Глава 7 · Спасение дракона-пирата (по ошибке)

Ночь после встречи с графом-счетоводом выдалась беспокойной, как совесть коррупционера перед проверкой. Я ворочалась в своей кровати-раковине, пытаясь найти удобную позу для хвоста, и размышляла о превратностях судьбы, которая подкидывает мне женихов, как дурной повар подкидывает блины — много, но все неудачные.

За окнами дворца бушевал шторм. И не какой-нибудь романтичный шторм из фильмов с красивыми всплесками пены, а настоящий морской апокалипсис, который заставлял даже массивные стены дворца вибрировать, как телефон на беззвучном режиме.

— Хозяйка, — прошептала Жужа из своей золотой чаши, — а вы не спите?

— Не сплю, — вздохнула я. — Думаю о завтрашней встрече с герцогом Тритоном Младшим.

— А что в ней такого страшного? — поинтересовалась рыбка. — Лора сказала, что он красивый.

— Жужа, после принца-зануды и графа-бухгалтера я боюсь красивых мужчин больше, чем стоматолога, — честно призналась я. — Красота в сочетании с титулом обычно означает, что под привлекательной оболочкой скрывается какой-то особенно изощрённый психоз.

— Может, он окажется нормальным? — с надеждой предположила Жужа.

— Жужа, ты слишком оптимистична для золотой рыбки, — заметила я. — По статистике, нормальные мужчины с титулами — это миф, как единороги или честные политики.

Дашка-чайка, которая устроилась на своём коралловом выступе, вдруг подняла голову и прислушалась.

— Девочки, — сказала она встревоженно, — а по-моему, шторм усиливается. И там что-то происходит.

Я прислушалась. Действительно, сквозь вой ветра и рёв волн доносились какие-то другие звуки — крики, треск ломающегося дерева, и что-то ещё…

— Это корабль! — воскликнула Дашка, вскочив на лапки. — Там тонет корабль!

Мы все бросились к окну. То, что мы увидели, заставило бы побледнеть любого режиссёра фильмов-катастроф от зависти. В бушующем море, освещаемом вспышками молний, метался корабль — и не простой торговый галеон, а настоящий пиратский бриг с чёрными парусами и угрожающим силуэтом.

— «Морская Фурия», — прочитала Дашка название на корме. — Марина, это же корабль того самого дракона-пирата!

Сердце у меня ухнуло куда-то в район хвоста. Лорд Николас Гамильтон! Тот самый загадочный пират, о котором я мечтала, находился в смертельной опасности прямо у меня на глазах!

Корабль накренился так сильно, что казалось, он вот-вот перевернётся. Волны размером с многоэтажные дома обрушивались на палубу, а команда отчаянно боролась со стихией. И вдруг я увидела его.

На носу корабля стояла фигура — высокая, широкоплечая, в развевающемся плаще. Даже на таком расстоянии и в бушующем шторме было видно, что это не обычный человек. От него исходила какая-то особая аура власти и опасности, как от хищника, который привык побеждать.

— Это он! — прошептала я, прижимаясь к окну. — Это лорд Николас!

И в этот момент произошло нечто невероятное. Фигура на носу корабля начала… светиться? Нет, не светиться — трансформироваться. Человеческий силуэт стал расти, меняться, и через мгновение я увидела дракона.

Морского дракона невероятной красоты, с чешуёй цвета морской волны, которая переливалась всеми оттенками от глубокого синего до изумрудно-зелёного. Крылья у него были огромные, перепончатые, а глаза… даже на расстоянии было видно, что они светятся, как драгоценные камни.

— Боже мой, — выдохнула я, — он действительно дракон.

Дракон-Николас пытался спасти свой корабль, но даже его магическая сила не могла справиться с разъярённой стихией. Волна-гигант, размером с небоскрёб, обрушилась на «Морскую Фурию», и дракон упал в бушующее море.

