Глава 67

Мы замерли лицом к лицу, глядя друг другу в глаза и почти не дыша.

«Какая же я была дура», — почему-то пролетело в голове. Обижалась на него, винила, думала, что он ничего не делает для остальных, только бегает по инстанциям и ерундой занимается. А он... он готов умереть рядом со своими людьми, как капитан, последний покидающий тонущий корабль.

— Там песчаная буря! — закричал, подбежав, Териф, пытаясь отдышаться. — Военные собирают людей, но здесь негде укрыться.

Его крик будто сорвали с меня оцепенение, я растерянно огляделась по сторонам и велела:

— Младших детей и беременных женщин пусть ведут на корабль, для них все опаснее, чем для других. Если что, это будет последний рубеж обороны, их-то я всяко укрою и сберегу.

— Лариф, Териф... — начал Ярис.

— Мы останемся, — прервал его неожиданно твердо Лариф.

— Но...

— Мы уже не дети, мы военнообязанные маги. Мы будем прикрывать отход.

Началась суета, люди бежали, дети кричали, семьи со слезами на глазах прощались с детьми, но все понимали, что на корабле будет легче спастись, особенно когда я подняла вокруг него защитную волну-ракушку. Она пока была открыта со стороны берега, чтобы можно было усадить всех, кто поместится на корабль. Начали с самых младших и тех, кто быстрее прибежал. Некоторые семьи боялись расставаться, паниковали и истерили, другие старались действовать рационально. К Ярису постоянно подходили мужчины и женщины и что-то требовали от него. Лариф перевел мне, что требуют они гарантий, что, если дети выживут, а их члены семьи — нет, то он позаботится о них, не оставит без опеки. Ярис клялся, что постарается уберечь всех, но ему не верили, плакали, просили, требовали...

Военные, прикомандированные к охране лагеря, пытались соорудить что-то вроде нор-землянок в качестве укритий, но было видно, что сил их не хватает. Магов земли к охране лагерей не приставляли, тут были в основном огневики, но они пытались сделать хоть что-то, распихивая по получившимся землянкам детей постарше, не поместившихся на корабль, и женщин.

Когда на корабле закончились и каюты, и место на палубе, пришло время запечатать наш «ковчег».

— Арина, идите на корабль, — велел Ярис, когда услышал от Гарта, что места больше нет, и так детишки постарше сидели на палубе вплотную друг к другу. Самых маленьких отправили по каютам, к каждой группе приставили несколько женщин, чтобы не сильно ревели, но в целом дети были и так довольно сильно истощены, несмотря на недавние улучшения в рационе, так что капризов и диких криков не было.

Вместо того, чтобы послушаться, я кивнула Гарту, и тот понимающе велел убрать трап. Я же собрала вокруг побольше воды и сделала стены пузыря в полтора метра толщиной, надеясь, что песком и ветром его не прорвет.

— Арина, — протянул Ярис недовольно, — вы должны быть на корабле.

— Не волнуйтесь, себя я прикрыть успею. Не смотрите на мою инвалидную коляску, при необходимости я нырну в реку быстрее метеора. Но, пока есть время, посмотрим на проблему поближе.

«Я могу увеличиться в размерах и закрыть людей», — предложил в моей голове Кракен.

Я глянула на него удивленно.

«Ты ведь разбухаешь от воды, а тут вокруг воды кот наплакал».

«Я смогу! — прозвучало обижено, — я большой и сильный!»

Я усмехнулась:

«Конечно, ты самый большой и сильный осьминог, какого я знаю. Но дай мне немного подумать».

Было очевидно, что это не выход, и так Кракен скорее убьется. Здесь недостаточно воды, чтобы ему раздуться и создать себе подходящего размера водяной пузырь. Но, даже если бы воды хватило, его пузырь мягкий, это не водный щит, а просто вода вокруг его тела. Он спас его от нападения огненных магов, когда он ломал дамбу, просто затушив огонь, но ветер и песок легко высушат воду и доберутся до его мягкой кожи. Нет-нет, надо что-то придумать другое.

Я поехала вон из лагеря навстречу пустыне. Военные все еще пытались что-то рыть, но маги были уже слишком обессилены, мужчины из лагеря тоже помогали, но исключительно физическими силами. Лопат было немного, но приспосабливали что ни поподя: палки, металлические миски и горшки, рыли даже просто голыми руками. К сожалению, земля была под ногами плотная, каменистая с примесью глины, без магии создать убежище невозможно.

На горизонте уже можно было даже обычным человеческим зрением разглядеть желтые клубы, а моим и вовсе было видно отдельные и перемешивающиеся тучи песка, как они наскакивают на землю, будто мчащие из пустыни песчаные барсы. Я прищурилась, разглядывая и прислушиваясь к магическому фону. Мне в каком-то смысле даже хотелось, чтобы там, в этой буре обнаружился один единственный источник проблемы, зверь, которого я могла бы одолеть. В прошлый раз это были одержимые птицы, которые принесли мне камни Крылья Неба, но здесь я ничего такого не чувствовала. Магия воздуха была разлита в буре равномерно, словно вся она — одно огромное чудовище.

Крылья Неба. Точно. Способность повелевать Воздухом.

