Глава 16

Виктор

Догнал друга прямо у порожков. Никто ничего не говорил. Просто пошли к тем, кто ушел разбираться с отшельниками. Каким образом раньше нас тут оказались Вермутовы мы не поняли. Вроде и машин мимо не проезжало. Видимо в волчьей форме добежали.

Раскрыть имя предводителя оказалось не так сложно. Азиз мастер своего дела. Никто не желает видеть его своим врагом, потому что так тонко чувствовать других, выбирать нужные ниточки умеет лишь он. Ольгу я не очень сильно подозревал. Но как только услышал имя, весь пазл сложился. Неестественно сильное желание стать Луной стаи, вечно терлась вокруг нас, все подрядчики проходили и через нее, и она всегда рекомендовала кого-то. Кому-то просто давала шанс на получение репутации.

После того, как получили нужную информацию, всех отшельников усыпили и сделали перекур. После него и началось все веселье. Обсуждение Вириной было малой частью. Когда Егор заговорил об Ане, мне показалось, что весь инейный квартет сейчас будет рвать любого, кто приблизится к вишенке. Но Мартин решил все иначе. Позволил Ане перебраться к нам, но не считать это принятием парности, пока она не примет метку. Вроде хорошо? да. Но Макс. Этот чертяка потребовал своего постоянного присутствия на территории стаи. Нет, я с ним согласен, и сам бы того же потребовал, Алена его пара, Аня его сестра, хоть и не по крови. Но то как он это потребовал мне абсолютно не понравилось.

Не сдержался, потребовал, при всех, чтобы признал Женьку. Не раньше, чем у его сестры будет метка? Не вопрос. Главное, что до того момента все равно будут вместе. А за Егором дело долго не встанет.

Итак, подведем итог. Ольга Вирина – персона на которую открываем охоту, чтобы покончить с отшельниками. Аня переберется в нашу стаю вместе с детьми и братом. Типо на «смотрины», только кто же это так оставит. Друг все сделает, чтобы она была его. Уверен. Женька обретет своего Альфу. Пока просто на одной территории. Притрутся со временем. А когда на шее Луны появится метка, то Вермутову вообще не отвертится от него. Осталась Полина. Как ее забрать с собой, а то в Париж эта вертихвостка собралась. Ничего, я придумаю что-то.

Когда все разошлись по своим углам, пошел к тому же домику, что и тогда. Уверен, принцесса там. Бессонная ночь, перешедшая в очень долгий день, дает о себе знать. Волк хочет просто побыть с ней рядом. Надеюсь позволит.

Полина

С трудом успокоив Аню, мы пошли по домам. Мария настаивала на проживании доме. Даже не думала упираться. Забрать крох в гостевой никто не позволит, и оставить их не смогу. Нет, бабушка и дедушка справятся, вот только они не знают их привычек. Зачем мучать. А стресс? Мамы итак не будет рядом, а если еще и меня, беде быть. Поэтому ненадолго пошла в гостевой дом, чтобы привести нервы в порядок. Трио проснется часа через четыре, так что есть время на релакс.

Набрав ароматную ванну, которая пахла розовым деревом. Окунулась в теплую водичку и начала думать о произошедшем. Предчувствия меня не подвели. Значит животная сущность стала еще сильнее чем была. Определенный прогресс произошел буквально за несколько месяцев, а красавица даже не потрудилась выйти со мной на связь за это время. Даже когда звала ее, но да опустим этот факт. Сейчас речь не об этом. Можно было бы списать ее молчание на ее усиление и приближению к нормальной форме оборотня, но почему-то она так и живет раздельно с человеческим сознанием. Может все дело в том, кто мой отец? Да, видимо в этом.