— Он тонет! — закричала Дашка. — Марина! Он тонет!

Я не помнила, как выбралась из покоев. Не помнила, как проплыла по коридорам дворца, не обращая внимания на удивлённые взгляды стражи. Помню только одно — я должна была его спасти. Не потому, что он был важной персоной или потенциальным женихом по пророчеству. А потому что… потому что мне нельзя было его потерять, даже не познакомившись.

Выплыв из дворца в бушующий океан, я почувствовала всю мощь морской стихии. Волны швыряли меня, как щепку, течения пытались унести в неизвестность, а холодная вода обжигала, как лёд. Но я плыла вперёд, туда, где видела упавшего дракона.

Найти его в этом хаосе было всё равно что искать иголку в стоге сена размером с футбольное поле. Я ныряла, всматривалась в мутную воду, звала, но только вой ветра отвечал мне.

И вдруг я его увидела.

Он лежал на дне неглубокого залива, уже не в драконьем обличье, а в человеческом. Без сознания, с закрытыми глазами, окружённый развевающимися в воде тёмными волосами. Красивый, как морской бог, и смертельно бледный.

— Нет, нет, нет! — прошептала я, бросаясь к нему.

Он был тяжёлый — мускулистый, как гладиатор, с широкими плечами и руками, которые явно привыкли драться, убивать и брать силой то, что нужно. Когда я попыталась поднять его с морского дна, он был как скала — твёрдый, могучий, абсолютно мужской.

— Нет, нет, нет! — прошептала я, обхватывая его за плечи.

Он был без сознания, но даже в таком состоянии от него исходила аура силы и власти, как от спящего хищника. Шрам через левую бровь, ещё один на скуле — этот мужчина явно не играл в куклы в детстве.

Я наклонилась к его лицу и запела — не сентиментальную балладу, а что-то древнее, магическое, что требовало от него жить, дышать, ВЫЖИВАТЬ. Мой голос зазвучал в воде приказом, а не просьбой.

— Живи! — прошептала я между строчками песни, и это прозвучало как приказ богини морей. — Я не дам тебе умереть!

Я дышала в него воздухом, прижимаясь губами к его губам, и чувствовала, какой он горячий даже в ледяной воде. И вдруг его рука — сильная, загорелая, со шрамами от сабельных ударов — схватила меня за запястье железной хваткой.

Глаза открылись мгновенно. Изумрудные, холодные как льд, острые как клинки. В них не было благодарности или нежности — только оценка угрозы и готовность к бою.

— Кто ты, чёрт возьми? — рыкнул он низким хрипловатым голосом, который звучал как раскат грома. Его хватка на моём запястье усилилась. — И что ты со мной делала?

— Я… я спасала тебя, — выдохнула я, пытаясь высвободиться. Бесполезно. Его пальцы были как стальные оковы.

— Спасала? — Он сел, не отпуская меня, и я увидела его во всей красе. Два метра роста, плечи как у викинга, грудь, на которой можно было колоть орехи. Мокрые чёрные волосы падали на лицо, делая его ещё более опасным. — Никто меня не спасает, красотка. Я сам себе хозяин.

— Но ты тонул…

— Я выжил бы и без твоей помощи, — оборвал он меня тоном человека, привыкшего, чтобы ему не перечили. — Но раз уж ты здесь… — Его взгляд скользнул по мне, как прикосновение. Хищный, оценивающий, абсолютно мужской. — Кто ты такая?

— Марина, — ответила я, и мой голос предательски дрогнул под его взглядом.

— Марина, — повторил он, и моё имя в его устах прозвучало как рычание довольного хищника. — Красивое имя для красивой русалки. Но ты не простая рыбка, верно? От тебя пахнет дворцом и роскошью.

Как он мог это понять? Я попыталась отстраниться, но он притянул меня ближе одним движением руки.

— Принцесса? — В его голосе появилась насмешка. — Маленькая принцессочка решила поиграть в спасительницу?

