Глава 17

К машине шла с чувством стыда. Моя подруга в больнице, а я провожу время в компании волка. Хорошо еще, что ничем таким не занимались. Иначе я бы пропахла им и тогда точно, сгорела бы от смущения. А так лишь шлейф мужского запаха. Сидя на заднем сиденье с друзьями, волчица вышла на связь со мной. Сладко потянулась и стала наслаждаться обществом волоков, к которым привязалась. Мне даже показалось, что, когда она проснулась, все выдохнули от облегчения.

До Вермутовой младшей добрались очень быстро. И застали не в самом лучшем виде. Взгляд затравленного зверька. Он такой знакомый, потому что у меня похожий. И чувства внутри, они если не одинаковы, то максимально приближены друг к другу. В ее глазах тысяча вопросов и просьба, нет, мольба о помощи. Все это увидели и впали в кратковременный ступор. Если бы не Мария, долго бы еще молчали.

– Анют, девочка моя, – женщина села к ней, приобнимая за плечи и даруя тепло и заботу. Вот бы мне так же сейчас посоветоваться со своей, – что произошло? К чему такая спешка.

– Ко мне Егор приходил, – и обвела всех взглядом. – Он рассказал мне одну вещь, – и начала нервно сминать руки друг о друга, явно в попытке успокоиться.

Да, туже историю явно поведал, только со своей колокольни. Иначе почему она так волнуется. Неужели так быстро простила и не знает, как нам сказать? Но как тогда она смогла? Я помню сколько боли в ней скопилось за столько месяцев. Незнание разъедало ее изнутри, так же, как и меня.

– И что же он рассказал, – съехидничал Олег за что захотелось стукнуть по загривку.

Пока не проживешь все это сам, не сможешь прочувствовать и толики того, что творится внутри. А он позволяет себе такое. Что это? Я защищаю, пусть и неосознанного наших мужчин? Да, видимо внутри меня жива та самая наивная девочка, которая верит в истинность, в вечную любовь. Противостоять всему этому глупо, а с рыжей мы еще поговорим. Уверена, внутри она хочет быть с ним, просто женская вредность дает о себе знать.

– Не паясничай, – перебил его Александр. – Что случилось?

Спасибо, дядя Саша, так его. Какие же они еще мальчишки без своих бет. И без разницы, что уже почти восемь десятков лет. Интересно, с таким характером, какая пара ему достанется? Луна, пусть она будет не мягким и пушистым ангелочком. Можно? Чтобы ощутил на себе всю прелесть такого характера. Вон, Макс с Алькой вообще оба такие милые и спокойные, что завидую по-доброму. Всем бы такую нежность в отношения. А если Олежке достанется такая же тихая малышка, будет не честно. Само все в руки придет.

– Он рассказал почему тогда отказался…

Голос подруги вырвал из внутреннего мирка, где я благословляла друга на веселую семейную жизнь. Даже рассмеялись вместе с Рыжулей. Хорошо, что не привлекли ничье внимание.

И вот она начала пересказывать все максимально подробно. Как и ожидалось, история очень похожа на друга. Просто другие действующие лица. Я будто заново пережила ту сцену в домике, буквально пол часа назад. Как же мне ее сейчас жалко. Не представляю, как держится до сих пор.

Меня удивляет, как этот хрупкий человечек смог столько вынести, пусть и не в одиночку, но все же. Самые большие страхи мы держим там, где-то глубоко внутри себя, и в девяносто девяти процентах из ста, не делимся ими ни с кем. Можем описать поверхностно, но не до конца, спросить совета. В ней огромный стержень, настоящая волчица, достойная Альфы. Осталось, чтобы Альфа стал достоин такой пары. Прощение надо заслужить. Чтобы понимали гаврики, за любой обман, пусть и во благо, рано или поздно приходит расплата.

Пока я витала в ворохе собственных мыслей, она уже закончила свой монолог, очень подробный, должна заметить, теперь сидит и ждет хоть каких-то комментариев, но их нет. Вся семья погрузилась в раздумья.

Не мне первой нарушать эту тишину, поэтому можно еще поскрипеть извилинами. Ну разве стали бы они врать так масштабно не одному человеку, а целому скопу? Вряд ли. За такой обман потом можно и схлопотать. Переживания на их лицах весьма искренни. А психи, которые направлены не столько на нас с Аней, сколько на самих себя? Их тоже не подделаешь. Значит говорят правду.

И сейчас, глядя на испуганную девушку, поняла почему не знаю, что ответить Вите. Я привязана к ней с огромной силой. Даже сестринская связь не такая крепкая может быть, как у нас двоих. Если она останется здесь, а я уеду со своим истинным, значит лишусь такой важной части жизни. От одной мысли мурашки по коже. И что же делать тогда?

Она ведь может остаться со своей семьей, не простить. И кем я тогда стану для нее неизвестно. Останусь подругой, просто на расстоянии, стане предательницей дружбы, а может и вовсе… Нет, такого точно не будет.

