружит с Его Императорским Величеством, это довольно хорошая самореклама. Впрочем, данное внимание играло в обе стороны, особенно для меня.

Также наше личное знакомство может в дальнейшем сыграть свою роль. А вот какую именно — тут уже зависит от того, как сложатся наши отношения.

Не успел я отойти от стола, как мой взгляд неожиданно упёрся в Шеварда Балтера. Наши взгляды встретились, и я мог определённо сказать, что он удивился не меньше моего. В голове даже невольно пронеслась мысль о том, как тесен мир. Хотя казалось бы, м-да…

Что-то этот парень зачастил появляться в моей жизни. С другой стороны, почему-то я нашей встрече совсем не удивлён.

На мгновение мне показалось, что он решит проигнорировать меня, но, видимо, чувство гордости не позволило оставить всё как есть. Он тут же, не медля ни секунды, подошёл ко мне.

— Вот уж не думал встретить вас здесь, Энкрид Эйзенхорн, — фальшиво улыбнулся он, обойдя стол и встав напротив меня. — Не могу никак припомнить, чтобы видел ваше имя в списке гостей. Если не секрет, что вы здесь делаете?

М-да уж. Так открыто язвить в присутствии других аристократов — это надо уметь. Видать, гордость ему совсем затуманила разум. Других причин такому поведению я найти не могу.

Я мог, конечно, ответить Шеварду в духе: «А твоё какое дело, дружочек». Но это было бы слишком фривольно. Так что я решил надавить на больное.

— Никакого секрета нет. Меня пригласили, я пришёл, — как ни в чём не бывало, ответил я и сразу же добавил: — Хотя должен отметить, что тоже не ожидал вас здесь увидеть.

— Это почему же? — зацепился за слова сын маркиза. — Род Балтеров, между прочим, пожертвовал немаленькую сумму на благотворительность.

— Речь конкретно про вас, уважаемый Шевард, — наигранно вежливым тоном ответил я, водя рукой бокал по воздуху. — Наблюдая утром, с каким остервенением вы поедали вчерашние десерты, мне казалось, что вы заработаете себе несварение желудка и отправитесь в лазарет. Однако должен признать, у вас крепкое здоровье, раз вы стоите здесь, передо мной. Даже удивительно.

Лицо Шеварда аж перекосилось от услышанного. Левое веко его глаза стало без остановки дёргаться. Сам он сжимал и разжимал кулак, явно пытаясь взять себя в руки. Правда, достойный ответ ему в голову всё не приходил и не приходил.

— Был рад с вами повидаться. Увидимся в Академии, — сказал я и, не дожидаясь ответа, развернулся и ушёл в сторону, подальше от парня.

За спиной я услышал неразборчивую ругань, в которую даже не пытался вслушиваться.

В этот момент мне даже стало жаль Винсента. Не повезло ему, конечно, с одноклассником. И как только мой друг его ещё на дуэль не вызвал? Вопрос хороший.

Надо сказать Алисе спасибо. Уже одна эта встреча с Шевардом и возможность его поставить на место стоила того, чтобы я сюда пришёл. Приятно было увидеть такую его реакцию. Такой укол он запомнит надолго, сомневаться не приходится.

Ладно, разборки с неприятелями — это одно, а ужин — другое. Я, пока шёл с Алисой, даже ничего толком не поел. Не танцевать же мне с Алисой на голодный желудок. На голодный желудок что-то делать вообще большая глупость как по мне.