Марина Медведева Рыжая дама с котом и чемоданом · Глава 14

Глава 14

Год 1983-й, Лесничанск

Выпускной остался в памяти Лианы смазанными обрывками, случайно попавшими в объектив кинокамеры. Торжественная линейка – цветы, слезы в маминых глазах, папа в лучшем костюме с новым галстуком, Коля тайком в толпе одноклассников берет ее за руку. Волнение, когда вышла получать аттестат, а все лица перед глазами расплылись в разноцветное марево. Чинное и важное застолье в присутствии учителей и родителей. Первый вальс с Колей. Ее нервные пальцы спрятались в его крепкой, уверенной ладони. Ноги в туфельках на каблуках скользят по крашеному полу, боясь оступиться. Зеленое шифоновое платье красиво развевается при вальсировании. Музыка Штрауса, бравурная, легкая, звенит в ушах. Сердце замирает от невыносимого счастья.

После школьного бала «мушкетеры» битком набились в машину отца Игоря, который согласился их подвезти, и махнули в Солнцево, к Волчьему камню над обрывом. Лиана ехала на коленях у Коли, рядом теснился Вовка, и ее щеки от такой нежеланной близости горели стыдом и неловкостью. Она подозревала, что в тот день их первой с Колей близости Вовка что-то видел. Она заметила, как открылась дверь, показалось его растерянное, испуганное лицо, но ей было так хорошо, так волшебно, что все происходящее казалось нереальным, прекрасным сном, который длится и длится и прервать его нет ни сил, ни желания.

Июньские ночи коротки. Медленно, будто нехотя, смеркалось. Малиновые краски заката плавно густели, солнце уступало место луне и звездам. Воздух пропитался жарой и влагой. Жадно и шумно кусались хищные деревенские комары. Внизу под обрывом серебрилась река. Она призывно манила, обещая прохладу и свежесть. Вечер был прекрасен и тих.

Лиана присела на Волчий камень, сбросила туфли и погрузила уставшие ноги в мягкую, шелковистую траву.

- Вот и пришел наш последний день! – с грустью сказала она, глядя по очереди на каждого из преданных ей «мушкетеров».

- Завтра еще учебники сдавать, и во дворе увидимся. Я уезжаю в начале июля, - бодро заявил Игорь. В сером костюме с элегантной бабочкой он выглядел старше, солиднее. Русые волосы коротко подстрижены. Серые глаза серьезные, вдумчиво смотрят на нее, а губы улыбаются. Лиана глядела на Игоря и чувствовала дружеское тепло, благодарность. Ее самый верный друг и советчик. Как же она без него? Не с кем поделиться сокровенным, посекретничать.

Она перевела взгляд на Колю, встретилась с ним тягучим, полным нежности взглядом и блаженно прикрыла глаза. Ее первая любовь, первый мужчина. Самый красивый, сильный, умный. Сколько прекрасных дней и ночей у них впереди! Коля поступал в летное училище в Челябинск. Она поедет в Свердловск. Двести километров – не помеха. Будут ездить друг к другу на выходные. При мысли о том, чем в такие выходные они с Колей будут заниматься, Лиану охватил жар. Она поспешно перевела взгляд на Вовку, последнего «мушкетера». Тот стоял чуть поодаль и глядел в сторону реки. На лице друга отчетливо читалась обида. Лиане вдруг стало так стыдно – захотелось примирить друзей. Вернуть то, что было раньше. До того, как она выбрала одного из них и отказала другому.

- Ребята, давайте здесь, у нашего камня поклянемся в вечной дружбе. Что мы всегда будем помнить и поддерживать друг друга, - сказала Лиана. Она вдруг порывисто встала, пробежала босиком по траве и взяла за руку Вовку. Тот бросил на нее странный взгляд, но руки не отнял. Даже слегка сжал ее влажные от волнения пальцы.

- Пойдем со мной! – попросила она, глядя ему в глаза. Вовка шумно вздохнул, промолчал и нехотя потянулся за ней. Лиана подвела Вовку к остальным и обвела взглядом Игоря с Колей.

- Возьмемся за руки и дадим клятву в вечной дружбе! – заявила она. Протянула руку - Коля взял узкую ладонь, склонился и нежно поцеловал тонкие трепещущие пальцы. Вовка едко рассмеялся.

- Не буду я клясться – дурацкая затея, - буркнул он и демонстративно отвернулся.

- Это почему же не будешь? Тебе не важна наша дружба? – с вызовом спросил Рогов.

- Разуй глаза, спортсмен! – крикнул Вовка. – Вы с Лианкой трахаетесь, а я должен обещать вам верность до гробовой доски?

- Вовчик, ты неправ!

Игорь подошел к ребятам и примиряюще поднял руки.