Хотя, стоп, стоило оказаться рядом с Витей, как она тут же встает на лапки. Но! Она не спешит быть с ним. Хочет, но настолько обижена, что отказывается, как человек. С одной стороны, мне это на руку. Он думает, что, просто появившись снова в жизни и принимая, я растаю и поддамся животной страсти? Ну уж нет. Я сначала потреплю тебе, гад, нервы. И такое проведение Рыжули помогает мне. Прости она его и прими, я бы не смогла ни на секунду ему противиться. уже сейчас бы проводили время весьма интересным образом. а после, стала бы корить себя за слабость, когда человек бы стал брать верх. Нет, все надо разложить по полочкам прежде чем поддаться омуту страсти.

Почему он так себя вел? Я не могу никак выкинуть его взгляд, полный боли и страха, когда выскочила из машины. И потом, он был готов все бросить и остаться рядом, и плевать, что должен был бежать сразу, без раздумий за вожаком. Это льстило и пугало одновременно. Сейчас все не вовремя. Черт!

Хлопнула ладошами по водной глади, укрытой шапкой из пены, и это воздушное облако начало летать по помещению. Всплеск воды немного отключил сознание и пожар в голове, который преследует с того момента, как приехали в больницу, начал отпускать. Теперь можно снова начать думать над сложившейся ситуацией.

Хотела бы я себе такую пару, как Виктор? Да. Определенно. Он сильный, умный, стойкий. Выдержка вообще поражает. Мне иногда кажется, он в состоянии отключать собственные чувства, если этого требуют обстоятельства. Ведь он ушел от меня по какой-то причине тогда? Что-то же заставило его уйти? Вот только что? Стоит ли мне его простить сейчас?

Такие выводы смогу сделать лишь, узнав правду.

Всю правду.

А если не расскажет, значит просто соглашусь на уже ранее предложенное решение проблемы, и в скором времени буду мамочкой, как и подруга, а блохастые пусть валят за горизонт. Да, точно так и сделаю. к чему ломать голову мучаясь мигренью, когда нет всех пазлов головоломки? Правильно, незачем.

Через пол часа вышла из ароматной пены, и одевшись в спортивный костюм, заварила ромашковый чай. Старый конечно, еще с того моего пребывания, но все лучше, чем ничего. Стоило только сделать глоток, как в дверь постучали. Еще не открыв, почувствовала своего волка. Не впускать глупо. Сейчас он настроен совершенно иначе, чем в прошлый раз. Выломает дверь с корнем.

– Открыла, – облегченно выдохнул мужчина, когда увидел меня.

Его потерянный вид на мгновение вызвал умиление. Неужели, если бы я не открыла, то ушел? Нет, вериться с большим трудом. То, как он упорно старался быть сегодня максимально близко не вяжется с тем, чтобы так быстро отступил.

– Мне холодно. Может войдешь? – морозный воздух действует на меня иначе чем, на оборотней.

Человека во мне больше, поэтому мерзлячка та еще. Хорошо еще, что на мне спортивный костюм, иначе увидел бы все мурашки на коже за эти несколько секунд контакта.

Кивнув, он прошел внутрь. Стоило закрыть дверь, как он подхватил меня под попу, и прижал к себе, как игрушку. Пришлось ухватиться руками за шею, и ногами обвить торс, иначе не удержалась бы. Мне показалось, он даже улыбнулся. В таком положении мы добрались до гостиной. Сев на диван, он просто гладил меня, не переступал границ разумного. То по макушке, то спину, то просто крепче прижмет. Очень странно, и так приятно, что хочется самой поцеловать его. Но не решилась. Вдруг за капитуляцию примет.

– Я так испугался за тебя, когда отшельники прислали письмо с угрозой, – тихий шепот разрезал тишину, заставляя поежится непонятно от чего, – а потом твой испуганный вид, выскакивая из машины. Больше не отпущу. Слышишь, никогда не отпущу. Только рядом, только вместе. Всегда.

И тут на меня обрушился шквал поцелуев. Мягкие и родные губы мужчины начали терзать мои. Легкие поглаживания языком сменялись покусыванием. Руки сжимали талию, плечи, прижимали к крепкому телу. Чувства начали пьянить со страшной силой. Волчица внутри отчего-то стала исчезать. И тут почувствовала, что волк Виктора зовет ее, а она убегает от него. Видимо отказ мохнатого задел ее куда сильнее, чем ожидалось. Надо будет с ней поболтать как в старые добрые времена. Давно так не общались.

