Глава 31

– Она пришла в себя…

Слышу чей-то голос, он принадлежит девушке, но мне незнаком. С трудом открываю глаза, морщусь от яркого солнечного света, пытаюсь сесть.

– Лежите, вам нельзя…

Сажусь. Голова гудит, кажется, что мир вокруг катается на карусели, а я пытаюсь найти кусочек пола, чтобы заземлиться. Тошнота ходит где-то вокруг да около, и я старательно и глубоко вдыхаю, чтобы ее унять.

Девушка в белых медицинских брюках и такой же блузке смотрит на меня обеспокоенно. Чуть поодаль от нее стоит мужчина, судя по одежде тоже врач.

– Где я? – оглядываюсь. Мы в комнате с зелеными стенами. Вокруг медицинское оборудование, кровать, на которой я сижу тоже из той же оперы.

– Вы в больнице, – заговаривает мужчина. Вы потеряли сознание и долго не приходили в себя, поэтому вас сюда доставили.

– Мне уже лучше, спасибо, могу я уйти? – и тут же осекаюсь, потому что не знаю, куда идти. В каком я городе? Что произошло на том заброшенном складе? Где Марат?

– Вам хотят задать несколько вопросов, – врач отзывается, и я отвлекаюсь на медсестру, которая надевает на мою руку рукав для измерения давления. – Как только поговорите со следователем, мы не станем вас больше задерживать.

Он направляется к дверям, а я провожаю его взглядом, понимая, что ничего не понимаю.

– Следователем? – проговариваю вслух, девушка кивает и снимает рукав.

– Сто двадцать на восемьдесят. Можно в космос лететь! – жизнерадостно изрекает, в палату входит мужчина в костюме. Видимо это и есть тот самый следователь. Он проходит к кровати, бросает красноречивый взгляд на медсестру, и та торопливо сворачивает тонометр. – Я буду на вахте, если понадоблюсь.

Она уходит, я остаюсь с мужчиной наедине. И теперь настороженно рассматриваю незнакомца. Его взгляд напрягает, он какой-то слишком проникновенный. Будто, еще не начав задать вопросы, он уже все выяснил.

– Здравствуйте, Маргарита. Меня зовут Максим, я руководитель отдела по борьбе с преступностью. Как вы себя чувствуете?

– Что произошло? – спрашиваю в ответ. Мужчина вздыхает, кивает на край моей постели, с которой я свесила ноги, и я позволяю ему сесть. Он игнорирует мой вопрос и снова заговаривает.

– Давайте вместе разберемся. Что последнее вы помните?

Мой взгляд утопает в пространстве, кажется что я нырнула под воду, потому что голоса в голове звучат глухо и издалека. Голос Марата, шипение амбалов, звон в ушах, пистолет, приставленный к моему лбу…

Тело бьет дрожь.

– Пистолет, – отзываюсь. – Потом выстрел.

Мужчина кивает. Устало растирает переносицу и начинает свой рассказ.

– Вы участвовали в операции по поимке очень опасного человека. Хусеинов Марат обвиняется в изнасиловании и нескольких убийствах.

– Марат? Тот самый… – спрашиваю хрипло. Следователь кивает. Поясняет.

– Он давно был в разработке, мы нарыли много косвенных улик, но нам было необходимо поймать его с поличным.

– Он в тюрьме? – перебиваю взволнованно.

– Сейчас он под стражей. Вашей жизни ничто не угрожает.

Я выдыхаю, мои плечи расслабляются, не могу передать, какое облегчение испытываю. Даже голова слегка кружится. Неужели теперь я могу вернуться домой?

А потом будто в голове что-то щелкает, и я спохватываюсь.

– Вы сказали, я участвовала в операции по его поимке…

Следователь отводит взгляд. Этого достаточно, чтобы понять, что-то тут не так.

– Приносим извинения, что не предупредили вас. Операция опасная, и мы не могли рисковать. На карту было поставлено слишком много…

Я не верю своим ушам. Пустота во взгляде может равняться только с пустотой в глубоком темном колодце.

Приносят свои извинения.

Да пусть засунут их…!

– Вы стали свидетельницей убийства. Адвокат Хусеиновых, который защищал младшего брата Марата, Рамиля, был убит нанимателем за то, что проиграл дело. Его брат сел за изнасилование молодой девушки.

Смотрю на следователя напряженно. В голове еще большая каша.

– По показаниям жертвы, над ней совершили надругательства сразу оба брата, но она до последнего об этом молчала и призналась только после того, как прошел суд и приговор был вынесен. Марату удавалось уйти. До этого момента…

– А вдруг он и сейчас соскочит? – спрашиваю напряженно. В том, что он и правда был причастен ко всем этим преступлениям, сомнений у меня нет.