- Нам всем нравится Лиана, но она выбрала Колю. Я давно с этим смирился. Мы повзрослели, и наши отношения уже не могут быть прежними. И все же давайте сохраним память о нашей детской дружбе. Не будем ссориться!

- «Не будем ссориться!» - передразнил Вовка. Его лицо скривилось от злости. – Зачем мы приехали сюда? Что нас связывает кроме дурацких воспоминаний о прошлом? Школу мы окончили. И я больше не желаю ни видеть вас, ни слышать о вас.

- Вовка, что ты говоришь! – возмутилась Лиана. – Мы ведь были лучшими друзьями. Помнишь, как я помогала тебе с алгеброй, а ты мне сочинение писал по Достоевскому? Нам же было хорошо вместе!

- Ты чокнулась? – спросил Вовка. Он посмотрел на Лиану, его взгляд полыхал ненавистью. – Я же видел, как ты трахалась с Роговым. Стонала, извивалась под ним, как шлюха. Я только это теперь буду помнить до конца жизни. Закрываю глаза – и снова вижу эту «картину». Забыть не могу. Как ни пытался.

- Ты как назвал Лиану? – гневно спросил Колька. Он рванул к Вовке, резко схватил его за грудки, слегка приподнял. – Быстро проси прощения! Иначе я тебя…

- Иначе что? – с ненавистью бросил Вовка. – Разве я не прав, что она – шлюха? Да ее теперь так весь дом называет. Слышали ваши ахи и вздохи.

Лиана вскрикнула, метнулась вперед – не успела. Колька размахнулся и со всей силой врезал Вовке. Тот рухнул назад, ударился затылком о Волчий камень, скатился на траву и затих. На его коротко стриженой голове медленно расползалось кровавое пятно. Лиана замерла, не в силах осознать увиденное. Ей казалось, что это сон. Что все можно изменить, вернуть на пару минут назад. Что она успеет схватить Кольку за руку, не даст ударить. Что есть шанс все исправить.

- Он без сознания, но еще дышит, - тихо сказал Игорь. Он опустился на колени и приложил два пальца к сонной артерии Вовки. – Надо бежать в поселок и вызывать скорую. У кого здесь есть телефон?

Колька замер с вытаращенными глазами, похожий на статую. Будто его коснулся смертельный взгляд Медузы Горгоны. Игорь грузно поднялся на ноги, подошел к нему, тряхнул за плечи. Колька даже не пошевелился. Его безумный взгляд был устремлен на лежащего Вовку. Он тяжело дышал.

- Да очнись ты, дурак! – кричал Игорь. - Он же истечет кровью, если скорую не вызвать.

- У Галкиных соседей телефон, - всхлипнула Лиана, давясь слезами. – Я могу сбегать. Они меня знают.

- Тогда беги – чего ревешь! – рявкнул Игорь. – Каждая минута на счету, а ты как маленькая.

Лиана сорвалась с места и, не вспомнив про брошенные туфли, понеслась в сторону поселка. Оставив позади трех своих «мушкетеров», один из которых так глупо и нелепо умирал в траве возле Волчьего камня от удара другого - бывшего друга.

И не осталось ничего. Ни дружбы, ни любви, ни добрых воспоминаний. Ни будущего.

Что было дальше - Лиана запомнила, как страшный сон. Скорая, милиция, больница, морг. Рыдающая Лидия Ивановна бьет ее по щеке на глазах у всех. Широко распахнутые, испуганные глаза Томы. Громкие крики пьяной Верки, обзывающей Лиану проституткой. Дождь и холод на похоронах. Отъезд Коли в летное училище. Их быстрое, скомканное прощание на глазах у его мамы и брата. Смущенные, расстроенные лица ее родителей. Долгие разговоры мамы и папы на кухне по ночам. Наконец, переезд на другую улицу. Учеба в техникуме, работа на автоагрегатном заводе.

Их с Колькой любовь закончилась в ту злополучную ночь у Волчьего камня. Лиана не могла простить ни его, ни себя. Колька не раз пытался объясниться, просил прощения у нее, у Вовкиных родителей. Лиана не могла его видеть. Каждый раз вспоминала лежащего на траве Вовку. И растерянный, обиженный взгляд его мертвых глаз.

В следующий раз Лиана встретила Кольку, когда обоим было уже за сорок. Огромный кусок жизни позади. А потом она вышла замуж за Игоря и поселилась в Солнцево. Иногда ходила к Волчьему камню, оставляла цветы – любимые Вовкой полевые ромашки. Смотрела на серебристые воды Арайки , вспоминала и плакала. В такие минуты прошлое возвращалось, накатывало волнами боли и горести. И сожаления о давних ошибках. Которые уже никогда не исправить.