Рык сорвался с его губ, и он остановился, упираясь лбом в мой лоб. Оба тяжело дышали. Большие ладони заключили лицо в свой плен и снова начал целовать в губы. Но уход Рыжули принес горечь. Удовольствия от ласки теперь нет. Появилось раздражение, обида. Мохнатая словно поселилась только в голове и пыталась показать через меня всю свою обиду не только шерстяному другу, но и человеку. Что-то неведомое заставляло встать с колен, отойти в сторону, не позволять больше приручать, но он держал слишком крепко, чтобы это было возможно сделать.

– Не уходи. Останься со мной. Я так долго этого ждал, столько боли причинил, но так нужно было. Поверь мне. Так нужно было. Полин, прошу, просто забудь о прошлом. Давай сделаем вид, что только познакомились и не было этих кошмарных месяцев. Поверь, я очень сожалею о том, что произошло. Верь мне, я жалею. Но иначе не мог поступить.

Слова сыпались, как из рога изобилия. Каждое было пропитано живыми эмоциями, которым легко можно поверить. Вот только с каждым произносимым словом во мне закипала ярость. Забыть, сделать вид, что ничего не было? Что мы только встретились? Ах ты паршивец такой. Это ведь так легко, забыть предательство и начать с чистого листа.

Я живая, человек в конце концов.

Я не могу так просто взять и выкинуть все из головы. Я столько ночей плакала в подушку, хороня свою любовь. Я даже начала немного смиряться с мыслью, что никогда не познаю счастья материнства. А он? Что он? Если знал, что в один прекрасный момент наступит день, когда будем вместе, то выходит и не переживал так сильно. И после такого я должна легко на все согласиться?

Начала брыкаться в его руках и вырываться. Никогда не думала, что могу быть такой злой, неспособной к самоконтролю. Больно стукнула волка по плечам, даже ногти впила в кожу до крови. И это на его счастье, я не могу частично регенерироваться. А то когтями бы прошлась.

– Пусти, – нервозное состояние затуманило разум, и вместо спокойного тона начала рычать на него.

Да кто же меня послушал? Правильно – никто. Только сильнее схватил, впечатывая в себя. А меня это только больше злило. В душе рвала и метала все вокруг, а в реальности трепыхалась как котенок в лапках кота. Да пусти же ты меня, гад блохастый, мне итак больно на душе, слезы душат изнутри, но не могу показать их ему.

Не достоин.

Слезы – это показатель слабости и высшая степень доверия лично для меня. Признавая свою уязвимость тому или иному человеку, мы открываем перед ним себя. Вручаем частичку своего сердца в надежде, что ее сохранят, а не растопчут.

– Да отпусти же ты. Пусти! – рык сам вырвался из груди, такой утробный, что даже голос изменился. Стал более грубым и жестким, волчьим, но красавица так и продолжала прятаться.

На мгновение он опешил от такого поведения и расцепил руки. Не мешкая ни секунды, соскочила с колен, вставая напротив него. сердце колотилось, как сумасшедшее. Никогда за собой такого не замечала. Близость с этим оборотнем явно оказывает на меня определенное влияние. Только в какую сторону, в хорошую или плохую? И смотрит гад еще так, словно я обидела маленького ребенка. Конфетку, блин, забрала.

– Полин, ты не понимаешь, – ах ты ж кобель беспородный.

Я не понимаю. Я! Да, не понимаю, а что он сделал, чтобы поняла, чтобы хотя бы задумалась над его словами? Абсолютно ничего. Схватила подушку с кресла и запустила в него. Увернулся гад такой. Ну ничего, все равно попаду.

– Я не понимаю? Да, не понимаю! Как можно быть такой сволочью, Витя! Сначала отказался, потом пришел, соблазнил, заставил поверить в сказку, и нагло отказал. Плюнул в душу, растоптал. И после этого всего у тебя хватает наглости просить меня все забыть и начать заново? Не будет этого, – последнее уже не кричала, а говорила сквозь зубы, чтобы понял, я в гневе, в бешенстве.

