Глава 15

Когда-то меня удивило, что Кирилл стоял у мангала и самостоятельно жарил шашлык. Теперь меня удивляло, что ту же картину я вижу с его отцом в главной роли. Мозг не мог сопоставить солидного успешного юриста, такого строгого и серьезного, с человеком в спортивном костюме и добродушной улыбкой на лице, так ловко переворачивающим мясо на шампурах. Вокруг Астахова-старшего собрались мужчины, активно о чем-то беседующие. Их было прекрасно видно из панорамных окон кухни, где женщины возились с закусками и салатами.

Опять же, не получалось соотнести образы роскошных светских див с теплыми домохозяйками. Мне казалось, они давно делегировали подобного рода обязанности, и примитивной бытовухой занимался нанятый персонал.

Однако из нанятого персонала на территории дачи Астаховых были только аниматоры, развлекающие детей в гостиной.

Арина Константиновна всё же настояла на празднике в честь дня рождения Ильи и собрала небольшое количество близких. Я подозревала, что о внезапном появлении внука всем подряд они ещё не были готовы сообщать, сегодня начали с узкого круга людей. Среди них не было невесты Кирилла, соответственно, не было и друга Станислава Родионовича, о чем я спрашивала Костю.

Закончив с порученной мне нарезкой овощей, я отправилась к детям, где творилось заразительное веселье. Музыка гремела на весь дом, малыши постарше бегали за героями мультиков, выполняли какие-то задания и получали свои награды, вереща от счастья.

Мой сын был самым младшим и самым менее вовлеченным. На своих двух он пока стоял не особо твердо, — хотя первые шаги сделал около трех недель назад, —поэтому мы попеременно носили его на руках. Больше всех — я и Костя. Как раз сейчас мне предстояло принять эстафету.

— Докладываю: он улыбнулся Фиксику. Меня покорил его выбор, но я всё равно ревную…

Я прыснула. Малыш действительно эмоционировал только в обществе Кости, оно и понятно — парень был настолько позитивным, открытым и проявлял обожание к племяннику с первой минуты.

— Как мне тебе помочь пережить это?

— Пошли посидим в тишине, а то ощущение, что голова в барабане, по которому бьют и бьют.

Ну да, децибелы тут нехилые.

Он провел нас к лоджии. Раньше я сюда не заходила, знала только, что это «курительная комната» его папы. Когда мы приезжали компанией, мальчики иногда курили в ней, да и то — только избранные. Кай не всех впускал в неё.

Костя закрыл дверь и плюхнулся на диван, жестом приглашая последовать его примеру. Я присела на краешек, и мы с Ильей с любопытством огляделись.

— Кайф… — Астахов-младший помассировал виски, прикрыв веки.

В помещении было так тихо, словно нас отрезали от всего мира. Впечатляющая шумоизоляция. Пахло дорогим тяжелым никотином и кожей. А отделка из дерева наводила умиротворение.

— Крутую папа себе бахнул курилку, да?

— Да, — с губ слетел смешок, похоже, Костя не догадывался, что я бывала в их загородном доме.

— Знаешь, чем обосновал? — усмехнулся. — Чтобы не показываться маме на глаза во время процесса. Наслаждаться в одиночестве без её причитаний о вреде курения.

— Интересный довод…

— Да он у нас тот ещё юморист. В курсе, как маму склеил? — я с любопытством приподняла брови. — Буквально: «Ты — Арина, я — Родионович. Мы идеальная пара».

Я рассмеялась, в неверии таращась на него. Пикап девяностых, надо же. А стоило представить образ Астахова в момент любовной чепухи, и вовсе вынесло на хохот.

Вообще, они мне все импонировали по-своему. Арина Константиновна была изысканной и при этом очень милой женщиной, мы с ней быстро нашли общий язык. Младший сын был её копией: темно-рыжие волосы, мягкие черты лица, смеющиеся глаза. Только цвет у Кости был карим, а вот мамин зеленый — унаследовал Кирилл. Который в свою очередь походил на своего педантичного отца: собранного, немногословного, внимательного.

Со Станиславом Родионовичем было сложнее выйти на контакт. Первая встреча выдалась натянутой, а после моего честного ответа о родителях даже показалось, что он потерял дар речи. Признаться, я думала, что мы вряд ли в дальнейшем будем часто пересекаться, тем не менее Астаховы поразили меня рвением участвовать в жизни внука. За прошедший месяц мы виделись уже раза четыре, дважды — у нас в квартире, дважды — у них.

— Спасибо, что занялся праздником, здорово получилось, — вернулась я из мыслей к сидящему рядом собеседнику.

— Да пожалуйста, мне ж в радость, я не такой занятой, как Кай.

