Глава 22 · Возвращение Героев

Николас

Есть вещи, к которым невозможно привыкнуть. Например, к тому, что твоя невеста — русалка, твой новый член команды — дракон размером с небольшой замок, а тебя ждёт встреча с тестем, который может топить корабли одним взмахом трезубца.

Но самое сложное — это объяснить команде, почему древний дракон теперь готовит завтрак на камбузе.

— Капитан, — сказал боцман Томас, подходя ко мне с выражением лица человека, который видел НЛО, — а он… то есть Чарли… он что, серьёзно жарит яичницу хвостом?

Жарит яичницу хвостом. Обычное утро на «Морской Фурии».

— А ты хочешь, чтобы он жарил её дыханием? — поинтересовался я с сарказмом. — Тогда у нас будет не яичница, а уголь.

— Но это же… дракон, — пробормотал Томас.

— Дракон-повар, — поправил я. — И, кстати, отличный. Попробуй его морепродукты — пальчики оближешь.

Пальчики оближешь. Если, конечно, они у тебя останутся после общения с драконом.

Мы плыли уже второй день, направляясь к подводному царству Тритонеля. Впереди нас ждала встреча с разгневанным царём, объяснения по поводу самовольного освобождения принцессы и, что самое весёлое, официальное сватовство.

— Нервничаешь? — спросила Марина, подходя ко мне.

Она выглядела потрясающе — длинные чёрные волосы развевались на морском ветру, фиолетовые глаза сверкали, а улыбка могла бы растопить айсберг. Моя принцесса. Моя невеста. Моя головная боль на всю оставшуюся жизнь.

— Я? Нервничать? — фыркнул я. — Я же всего лишь иду просить руки принцессы у царя, который недавно хотел меня убить. Что тут может пойти не так?

Что может пойти не так. Глупый вопрос. Всё может пойти не так.

— Отец справедливый, — успокоила меня Марина. — Он поймёт.

— Конечно, поймёт, — согласился я. — Особенно после того, как узнает, что я освободил тебя без его разрешения, разрушил древний Храм и завербовал в команду дракона-Хранителя.

Завербовал дракона-Хранителя. Звучит как пункт в резюме.

— Ты не разрушил Храм, — возразила Марина. — Ты его… реорганизовал.

Реорганизовал. Дипломатичное слово для «превратил в руины».

— К тому же, — добавила она с хитрой улыбкой, — у тебя есть секретное оружие.

— Какое?

— Я, — ответила она просто. — Папины принцессы умеют убеждать.

Папины принцессы. У Марины определённо были преимущества.

— Капитан! — крикнул Ред с мачты. — Корабли по правому борту!

Корабли. Множественное число. Это либо торговый караван, либо военный флот. Учитывая наше везение, скорее второе.

Я взял подзорную трубу и посмотрел в указанном направлении. То, что я увидел, заставило меня выругаться на трёх языках одновременно.

Флот царя Тритонеля. Два десятка кораблей с золотыми парусами, выстроившихся в боевой порядок. В центре флотилии возвышался флагман — «Владыка Морей», украшенный так, как будто его проектировал ювелир с неограниченным бюджетом.

— Папа приехал, — пробормотала Марина, тоже увидев флот.

Папа приехал. И не похоже, что он в хорошем настроении.

— Все по местам! — рявкнул я команде. — Приготовиться к встрече высоких гостей!

Высокие гости. Которые могут нас потопить одним залпом.

Флагман царя подошёл к нам на расстояние броска, и между кораблями протянули сходни. Первым по ним прошёл сам Тритонель — грозный, величественный, с выражением лица, которое обещало либо объятия, либо экзекуцию.

За ним следовала стража в золотых доспехах, которая выглядела так, словно была создана для участия в парадах и убийства непослушных женихов.

— Дочь моя! — воскликнул царь, увидев Марину, и бросился к ней с объятиями.

Объятия. Хороший знак. Значит, экзекуция откладывается.

— Папа, — ответила Марина, обнимая его. — Я скучала по тебе.

— А я думал, ты погибла! — сказал царь с упрёком. — Когда дракон-Хранитель прислал весть, что Храм покинут, а ты исчезла, я чуть с ума не сошёл!