– Я не знаю, как мне поступить. Мне жалко Егора, я понимаю, что ему будет плохо вдали от меня, детей. Но и Вас с Алькой я не могу разлучать, – посмотрела в глаза брату, которого, как мне кажется, любит больше других, – я запуталась. Полин, тебя тоже не хочу лишаться, но и понимаю, что ты не поедешь со мной из-за отказа Вити.

Луна, какое ты чудо. Внутренне тянешься к своему волку. Уже легче, значит мои слова не станут для нее камнем преткновения между принципами, дружбой и желанием. Выдыхаем. Как же хочется прижать к себе. Такую маленькую и напуганную. Поделиться любовью и заботой, чтобы стало хоть капельку легче. Ведь от нее сейчас столько всего зависит.

Видимо поэтому так затравленно и выглядит. Она устала все тянуть одна, хочет, чтобы хоть раз кто-то принял решение за нее. Ведь в последние месяцы столько решений приходилось принимать самой. Ничего, я тебя не оставлю. Даже если вся твоя семья скажет «нет», буду стараться убедить. И пусть частично сделаю это и для себя. Но мы все в какой-то степени эгоисты. Так что не будем изображать из себя святую простоту, и взглянем правде в глаза. Мы обе хотим быть со своими волками, может и не вдвоем хотим их помучать, но это уже мелочи. Главное, что в этом желании совпали. А по сему, наши дорожки никогда не разойдутся, ведь мужчины связаны луной своей особой связью. Повезло нам, однако.

– А ты чего хочешь? – одновременно сказали мы с Марией.

– Я не знаю. Просто не знаю. Хочу счастья всем. Я знаю, как для вас это важно.

Видеть ее волнение было для меня невыносимо. Прямо вишенкой на торте для меня сегодня стала. Можете уже на сегодня хватит таких фортелей, а? Эй, вы, там, наверху. Прекращайте, мы все уже слишком устали.

– Ань, успокойся. На самом деле Витя поступил так по тем же причинам, что и Егор, – решила облегчить ее метания. – Я тоже сказала, что подумаю. И честно скажу, лично я хочу дать ему шанс, просто сначала пусть помучается в целях профилактики, – и немного усмехнулась своим словам. – А может и не дам, я переживу, а он должен понимать, что всегда бывает отдача от поступков. Думала утром с тобой поговорить, к чему на ночь такие разговоры. А тут со всех сторон волчары обложили, – обиженно фыркнула волчица из глубины сознания, чем насмешила всех.

Фух, расслабились на секунду, уже прогресс. Могу еще в роли клоуна побыть.

– Ты хочешь быть с ним? – Макс наконец заговорил.

Его мнения она явно ждет больше других. Ведь тут вопрос разлуки и его с парой. Он так долго страдал, а обретя, может снова лишиться, хоть и на время. Белозаров явно будет не в восторге присутствия взрослого волка рядом с такой маленькой дочкой. И ревность отцовская, и нестабильность у Макса может появиться. Много факторов.

После его слов, она долгую минуту смотрела ему прямо в глаза и начала плакать. Вот где можно не бояться быть хрупкой самкой. Ведь эти самцы точно в обиду не дадут, и не оставят решать все проблемы в одиночку. А Максим, он явно сейчас тот самый пресловутый якорь для принятия решения.

Пусть поплачет, ей это надо. Она очень хорошо держится, для человека, пережившего такой огромный стресс. Погоня, прощание с жизнью, ошеломляющее признание пары. Вес одно к одному. Слезы еще сильнее потекли из глаз, и вот тут пора бы начать паниковать. Излишние истерики нам не желательны, чтобы молоко не перегорело.

Долго засиживаться не стали и разъехались по домам. Сон сморил быстро, стоило голове коснуться подушки. Переизбыток эмоций и информации перевел организм в разряд сна. Даже не снилось ничего, что не характерно для меня. Хоть какая-то безделица, но снится. А тут тишина и покой, видимо это поощрение.

Весь следующий день оказался не менее насыщенным. Купание малышей, кормление. Веселые истории в больнице у Аньки. Часы пролетели незаметно. К теме переезда не возвращались. Видимо кто-то ночью все же скрипел извилинами и понял, что так будет лучше для всех. А раз так, то к чему ворошить осиное гнездо. Рождать в голове Ани сомнения? Я точно этого делать не буду, потому что для себя решение приняла еще вчера, а утром чувства сожаления не возникло.

Но в душе проскакивает чувство, что у меня не хватает пазла для полноценной картины. Вот только какого? Пыталась вывести мохнатую на откровенный разговор, но она молчит даже со мной. Во дела. Она рядом, активна, но молчит. Раньше такого не было. Обращалась к ней много раз, но все без результата. По итогу уснула в больничном коридорчике.