Я попросила Кракена достать камни, которые он хранил в полости внутри своего тела, и он выложил на мою ладонь три осколка будто из желтого стекла с рисунком, напоминающим чешуйки на крыльях стрекозы. Если одержимые птицы могут создать торнадо с помощью этих камней, быть может, человек сможет развеять песчаную бурю?

Я сжала камни в ладони и попыталась сама обратиться к их силе, но ровным счетом ничего не почувствовала. Пустота и холод, никакого отклика. Обратилась к внутреннему зрению... я видела их сияние, как и Крови Моря, только они светились желтым, а не голубым. Но моя энергия проходила сквозь эти камни, не зацепляясь за них, они мне не откликались.

Я подняла взгляд и посмотрела вдаль, на бурю. То же желтоватое свечение, как благословение стихии, окутывало горизонт. Но в нем не было четкого источника, никакой яркой искорки. Просто Стихия, как она есть. Я прикусила губу, а потом схватила Яриса за руку и вложила в ладонь камни:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Попробуй управлять бурей, — велела я.

— Что? Как? — он посмотрел на меня растеряно.

— Не знаю... попытайся! Почувствуй силу этих камней, воспользуйся ею и направь ее на бурю, отклони ее в сторону или развей ее силу...

Чем больше я говорила, тем сильнее вытягивалось его лицо. Он растеряно посмотрел на камни в своей руке, потом на бурю на горизонте.

— Что? Как?.. Что это такое?..

Я посмотрела на него прищурившись, настраиваясь на его внутренние источники. Ярко горела звездочка Земли, будто затмевая остальные, с ней слегка спорила Вода. Источник Воздуха был, но самый слабый, будто затерявшийся на заднем плане среди остальных. Он будто танцевал и легко пульсировал в такт песни ветра, но... он был не то чтобы объективно слаб в абсолютных показателях, но ему будто было не пробиться среди других.

Я мазанула взглядом по мальчишкам, стоящим рядом и, разозлившись, выхватила у Яриса самый большой кусок камня, вложила его в руку Ларифу:

— Попытайся, пожалуйста.

— Что? — он посмотрел на меня так же растерянно, но... с верой в то, что я могу что-то сделать.

Я развернула его в сторону бури:

— Посмотри на нее и настройся на свой внутренний источник магии. Ну же! — пришлось прикрикнуть, так как вместо того, чтобы делать, что сказано, он пялился на меня. Наконец, пацан сосредоточился и уставился на бурю. — Почувствуй ее, сожми камень в своих руках. Ощути это... — я видела, как его источник магии бьется, будто сердце в одном ритме с движением ветра. — Настройся на бурю, ощути ее силу. Не выпускай магию вовне, не создавай магических нитей, ничего не делай такого. Просто ощути это.

Они были так похожи — магия мальчика, камня и бури. Она была все ближе, перед ней будто шла тень, так как она закрывала солнечный свет, и мое платье уже трепало ветром, но я чувствовала, что на верном пути.

— Отройся силе бури и силе этого камня, почувствуй их, — шептала я и понимала, что снова делаю это. Я влияю на его эмоции, помогая настроиться на нужный лад, сам бы он ни за что не смог.

— Арина, что вы делаете? — не выдержал Ярис.

Я зашипела на него рассерженной змеей, и он сдался, только выставил вокруг нас щит от ветра и песка, да вложил в ладонь Ларифу, находящемуся уже в состоянии транса, оставшиеся у него куски камня.

— Смотри на Ветер, чувствуй его, стань с ним единым целым, — шептала я и видела, как сила мальчика тянется навстречу буре, а камни выпускают будто легкую дымку в ее сторону... но оно не складывалось, не выходило, будто что-то мешало, преграждая путь.

И я вдруг поняла, что. Мне захотелось помочь, исправить... но я отшатнулась испуганно. Посмотрела на Яриса, на лагерь за нами. Я не должна ставить эксперименты над людьми.

— Что? — Лариф пришел в себя из транса и посмотрел на меня удивленно.

— Сила не дастся тебе. — Я покачала головой. — Нужно уходить, — я хотела поехать назад.

— Нет, стойте! — мальчишка схватил меня за руку. — Вы можете помочь?

— Но...

— Сделайте это!

— Ты можешь пострадать! — возмутилась я.

— Лучше уж я, чем эти люди, — усмехнулся он с залихватской дерзостью.

— Мальчишка! Твой отец мне голову открутит! — возмутилась я.

— Поплывете прямо в Империю, там он вас не достанет, — пожал плечами независимо. И когда он успел стать таким взрослым? — Да и детей у него много, одним больше, одним меньше.

— Ярис, отговорите его! — взмолилась я.

Но тот смотрел на меня серьезным и тяжелым взглядом:

— Я могу занять его место?

Я поджала губы. Нет, я не смогла бы перебить его источники.

Отрицательно качнула головой.

— Я согласился бы на что угодно, чтобы спасти людей, поэтому не имею права его останавливать.

Я выругалась матерно на русском и схватила Ларифа за предплечье, заставляя наклониться, заглянула в темные глаза:

— Будет больно.

— Пусть.

— Ты можешь не выжить.

— Не страшно.

— Это все может быть напрасно.

— Хватит размусоливать. Делайте!

Его зрачок расширился, когда я заставила его вновь рухнуть в транс.