Глава 14. Союзник ли?

— Погоди минутку, — прошу Талля, когда мы последними покидаем мастерскую.

Риса с Арданом уже далеко впереди, но мне это на руку. Дорога до леса Морока одна, не потеряемся, а вот не предупредить Арма – с моей стороны будет неосмотрительно.

— Так, Клац, мне нужен Клацейка.

Вытаскиваю хомяка из рюкзака и по уже отработанной методике запускаю в него импульс магии. Голубой огонек подсвечивает магические каналы под кожей рук и впитывается в тельце зверька. Быстро набрасываю записку Арму, в которой рассказываю и о странном поведении Арадана с Рисой, и о их попытке меня подставить.

«Найди Арма, приведи его к нам», — мысленно прошу я, глядя в умненькие глазки моего многогранного дружка.

— Что ты делаешь? — изумленно интересуется Талль.

— Подстраховываю нас, — не глядя на дракона, отвечаю я. — Я, конечно, местами полоумная, но не настолько, чтобы послушным телёнком следовать за волком. У Ганыча определенно есть какой-то план, вот пускай и у нас будет. Не основной, так запасной.

— И в чем же он состоит? Наш план «Б»?

— В наличии карманного героя? — хитро улыбнувшись, я опускаю одетого в маленькое пальто хомяка на землю. — Клацейка приведет помощь, а мы пока прикинемся идиотами и пойдем туда, куда нас ведут. Раз уж первый ход за Арданом с Рисой, надо ответить так, чтобы им больше повадно не было.

Поднимаюсь с корточек и какое-то время слежу за пушистой жопкой, ловко лавирующей между прогуливающихся учеников. Надеюсь, он успеет выполнить мою просьбу прежде, чем случится очередная напасть. А в том, что она будет – я уверена на сто процентов. Об этом верещит моя интуиция и понимание того, что от Ардана ничего хорошего ждать не стоит. А уж в паре с Рисой тем более.

— А не проще связаться с твоим героем по сетевику? — Талль подкидывает коробочку связника в ладони и выразительно изгибает брови.

— Проще, — выдыхаю я. — Только вот мы не успели установить сеть. Все не до этого было.

— Интересные у вас отношения, — улыбается Талль и, видя мою кривую улыбку, меняет тему. — Пойдем? А то эти экспедиторы оторвутся, ищи их потом по вашему Сумороку.

— Мороку. Лес Морока, — поправляю я и пытаюсь подстроиться под широченные шаги дракона. — Но не думаю, что эта сладкая парочка от нас сбежит. Уверена - это всё если не для нас двоих задумано, то точно для меня.

— Мне уже стоит бояться? Вокруг тебя слишком много событий происходит, еще зацепит невзначай. А я просто хочу по-тихому проползти конкурс, не привлекая к себе внимания.

Мы преодолеваем несколько метров до охранного периметра академии и сворачиваем на неприметную тропку. И ученики, и работники, да даже мастера знают, что где-то здесь есть пролом в ограде, который никак не хотят чинить. Потому что он очень помогает, когда дело касается контрабанды. Не совсем законные ингредиенты, редкие инструменты и, простите Шестеро, алкоголь – все доставляется в Ворви-Уш через эту лазейку. Ректор тоже в курсе происходящего, но предпочитает держать руку на пульсе, чем прекращать это безобразие. Все равно ж найдут, как возобновить поставки.

Через густые заросли мы добираемся до вполне широкого проема в каменной гряде. За время его использования, обломанные камни сточили и теперь выбраться наружу не составит труда. Сквозь сплетенные ветви кустарников на той стороне я замечаю ожидающих нас Ардана с Рисой и понимаю, что сейчас самое время уточнить один момент.

— Если хочешь выиграть, по-другому не получится, — округляю глаза, старательно строя из себя наивняшку.

Вижу, что Талль, как неуверенный гость на пороге – топчется, в желании чем-то поделиться, но и боится стучать, вдруг не к тем воротам пришел. С секунду-другую дракон молчит, а потом задумчиво выдает:

— А кто сказал, что я пришел за победой?

— Но как же, — почти искренне удивляюсь я. — А зачем тогда вообще участвовать?

