Глава 23 · Накануне Вечности

Николас

 Есть вещи, к которым нельзя подготовиться заранее. Например, к тому, что твоя свадьба станет международным событием, на которое съедутся правители всех морских королевств, представители сухопутных держав и даже парочка драконов, которые решили, что им нечем заняться в выходные.

А ещё нельзя подготовиться к тому, что твоя невеста превратится в идеального организатора мероприятий и будет планировать торжество с энтузиазмом полководца, готовящего военную кампанию.

— Николас, — сказала Марина, врываясь в мою каюту с очередным списком дел, — нам нужно решить вопрос с музыкой. Папа хочет оркестр из трёхсот русалок, но я думаю, что хватит и ста пятидесяти.

Сто пятьдесят русалок. Скромная свадебка.

— А мне можно высказать мнение? — поинтересовался я, отрываясь от карт, которые изучал.

— Конечно, дорогой, — ответила она рассеянно, перелистывая страницы. — Только быстро. У нас ещё нужно решить вопрос с тортом.

С тортом. Который, зная царя Тритонеля, будет размером с небольшой остров.

— Моё мнение таково, — сказал я с серьёзностью главнокомандующего, — что мне плевать на музыку, торт и количество гостей. Главное, чтобы в конце церемонии ты стала моей женой.

Стала моей женой. Остальное — детали.

Марина остановилась, подняла на меня глаза и улыбнулась той улыбкой, которая заставляла меня забывать обо всём на свете.

— Ты прав, — сказала она мягко. — Извини. Я увлеклась.

— Ничего страшного, — ответил я, притягивая её к себе. — Просто помни — главные гости на этой свадьбе — мы с тобой. Всё остальное — декорации.

Всё остальное — декорации. Философия минималиста.

— Кстати, о гостях, — сказала Марина, устраиваясь у меня на коленях, — есть одна проблема.

Одна проблема. В нашей жизни всегда есть «одна проблема».

— Какая?

— Сальмира, — ответила она просто.

Сальмира. Конечно. Бывшая невеста, которая превратилась в уродливую сирену и поклялась отомстить. Как я мог забыть?

— И что с ней? — спросил я, хотя уже догадывался.

— Она прислала… поздравление, — сказала Марина с кривой усмешкой.

Поздравление от Сальмиры. Звучало как объявление войны.

— Покажи, — потребовал я.

Марина достала свиток из дорогого пергамента с печатью, которая источала холод. Я развернул его и прочитал:

«Дорогие молодожёны! Поздравляю с предстоящей свадьбой. К сожалению, не смогу присутствовать лично, но обязательно пришлю подарок. Нечто особенное, чего вы точно не ожидаете. С любовью и наилучшими пожеланиями, Сальмира.»

— Мило, — прокомментировал я, сворачивая свиток. — Особенно часть про «нечто особенное, чего мы не ожидаем». Обожаю сюрпризы от мстительных сирен.

Сюрпризы от мстительных сирен. Мой любимый вид развлечений.

— Что будем делать? — спросила Марина.

— Усилим охрану, — ответил я практично. — И будем готовы ко всему. А пока… — я встал, взял её на руки и понёс к кровати, — у нас есть более приятные дела.

Более приятные дела. Марина засмеялась и обвила руками мою шею.

— Николас, сейчас день, — запротестовала она слабо. — У нас куча дел…

— Дела подождут, — ответил я, укладывая её на кровать. — А вот я — нет.

Я не буду ждать. Завтра свадьба, послезавтра новая жизнь, а сегодня… сегодня она просто моя Марина.

Я наклонился и поцеловал её — медленно, глубоко, с той страстью, которая жила во мне с момента нашей первой встречи. Она ответила на поцелуй, её руки запутались в моих волосах, а дыхание участилось.

— Ты невозможный, — прошептала она, когда я переключился на её шею.

— Поэтому ты меня и любишь, — ответил я, целуя чувствительное место под ухом.

Она вздрогнула от удовольствия, и я почувствовал, как её тело откликается на мои прикосновения. Мои руки скользнули по изгибам её фигуры, запоминая каждую линию, каждый изгиб.

— Николас, — выдохнула она, когда я освободил её от платья.

— Что, принцесса? — спросил я, любуясь её красотой в дневном свете.

— Я боюсь, — призналась она тихо.

— Чего?

— Что проснусь и окажется, что всё это сон, — ответила она. — Что ты исчезнешь, как тогда, после шторма.

Исчезну, как после шторма. Я понимал её страх.

— Не исчезну, — пообещал я, целуя её ключицы. — Никогда больше не исчезну. Ты застряла со мной навсегда.

Застряла навсегда. Романтично, как договор о пожизненном найме.

— Хорошо, — прошептала она, притягивая меня ближе. — Мне нравится быть с тобой застрявшей.

Мне нравится быть застрявшей. Лучшего признания в любви я не слышал.

Мы занимались любовью медленно, нежно, как будто у нас была вечность. Каждое прикосновение было обещанием, каждый поцелуй — клятвой. Её кожа была шёлковой под моими руками, её стоны — музыкой для моих ушей.

— Моя, — шептал я, входя в неё. — Моя навсегда.

— Твоя, — отвечала она, двигаясь в унисон со мной. — Только твоя.

Мы достигли пика одновременно, её имя сорвалось с моих губ, а моё — с её. Потом мы лежали в объятиях друг друга, тяжело дыша и приходя в себя.

— Знаешь, что самое лучшее в завтрашней свадьбе? — спросил я, поглаживая её спину.

— Что?

— После неё ты официально станешь моей, — ответил я. — И никто не сможет нас разлучить.