– Мы можно сказать поймали его за руку в момент, когда он собирался убрать свидетельницу, то бишь вас.

– А тот выстрел?

– Его пистолет был заряжен холостыми. Наш человек в его окружении заменил боевой патрон на хлопушку.

Мою голову обносит. Тошнота, прежде крутящая желудок подступает к горлу.

– Повторюсь, вашей жизни ничто не угрожало. На крыше были снайпера, они бы подстраховали, если бы что-то пошло не так.

Я отрицательно мотаю головой. Не верю его словам.

Этот выстрел звучал так оглушительно именно потому, что раздался над моей собственной головой. И если бы «их человек» не постарался, я бы давно уже…

– Боже… – подношу руки ко лбу и безотчетно заглаживаю волосы назад, утыкаясь головой в ладони, сжимаю руками голову. Следователь кладет руку на мое плечо, но я стряхиваю его прикосновение и ступаю на пол, чтобы оказаться подальше. – А вы были уверены в этом человеке? В том, кто работал у Марата на вас…

Утвердительный кивок без промедления должен был меня убедить, но я все равно раздавлена. Не верю, что у них все так просто. Взять невинного человека и подставить его вот так?

– Маргарита, вы должны понимать, не возьми мы Марата сейчас, он мог бы снова кого-то убить или…

– Меня? – спрашиваю не своим голосом.

– В том числе. Если бы не эта операция, вы наверняка стали бы одной из его жертв.

Эти слова усмиряют. Я все еще в трансе, но покорно сажусь обратно на больничную койку.

– А Артем? – спрашиваю, окончательно вымотанная этим разговором.

– Он наш сотрудник.

Киваю, ничему не удивляясь.

– Это он предложил вам? – спрашиваю, испытывая боль, которая отрезвляет и сбрасывает оковы этого транса. Следователь кивает. Теперь я все понимаю.

– Он сообщил, что вы предположительно стали свидетельницей убийства, и что Марат вас разыскивает. План разработали совместно.

– Ясно, – говорю, потому что больше нечего сказать.

Хочется забраться под одеяло и накрыть голову.

– В этот понедельник состоится судебное. Сейчас вы можете вернуться домой, но обязаны быть там потом, вы проходите как главный свидетель по делу.

– Домой? – переспрашиваю отрешенно. Следователь кивает.

– На ваше имя забронированы билеты на самолет. К вечеру вы уже будете дома.

– Я могу идти? – задаю последний, мучивший меня вопрос. Следователь кивает.

– Ваши билеты оформлены онлайн. Назовете служащей аэропорта свои данные, она пропустит вас на посадку.

– Я буду на суде. – Киваю. Встаю.

– Рита, – обращается ко мне вновь, короткая пауза заставляет меня на него взглянуть. – Спасибо вам за ваше мужество. Не каждый человек смог бы выступить в суде после того, что пережил. Артем в вас не ошибся.

Эта фраза как красная тряпка для быка заставляет мою кровь вскипеть, и я сжимаю челюсть так, что становится больно.

Хочется заорать, но я сдерживаюсь.

Следователь поднимается на ноги и кивает на толстовку брата.

– Можете снять бронежилет здесь, я подожду за дверью.

– Бронежилет? – хмурюсь. Машинально ощупываю руками туловище и не верю. Оттягиваю ворот кофты, вижу грубую зеленую ткань.

– Да, Артем надел его на вас, пока вы были в отключке в его машине. Как превентивная мера…

Срываю кофту брата и осматриваю броник. Тот самый, что лежал в багажнике Артема. Расстегиваю тугие липучки и передаю вещь следователю. Натягиваю кофту обратно.

– До встречи на суде, – кивает мне, я отрешенно киваю в ответ. – Около больницы вас ожидает водитель. Он доставит вас в аэропорт и убедится, что вы добрались домой без происшествий.

– Спасибо, – отзываюсь холодно, и покидаю палату. Иду к вахте, около которой обещала быть медсестра. Прошу у нее телефон для связи, набираю домой.

Убеждаюсь, что с мамой все в порядке. Папа устал, но рад меня слышать. Сказал, что Ваня связывался с ними и говорил, что со мной все хорошо.

И тут же в моей голове возникает вопрос. А Ваня, тоже мент?

Благодарю медсестру, иду к выходу.

День выдается солнечный, поэтому, как только я оказываюсь на крыльце, щурюсь от яркости света. На секунду застываю, глядя на парковку около больницы. Замечаю знакомый седан, и сердце неприятно реагирует ускорившимся пульсом.

Неужели это и есть тот самый водитель, что доставит меня в аэропорт?

Уж лучше пешком…