Чуть с ума не сошёл. Семейная драма в действии.

— Я в порядке, — успокоила его Марина. — Меня спас Николас.

Спас Николас. Царь повернулся ко мне, и в его взгляде было столько вопросов, что хватило бы на целый допрос.

— Капитан Гамильтон, — сказал он нейтральным тоном. — Мы встречаемся снова.

— Ваше величество, — ответил я с вежливостью, которая давалась мне с трудом. — Какая неожиданная встреча.

Неожиданная встреча. В открытом море, когда он нас очевидно выслеживал.

— Расскажи мне, как всё было, — потребовал царь от Марины.

И она рассказала. Всё — от спасения из Храма до присоединения Чарли к команде. Царь слушал молча, лишь изредка хмурясь или поднимая бровь.

— Значит, дракон-Хранитель добровольно покинул свой пост? — уточнил он, когда Марина закончила.

— Добровольно, — подтвердила она. — Он устал от одиночества.

— Понятно, — кивнул царь. — И где он сейчас?

— Готовит обед, — ответил я. — Хотите попробовать его кулинарные способности?

Кулинарные способности дракона. Не каждый день такое предлагаешь царю.

— Любопытно, — протянул Тритонель. — Очень любопытно.

Он прошёл на камбуз, где Чарли действительно колдовал над плитой. Вернее, над куском железа, который он нагревал дыханием до нужной температуры.

— Ваше величество! — воскликнул дракон, увидев царя. — Какая честь! Не желаете ли отведать мой фирменный суп из морских гребешков?

Фирменный суп из морских гребешков. Чарли быстро адаптировался к новой роли.

— Почему бы и нет, — согласился царь.

Они уселись за стол, и началась самая сюрреалистическая трапеза в моей жизни. Царь морей обедал с драконом-поваром в камбузе пиратского корабля, а его дочь — принцесса-беглянка — подавала им хлеб.

— Превосходно, — одобрил царь, попробовав суп. — Давно я не ел ничего подобного.

— Спасибо, ваше величество, — ответил Чарли скромно. — Секрет в правильной температуре и свежих ингредиентах.

Правильная температура и свежие ингредиенты. Кулинарные советы от дракона.

— А теперь, — сказал царь, отложив ложку, — поговорим о деле. Капитан Гамильтон, вы освободили мою дочь без моего разрешения.

Без разрешения. Технически он был прав.

— Верно, — согласился я. — Но у меня были на то причины.

— Какие?

— Во-первых, я люблю вашу дочь, — сказал я прямо. — Во-вторых, она не заслуживала заключения. В-третьих, закон о наказании за потерю невинности — архаичная глупость.

Архаичная глупость. Возможно, не самый дипломатичный способ критиковать царские законы.

— Архаичная глупость? — переспросил Тритонель с опасной тишиной в голосе.

— Именно, — подтвердил я, не отступая. — Наказывать женщину за любовь — это варварство. Достойно тёмных веков, а не просвещённого правителя.

Варварство. Я определённо не умел льстить.

Царь долго смотрел на меня, и я готовился к худшему. Но потом он неожиданно рассмеялся.

— Знаешь что, пират, — сказал он, — мне ты нравишься. Дерзкий, упрямый, готовый защищать то, во что верит. Именно такой муж нужен моей дочери.

Именно такой муж нужен. Это прозвучало как одобрение.

— Значит, вы согласны на наш брак? — спросила Марина с надеждой.

— Согласен, — кивнул царь. — Но при условии.

Условие. Всегда есть чёртово условие.

— Каком? — поинтересовался я.

— Свадьба будет царской, — объявил Тритонель торжественно. — С приглашением всех морских правителей, с церемонией на границе миров, с пиром на весь океан.

Пир на весь океан. Скромная свадебка.

— Но папа… — начала Марина.

— Никаких «но»! — оборвал её царь. — Моя дочь выходит замуж только один раз, и это будет свадьба века!

Свадьба века. Звучало дорого.

— А кто будет за всё платить? — осторожно спросил я.

— Я, конечно, — ответил царь. — Считай это свадебным подарком.

Свадебный подарок от царя морей. Щедро.

