Глава 9

Марианна гнала, как сумасшедшая, забыв обо всем. Лишь мысли о дочери кипели в ее разгоряченном мозгу. Дарья где-то там, в скорой, без сознания. Хоть бы все обошлось! Дай, боже, чтобы доченька не пострадала! Руки мелко дрожали, сознание путалось. От волнения не почувствовала, когда машину вдруг повело в скользкой колее, тряхнуло, потянуло куда-то вбок. Резкий толчок, скрежет, удар в лицо. И тишина…

Сознание возвращалось клочками, урывками, резаными картинками. Снег в маленьком квадратике перевернутого окна. Жуткая теснота. Что-то давит на грудь. Где-то кричат.

Голос доносился еле слышно, сквозь запертое окно. Марианна с трудом пошевелилась – подушка безопасности вжала ее в кресло. Машина слетела с дороги, перевернулась. Но, кажется, она цела. Где кот?

- Гришка! – надрывно крикнула она и протянула руку к пассажирскому креслу. Кота не было. Что с Гришкой? Марианна с трудом повернула шею – подушка мешала – выглянула в окно. Рядом с машиной торчали ноги в джинсах и черных меховых кроссовках. Она потянулась к кнопке на дверке, открыла окно.

- Живая?

В окне показалось знакомое желтоглазое лицо следователя Вересова.

- Вроде, цела. Это хорошо, - сказал Вересов. – Попытайся открыть дверь. Я помогу тебе выбраться.

Марианна нажала на ручку - открыла дверь, но вылезти не смогла. Ей мешали подушка и ремень безопасности. Вересов наклонился, обдав ее запахом древесного парфюма, потянулся к ремню, освободил.

- Руки, ноги целы? Шевелиться можешь? – спросил он. Марианна кивнула. Он бережно обхватил ее за плечи и помог выбраться наружу.

- В машине мой кот, Гришка. Наверное, ему плохо, ударился, потерял сознание. Надо его найти.

Вересов с руганью полез в машину, выставив наружу длинные ноги. Марианна, заламывая руки, бегала вокруг машины и заглядывала в окна. Черт! Ничего не видно. Перевернутая машина лежала в заснеженном кювете. Впереди простиралась пустая трасса. Вокруг поля. Хорошо, ни кустов, ни деревьев – иначе все могло обернуться гораздо хуже. Чуть поодаль, на обочине трассы, виднелась серебристая «шкода» следователя.

Вересов кое-как вылез из машины и помотал головой.

- Кота не обнаружил. Тебе не показалось? Вдруг, кот тебе привиделся? Дай-ка я посмотрю, все ли с тобой в порядке.

Он приблизился к Марианне, мягко коснулся пальцами ее волос и тщательно осмотрел голову. Марианна дернулась, отстранилась.

- С головой у меня все в порядке. Кот ехал на пассажирском сидении на шерстяном коврике.

- Коврик в машине, а кота нет, - сказал Вересов, сочувственно глядя на Марианну.

- Куда же он запропастился? – вздохнула Марианна, оглядываясь по сторонам. Вокруг стояла невероятная, безжизненная тишина. Даже ветер стих. Снежные просторы, мутно-серое небо. Две машины и два человека. Марианна вдруг пристально посмотрела на следователя.

- Как вы здесь оказались? И почему вокруг пусто? Рабочий день – на трассе обычно полно машин.

- Понятия не имею, почему сейчас здесь пусто, - пожал плечами Вересов. Он, как Марианна, стоял зимой без шапки, в расстегнутой куртке. Темные волосы слегка растрепались. Желтые глаза по-кошачьи, цепко и пристально смотрели на Марианну.

- Мне надо в город, - устало вздохнула она. – Дочь в больнице после аварии. Я туда и ехала перед тем как все случилось. Волновалась, не справилась с управлением – машину занесло.

- Я так и понял, - кивнул Вересов. – А я к вам ехал, в Солнцево. Сказать, что уголовное дело по Лиане Старцевой возбудили. Оказывается, в лаборатории перепутали результаты гистологической экспертизы. В печени Старцевой обнаружены следы бета-блокаторов. Есть версия, что перед смертью она приняла фатальную дозу препарата, снижающего артериальное давление. Это могло привести к потере сознания.

