Глава 8. Мы не ждали и не звали, или О врагах не стоит забывать

Из-за чрезвычайно красивого меха рысей длительное время интенсивно истребляли. Теперь это животное занесено в Красную книгу.

С малюткой мы подружились. Она оказалась девочкой, назвала ее Лапка-Косолапка. Маленькая медведица быстро перестала меня бояться и доверчиво прижималась ко мне во сне в поисках защиты и тепла. С радостью давала ей это, пытаясь заменить мать.

По утрам после кормления всегда вылизываю ее, причесывая своим шершавым языком. Малышка хорошо кушает, стала активной и не может усидеть на одном месте, даже несмотря на загипсованные лапки.

Я тоже стараюсь есть хорошо. Когда нет аппетита, все равно ем через силу, чтобы восстановить большую кровопотерю и ускорить выздоровление. Чаще всего мне дают печень, иногда мясо, перемолотое в фарш. За нами ухаживает ветеринар, его зовут Влад, изредка приходит его жена Наташа, такая же добрая и заботливая, она всегда умиляется, глядя на нашу парочку.

За эту неделю три раза нас навещал Саша. Приходя, он неустанно повторяет слова благодарности, при этом начесывая мой подбородок. «А я что? Совсем не против. Пускай отрабатывает свое спасение. Теперь всю жизнь будет моим личным подбородкочесом». В такие моменты вальяжно разваливаюсь на полу и тарахчу, как БелАЗ. Даже не подозревала, что умею так.

При такой заботе мы с Лапкой быстро пошли на поправку. Через две недели ей сняли гипс, а мне швы. Теперь каждый день делают только перевязки с разными мазями.

Я уже измаялась от скуки, не могу сидеть на месте, хочется в лес, побегать и размять лапы, почувствовать азарт охоты и от души погонять белок и лисиц. А еще я знаю точно, что не оставлю Лапку у людей. Заберу ее с собой и помогу вырасти нормальным диким животным.

Думаю, Саша и Влад поймут, чего хочу от них, когда увидят, как я беру малышку зубами за загривок, как будто своего котенка. Ну а если не поймут, то покусаю их слегка. В общем, придумаю, как объясниться с ними.

С такими мыслями я с нетерпением ждала, когда поправлюсь и попаду на свободу, представляя, как буду воспитывать Лапку. И казалось, что все наладится. Нас отвезут далеко от людских поселений, в самый глухой уголок тайги, я помогу медвежонку вырасти большим и самостоятельным, хоть как-то заменив ей маму. Ну а потом буду думать, как искупить то, что натворила в прошлой жизни.

Но судьба решила не идти у меня на поводу и подкинула еще больше проблем, хоть на первый взгляд и казалось, что самое худшее уже позади.

День прошел спокойно. Он, как и предыдущие, не отличался разнообразием. Все по режиму: утренний туалет, кормежка, процедуры, обнимашки с Лапкой. Вечером приходил Саша, он долго меня тискал и обещал, что скоро нас выпустят. Я, как обычно, разомлела и, расплывшись на полу, от удовольствия тарахтела на всю клинику.

Ничто не предвещало беды.

Ночью проснулась от нехорошего предчувствия, а потом услышала звук открывающегося замка и быстрые шаги нескольких пар ног. Межкомнатная дверь открылась, и к нам вошли двое в масках. Я тут же встала в оборонную позу, закрывая собой малышку. Пригнув голову к полу, рычала, скалилась и шипела, хоть и понимала, что это ничем не поможет.

Один из мужчин молча достал пистолет из-за пазухи и выстрелил в меня, только после этого поняла, что это транквилизатор. Голова закружилась, вынуждая лечь на пол, в глазах помутилось, и сознание стало уплывать, постепенно отдаляя от меня реальность.

— Медвежонка тоже усыпи. Только дозу меньше сделай. Прихватим и его, будет бонусом для заказчика, а то он недоволен тем, что слишком долго пришлось ждать, — услышала я, перед тем как окончательно отключиться.

***

Просыпалась я тяжело. «Да сколько можно-то! Когда же меня оставят в покое?»

Бедная моя Лапка, ей было еще тяжелее. Похитители не сильно заботились с выбором дозы. Малышку несколько раз вырвало, и как бы ни было мне плохо, я обернулась вокруг нее калачиком и вылизывала, таким образом пытаясь хоть как-то облегчить последствия от применения транквилизатора.

Нас куда-то перевозили в закрытом деревянном ящике с небольшими отверстиями для вентиляции. В них постоянно затягивало выхлопные газы, от чего самочувствие только ухудшалось. Было очень трудно дышать, и сильно мучила жажда. Я то теряла сознание, то вновь приходила в себя на короткое время, но все так же обнимала Лапку.