— Но есть ещё одно условие, — добавил Тритонель.

Ещё одно условие. Естественно.

— Какое?

— Ты должен пройти церемонию коронации, — сказал царь серьёзно. — Муж принцессы не может быть простым пиратом.

Церемония коронации. Из пирата в принца. Интересная карьерная траектория.

— А что это означает? — спросил я.

— Это означает, что ты станешь принцем-консортом, — объяснил царь. — Со всеми правами и обязанностями.

Права и обязанности. Звучало как контракт о найме.

— Какие обязанности? — поинтересовался я подозрительно.

— Защищать королевство, помогать в управлении, участвовать в официальных церемониях, — перечислил царь. — И носить корону на официальных мероприятиях.

Носить корону. Мне? Пирату?

— А что насчёт «Морской Фурии» и команды? — спросил я.

— Корабль станет частью королевского флота, — ответил царь. — А команда получит звания офицеров королевской службы.

Офицеры королевской службы. Ред будет в восторге. Или в ужасе. Трудно сказать.

— А я смогу продолжать плавать? — это был самый важный вопрос.

— Конечно, — кивнул царь. — Морские принцы должны знать море. Только теперь ты будешь плавать с официальной миссией — защищать торговые пути и поддерживать порядок в морях.

Защищать торговые пути. Из пирата в морскую полицию. Ирония судьбы.

— Хорошо, — согласился я. — Принимаю ваши условия.

— Отлично! — воскликнул царь. — Тогда возвращаемся в столицу готовить свадьбу. У нас есть только две недели.

Две недели. На подготовку свадьбы века. Амбициозно.

— А что мне нужно делать? — спросил я.

— Ничего, — ответил царь с улыбкой. — Просто не сбегай. Всё остальное устроим мы.

Не сбегай. Дельный совет.

— Папа, — вмешалась Марина, — а что насчёт Сальмиры? Она же не оставит это просто так.

Сальмира. О ней я почти забыл. Бывшая невеста, которая превратилась в уродливую сирену и поклялась отомстить.

— О ней я позабочусь, — сказал царь с той уверенностью, которая не предвещала Сальмире ничего хорошего. — У неё есть выбор — принять ваш брак или покинуть наши воды навсегда.

Покинуть воды навсегда. Суровое, но справедливое наказание.

— А если она выберет месть? — спросил я.

— Тогда она столкнётся со мной, — ответил царь, и в его голосе зазвучала сталь. — А я не так милосерден, как ты, капитан.

Не так милосерден. Понятно.

Мы провели остаток дня в планах свадьбы. Царь был в своей стихии — расписывал церемонии, составлял списки гостей, обсуждал меню с Чарли. Марина помогала, добавляла свои пожелания, иногда спорила с отцом по поводу деталей.

А я стоял и понимал, что моя жизнь полностью изменилась. Вчера я был пиратом без гроша в кармане, а завтра стану принцем морского королевства.

— О чём думаешь? — спросила Марина, подойдя ко мне вечером.

— О том, что жизнь — странная штука, — ответил я честно. — Три месяца назад ты была для меня просто голосом в шторм. Сейчас ты — моя невеста, принцесса, смысл моей жизни.

Смысл жизни. Серьёзные слова.

— А не жалеешь? — спросила она тихо. — О свободе, о пиратской жизни, о том, что больше не будешь драконом?

Жалею ли я? Хороший вопрос.

— Знаешь, — сказал я, обнимая её, — свобода без любви — это не свобода, а одиночество. Сила без цели — это не сила, а разрушение. А пиратская жизнь без тебя — это просто существование.

Просто существование. А с ней — это жизнь.

— Я люблю тебя, — прошептала она.

— И я тебя люблю, — ответил я. — Больше, чем свободу. Больше, чем силу. Больше, чем всё остальное в мире.

Больше всего остального в мире. Это была правда.

Мы стояли у борта и смотрели на звёзды, которые отражались в тёмной воде. Впереди нас ждала свадьба, новая жизнь, новые приключения.

И я понял — иногда лучшее приключение в жизни — это найти того, с кем хочешь делить все остальные приключения.

Даже если для этого придётся стать принцем.