Месть рядовой ведьмы

Не было печали – купила баба порося… Знаю, знаю, не баба, а рядовая ведьма. Не порося, а контракт на выдворение свободолюбивого енисейского водяного из мутных вод закованной в бетон Невы. Ну и что с того, что на дворе ноябрь? Какое, спрашивается, мне дело до северных ветров, сбивающих с ног, и непрекращающейся мороси с неба? Это же почти курорт! Ну, по крайней мере, влажность на Адмиралтейской набережной явно выше, чем на Мальдивах. Да и слепящего света больше… от фар проезжающих мимо машин. Беспрестанно жмурясь и уворачиваясь от грязевых брызг, вылетающих из-под колес «мерседесов» и «лексусов», я попыталась вспомнить, какого лешего меня дернуло покинуть уютную Москву и отправиться на берега Невы. И никто вроде не неволил. Так, Митрофан Игнатьевич, столичный управитель, порекомендовал сменить обстановку, подышать заболоченным соленым воздухом и полюбоваться окутанными туманом северными достопримечательностями. Видите ли, после неудачной встречи с ледваном (ледяным великаном – для непосвященных) мне требовалось немного передохнуть, силы восстановить и вообще подумать о жизни. И то верно. Замотало меня ледяное чудище. Объявилось в центре столицы как-то безмятежным пятничным вечером, когда горожане только-только после трудовой недели начинали нервишки по барам успокаивать, и пошло громить все, что под гигантскую руку подвернется. Я, конечно, с такой напастью не впервые встречаюсь. Что делать – знаю. Но иногда и на старуху бывает проруха. Одно слово в заклинании перепутала (подумаешь!), а чудо-юдо мое горемычное, вместо того чтобы перенестись обратно за Полярный круг, вдруг как начнет стенать на зависть всем северным ветрам! Как примется таять, обдавая город ледяным дождем! Деревья покосило, крыши машин покорежило, пару прохожих чуть родимчик не хватил (велика беда, их тут миллионы бродят!). В новостях потом неделю про ледяной дождь вопили – природная аномалия, мол, глобальное потепление, конец света, всадники апокалипсиса в двери стучатся… не слышите? В итоге ледван был отправлен на историческую родину, а я… Я подписалась на добровольную командировку. Даром говорят, нет в России города красивее, чем Петербург. Я и сама, признаться, еще вчера так думала. Вот и стояла, дуреха, теперь у фонтанчика посреди ноября и наслаждалась… красотами. – Маргоша! Я вздрогнула, словно меня кто ударил. И во всем виновата противная капля, так не вовремя угодившая мне прямо за шиворот, а вовсе не голос Тимоши Бережного – моего бывшего коллеги по приключениям в далеком Владивостоке и по совместительству экс-бойфренда, которого я не видела лет эдак сорок. Подумаешь, бывший! Мало ли их у любой уважающей себя ведьмочки? А вот капля – это да… пробирает до глубины души. – Тимоша! – воскликнула я, резко оборачиваясь и любуясь, как под взглядом моих зеленющих, как у кошки, глаз за шиворот бывшему тоже упала парочка-другая капель. – Значит, работаем вместе, – сделал вывод Тимофей. И радости в его словах я что-то не уловила. Может, все дело в том, что однажды, совсем в другой жизни, да что уж греха таить, даже в другой стране, я умудрилась спасти русалку из пасти кровожадного морского демона, а награду получил он? Или ему не по нраву пришлась история с усыпленной инкубом красоткой, которую я пробудила от колдовского сна заклинанием, но из мира фантазий пришлось вытаскивать ему… поцелуем, как водится… не одним и не только в губы. В общем, напрягать память и сводить счеты смысла не имело. На повестке дня был водяной и «отличная» компания. Интересно, почему мой желудок считал иначе? К счастью, мой недовольный коллега на этот раз подготовился как надо. Некий водяной каким-то чудом перебрался из далекой Сибири в холодный Петербург, прочно обосновался в водах возле Петропавловской крепости и вот уже месяца три пугал туристов, которые совершали прогулки по реке и фотографировали достопримечательности. Но это не самая интересная часть. Естественно, самое захватывающее я узнала в конце. Как выяснилось, «опасный монстр» сперва приметил одно из озер, расположенных на окраине города. Его попытались выдворить – и… не вышло. В общем, озеро мой будущий «клиент» покинул, но нашел себе новое жилье неподалеку. И даже смысла не было уточнять, с чьим проколом мне придется разбираться. Я, кажется, и так это знала. Вероятно, все дело в парне, который однажды умудрился проглядеть крылатую фею, севшую прямо ему на нос. В том самом типе, который перепутал летучую мышь с трансформировавшимся вампиром и гонялся за ней по всему Владику, пока упыри со всей округи надрывали животы от смеха. Да, да, именно в нем – в герое, заграбаставшем мою славу за поимку взбесившегося воздушного элементаля и улизнувшем в снежную Канаду, пока я пыталась доказать всем и каждому, что понятия не имею, как собака одной бабульки внезапно научилась не только разговаривать соблазнительным голосом, но и давать советы. В общем, я тоже была очень рада встрече и предстоящей работе. Прогулка по набережной в ноябре – испытание на прочность. А уж в такой компании – это просто «американские горки»… с препятствиями в виде бетонных стен. Не знаю, что насчет водяного, но я бы точно носа в такую погоду не высунула, если бы не острая необходимость. Безнадежно глядя на мутную гладь Невы, я проклинала нелегкую, заставившую меня сунуться в центр в злополучную пятницу и лицом к лицу столкнуться