Невозможно вообразить Кира за подбором цвета шаров в оформлении детской вечеринки или выбором костюмов аниматоров. Даже если бы у него было время, я уверена, лично он этим заниматься не сподобился бы, наняв ивент-менеджера.

Костя был профессиональным волейболистом, львиная доля жизни парня уходила на тренировки. А в университете он числился ради галочки, сборы и соревнования различных уровней вынуждали отсутствовать не только в вузе, но и в стране. Однако свои свободные часы с удовольствием тратил на племянника.

— Вот бы его отцом был Костя, — как-то высказалась Ангелина после ухода гостя.

А когда я ей ответила молчаливым укоризненным взглядом, добавила:

— Ну что! Мысли вслух! Вы ровесники, он добрый, классный, мужественный, симпатичный и главное — любит Илюшу. Словом, подруга, противоположность брата.

И на это я не нашлась с ответом. Глупость какая. Пусть и звучало… близко к правде. Костя был полной противоположностью Кирилла, с ним было неимоверно просто в общении, я не зажималась и не сдерживала себя в реакциях.

Мы как раз вновь смеялись, обсуждая прикольную белобрысую девчонку, умотавшую одного из аниматоров до истерики, когда дверь приоткрылась. Вошел Кай, обдав нас внимательным взглядом. С подозрительным интересом. Я закономерно стушевалась, понимая, что ничего хорошего на дне его глаз искать не стоило.

Он протянул руки к сыну и забрал того, хотя малыш никакого рвения оказаться в объятиях Астахова не выказывал. Какой-то нездоровый собственнический жест получился. Костя хмыкнул, и я осознала, что не единственная так подумала.

— На стол накрыли, вас ищем, — бросил сухо Кир.

— Мясце! — его младший брат предвкушающе потер ладони и крайне бодро вскочил навстречу чревоугодию.

Я огромным усилием воли сдержала дурацкую улыбку — такой вот он смешной был. И подняла глаза на Кирилла. Порядком поднадоевшее недовольство на его лице насторожило. Что на этот раз я сделала не так?..

Астахов ничего не сказал. После короткой визуальной сцепки развернулся и вышел следом за Костей. Мне оставалось вздохнуть и поплестись за ним.

Мы только и успели войти в гостиную, где рассаживались гости и отдыхали в углу аниматоры, как на пороге дома появились Ангелина с Максом. А вот тут я сдерживаться не стала — улыбнулась широко и облегченно, потому что как на иголках несколько часов ждала подругу.

— Поздравляю, — она крепко обняла меня и смачно расцеловала Илью, которого мигом отняла у Кая, — ну ты как, в порядке? — шепотом мне на ухо.

— Почти, — я непроизвольно оглядела собравшихся.

Конечно же, никакого спокойствия среди них я не чувствовала. За то время, что помогала на кухне, много раз ловила на себе сканирующие неприязненные взгляды. Кто-то из женщин спросил, кем я работаю. Правда о моей временной деятельности практически оскорбила их высокие чувства по отношению к истинному предназначению прекрасной половины человечества. С мужчинами было чуть будничнее — они рассмотрели девицу, втайне родившую их непревзойденному Кириллу ребенка, и потеряли ко мне интерес, переключившись на разговоры.

Мужчинам плевать, женщины же — не сумели переварить, что я вклинилась в чужую семью. Пусть и ненароком.

Я была уверена, что часть из них дружит с семьей Марии, невесты Кира. И пропесочить меня потом вместе с ними — их святой долг.

— Извини, не получилось вырваться пораньше, — у отца Максима на днях случился инфаркт, сегодня перевели в палату из реанимации, и подруга съездила навестить отчима. — Долго разговаривали…

— С мамой помирились?

— Не совсем, — стрельнула глазами в Макса.

— Ладно, потом расскажешь, пошли мыть руки и за стол.

В присутствии Эльфа мне стало несравненно легко. Сын сидел у меня на коленях и жевал овощи, пропеченные на огне. Я бесперебойно чувствовала на себе строй взглядов и задавалась вопросом, если это — самые близкие люди Астаховых, то как ко мне будут относиться те, что лишь в приятельских отношениях?

Расстреляют? Растопчут?

Как, вообще, моя жизнь так круто изменилась? Вынуждая вместо размеренного существования и гармонии пребывать в перманентном стрессе из-за присутствия в ней Кирилла. Три месяца напряжения. Странных взаимоотношений с папой моего сына, которого я до сих пор считала исключительно своим. Да сам Илья не признавал Кира ни на йоту. Происходящее смахивало на бездарный пресный сценарий. Приходилось балансировать в этом бреду, ведь и отвадить Астахова я не могла, и общаться по-человечески… он не умел. Не умел — со мной. Что не новость.