Ехали долго, дорогу запомнила, как в тумане.

Машину тряхнуло на ухабе, и она неожиданно остановилась. Послышался скрип открывающихся ворот, что привело меня в сознание и заставило насторожиться. Когда скрип стих, мы снова поехали, но через несколько метров вновь остановились. Раздались мужские голоса и наш ящик стали куда-то переносить.

— Заносите в гараж, там клетка. Надеюсь, вы не угробили кошку. — Этот голос я никогда не забуду и узнаю его среди тысячи. «Конечно же, кто ж еще мог нас похитить, если не Колян!» — Обязательно напоить и накормить. И чтобы все было идеально, иначе век не расплатитесь, — продолжал распоряжаться он.

«Ууууу!.. Как же я ненавижу этого человека!»

Ящик сильно ударился о землю, при этом напугав Лапку. Потом боковая стенка отвалилась, и нас буквально вытряхнули в клетку. Малышка тут же забилась в угол, а я, кое-как встав на лапы, подошла к ней и легла рядом, загораживая от всех.

Нашу новую тюрьму собственноручно закрыл Колян на амбарный замок, а ключ спрятал в нагрудный карман, лишая меня надежды на легкий побег.

— Вован! Неси воды и мяса. А вы готовьте машину к перевозке. Через два дня будут готовы документы, и мы повезем их в Москву. — Услышанная новость заставила меня изрядно понервничать.

«Очень, очень плохо! Нужно срочно что-нибудь придумать!»

Браконьер ушел, оставив своих подельников выполнять распоряжения. Нам принесли воду и мясо, но я даже не пошевелилась в их сторону, не желая пить и есть в присутствии этих людей.

— Ну и громадина! Как думаешь, много на ней можно заработать, если выпустить на собачьи бои? — спросил своего товарища один из них. Не желая смотреть на мерзкие рожи, я слушала бандитов, не поворачиваясь в их сторону.

— Даже не мечтай. Ее везут по заказу большой шишки. Хочет для своего личного зоопарка или дочке на день рожденья подарить, что-то в этом роде. Этих богатых не поймешь — то им шкуру надо, то живую животину. Совсем зажрались! — недовольно проворчал второй.

— Да тебе какая разница? Главное, чтобы деньги платили. Колян вон задаток крупный взял, теперь трясется над этой рысью. Деньги-то, поди, уже потратил, — судя по всему, они не очень-то и любят своего шефа.

— Слушай, а ты не знаешь, чем медвежонка накормить? Думаешь, ему уже можно мясо давать? — «Надо же, какой умный!»

— Не знаю! Ну, пойди молока принеси, а лучше кашу свари. Поди не издохнет от такой еды, — посоветовал товарищ.

— Тоже мне, кухарку нашел! Пойду лучше бабу Машу попрошу, — сказал и вышел из гаража.

— Подожди! Я с тобой, жрать охота, с утра ничего не ел, — второй вышел следом.

«И что теперь делать? Не представляю, как отсюда сбежать!» Темный просторный гараж построен основательно, из такого не просто будет выбраться, да и клетка на амбарный замок заперта. А с маленьким медвежонком вообще не знаю, как спасаться. Если увезут в Москву, то шансы на побег уменьшаются с геометрической прогрессией. Надеяться на Сашу тоже не получится, надо выбираться самой. Шайка уголовников хорошо организована. Если Колян смог сделать на меня документы, то и спрятался хорошо, да и связи, скорее всего, есть, и немаленькие.

Надеюсь, Саша не станет вмешиваться, для него это может плохо кончиться. А я что-нибудь придумаю, где наша не пропадала. Люди не будут ждать от глупого животного продуманных действий. Вот и воспользуюсь этим преимуществом. Дождусь, когда подвернется удобный случай, и сбегу. Не буду на них рычать и проявлять агрессию, чтобы они потеряли бдительность. Главное, придумать, как Лапку взять с собой.

Малышка успокоилась и быстро уснула, пригревшись под моим боком. Я тоже решила вздремнуть, хотелось пить, но было жалко тревожить медвежонка. Подожду, когда проснется, и потом вместе попьем.

Спустя полчаса вернулся только один браконьер, он принес целую кастрюлю каши, видимо, чтобы не приходить сюда лишний раз. Когда мужчина вошел в гараж и просунул кастрюлю через окошко, я даже не повернулась в его сторону. Он немного постоял, наблюдая за нами, и, не увидев никакой реакции, ушел.