- У Лианы всю жизнь было низкое давление! Она – не идиотка и ни за что не приняла бы такое лекарство, - возмутилась Марианна. – Кто-то отравил ее, а потом отвез к Волчьему камню.

- Возможно, - кивнул Вересов и махнул рукой в сторону машины. – Сейчас достану твою сумку и ключи. Закрою машину и вызову эвакуатор. А потом отвезу тебя в больницу к дочери.

- Не помню, когда мы перешли «на ты», - пробормотала Марианна. Шоковое состояние прошло, и теперь ее трясло мелкой дрожью, зубы стучали будто от холода. Она зябко поежилась, поправила шарф.

- Простите! – сказал Вересов. – Я так испугался за вас, что машинально стал говорить «ты». Если вам неприятно, я больше так не буду.

- Мне все равно, - ответила Марианна и прикусила губу, чтобы не расплакаться. Авария, Дарья в больнице, пропажа Гришки – ее вдруг охватила паника. Казалось, весь мир ополчился против ее семьи. Сначала Лиану убили – теперь она не сомневалась, что это было убийство. Потом Дашка под машину попала. Гришка вдруг исчез. А теперь она сама стоит здесь на снегу, чуть не угробила Лианину машину, на которой по доверенности ездит. Что происходит?

- Странная цепочка совпадений, - пробормотала она. – Почему мы с Дарьей в один день попали в ДТП?

- Возможно, это не совпадения, - ответил Вересов. Он щелкнул брелоком – запер машину – и протянул Марианне ее сумку.

- Надо Гришку найти. Я не могу его здесь бросить, - Марианна взяла сумку и, проваливаясь в снег, поплелась обходить вокруг машины.

- Ты уверена, что кот был в машине? Может, выскочил, когда ты садилась? – крикнул Вересов.

- Уверена! – кивнула она.

Идти по снегу было тяжело. Сапоги проваливались, длинная шуба жутко мешала. Марианна подумала, что надо поискать в шкафах Лианы куртку. В шубе ездить за рулем неловко. Она кое-как, ныряя в сугробы, обошла поверженную ниц машину своей тетки и выбралась на трассу. Из-за грязных серых туч лениво выползло бледное солнце. Желтый луч скользнул по снегу, тот заискрился, засверкал бриллиантовой россыпью. Марианна, желая спрятаться от слепящего солнца, приставила ладонь к глазам и пристально оглядела окрестности. Кота не было. Только две машины и одинокая фигура Вересова на снегу. Чертовщина какая-то творится – решила она. Гришка, подлец, то появляется, то исчезает. Сначала в поезде, теперь здесь. Надо в этом разобраться. Потом, когда узнает, как Дарья.

- Едем в больницу, - заявила она Вересову, который как раз выбрался из кювета на трассу.

- Поехали, - махнул он. – Эвакуатор будет через час. Я отвезу тебя в больницу и вернусь проследить за машиной.

«Шкода» следователя казалась старой, но аккуратной, ухоженной. Новые чехлы на сидениях. Тщательно, до блеска, натертый кузов, чистые резиновые коврики. Легкий древесный аромат. Марианна удовлетворенно кивнула.

- Люблю аккуратных мужчин, - заявила она, усаживаясь и поправляя длинные полы шубы.

Вересов широко, искренне улыбнулся.

- Когда узнаешь, до чего вкусным у меня получается плов – еще сильнее полюбишь, - ответил он.

Марианна хмыкнула:

- Вообще-то я замужем, господин следователь!

- Муж – дело наживное, - пожал плечами Вересов. – Сегодня один, завтра другой.

Машина плавно тронулась с места и покатила в сторону города. Чем дальше они отъезжали от места аварии, тем больше появлялось на трассе машин – грузовых и легковых. Марианна глянула в зеркало – ее «паджеро» уже исчез из зоны видимости. Ей вдруг подумалось, что место аварии –аномальная зона. Невидимый карман во вселенной, в который она попала с машиной, Вересовым, но без Гришки. Марианна усмехнулась и отбросила нелепую мысль. Какой еще карман? Просто Гришка, должно быть, выскочил, когда она закрывала дверь машины возле Ольгиного дома. Рванул за кошкой или по другим кошачьим делам. Она была так занята мыслями о несчастной Дарье, что кота могла просто не заметить. А машин не было по другой причине – в разгар дня все на работе. Сейчас приближается вечер, вот народ и повалил из города по домам.