с ледваном. Не было бы великана – не было бы и водяного. Не было бы их обоих – и Тимоша не дышал бы сейчас мне в спину, злобно буравя затылок разъяренным взглядом и подгоняя стылые капельки, ручьями льющие за шиворот пуховика одной конкретно взятой рядовой ведьмочки. Но такова уж моя судьба. Могла купить билет на Мальдивы, а вместо этого спасала мир. Несправедливо… – Вон! Вон! Смотри! – завопил мой спутник. Я от неожиданности чуть не рухнула в ближайшую лужу. Конечно, от такого вопля все водяные, русалки и любые другие сверхъестественные существа в радиусе тысячи километров попрятались в свои норы. Когда я посмотрела на реку, ожидаемо ничего не увидела. Если там и было что интересное, то давным-давно уплыло, улетело или убежало. В любом случае на такую легкую удачу я и не рассчитывала. В отличие от горе-напарничка, который выглядел так, словно его вот-вот вывернет наизнанку прямо на новенькие ботинки. Это патрулирование было самым веселым за долгие годы. Ну разве может быть иначе? Перепуганный насмерть и злой до чертиков бывший, пронизывающий ветер, мелкий дождик и… ровно никакой надежды выполнить задание одним махом. Разве не об этом мечтает каждый, кому выпало счастье чуть-чуть поработать за другого в чужом городе, между делом рискуя собственной жизнью? Три или четыре раза Тимоша поднимал вой, соревнуясь с одичавшими оборотнями, узревшими полную луну. Три или четыре раза я пыталась уловить хоть проблеск того ужаса, который заставлял парня выглядеть все более и более бледным. Три или четыре раза я натыкалась взглядом на влюбленные парочки, пошатывающихся выпивох и раскрашенных, словно на Хеллоуин, подростков… Зато раз сто чуть не свалилась в грязь, не улетела верхом на своем зонте вместо казенной метлы и не плюнула на гиблую затею. Надежду мне вернул смех. Он был булькающий, звонкий, какой-то совсем не человеческий. Повернув голову, я уже хотела предупредить соратника по борьбе с силами тьмы, чтобы он заткнулся и не спугнул нечисть, решившую почтить нас своим присутствием, но опоздала. Тимофей даже не думал кричать. Он прислонился спиной к парапету, закрыл глаза и, не подавая никаких признаков жизни, принялся медленно оседать на мокрый асфальт. И что за мужики пошли? Вот на Мальдивах… эх! Горько вздохнув и представив, как я вышагиваю по теплому пляжу, а вокруг меня шелестят листьями пальмы, роняя прямо на голову сладкие финики, я глянула на воду. Конечно же, он сидел там. Синий, блестящий, скользкий, как и положено водяному, но отчего-то очень-очень маленький. Интересно, бывают ли водяные-недорослики? Когда будет время – если будет, – надо обязательно посмотреть в справочнике, решила я. А что? Хоббит-водяной, почему бы и нет? – Ну вот и встретились, чудище речное, – констатировала я факт. Но водяной меня не слышал. Он продолжал гоготать во всю мощь парадоксально крохотных легких. – Эй! – обиженно позвала я и, кажется, привлекла внимание собеседника. Он словно подавился, затрясся всем тельцем, а потом, взяв себя в руки (вернее, в лапы), вперил в меня немигающий взгляд черных глазок. – И зачем в наши воды пожаловал? – спросила я. – Скучно было, решил попутешествовать, – пожал плечами крошка-водяной. – Это ведь не запрещается. – А трупы в коньках в озерах хранить тоже не запрещается? – уточнила я на всякий случай. – Да я тут совсем ни при чем. Он уже года два там лежал. Вам, ведьмам, лишь бы кого обвинить. – А туристов бедных пугать? – Были бы бедные – не были бы туристами. А острые ощущения стоят дороже. Это как аттракцион. – А воду в реке баламутить? – Так она и без меня мутная. Мегаполис как-никак. – А на каждый вопрос ответ иметь? Кажется, я все-таки поставила водяного в тупик. Только и он меня порядком удивил. Речной народец обычно молчалив и злобен. А этот был весел и добродушен. – Значит, отрицаешь свою вину? – Да ничего я не делал, милая госпожа. Разве что в аквариум к каким-то детям пробрался, чтобы сюда попасть. Ну так они меня даже не заметили. Я еще раз вздохнула. Дождь порядком надоел. Драться не хотелось. И вообще, я бы предпочла прямо сейчас оказаться где-нибудь еще. Пусть даже дома, в своей родной постельке. Смотрела бы сны о жарких берегах… о пальмах, на ветру качающихся… – И что же мне с тобой, чудище водное, делать? – с горестным вздохом поинтересовалась я. – Отпустить, – жалостливо застенала кроха и округлила глазки-бусинки. – Ладно, так и быть, – решилась я. Взгляд упал на Тимошу. Он так и валялся на асфальте бледный, как полотно. И такая злоба тут меня одолела, такое проказливое настроение напало, что удержаться уже не было сил. Все мы, девушки, мечтаем летать. Конечно, на крыльях предпочтительнее, да только подарил мне Тимофей метлу. Большую-пребольшую. Вот с тех пор я на ней над миром и парю, как дельтаплан какой-нибудь. – Отпущу, но с одним условием. Соглядатай тебе нужен сроком на десять лет… Я еще раз посмотрела на Тимошу, вздохнула пару раз для порядка, вспомнила все свои слезки, пролитые по этому трусу. «Да, мстительные мы девчонки – рядовые ведьмы!» – подумала я и произнесла коротенькое связывающее заклинание, превращающее нечисть и ведьмака-надзирателя чуть ли не в сиамских близнецов на установленные годы. И, ощутив, как неожиданно капельки за шиворотом стали теплее, развернулась на каблуках и наконец отправилась… нет-нет, не к пальмам, но в парочку музеев еще точно успевала…