Никто не сможет разлучить. Даже мстительные сирены.

— А знаешь, что самое худшее? — спросила она в ответ.

— Что?

— После неё мне придётся жить с твоим эго, — ответила она с лукавой улыбкой. — Принц Николас… звучит устрашающе.

Принц Николас. Действительно звучало странно.

— Буду милостивым правителем, — пообещал я торжественно. — Особенно в постели.

Особенно в постели. Марина рассмеялась и ткнула меня кулаком в рёбра.

— Негодяй, — сказала она с любовью.

— Твой негодяй, — поправил я.

Мой негодяй. Лучшего звания я не хотел.

Мы провели в постели ещё час, болтая, смеясь, планируя будущее. Потом реальность напомнила о себе — в дверь постучали.

— Капитан! — раздался голос Реда. — Срочно! У нас проблемы!

Проблемы. В день перед свадьбой. Естественно.

— Какие проблемы? — крикнул я, натягивая рубашку.

— Лучше сами посмотрите! — ответил Ред. — На палубе!

На палубе. Я быстро оделся, Марина сделала то же самое, и мы выбежали наверх.

То, что мы увидели, заставило меня выругаться на четырёх языках одновременно.

Море вокруг нашего корабля было чёрным. Не тёмно-синим — чёрным, как чернила. А из воды торчали щупальца. Огромные, покрытые присосками, явно принадлежащие чему-то очень большому и очень недружелюбному.

— Кракен, — пробормотал профессор Блэкуотер, изучая воду через подзорную трубу. — Гигантский кракен.

Гигантский кракен. В день перед свадьбой. У Сальмиры определённо был талант к выбору времени.

— Это её подарок? — спросила Марина.

— Подозреваю, что да, — ответил я мрачно. — Вопрос в том, как от него избавиться.

Как избавиться от гигантского кракена. Проблема, которая не решается дипломатией.

— Чарли! — крикнул я. — Ты можешь с ним справиться?

— Попробую! — ответил дракон, появляясь на палубе. — Но под водой я не так силён, как на суше!

Не так силён под водой. Жаль, что я больше не морской дракон.

— Тогда попробуем по-другому, — решил я. — Команда, приготовить гарпуны! Торвальд, ты готов к драке?

— Всегда готов! — прорычал берсерк, размахивая молотом.

— Изабелла, можешь подобраться к нему незаметно?

— Могу попытаться, — кивнула она. — Но что потом?

— Отрежешь несколько щупалец, — объяснил я. — Может, он поймёт намёк и уплывёт.

Поймёт намёк. Оптимистичный план.

Но тут произошло нечто неожиданное. Кракен поднял голову над водой — огромную, с глазами размером с телегу и клювом, который мог перекусить корабль пополам. И заговорил.

— Где невеста? — прогремел он голосом, который заставлял воду дрожать. — Где та, что украла жениха у моей хозяйки?

Моей хозяйки. Значит, Сальмира действительно стояла за этим.

— Я здесь! — крикнула Марина, выходя вперёд. — Что тебе нужно?

Что тебе нужно. Прямой подход.

— Хозяйка велела передать, — сказал кракен, — что если ты не откажешься от свадьбы, то завтра, во время церемонии, весь океан станет чёрным от крови.

Весь океан станет чёрным от крови. Поэтичная угроза.

— Передай своей хозяйке, — ответила Марина с той царственной гордостью, которая не терпела возражений, — что принцесса не отступает перед угрозами.

Не отступает перед угрозами. Моя принцесса.

— А ещё передай, — добавил я, подходя к борту, — что если она появится завтра на моей свадьбе, то я лично покажу ей, на что способен разъярённый пират.

Разъярённый пират. Кракен, казалось, задумался.

— Хозяйка будет недовольна, — сказал он наконец.

— Пусть будет, — ответил я равнодушно. — Мне плевать на её настроение.

Плевать на настроение мстительной сирены. Возможно, не самый мудрый подход, но честный.

Кракен ещё немного повозмущался, потом нырнул обратно в глубину. Чёрная вода постепенно посветлела, приобретая обычный синий цвет.

— Вот и всё, — сказал я, обнимая Марину за плечи. — Свадебный подарок доставлен.

Свадебный подарок. Гигантский кракен с угрозами.

— Думаешь, она появится завтра? — спросила Марина.

— Обязательно появится, — ответил я уверенно. — Сальмира не из тех, кто отступает. Но мы будем готовы.

Будем готовы. К чему готовы — другой вопрос.

— Капитан, — подошёл ко мне царь Тритонель, который наблюдал за происходящим с соседнего корабля, — может быть, стоит перенести свадьбу?

Перенести свадьбу из-за угроз бывшей невесты? Ни за что.

— Ваше величество, — сказал я с той решимостью, которая не терпела возражений, — если мы отступим сейчас, то будем отступать всю жизнь. Свадьба состоится завтра, как и планировалось.

Как и планировалось. Несмотря на кракенов, сирен и прочие неприятности.

— Ты уверен? — спросил царь.

— Абсолютно, — подтвердил я. — Более того, пусть Сальмира приходит. Покажем ей, что такое настоящая любовь.

Настоящая любовь против мстительной ярости. Интересное противостояние.

Остаток дня прошёл в подготовке к завтрашнему торжеству. И к возможной битве. Потому что, зная Сальмиру, свадьба могла превратиться в сражение.

Но я не боялся. У меня была Марина, верная команда, дракон-повар и царь морей в качестве тестя. А главное — у меня была любовь, которая стоила любого риска.

Завтра будет либо лучший день в моей жизни, либо последний.

Но в любом случае — незабываемый.