— Обменяться опытом? — подавая мне руку, отвечает Талль. — Попасть в Ворви-Уш мечтает каждый артефактор – альва, дракон, да даже человек. Но, Рика, давай на чистоту – этот конкурс самый странный в моей жизни. Начиная с отбора, заканчивая методом выбора победителей. А еще это представление от оборотней на площади. Ну странное же. Или так только мне кажется?

Берусь за предложенную ладонь и аккуратно перебираюсь через земляной вал, которым наполовину засыпан проем. Вроде как закрыли, а в то же время гуляй кто хочет!

— А что конкретно тебя беспокоит? — оглядываясь по сторонам, я продолжаю допрос.

Лес за оградой еще не считается морочным. До него еще метров пятьсот, не меньше. И пропустить его начало мы не сможем, даже если захотим.

— Да все меня беспокоит, — на одном выдохе отвечает Талль и широко улыбается. — Поверь мне, Рика, я не самый сильный студент-артефактор Драгриса, но тем не менее выбрали именно меня. И сегодня, мне кажется, я понял почему.

— М?

Мне проще смотреть вперед, чем на Талля. Боюсь он поймет, что я обо всем в курсе. А я не хочу раскрываться мои карты. Пока. Мне нужно удостовериться, что дракон играет на стороне хороших. А вот идущие впереди Ардан и Риса окончательно перешли в категорию оголтелых соперников, которых нужно вывести на чистую воду. Осталось определиться с Таллем.

— В мастерской я заметил, что Ардан пользуется аналогичный схемой скреп, что и у меня. Похожий рисунок есть и у Рисы – она показывала свой анализатор еще вчера. Ставлю все свое скромное имущество на то, что и ты пользуешься схемой четыре-два-пять или ее разновидностями?

— Эм, — споткнувшись об очередной корень, я в изумлении приподнимаю брови. — Ну да, она же самая эффективная.

— И сравнительно новая, — удовлетворенно кивает Талль. — И пришла к нам из Ворви-Уш. Знаешь кто ее придумал?

Запинаюсь, понимая, что никогда не задавалась этим вопросом. Схемы скреп нам давали еще на первом-втором курсе. Я выбрала именно эту, а мастер Зимма не спрашивал почему.

— А кто? — расписываясь в собственной неосведомленности, спрашиваю я.

— В том-то и проблема, Рика. Сведений о ее первооткрывателе в Драгрис нет. В связи с этим у меня вопрос: в ваших учебниках есть данные о создателях схем? — приподняв бровь, интересуется Талль.

— Ну-у-у, должны быть, — рассеянно отвечаю я.

Мысли бросаются в рассыпную, принимаясь потрошить закоулки памяти. Я никогда не интересовалась прошлым, всегда смотрела в будущее и использовала передовые наработки артефакторики.

— Думаю, нас собрали, чтобы мы помогли найти того самого изобретателя, — с жаром произносит Талль. — Не знаю как, но кто-то из нас с ним связан. Учитывая мое прошлое, с частью которого я и сам не знаком – могу предположить, что ищут меня.

Я аж застываю от такого признания. Жаль только, что дракон в своих заключениях ушел слишком далеко от реального предназначения конкурса.

— Погоди-погоди, Талль! — схватив его за запястье, прошу я. — Я не улавливаю логики в твоих размышлениях. Почему должны искать именно тебя?

— Потому что я не знаю, кто моя мать. Знаю лишь…, — запинается он и резко замолкает.

И я вдруг понимаю, что он выдает желаемое за действительное. Ему настолько хочется найти родных, что он самую нелепую версию готов выдать за рабочую.

С секунду Талль смотрит перед собой, а затем с силой сжимает переносицу и криво улыбается мне:

— Да, наверное, ты права. Я слишком зациклен на моих проблемах.

— Талль, думаю в наших патентных архивах непременно сохранились данные об открывателях схем. Давай завтра их поищем? Мне кажется, ты просто немного запутался в своих выводах.

— Хорошо, — кивает дракон, а потом всё же задает неудобный вопрос: — Но что делать со схожестью наших разработок? Ты же не станешь отрицать, что это странно?

— Э-э-э, — тяну я, в бессмысленной попытке выиграть время.

Пытаюсь быстро решить для себя: верить дракону и рассказать всё как есть, или подождать и понаблюдать?

