Глава 23

Я вновь отползаю от края и ложусь на подушку головой. Хочется натянуть на себя сбившееся у ног одеяло, но я понимаю, что это трусость и не двигаюсь. До боли закусываю губу изнутри, смотрю на греческого бога в изножье кровати.

Я с самого начала понимала, что Артем красив. Он привлекателен той самой мужской красотой, которая притягивает взгляд и заставляет выделить его из толпы. Темные волосы, выразительные карие глаза, прямой нос, в меру пухлые губы и подбородок, покрытый щетиной. В сочетании с рельефной шеей и кадыком, который дернулся, когда я подтянула к себе ноги, сгибая в коленях, его внешность просто сбивает с ног сексуальностью. Мне не верится, что все это происходит наяву. Не верится, что мы до этого дошли. Я ведь так ненавидела его сначала.

Артем медленно, как хищник, опирается коленом о матрас, затем вторым и оказывается надо мной. Он не ложится сверху, хотя именно этого я ожидаю. Его рука касается матраса в районе моего бедра, вторая опускается параллельно, он нависает над моим животом, но смотрит в лицо. Мне не нравится его медлительность. В таких моментах ожидание только изводит до потери пульса, и я начинаю сходить с ума.

– Что ты… – захлебываюсь словами, когда он грубо раздвигает мои колени и раскрывает меня для себя. Хочу сжаться, но сила его рук не позволяет поднять прижатых к матрасу ног.

Он не отвечает мне, лишь склоняется, опускаясь на матрас упором лежа, и касается моего живота. Мышцы напрягаются, я машинально вздрагиваю и комкаю простынь пальцами.

– Не надо… – скулю. Его поцелуй опускается ниже, проходится под пупком, оставляя после себя влажную дорожку. – Остановись…

Игнорирует. Вместо этого накрывает клитор губами, и меня встряхивает крупной дрожью. Чувствую боль в запястье и с запозданием понимаю, что прикусила его, чтобы не застонать. Но хочется безумно. Стон буквально рвется с моих губ, смешивается с хриплым дыханием и вот-вот вспорет тишину ночи. Тишину темной комнаты, в которой только мы и лунный свет.

Я расплываюсь под ним. Не могу понять, что со мной происходит, внутри буквально закипает кровь. Все тело от груди до бедер будто бурлит как вулкан. Напряжение смешивается с ощущением легкости и неги. Как бывало, когда валяешься в кровати, потягиваясь от удовольствия. Только теперь это чувство возникает даже в провокационной позе, не смотря на то, что все мои мышцы сведены судорогой. Упираюсь пятками в матрас. Бедра начинают двигаться в такт выворачивающим душу ласкам. Я вжимаюсь головой в подушку и все-таки позволяю себе стон. Один единственный, очень тихий, практически неслышный. Но Артем все равно слышит. И усиливает нажим языка, раздвигая им складки увлекаясь так, будто я измазана там мороженым.

Одно движение. Второе. И моя спина, будто проткнутая стальным прутом, выпрямляется. Меня подбрасывает с подушки, я цепляюсь за темноволосую макушку и падаю обратно. Сжимаю бедра, слишком остро по нервам бьет эта неведомая сила, рвущаяся наружу изнутри. Меня будто расщепило на мелкие дисперсии, будто на мгновение я рассыпалась и тут же вновь обрела человеческие очертания, только в новом качестве. Напряжение оставило и сменилось полным и безоговорочным удовольствием и расслаблением. Ослабевшие бедра долбанулись о матрас. Руки стекли на кровать безжизненными змеями.

Не открываю глаз, просто не могу это сделать, веки каменно-тяжелые.

Чувствую неспешный поцелуй в пупок. Потом тяжесть тела подсказывает, что он все-таки ложится на меня сверху. Но сил сопротивляться нет, да и желания делать вопреки тоже.

Сухие губы касаются моих, и я не могу сдержать улыбки. Надеюсь он не видит эту мою слабость, пускай ночь укроет мои чувства. Выдыхаю.

– Это всегда так? – спрашиваю сонно. Всегда так восхитительно, крышесносно, обжигающе приятно? – Каждый раз?

– Если оказаться в правильных руках, – отвечает негромко. Матрас прогибается под его локтем у моего плеча. Мощные бедра давят на внутреннюю поверхность моих. Чувствую, как его кисть опускается вниз и оказывается между нашими телами. Артем обхватывает набрякший член у основания и наставляет. Огромный орган утыкается в меня своей головкой, влажно проскальзывает книзу и застывает именно там, где жарче всего. – Мне нравится играть на тебе. Даже больше, чем на гитаре.

Не вдумываюсь в его слова, просто не в состоянии анализировать ничего, кроме этого блаженства.

Давление усиливается и становится неприятно.

Артем ловит мои губы, потом отстраняется, и командует в своей манере.

– Смотри на меня!

Распахиваю глаза, едва успеваю поймать его туманный взор, и тут же вскрикиваю от острой боли, пронзившей будто насквозь от промежности до шеи. Мужские губы тут же накрывают мои и шепчут сбивчиво.

– Тихо. Тихо…

Киваю. Судорожно умоляю.

– Вынь его. Вынь, мне больно.

– Знаю. Это только в первый раз. Смотри на меня!

Открываю глаза, с упреком смотрю в карие. Артем не шевелится, только пульсация члена внутри разрывает надвое, напоминая о том, что я все еще подчинена ему. Чувствую, как мокро между нами, понимаю, что это, скорее всего, кровь и ее много. Судя по боли, я через секунду умру от ее потери.

– Надо делать это быстро, иначе только хуже будет. Как пластырь. – Успокаивает тоном и нотками нежности в голосе. – Сейчас я начну двигаться.

Видит протест в моих глазах, но продолжает.

– Доверься мне. Слышишь? – вглядывается в мои глаза. Вопросительно ведет подбородком.

Я киваю.

И уже в следующую секунду забываю, как дышать.