— Я не играю! — вспыхнула я. — Ты мог умереть!

— Мог, — согласился он с усмешкой, которая была одновременно опасной и невероятно притягательной. — Но не умер. И теперь у меня есть долг перед тобой, принцесса.

— Никакого долга нет…

— Есть, — оборвал он меня тоном, который не терпел возражений. — Лорд Николас Гамильтон всегда платит по счетам. Всегда.

Лорд Николас Гамильтон. Этот человек — нет, этот МУЖЧИНА — был самой настоящей легендой морей. Дракон, который мог разнести в щепки целый флот. Пират, которого боялись от Северного моря до Южных рифов.

— И как ты собираешься платить? — спросила я, пытаясь звучать безразлично.

Его глаза сузились, и улыбка стала хищной.

— Как хочешь, принцесса, — пробормотал он, притягивая меня ещё ближе. — Золотом? Драгоценностями? Или…

Он не договорил, но я поняла, что имел в виду. И почему-то от этого у меня подкосился хвост.

— Я должна плыть, — сказала я поспешно. — Меня ищут.

— Конечно ищут, — усмехнулся он, но отпустил меня. — Принцесс всегда ищут. Особенно таких красивых.

Я отплыла на безопасное расстояние, но его взгляд по-прежнему держал меня, как невидимая цепь.

— Но знай одно, принцесса, — сказал он, и в его голосе появилась сталь. — Я найду тебя. Когда захочу. Где захочу. И тогда мы поквитаемся.

— Это угроза?

— Это обещание, — ответил он с той самой хищной улыбкой. — А я всегда держу слово.

Он повернулся и поплыл прочь мощными, уверенными движениями, как морской хищник, который знает, что ему принадлежат все эти воды. А я смотрела ему вслед и понимала — я только что встретила самого опасного мужчину в своей жизни.

И почему-то это возбуждало меня больше, чем должно было.

А я осталась одна в бушующем море, с бешено колотящимся сердцем и пониманием того, что моя жизнь только что изменилась навсегда.

Возвращение во дворец прошло как в тумане. Я не помнила, как добралась до своих покоев, как объяснила Жуже и Дашке своё внезапное исчезновение. Помню только изумрудные глаза, бархатный голос и обещание найти меня.

— Хозяйка, — осторожно спросила Жужа, — с вами всё в порядке? Вы выглядите… по-другому.

— По-другому?

— Как влюблённая, — честно ответила рыбка.

Влюблённая. Да, именно так я себя и чувствовала. Безнадёжно, безрассудно, невозможно влюблённая в мужчину, которого знала всего несколько минут.

— Жужа, — сказала я, ложась в постель, — а ты веришь в любовь с первого взгляда?

— Хозяйка, я рыба, — напомнила Жужа. — У нас любовь устроена проще.

— А я верю! — воскликнула Дашка с романтическим энтузиазмом. — Это же так красиво! Встретились взглядами, и — бах! — любовь навеки!

Любовь навеки. Хорошо звучит. Только вот завтра мне предстояло встретиться с герцогом Тритоном Младшим, третьим потенциальным женихом. И теперь, после встречи с Николасом, эта перспектива казалась мне особенно мучительной.

Как можно выбирать мужа из списка подходящих кандидатов, когда твоё сердце уже принадлежит совершенно неподходящему пирату-дракону?

— Хозяйка, — сонно пробормотала Жужа, — а что вы будете делать завтра?

— Завтра, — ответила я, глядя на светящиеся кристаллы потолка, — завтра я буду улыбаться герцогу и думать о драконе. И молиться, чтобы Николас сдержал своё обещание и нашёл меня.

Потому что жизнь без него теперь казалась мне такой же серой и бессмысленной, как моя прежняя работа в офисе. А я уже привыкла к ярким краскам и приключениям.

Пусть даже эти приключения грозили разбить мне сердце.