Глава 14

 Хотела бы я просочиться мимо вместе с остальными студентами, но обойти его внушительную и весьма хмурую фигуру оказалось нереальным. Нет, ничего у меня не шевельнулось и нигде. Именно так! Я ни-че-го не почувствовала, когда увидела Андрея прямо перед дверьми в аудиторию с этими дурацкими цветами в руках!

— Привет, — громадной тенью «братик» преградил мне дорогу.

Это случилось настолько резко, что шедшая позади меня новая знакомая Оля, которая, по всей видимости, вообще не смотрела себе под ноги, врезалась в мою спину, да еще со всем удовольствием наступила мне на ногу.

— Ой! Прости, Лена, — замялась однокурсница. — Слушай… а вы… вы знакомы?

Глупо было бы отрицать очевидное. Соколов протянул мне букет нежно-розовых цветов, название которых я не знаю. Пришлось сознаться и проявить вежливость. Сквозь зубы.

— Да. Оля, познакомься, пожалуйста, мой брат, Андрей. Андрей, это Оля. Гладкова.

— Очень приятно!!! — мгновенно рыжеволосая фурия оказалась между мной и громилой, восхищенно заглядывая моему родственничку в черные глаза, протянула ему руку для знакомства.

Он машинально пожал ее пальчики своей звериной лапищей, а я подумала, что шансы у моей однокурсницы все же есть, его бывшая Оксана тоже была рыжей и зеленоглазой.

— Так, у знаменитого хирурга Егорова, еще и сын есть? — Максим деловито присоединился к нашей компании, чем моментально вызвал на лице у братика недружелюбный оскал. — Приятно познакомиться! Меня зовут Максим Грибоедов. А вы… Андрей Егоров?

— Соколов, — я не остановилась перед тем, чтобы громко уточнить разницу между нами, потому что внезапно осознала, как это неприятно, когда чужие люди относят к семье великого Егорова не только меня.

За что с новой силой возненавидела своего братика. А ведь, почти забыла про это. Чувства, ощущения последствий прошлого дня вытеснили мою ненависть. Как же… Как же это дико неприятно быть поставленной на один уровень с ним! Кто он такой вообще?! Результат того, что мой отец лишь раз дал слабину? Это же нормально для командировок. А для моего отца вообще норма! Пусть… Пусть я ему неродная дочь. Но он меня воспитывал! И я больше его дочь, чем этот… Выскочка! Цветы приволок. Смотрит на меня таким страдальческим взглядом, бугай несчастный. Думает, я, как и эта Оля начну падать в обморок от восхищения его рабочей формой? Кто он такой? Солдат? Омоновец? Да он считать хотя бы умеет? Или только способен плечами двери вышибать?!

— Приятно, — буркнул родственничек моим новым знакомым и, не посмотрев ни на одного из них, сказал мне:

— Л-лена, нам н-надо поговорить.

— Мне некогда, я спешу на пару, — отрезала, собираясь рвануть с места, но качок схватил мое запястье. Жестко так схватил. Не вырвешься.

— Нам надо поговорить, Лена. Прямо сейчас! — довольно грубо потребовал моего внимания Соколов. Удивительно, в некоторые моменты, когда он злится или… Он перестает заикаться.

Зачем-то мои глаза скользнули по непримиримой линии его мужского рта. Братик не прикалывался. Похоже, его произошедшее задело не меньше, чем меня саму. Может быть… Может быть это и к лучшему. Конечно, я заплатила за свою месть достаточно большую цену и больше уже ничего не вернешь, но… Моя жизнь из-за него уже меняется. Вот уже первые люди, кто сравнивает меня с ним. А чем дальше, тем будет больше таких вот изменений. И все они, как один, будут вонзать в меня колья отчаяния! Ненавижу этого придурка! Уже ненавижу!

— Боже мой, какой суровый старший брат, — съехидничал Грибоедов.

— Вы знаете, Андрей, — Оля, даже не догадываясь о том, куда влезает, решила восстановить мир во всем мире, и опрометчиво положила свою ладошку на руку моего родственника, — мы сейчас и вправду должны спешить на следующую пару, перерывы у нас крохотные, даже на обед. А давайте вы заедете за Леной после занятий? И мы могли бы потом все вместе где-нибудь посидеть?

— Да, мы действительно могли бы все вместе посидеть где-нибудь! — Максим неожиданно осмелел.

Похоже, в его понимании то, что он одолжил мне ручку на лекции, немного поболтал и пару раз улыбнулся — это уже начало того, что нормальные люди называют дружбой. Или флиртом, если уж совсем честно говорить.

В другой ситуации, я бы его осадила. С легкостью. Но… Я как-то очень вовремя вспомнила совет подруги Ани о том, что должна игнорировать Соколова и проявлять внимание к другим особям мужского пола.

— Да, давай после занятий! — поддержала Грибоедова и выхватила у братика букет. Черт с ним! Я уже знаю, как отыграюсь на нем.

— Хорошо. Как скажешь, — огромная голова братишки произвела кивок. — Я заеду за тобой после лекций.

Не в силах больше ни секунды стоять рядом с ним, рванула с места.

— Сегодня мы учимся до трех!!! Встретимся у парадной! — крикнула через плечо Оля, которую я, тут же нагло подхватив под руку, потащила в сторону лестницы.

— Приятно познакомиться с сыном знаменитого хирурга, — Максим решил задержаться и пожать руку Соколову, чтобы выразить тем самым свое восхищение. Подхалим несчастный. Послала бы я его, но не могу. Он мне еще пригодится. Сыграет главную роль в следующем моем представлении для сыночка хирурга Егорова. Не смотря на то, что бугая отвлекли, спешно удаляясь, я прямо спиной чувствовала его тяжелый взгляд на собственной спине. Придурок. К черту его!