Глава 45. Роберт

Я рассчитывал проснуться от будильника, шума прибоя или преждевременного приезда русалки, но только не от визга Киры. Что могло такого случиться, чтобы моя сестра с давно похороненными эмоциями так верещала? Надеюсь, не армагеддон, иначе нам с русалкой будет проблематично вернуться на Мальдивы из-за нарушенного авиасообщения.

— Что ты приняла? — ворчу я, вылезая из-под одеяла и потирая заплывшие шары. — Нельзя так будить человека.

— Тащи свою задницу сюда! — командным тоном велит мне сестренка, подвигаясь на диване и щелкая компьютерной мышью. — Барона повязали сегодня ночью.

Да, эта новость действительно бодрит, никакого кофе не надо.

Я подрываюсь с софы, на которой за ночь все кости отлежал, и таращусь в ноутбук. Кира листает громкие новостные заголовки, подтвержденные красочными фотографиями Барона в наручниках.

Его поймали с поличным. В собственном гараже. При досмотре остальной недвижимости крупного бизнесмена была изъята и другая контрабанда. По предварительным данным в полицию обратилась родная дочь Барона Зара Амоян. Ему светит от восемнадцати лет до пожизненного заключения, в зависимости от тяжести скрытых им преступлений в прошлом.

— Ох-ре-неть, — по слогам бормочу я, охваченный шоком. Вот это моя русалка выдала: сдала своего папашу! Одним ходом отомстила за всех, закончив эту шахматную партию.

Не отводя взгляда от чудных новостей, я в каком-то дурманящем тумане набираю номер и диктую адрес бывшему сутенеру Анжелы. Пока эта гадина не сбежала, надо ее ловить.

— В долгу не останусь, братан, — отвечает тот.

Братан…

Трясу головой, приходя в себя, и смотрю на довольную Киру.

Барон откупится. Найдет лазейку в нашем несовершенном правосудии и получит свободу. Но ему крепко помотают нервы, его обанкротят, а партнеры внесут его имя в черный список лохов, которых подставляют собственные дети. Ему конец, так или иначе.

— Ну как? Это стоило того, чтобы проснуться пораньше? — улыбается Кира.

Не то слово!

А моя рыбка кровожадна. Я ограничился грабежом, она зашла намного дальше. На фоне ее поступка Барон даже меня простит.

Отойдя от встряски, я принимаю душ, одеваюсь и причесываюсь, приводя себя в порядок перед встречей с русалкой. Кира тоже пересиливает себя, одеваясь не в черное, а клетчатую рубашку и синие джинсы. Такая милаха становится. Пусть даже ради встречи с Вадиком, с которым они пока знакомы только онлайн.

В Мапуту я не без труда нахожу, где купить цветы, и приобретаю красивый букет, потом мы едем в аэропорт.

Ожидание всегда волнительно. Я знаю, что моя рыбка уже пересела на другой самолет и скоро будет здесь, в столице Мозамбика. Конечно, она будет шокирована тем, куда я притащил ее после сказочных Мальдив, но я уверен, что сумею подарить ей лучшее будущее. Ведь я люблю ее больше жизни.

Мое волнение не скрывается от внимания Киры, и она тихонько похихикивает надо мной.

— Хватит!

— Да ты скоро дыру в полу протопчешь, — смеется она.

Наконец объявляют прибытие рейса, и теперь я сосредотачиваюсь на потоке прилетевших.

Сердце стучит, как заведенный моторчик. В горле пересыхает. Перед глазами мелькают круги. В обморок бы не грохнуться. Нельзя мне так нервничать в моем-то возрасте. Даже как-то не по-мужски.

— О, вон Вадим! — Кира машет ему рукой, привстав на носки.

Но меня напрягает то, что он один. Совсем один! И судя по выражению его лица, у него для меня не самые приятные новости.

Нет… Только не это! Ее задержали? Или она передумала? Что случилось?!

Я бросаюсь наперерез толпе и буквально реву:

— Где она?!

Вадик растерянно моргает, не в силах улыбнуться Кире. Я готов схватить его за грудки и удавить за это молчание.

И тут теплые пальцы касаются моих глаз, погружая их в безмятежный полумрак. Я, испуская вздох облегчения, подношу одну ее руку к своим губам и, целуя, медленно оборачиваюсь.

Она улыбается, глядя мне в глаза с тем восхищением, с которым смотрела в аэропорту Мале, польщенная, что я оградил ее от ошибки.

— Ты, что же, думал, не прилечу? — Ее носик снова морщится, и мои губы сами изгибаются в улыбке.

— Ты такая безбашенная, что мои опасения не беспочвенны, — отвечаю я, вручая ей цветы и подхватывая ее на руки. — Я так скучал, рыбка, ты просто себе не представляешь, — шепчу ей на ухо, носом зарываясь в ее распущенные волосы, вдыхая их сладкий запах и согреваясь ее теплом. — Нет пытки хуже, чем жить без тебя.

Не верится, что она здесь, снова со мной. Я держу ее в своих объятиях — ту дерзкую девчонку, что сводит меня с ума. Она же — сущее наказание. Но я без нее не могу. Мне дышать тяжело, когда ее нет рядом.

— Кхм-кхм, — откашливается Кира, напоминая нам, что мы тут не одни. — Может, ты нас представишь очно?

Не выпуская Зару из объятий, я губами припадаю к ее виску и каким-то довольным мурчанием говорю:

— Это моя русалка.

— Ммм, — мычит Кира. — Русалка миллионера.

— Я бы сказал, русалка для миллионера, — уточняю я. — Женщина, внесшая краски в мою серую жизнь.

— Пожалуй, ты единственный миллионер в мире, которому жизнь на Мальдивах кажется серой, — смеется Зара, прячась за букетом.

— Идемте отсюда. Расскажете в подробностях, как вы познакомились. — Кира манит нас к выходу.

— Однажды я просто услышал очередной сигнал о помощи.

— Просто спас меня, — поддакивает русалка.

— А ты просто плюнула в меня морской водой.

— О боже, — смеется она, краснея. — Я думала, мне привиделось.

— В общем, это интересная и долгая история. Нам и правда лучше обо всем поговорить на нашей вилле. Эй, Вадим, ты идешь?

Тот, опешив от моего предложения, даже не сразу кивает, а очухивается, только когда я добавляю:

— Дважды звать не буду. — И счастливо прижимая к себе свою чокнутую русалку, шепчу ей: — Расскажешь мне, как с Бароном разделалась?

Она скромно улыбается:

— Ты оценишь мой план по достоинству.

— Ты так в себе уверена?

— У меня был хороший учитель, — хитро подмигивает она, намекая, само собой, на меня.