Дождавшись, когда за ним закроется дверь, поднялась и ткнулась носом в Лапку. Она засопела и подняла свою мордашку, посмотрев на меня заспанными глазами.

Подталкивая ее носом, заставила подняться, а потом начала толкать в сторону еды. Когда малышка почувствовала запах каши, то пошла сама. Ела она с большим аппетитом, причмокивая от удовольствия. Убедившись, что ребенок не останется голодным, тоже принялась есть. Мясо было не первой свежести, но куда деваться? Силы необходимо восстанавливать, полуживой сбежать точно не получится.

В этот день к нам больше никто не заходил. Всю ночь мы спали спокойно.

Утром нас снова покормили, чем немало меня удивили, и до следующего утра опять оставили в покое. Такое положение дел, вполне устраивало меня, давая время обдумать побег, но, к сожалению, ничего дельного придумать не получилось. Решила действовать по обстоятельствам.

Спустя два дня после похищения нас повезли в Москву, но на этот раз условия транспортировки были более комфортны — тентированая газель с просторной клеткой, даже соломы накидать додумались.

Возможности сбежать так и не представилось. Был, конечно, один момент, когда подвернулся случай, — они грузили нас в кузов, меня первую, а когда пошли за Лапкой, забыли закрыть клетку на замок, я могла спокойно открыть ее лапой и сбежать, но не смогла бросить маленькую медведицу. Теперь придется ждать другого удобного случая.

Во время всего пути нас поили и кормили на коротких остановках. От еды не отказывалась — было бы глупо морить себя голодом.

Ехали два дня, а утром третьего дня прибыли на место назначения. Ожидала услышать шумный город, но, к своему удивлению, обнаружила, что за тентом относительно тихо и воздух не загазованный — это натолкнуло на мысль, что мы не в Москве, возможно, где-то в пригороде, что может оказаться нам на руку, точнее на лапу.

Клетку из газели вытащил маленький погрузчик, и пока нас везли, я вовсю разглядывала местность.

«Интересно, куда же мы попали?» Все окружающее просто кричало о достатке и не оставляло места для фантазии, говоря лишь о том, что попали мы к баснословно богатым людям.

Шикарная усадьба, чуть ли не дворец, высотой в три этажа, украшенная причудливой лепниной и отделкой, выполненной в бежевых тонах, крыльцо, широкая лестница с ажурными перилами, высокие узорчатые окна — все это невероятно красиво. В жизни не видела таких домов. У парадного входа стоит небольшой фонтан со статуей льва в прыжке, из пасти которого и льется вода. Мощеные дорожки, скамейки, вырезанные из дерева умелым мастером, цветущие кустарники и деревья, большие клумбы, засаженные белыми и красными розами. Все это добро занимает огромную территорию и огорожено высоким забором.

Пока я вертела головой, пытаясь запомнить обстановку, нас завезли на задний двор, на котором расположилась очень большая застекленная оранжерея.

Погрузчик объехал ее и подвез нас к кирпичной длинной пристройке с несколькими дверьми, остановившись около одной из них.

Через несколько минут к нам подошла делегация из четырех человек. Среди них узнала только Коляна — «Ну, конечно, куда же без него!» — еще двух мужчин и одну женщину видела впервые. Главного среди них было несложно вычислить — мужчина около пятидесяти лет, полноватый и лысоватый, одет в строгий дорогой костюм синего цвета, белую рубашку с расстегнутым воротником, но без галстука. Лицо одутловатое, видимо, любитель выпить, карие поросячьи глазки, нос картошкой и пухлый капризный рот. Выражение лица высокомерное, смотрит на всех свысока и легким снисхождением, типа он всем одолжение сделал, что разрешил находиться рядом с его важной персоной. Меня чуть не стошнило от одного его вида, а когда он заговорил, то вообще еле сдержалась.

— Ну, Николай! Не обманул старика! — Он по-хозяйски обошел клетку, осматривая свое приобретение. — Сегодня получишь вторую половину суммы. — Мужчина вплотную приблизился к клетке, что весьма опрометчиво, но, на его счастье, я решила вести себя миролюбиво, а то с большим удовольствием оттяпала бы его картошину, торчащую посередине лица. — Просто красавица!!! — продолжал он восхищаться противным голосом, а я с трудом сдерживала себя, пытаясь не показывать волнение и недовольство, но хвост все равно то и дело подрагивал. «Предатель!»

Прикрывая собой Лапку, смотрела ему прямо в глаза и терялась в догадках — то ли он помешанный на любви к животным натуралист, то ли пресытившийся богач с наклонностями живодера?