А в довершении начала кидать в него другие подушки. Благо ими все было усыпано. Но он изворачивался от каждой. Ненавижу. Что же за жизнь такая несправедливая. Почему мы через столько должны пройти, и сколько еще предстоит выстрадать, прежде чем этот кошмар закончится? В какой-то момент он преодолел расстояние между нами, перепрыгнув через спинку дивана, что разделяла нас, и схватил в свои крепкие руки.

– Я не мог тебе ничего рассказать, схватив за плечи, немного встряхнул. – Просто поверь, прошу, хорошая моя, маленькая, – но я не могла просто стоять. Ярость так и держала разум затуманенным, поэтому меня нагло развернули спиной и сильнее вжимал в свою грудь, чтобы легче было удерживать и целовать в макушку.

– Нет. Я хочу все знать, а потом уже принимать решения. Только так, Виктор. Тебе решать, сразу уйдешь или будешь рассказывать. Только такие варианты.

Предательская слезинка все же вырвалась на волю, вместе с всхлипом. Сколько можно причинять мне боль своим молчанием. Пора уже расставить все точки над пресловутой «и». я так устала от всего. Мозг взрывается от анализа ситуации без должного количества фактов.

– Но, если я все расскажу, мы обо всем забываем и начинаем с чистого листа. Это мое условие, – грозно рыкнул на меня, и вместе с человеком вздрогнула и волчица.

Судя по ослабшей хватке, он почувствовал, что перегнул палку. Повернулась в его руках и набравшись храбрости, держала оборону. Как можно ставить такое условие? Неужели он считает себя настолько правым и не виноватым? А если это так, то мне жизненно необходимо все знать, иначе груз неведения так и будет отравлять наши отношения.

Собравшись с духом, выдвинула собственные условия.

– Нет. Выслушав тебя, я буду думать стоит ли давать нам шанс или нет. Потому что, если причина недостаточно веская, не вижу смысла рисковать. Каждый день просыпаться, проживать день и засыпать с мыслью, когда ты снова откажешься от меня – выше моих сил. Однажды ты уже растоптал на кусочки то хрупкое, зарождающееся чувство, что помешает тебе сделать это еще раз? Я живая, Вить, тоже живая. Ты себе представить не можешь, как же больно было принять тот факт, что моя пара отказалась от меня. Смириться с тем, что уже никогда не стану мамой. Одно дело жить с мыслью, что просто еще не встретила того, кто будет рядом до конца дней, а другое…

Всхлип снова сорвался с губ. Как же трудно контролировать собственные эмоции сейчас, рядом с ним. помимо боли в груди поселилось чувство спокойствия, доверия. И как всему этому противостоять? Луна, помоги справиться, прошу, молю тебя.

– Тогда лучше сядь. И если это не веская причина, тогда я не знаю, что еще сказать.

И спустя долгую минуту он начал свой рассказ.

– – – – – – – -

– Ну не такая я и старая, Виктор, чтобы «выкать» мне. Но стерплю. Не буду ходить вокруг да около. Тяжёлый год впереди. Много горя предстоит пережить и на тебе не меньшая ответственность, чем на Альфе. Ты не смотри, что он такой стойкий и сильный. Без твоей поддержки ему не справиться, как и тебе без него. Вы связаны не просто как Альфа и Бета. Вы братья по духу. Такого понимания, такой связи до вас не было, и после вас не будет. У Луны большие планы на ваши семьи. С вас начнется новая эпоха.

– Я не совсем понимаю, что от меня требуется.

– Какой нетерпеливый. Все бы вам время торопить. Но ничего, сейчас действительно не время. От вас двоих нужна небывалая выдержка. В скором времени вы встретите своих пар. Не спеши радостно скалится. Если хочешь сам остаться жив, чтобы она выжила, и друг твой с парой свое предназначение выполнили, вам обоим надо от них отказаться.