Пока ехали по улицам Лесничанска, стояли на светофорах, Марианна звонила Ромке и расспрашивала о состоянии дочери. Ромка отвечал нервно и дергано, пыхтел, будто на бегу, но все же успокоил тещу - Дарья пришла в себя и вполне здорова.

Вересов подвез Марианну к приемному пункту скорой помощи, высадил у дверей и, перед тем как проститься, спросил номер телефона.

- Чтобы не пришлось в следующий раз в Солнцево ехать, если что, - с улыбкой сказал он.

- Как удачно, что я тебя встретила, - улыбнулась в ответ Марианна и продиктовала номер. – Иначе до сих пор прыгала бы возле машины и сходила с ума.

- Я после тебе позвоню и расскажу, что с машиной. Дочери привет и скорейшего выздоровления.

Вересов уехал, а Марианна в смешанных чувствах вошла в приемник. Пока надевала бахилы, снимала шубу, позвонил телефон. Борька! Нашел когда объявиться! Марианна глянула на радостное Борькино лицо на экране и сердито сбросила вызов.

Дарья уже пришла в себя и счастливо улыбнулась при виде Марианны. Дочь сидела на больничной кушетке, вытянув ноги в желтых носках с котятами. Одетая в широкие джинсы и ярко-зеленую водолазку. Сапоги в бахилах стояли рядом. Пышные рыжие волосы Дарьи слегка растрепались. Глаза возбужденно блестели.

- Прости, мамочка! Это Ромка виноват – напугал тебя. Видишь, все обошлось. Я в порядке.

Марианна присела рядом, обняла дочь, поцеловала в лоб. Пригладила непокорные завитки волос и нащупала на лбу большую шишку.

- Дашка, что же ты делаешь? Как тебя угораздило попасть под машину? – возмутилась она, с укором глядя на дочь.

- Мамочка, я переходила дорогу и на секунду отвлеклась – принять звонок. На Стекольщиков ведь машин почти нет. Я и опомниться не успела, как из двора на скорости вывернул какой-то лихач и врезался в меня. А потом угнал. Ромка меня за углом на стоянке ждал. Удивился, что долго нет – я же в аптеку вышла – отправился искать. И нашел. Я упала и головой о плиту ударилась. Хорошо, капюшон и волосы слегка удар смягчили. Но сознание потеряла. Правда, уже в скорой очнулась и попросила меня домой отпустить. Но они все равно в приемник привезли.

Марианна обнимала дочь и чувствовала, как потихоньку спадает нервное напряжение, возбуждение сменяет усталость. Она окинула взглядом небольшой кабинет – стол, несколько стульев, две кушетки. На столе компьютер, аппарат для измерения давления, открытый журнал. Чуть поодаль железная вешалка. На вешалке болтается синяя куртка ее дочери. Дверь приоткрыта, из коридора слышатся голоса, хлопанье дверей, стук колес медицинских каталок.

- А где Ромка? – спросила Марианна. Она поначалу сердилась на зятя – напугал до смерти. Но теперь при виде живой и более-менее здоровой дочери ее гнев прошел, и она уже была готова если не приветливо, то вполне вежливо поздороваться с зятем.

- Ромка документы оформляет, чтобы меня выписали, - сказала дочь.

Скрипнули знакомые шаги, и в кабинет влетел озабоченный Ромка. Взъерошенный, одетый в толстовку с надписью «лучшему мужу» и в широченные джинсы. Марианна критически оглядела зятя и перевела взгляд на Дарью.

- Вы как двое из ларца одинаковы с лица. И одежда у вас общая.

Дарья широко улыбнулась. Они с Ромкой были примерно одной комплекции и на самом деле часто обменивались свитерами и худи. Женская грудь Дарьи компенсировалась широкими Ромкиными плечами. В итоге выходил почти один размер. Правда, ростом зять не вышел – едва доставал ее дочери до плеча. Ну, тут уж как получилось! Главное, что Дарья его любит.