— У Вас такая необычная внешность, — одна из присутствующих дамочек обратилась к Ангелине, беззастенчиво разглядывая её.

— Да… так уж вышло, — подруга пожала плечами, вежливо улыбнувшись.

— Не тяжело?

Я не успела удивиться бестактности, когда голос подал Максим:

— Тяжело — это когда первая или вторая стадия ожирения и нет воли привести свое тело и здоровье в норму, — толкнул ровно, но таким упреждающим тоном, что у оскорбленный полненькой женщины вытянулось лицо.

Ангелина повернулась к нему. Взглядом попросила угомониться. Я аж засмотрелась, как буря в черных глазах бунтаря оседает, покоряясь нежности девушки.

Наверное, так выглядит хрестоматийная история плохого парня и хорошей девочки. Между ними всё сложно, но их связь будоражит. То, как искрит Максим рядом с Эльфом, непередаваемо. И тем возмутительнее, что он когда-то её мучил жестоко и бескомпромиссно. Ангелина до сих пор его не подпускала к себе, однако и совсем не прогоняла тоже.

Слава богу, что гости за столом были заняты своими разговорами, и наш маленький инцидент остался практически незамеченным.

Чем дальше — тем сильнее мне хотелось уехать, что пока было неосуществимо. Астаховы старались, организовали мероприятие, и с моей стороны было бы по-свински встать и уйти посреди праздника. Хотя Макс втихаря предложил мне увезти нас, когда мы закончили ужин.

Впереди нас ещё ждал красивый торт в честь Ильи, возобновилось веселье с аниматорами и полилась заводная музыка. Взрослые вновь разбрелись по своим уголкам, предоставив гостиную детям и молодежи, коих было крайне мало — кроме нас пятерых всего три человека из числа родственников.

Странно, что Кирилл не позвал друзей. Ангелину пригласила я, Макс был её «плюс один». Они с Каем давно не поддерживали общение. И это было видно по тому, как не клеился разговор между нами всеми. Мы то и дело отвлекались на снующих детей. И на именинника, который наблюдал за всеми с налетом изумления на маленьком личике.

— Ну ни х… фига себе… мини-Кай…

Я упустила момент, когда среди нас появился Азамат. Парень завороженно рассматривал Илью, и в его взгляде переменилась куча эмоций. От неверия до восторга.

— Можно? — попросил он, раскрывая ладони, чтобы забрать сына с моих рук.

Кивнув, я передала драгоценную ношу.

Малыш привычно уставился на незнакомца — насупив брови и не мигая. Айбазов заржал в прямом смысле этого слова.

— Твою же мать… вот это генетика…

Было забавно и немного неловко… Нас с ним связывало столько… и в то же время — нас ничего не связывало. Бесспорно, он сыграл колоссальную роль в моей жизни. Именно по его наводке Астахов узнал о существовании Ильи три месяца назад. В течение которых лично с Азаматом я не пересекалась больше. И сейчас с непонятным ощущением наблюдала, как он пристально изучает моего сына.

Где-то спустя полчаса были задуты свечи, на которые с энтузиазмом шипели и фыркали собравшиеся детки. А вот мини-Кай, воззрившись на них с гнетом бесстрастности, переводил свои умные глазки с одного лица на другое. Видимо, старался осознать, что так веселит простых смертных.

Я умилялась. Как всегда. Меня переполняла любовь к этому крохотному существу, чье появление на свет было незапланированно, но оказалось желанно. Илья был моим персональным чудом, и эти чувства, я знала, знакомы каждой маме, воспринимавшей своё чадо чем-то неповторимо потрясающим.

Целовала его украдкой, не могла надышаться. Вспоминала прошедший год.

Когда наши с Кириллом глаза случайно скрещивались в подобные моменты, я зависала, испытывая нечто необъяснимое. То ли неверие в то, что это наш с ним общий ребенок, то ли удивление, что Кир за каким-то чертом хочет присутствовать в нашей с малышом повседневности.

— Не знаю, поймешь ли ты меня, — раздался вдруг голос Айбазова над головой, когда я стояла за спинкой дивана, разглядывая последний на вечер хоровод аниматоров, после песенки они уже должны были прощаться, — но я хочу сказать, что не ожидал от тебя… по-хорошему не ожидал, что окажешься настолько смелой и самоотверженной, — я развернулась к нему, расширив глаза от неожиданности. — Мы же тогда все поверили, что ребенок не Кая. И я не думаю, что ты так сказала, потому что сомневалась.

Проницательный темный взгляд Азамата не был тяжелым. И всё же позвоночник обдало холодком. Парень как бы намекал, что в душу не полезет, однако догадывается об истинных мотивах моего поступка.