— Федор Иванович, рысь усыпить, и на осмотр к Анжеле. А ты, — лысый обратился к женщине, — после осмотра доложишь о состоянии здоровья и примерный возраст. Еще хочу знать, были ли у нее котята или еще нет, — закончил он тоном, не терпящим возражений, видно, что привык и любит отдавать распоряжения. Любовь подчинять себе людей въелась в него до мозга костей, я прям нюхом чую этот отвратительный приторный запах высокомерия и себялюбия. «Фу!» — все-таки не смогла сдержать рвотный позыв и немного бекнула, словно сейчас шерсть отрыгну, но тут же постаралась взять себя в лапы и сделала вид, будто это не я.

— Что это с ней?! — удивился мой покупатель.

— Наверно, укачало. Думаю, ничего серьезного, — ответила Анжела, миниатюрная блондиночка с большими голубыми глазами.

— Ладно. Выполняйте. Жду результатов к обеду.

— А с медвежонком что делать, Алексей Владимирович? — спросил мужчина, который должен меня усыпить. Он примерно того же возраста, что и начальник, только видно, что привык к тяжелой работе — натруженные мозолистые руки, загорелое худощавое лицо, испещренное морщинами, коротко стриженные седые волосы, и одет он в черный рабочий комбинезон поверх зеленой футболки.

— А что с ним? Его можно осмотреть и так. Думаю, никого насмерть не загрызет. После осмотра посадите в вольер. Да что я вам объясняю? Сами знаете, что делать. За работу, — сказал начальник и наконец-то ушел.

Пока Федор Иванович ходил за транквилизатором, я облизала Лапку и легла на пол, чтобы не упасть, когда будут усыплять. Малышка забралась ко мне под лапы и мордашкой уткнулась в живот. Ужасно не хочется разлучаться с ней, и видимо, мое волнение передалось Лапке, чтобы успокоить ее, снова стала вылизывать ей шерстку.

— Любопытненько! — сказала Анжела, наблюдая за этой картиной. — Федор Иванович, медвежонка посадите в вольер, приготовленный для рыси, — от неожиданности я с удивлением посмотрела на нее. — Хочу снять на камеру эти необычные отношения. Ладно, давайте усыпляйте и несите ее ко мне в кабинет. — Женщина развернулась и пошла в сторону хозяйственной пристройки.

***

В очередной раз придя в себя, увидела прутья решетки со всех сторон. «Скоро начну думать, что так и надо!» — подумала и тут же отогнала неправильные мысли.

Попробовала пошевелиться и заметила, что под боком, положив голову на мои лапы, спит Лапка. «Первая хорошая новость с момента, когда я впервые встретила людей!» — с облегчением вздохнула и постаралась уснуть. Голова еще кружится, и сон будет самым лучшим лекарством.

Утро выдалось солнечным, на небе ни одного облачка. Я проснулась с хорошим настроением и самочувствием. Сначала зевнула и потянулась, а потом оглянулась в поисках малышки и увидела, как она с аппетитом уплетает что-то из миски.

Голодом нас морить, по-видимому, не собираются. «Еще одна положительная новость. Не утро, а один сплошной позитив!»

С легкостью поднявшись на лапы, стала осматривать наши новые апартаменты. К обустройству вольера люди подошли со знанием дела. Нам выделили просторное жилище, можно даже свободно бегать и не сшибать при этом углы. Не забыли предусмотреть место для лазанья — посреди вольера разместили достаточно большой ствол дерева с толстыми ветками, по которым можно карабкаться и даже поспать, а в дальнем углу нашла что-то вроде будки, декорированной под холмик с норой.

В общем, вольер постарались максимально приблизить к условиям среды естественного обитания. А в передней части клетки люди организовали кормушку и поильник со специальным узким окошком для подачи еды. За решеткой поставили забор из сетки во всю высоту вольера — дабы дикое животное не навредило любопытным наблюдателям или наоборот. И вся эта красота находится в огромной оранжерее, помимо нас, тут есть еще множество других животных, которые так же, как и мы, сидят в своих вольерах. Я смогла разглядеть пару белых тигров, взрослого медведя, лис, волков, и еще неизвестно сколько диких животных находится в неволе. Хотя, возможно, они родились здесь и не знают другой жизни, но все равно это ужасно.

Оранжерея разделена на несколько зон — хищники, травоядные, птицы, возможно, еще есть водоплавающие, где-то слышится плеск воды, но это не точно. Все разглядеть не могу, потому что обзор закрывают растения, здесь они в основном экзотические, а высота потолка позволяет выращивать даже деревья.

«Да уж! Владелец всего этого, несомненно, очень богат. Не представляю, сколько денег уходит на содержание растений и животных, да еще в таком объеме!»