- Марианна, я уже думал, вы не приедете, - упрекнул ее зять.

Марианна прищурилась.

- Зачем ты, дубина стоеросовая, напугал меня? Я из-за тебя, дурака, в аварию попала, чуть не разбилась. И Гришка опять пропал.

- Мама, что случилось? – воскликнула Дарья.

- Что сразу «дубина»? – нахохлился Гришка и осторожно присел на вторую кушетку, подальше от разгневанной тещи. – Когда я звонил, Дашка была без сознания. Вы же ее мать! Я обязан вас предупредить. На всякий случай.

- На какой еще случай? – грозно спросила Марианна.

- Мама, Ромка, прекратите! – крикнула Дарья и схватилась руками за голову. – Из-за вас снова голова разболелась. Ведите себя прилично. Мы же в больнице.

Марианна хотела было ответить, но Ромка вдруг подскочил, присел с другой стороны и крепко обнял Дарью. Марианна усмехнулась – со стороны они наверняка выглядят, как «биг мак». Эдакий тройной бутерброд.

- Ты жену выписал из больницы? – строго спросила она зятя и, потянувшись, встала с кушетки.

- Да, все готово. Можем ехать домой, - кивнул Ромку. Дарья положила голову на плечо мужа, а он бережно гладил ее каштановые волосы.

- Хорошо! – одобрила Марианна. – Отвезем Дарью, потом доставишь меня в Солнцево. Буду искать Гришку.

- Никуда он не денется, - уверенно заявила Дарья. – Гришка в Солнцево каждый куст знает. Наверняка побежал за кошкой.

- Твои слова да Гришке в уши, - проворчала Марианна и с усмешкой взглянула на умильную парочку на кушетке. – Мы идем или вы ночевать здесь решили остаться?

Ромка и Дарья дружно вскочили на ноги. Марианна вздохнула. Была у нее одна дочка, а теперь вот еще сыночек появился. Великовозрастный.

Когда Ромка высадил ее у солнцевского дома Лианы, на улице уже стемнело. Марианна посмотрела, как машина зятя неспешно спускается по дороге с холма, развернулась и направилась к дому. Шла, а сердце стучало, как бешеное. Волнение захлестывало, готовое вырваться наружу. Марианне казалось, что за несколько дней с тех пор, как ей стукнуло сорок пять, она ни минуты не прожила спокойно. Казалось, бог или что там управляет мирозданием, решил обрушить на нее все муки ада. Испытать на прочность. Марианна подняла голову к небу - ясному, холодному, звездному - и погрозила кулаком.

- Меня так просто не возьмешь! – крикнула она. – Я буду бороться за себя и за свою семью.

- За меня не надо бороться, - послышался за спиной знакомый голос. Марианна вздрогнула и замерла, не веря. - Я сам могу за себя постоять.

Она медленно развернулась и увидела на снегу рыжего кота. Сердце забилось уже от радости. Марианна бросилась вперед, схватила кота и крепко прижала к себе.

- Гришенька, солнышко, я же думала, что потеряла тебя, - Марианна прижималась щекой к мокрой кошачьей шерсти и плакала от облегчения и радости.

- А я тут как тут. Целый и невредимый, - довольно мурчал Григорий Афанасьевич и терся усатой щекой о ее руку.

С котом на руках (боялась, что отпустит – он снова исчезнет) Марианна открыла дверь, вошла в дом и замерла на пороге, едва не задохнувшись. С кухни резко воняло гарью. Будто что-то сожгли. Марианна, не закрывая дверь на улицу, опустила на пол кота и, как была, в сапогах и шубе, бросилась на кухню.

- Женька, мерзавец, что ты на сей раз натворил? – заорала она.

С кухни высунулось румяное лицо родственничка с улыбкой до ушей.

- Я солянку сварил. Сейчас обедать будем, - радостно заявил Женька, размахивая поварешкой.

Марианна закрыла глаза и обессиленно сползла по стене на пол. На грани бессознательного услышала слова кота:

- Я же говорил, его нужно выгнать из дома.

Последовавший за этим гневный крик и топот она уже не расслышала. Окунулась в блаженное беспамятство.