Я промолчала.

— Ник, ты по-настоящему молодец, — тепло резюмировал он, и я расслабленно улыбнулась, кивком отблагодарив его.

Единственный положительный лучик среди стольких людей. Единственный, кто не осудил меня, безмолвно сажая на пьедестал виновницы с подоплекой на бесстыжую беспринципную девку.

Айбазов, как и в те времена, когда мы были близки, излучал надежность и защиту. До слез не хватало такой вот беспрекословной поддержки. В моем окружении было слишком мало тех, кто принимал мою позицию растить ребенка одной и не требовать ничего от его отца. Чаще осуждали, что не сообщила герою-любовнику.

— Спасибо… — прошептала одними губами, смущенно возвращаясь к нестройному детскому хору глазами.

Вскоре гости стали разъезжаться. Я изъявила готовность помочь Арине Константиновне с уборкой, чтобы она не сражалась с горой грязной посуды в одиночестве. На что женщина шутливо мне пригрозила, размахивая полотенцем, и выгнала из кухни.

— Илье Кирилловичу пора спать, — забавляло, как официально она его называла, — так что, вы езжайте, пусть вас отвезет Кирилл или Костя.

— Я уже отнес подарки в машину, сейчас поедем, — оповестил Кир, обозначая, что выбор транспорта не стоит.

Мы с Ангелиной обнялись, она возвращалась в больницу к отчиму, хотела побыть с ним. Они с Максом уехали, следом — Азамат, который подмигнул на прощание. Костя клюнул меня в щеку, пожелав спокойной ночи. Даже подвыпивший Станислав Родионович весьма дружелюбно приподнял уголки рта и попытался по-мужски пожать ладошку Илье, но тот вырвал свою руку и отгородился, недовольный нарушением личных границ.

Дружно посмеялись над ситуацией. Мама Кирилла закатила глаза и перевела взгляд на старшего сына, дескать, узнаю твои гены. Она нерешительно приобняла меня за плечи, но на большее не пошла — не обняла полноценно и не поцеловала. Наверное, никто из нас двоих пока так и не нащупал допустимых границ, и это было нормально. Опять же, у них в доме скоро должна появиться сноха. Другая девушка. А тут я… спорный элемент.

Спустя полтора часа мы добрались до квартиры, Астахов поднял подарки, которые с трудом поместились в маленькой прихожей, самая большая коробка была от него самого. Открыть их не успели, на завтра нас с Ильей ждали приятные распаковки.

Кирилл зачем-то снял обувь и прошел вместе со мной в комнату. Я удивилась, но виду не подала. Посадив Илью в манеж, принялась вытаскивать вещи для купания.

— Спасибо, что довез, — бросила негромко через плечо. — И за вечер. Я бы устроила праздник поскромнее, это однозначно. Приятно, что первый годик Ильи так запомнится. Фотограф обещал выслать файлы через неделю. Оформлю альбом на память.

Жаль только, что у бабушки не вышло приехать.

Когда я развернулась, поймала безмолвного Кира на разглядывании содержимого моего письменного стола. Он явно читал надписи корешков книг — глаза быстро бегали слева направо. Я тоже глянула на медицинские справочники, не особо понимая, что в них привлекло Кая.

— Костя сказал, ты собираешься поступать в медицинский, — протянул задумчиво.

— Планирую. Не уверена, что сдам вступительные. Костя обещал на лето помочь с репетиторами, у него есть какой-то хороший знакомый…

— Вы так сблизились? — оборвал Астахов апатично, но требовательно.

Опешив, я сдвинула брови на переносице. Когда подтекст дошел до меня, первой реакцией было — праведно возмутиться. Однако я проглотила сгусток эмоций и отвела глаза. Неприятно закололо в горле.

Мой ответ, казалось, ему и не нужен.

— Я уговорил Машу на встречу, — резко сменил он тему, выбив следующей фразой почву из-под ног:

— В среду после работы заеду за вами. Будь готова к семи, — не выдержав, я вскинула на него растерянный взгляд. — Или у тебя другие дела?

Да. Много. Очень много других дел. Например, не знакомиться с его невестой. Или провести спокойный вечер.

— Хорошо, — произнесла обратное. Рано или поздно это ведь всё равно случится.

— Отлично.

Кирилл сделал шаг к манежу, чуть склонился и провел ладонью по макушке Ильи. Тот поднял голову, но оставался равнодушным. Пару секунд они смотрели друг на друга. Затем Кай выпрямился, коротко кивнул мне на прощание и ушел, бесшумно прикрыв за собой входную дверь.

Мне стало легко дышать.

Затем накрыло тревожным осознанием: я должна познакомиться с невестой своего бывшего. И показать ей нашего сына…