– Вы с ума сошли?

– Так надо. Поддавшись соблазну, вы потеряете ясность ума. Близость пар вас ослабит, и отшельники победят. Я видела будущее и оно сейчас слишком шатко и туманно. От вашего выбора и выдержки зависит в чью сторону склониться чаша весов. В вашу, даруя мир и процветание всем, или в отшельников, принеся отчаянье и боль.

– Ты о многом просишь. Познать пару и обречь себя на вечность в агонии, спасая всех. Или прожить счастливо какое-то время. Неравносильно.

– Всего несколько месяцев. Даже не год. К следующему году вы будите вместе. Согласись, не так много времени в разлуке, а потом вечность вместе много лучше, чем полгода счастья и смерть твоей половинки с ребенком в утробе. Каков твой выбор?

– Я так понимаю, она тоже в курсе?

– Нет, ни одна из девушек не должна ничего знать. Это приведёт к краху. Вы все испортите, если они узнают. Если бы все было так просто, проще было бы все открыто всем рассказать и спрятать их. Но вы должны от них публично отказаться.

– И сколько потом мне предстоит вымаливать прощение?

– Правильный выбор. Смотря по какой тропинке пойдешь. Может сразу, а может и долго. Все размыто. Сейчас иди, ты молодец. Позови Альфу, вам уже скоро надо выдвигаться.

– – – – – – – -

С каждым сказанным словом, становилось не по себе. Но почему мне никто не сказал? Почему она не предупредила меня? Почему нельзя было хоть как-то намекнуть? Все это не укладывалось в голове. Баяна, предсказание, смерть… Слишком много всего.

Взглянула на волка, а он склонил голову и ждет вердикта. Что я могу ему сейчас сказать? Ничего. В голове самая настоящая каша. Если это правда, тогда его действия оправданы. Жестоки, но их можно принять. А если это сказки все, никто ведь не подтвердит его слов. Белозарова в счет не берем. Нет.

Судя по скорбному виду – не врет. Что-что, а раскаяние, искреннее, ничем не разбавленное я улавливаю сразу. И сейчас он сожалеет обо всем.

Простить? Вот так сразу не могу. Я понимаю, что он мой истинный, но Рыжуля затаилась и я не ощущаю той тяги. Мне хочется, чтобы все было как в ту ночь. Но и хочется, чтобы он понял, как бывает больно, когда тебя так предают. Даже во благо.

Подошла к мужчине и погладила по голове. Он вскинул голову и посмотрел с такой надеждой, что слова застряли в горле. Не могу послать ко всем чертям, чтобы помучался, чтобы пострадал, завоевывал. Только собрала все силы, как раздался стук в дверь.

– Полин, Аня срочно нуждается в нас и ждет в больнице. Мы уже идем к машине, поторопись.

Голос Макса трудно спутать. Вот он – самый лучший парень, да и Александр. Они со своими парами. Но и не было у них тех испытаний. Стоп, кому я вру. Макс сильно настрадался, пока дождался Альку.

– Иди, тебя ждут. Я выйду, когда отъедите, – не дождавшись ответа, подтолкнул Сорозов.

– И ты так просто меня отпустишь, без ответа? – не верю, что он так легко готов отступиться, не узнав моего мнения. А если готов, значит и не нужно мне все это.

– Не просто, но для тебя это важно. Я чувствую. Я буду ждать твоего решения, но и давить не хочу.

Кивнула и пошла быстро переодеваться. Думала пойдет со мной, чтобы поглазеть. Остался в комнате. Вышла через пару минут. Обула сапоги и куртка на плечах. Открыв дверь, застала его рядом с собой. И снова этот взгляд потаенной надежды. Хочется никуда не идти, обнять, поцеловать и пусть все катится к черту. Да, было больно, но так нужно. Но какая-то часть меня удерживает на месте. Мохнатая я думаю.

– Я обещаю подумать над твоими словами и завтра дам ответ, – посмотрев ему в глаза, вышла из домика.