— Ну вы чего там застряли, голубки? — звонкий голос Рисы влетает в молчание между мной и драконом, как молоток в окно.

Мне даже чудится фантомный звон разбитого стекла. Морщусь, оборачиваясь к приближающейся альве. Надо отдать ей должное – сейчас она вовремя.

— Мы так точно под патруль попадем, — строя расстроенную мордочку, произносит Риса. — А я не хочу нарываться на штраф или что у вас там положено за нарушение правил?

— Докладная и последующее отчисление, — огрызаюсь я. — И, если так боишься, чего сунулась? Давайте прямо сейчас развернемся?

— Ну нет, — задрав голову, отвечает Риса. — Раз уж решились, давайте доведем дело до конца.

Она берет нас под руки и тащит к Ардану, который наблюдает за нами с ехидной ухмылкой. Хочется показать ему язык, но я же прикидываюсь овечкой, покорно идущей в капкан.

— Талль, я краем уха услышала, что ты не знаешь, кто твои родители? Совсем-совсем? Поэтому у тебя нет фракиса, как у всех стальных драконов? А как же тогда ты свою истинную найдешь?

Чем дольше тараторит Риса, тем шире становятся мои глаза. Мне никогда не понять, как можно лезть в душу с таким невинным выражением лица. Она словно светскую беседу о разновидностях одуванчика ведет, а не лапы свои грязные в прошлое собеседника сует.

Бросаю нервный взгляд на Талля. Мне безотчетно хочется извиниться перед ним за поведение моей землячки. Но судя по каменному лицу дракона, ее слова отскакивают от него, как от монолита.

— Риса, если тебя так заботит мое прошлое и будущее, то так и быть, поделюсь с тобой. Мой отец уничтожил всю мою семью. Я видел его всего раз в жизни и безмерно рад, что он подох. И смерть его была под стать его поступкам. Именно потому, что у меня нет рода – у меня нет и фракиса. Но поверь, если я встречу девушку, которая предначертана мне судьбой, я это пойму и без вспомогательных инструментов. Все? Довольна?

Я молча смотрю на Талля, пытаясь переварить все, что он сказал. Мало того, что он сирота, так еще и имеет такую ужасную семейную историю. Жалость и желание ободрить смешиваются во мне в потребность сказать хоть что-то. Но я не могу найти слов, просто гляжу в янтарные глаза, которые сейчас больше похожи на кусочки застывшей смолы. Ни сияния, ни тепла. Он полосует этим холодом стоящую между нами альву. И Рису, наконец-то, пронимает.

— К-хм, прости, — тушуется она, отпуская наши руки. — Я не знала, что это настолько больная тема.

— Личная жизнь каждого существа полна загадок и тайн, если не хочешь хапнуть их яда – не стоит лезть туда с грацией слона, — цедит Талль, даже не думая щадить чувства Рисы.

— Прости, — пищит альва, сбегая обратно к волку.

За спиной Ардана уже виднеется слабое сияние, исходящее от тумана, который окутывает лес Морока.

— Талль…

— Не надо, Рика. Я не хочу обсуждать прошлое. Живу настоящим и тебе советую, — обрубает дракон, опуская на меня взгляд.

Мне чудится в его глазах странная эмоция, которую я раньше не видела. Будто он сам видит во мне кого-то другого. Да и у меня самой внутри поселяется уверенность в том, что на Талля можно положиться. Иррационально – да. Но мне хочется верить, что дракон действительно мне друг.

Однако всего этого по-прежнему недостаточно, чтобы я открыла ему тайну истинной цели конкурса. Но в моих силах убедить Арма рассказать этот секрет Таллю. Нам нужны союзники!

— Мне жаль, что у тебя такая история, — всё же произношу я. — И всё, что я хотела сказать – это предложить тебе мою дружбу. Ты кажешься хорошим драконом, с которым мне было бы приятно работать и соревноваться плечом к плечу.

— Звучит как тост, — светло улыбнувшись, отвечает Талль.

И эта улыбка вновь превращает его в того самого парня, с которым я уже знакома.

— Что ж, тогда пойдем? — Талль кивает в сторону шепчущихся Рисы и Ардана. — А то у них слишком много времени для проработки плана.

— Не дадим нас одурачить?

— Не дадим!