Глава 21

Что-то разбудило меня. Открываю глаза, оглядываю темную комнату и не могу понять, где я. В окно льется лунный свет, на улице еще достаточно темно, возможно еще час или два ночи. Сажусь на широкой постели и понимаю, что я тут одна.

И тут же воспоминания ярким калейдоскопом вспыхивают в голове, и я понимаю, что Артем все еще не вернулся. Значит, заночевал в комнате Леры.

Странное ощущение, похожее на резь в груди, заставляет поморщиться, и я свешиваю ноги с постели и поднимаюсь.

Он сейчас с ней. Возможно у них все в самом разгаре, и мне нежелательно выходить из комнаты, ведь он просил меня подыграть и не отсвечивать. Но неизвестно откуда взявшаяся вредность заставляет меня встать на ноги и пойти к двери. Футболка брата скрывает меня как объемное платье, и я решаю не надевать его огромные трико, в которых приехала. Берусь за ручку и открываю. В коридоре стоит кромешная тьма и тишина. Ни звука, ни шороха, ни крупицы света.

Покидаю комнату Артема и шагаю к лестнице на первый этаж. Он так же, как и второй, пуст и тих.

Окно на улицу открыто, и прохладный воздух манит меня своей свежестью. И я толкаю ноги в сланцы у входных дверей и выхожу на широкое крыльцо. Оно как терраса опоясывает угол дома, и я подхожу к тому краю, где виден двор и беседка. Опираюсь на перилла и восхищенно замираю, глядя на россыпь звезд в черном небе. В городе такого не увидишь. А здесь ощущение, что я попала на космическую станцию и оказалась в эпицентре этих бриллиантов, которые так ярко горят, будто можно коснуться их рукой.

Чувствую запах сигарет, и испуганно опускаю голову, вглядываясь в темноту беседки. Там никого нет, и я окидываю взглядом двор, но и он пуст.

– Не спится?

Вздрагиваю, когда голос Артема раздается сбоку. Поворачиваюсь туда и вижу пару плетеных кресел, а между ними столик. Мудак занимает одно из двух, в его руках покоится гитара, а на столике початая бутылка виски. Я не видела, чтобы он много пил за столом, но сейчас видимо решил оторваться.

– Я помешала? – спохватываюсь, понимая, что он собирался провести время с Лерой, и я скорее всего тут лишняя. – Я пойду…

– Нет, – так резко меня перебил, что я на секунду замешкалась. – Останься. – Его взгляд опустился на мои голые ноги, а потом вернулся к лицу. – Тут есть плед…

Кивает на соседнее кресло, и я только сейчас замечаю на том темное пятно. Тот самый плед?

– Почему ты один? – спрашиваю и подхожу ближе, цепляю мягкую ткань и расправляю. – Где твоя подруга?

– Беспокоишься, успели ли я ее натянуть? – насмехается негромко. Бережно откладываю гитару на свободное кресло, куда я собралась садиться и выстреливает рукой. Цепляет край моей длинной футболки и наматывает на кулак, заставляя меня приближаться. Все происходит так быстро, что я не могу устоять и падаю ему на колени, ведь он буквально дергает меня на себя.

Строго на него смотрю, но темнота скрадывает мое негодование. Артем усаживает меня на свои колени и накрывает нас пледом. Он подтыкает одеяло вокруг моих ледяных ступней и сжимает их, чтобы согреть.

– В твоем возрасте разве легально использовать такой сленг? – Мне хочется одернуть его и встать, но оказывается так удобно и тепло сидеть на его коленях, что я решаю позволить себе эту мелочь. – Натянуть. Боже, в последний раз я слышала, что так говорили школьники лет шесть назад.

– Лет шесть назад ты и сама была школьницей, так что ничего удивительного. Вы невоспитанная молодежь понятия не имеете, что нельзя делать замечания старшим. Не доросли еще до этого.

Смеюсь. Понимаю, как глупо звучит наша перепалка. Он не старый, но мне так нравится подкалывать его насчет этого.

– Почему ты не спишь? – спрашиваю, растирая предплечье. На улице тепло, но голые части тела все равно мерзнут. Артем видит это и накрывает мои плечи там же пледом, прижимая меня теснее. Иначе просто не получается, если я отстранюсь, теплая ткань просто не дотянется.

– Не хочу… – говорит мне в макушку. – Если бы я оказался с тобой в одной постели, я не смог бы держать руки при себе.

И будто в подтверждение этого, его ладони начинают прожигать огнем мои бедро и плечо сквозь ткань. Но если плечо под футболкой в безопасности, то бедро обнажено и теперь его прикосновение ощущается позорно интимно. Я каменею, идея остаться на его коленях уже не кажется такой правильной. Остается надеяться, что я найду слова и сумею охладить его пыл.

– Я могу лечь на диване в гостиной, – да. Мастер из меня никудышный. – Либо ты можешь сделать это под предлогом того, что напился и просто не дошел до спальни.

– Я так и собирался сделать, но ты сама пришла ко мне.

– Я не… – возмущенно поднимаю голову и замираю, осознав, как близко наши лица. – Не думала, что ты тут… Мне пора.

Отталкиваюсь от него и поднимаюсь, с легким удивлением осознав, что он меня не удерживает. Замираю на секунду стоя во весь рост над креслом, в котором вальяжно развалился Артем, а потом разворачиваюсь и торопливо возвращаюсь в дом, чувствуя себя как красная шапочка, которая едва успела унести ноги от серого волка.

Но слишком поздно осознаю, что спасение – лишь иллюзия, и вместо того, чтобы укрываться от него, я попадаю в его же капкан. Ведь спустя пять минут серый волк без труда находит комнату, в которой я затаилась, входит в нее и закрывает дверь на ключ изнутри.