Снова наш лес, папа. Один, старенький совсем стал. Радостно побежала к нему и обняла со всей силы, на которую только способна была.

– Тише дочка, тише. Садись со мной, посидим, поговорим по душам, – с трудом разомкнула объятия и села вместе с ним.

Совсем седовласый стал, но такой же добрый и ласковый взгляд. Мало у кого из мужчин бывает такой. Даже один на тысячу, это, пожалуй, мало для сравнения. Он смотрит так, словно душу ласкает, и это не идет в сравнение с тем, как пары смотрят друг на друга, здесь иначе.

– Папа, я так скучаю по вам, мне так одиноко там, без вас, – слезы душили, вырвавшись наружу, и не знаю, разобрал он хоть слово или нет.

– Ты не одинока принцесса. У тебя замечательные друзья. Ты долго к ним шла, но вот они. Эта семья никогда тебя не оставит в беде. Они всегда помогут и поймут. Особенно эта особенная девочка – Аня, и взял под крылышко, как в далеком детстве, больше пятидесяти лет назад. Вот бы вернуться в те времена. В уют, покой, тепло, когда от тебя не требуют ничего.

– Я знаю, они лучшее, что было со мной после вашего ухода.

– Верю рыжик, верю. У нас не так много времени с тобой. Спрашивай, о чем действительно болит вот тут, – и показал на сердце. – А потом я расскажу, что должен.

О чем он, почему мало времени, для чего? Это ведь всего лишь сон, больная игра моего воображения. Или ошибаюсь, и все куда сложнее?

– Я люблю его пап, несмотря ни на что люблю, – слова сами вырвались наружу и полились рекой. – Но Рыжик, с ней что-то не так. Она сейчас противится ему, хотя раньше тянулась. Как мне быть? Простить сразу, или подождать? Правду ли он мне сказал.

– Он не лгал. Баяна запретила ему. И тебе я сейчас кое-что скажу. Я был ведуном, таким как Баяна. В тебе смешана кровь двух существ, и это ценно. Ты не просто смесок, ты полукровка. В тебе соединены два начала. Поэтому ты пошла по моим стопам и стала врачом. Вот только ты не стала такой как я. Твоя мохнатая просто знает, что я должен сказать. И тогда, тебе даже не намекнули потому что знали, Виктор сможет отказаться и защитить тебя для благих целей. Ты еще не прошла полноценный оборот в волчицу, поэтому сущность и разделена так. Твоя метка могла ему скорее навредить, чем соединить вас. Он бы привязался к человеку, оставив волчицу страдать. Ваше время еще не пришло. И сейчас, когда у вас все наладится, не принимай его парность пока не почувствуешь единство с волчицей.

В его глазах увидела свое отражение, полное недоумения. Полукровка, не полный оборот. Что это все значит, а Рыжуля, как она может это знать, а я нет? Папа, ты меня только сильнее запутал.

– То есть я дефектная, почему не могу сейчас все принять. Как Рыжик узнала раньше меня? Все же решилась озвучить эти вопросы. Если они не верны, он явно мне скажет об этом.

– Просто вы еще не едины. Когда она затихает, она общается со мной или мамой, и мы подсказываем пути. Не всегда открыто. По мере сил. Например, твоя тревога в том забытом домике. Мы просто направляем, это все, что мы можем. Человеческая сущность, которой ты сейчас руководствуешься не может уловить наши сигналы и начать общение. Нам очень жаль с мамой из-за этого. Но такова судьба.

– А волчица. Когда мы станем едины?

– Скоро, но придется подождать со священной связью. А пока просто наслаждайтесь друг другом. Внуков сделать отсутствие парности не мешает, если что. И не смущайся так, дочка. Мы хоть и не до жили до этого светлого дня, но на то была своя воля. Так же, как и такая разлука между тобой и Виктором.

По взгляду поняла, они благословляют наш союз и не злятся на оборотня. Значит и мне по сути не за что. Не соврал, не приукрасил. Нашел в себе силы не давить. Это все ценно и весомо для меня. Значит он ценит и уважает мое мнение, чем заслуживает себе бонусы в копилку.

– Мне так плохо было, папуль. Я так устала быть сильной, бороться, что-то решать. Хочется снова вернуться в детство, – пока у меня есть эти мгновения, позволю себе быть ребенком, хочется, чтобы пожалели, сказали, что я молодец, все делаю правильно.

– О, поверь, твой волк настоящий мужчина, с ним ты забудешь о роли защитницы как таковой.

– Очень на это надеюсь.

– И последнее, принцесса. Лиза нуждается в твоих знаниях. Бая благословила ее на врачевание. Малышка скоро упорхнет из вашей стаи и будет помогать другим. Передай все что знаешь ей, а она это приумножит. Новая эпоха начинается. Счастливая. Осталось последнее испытание и все. Когда обретете дар Луны, тогда все разрешится. Остальные испытания – это мелочи. А теперь просыпайся.

– Нет, папочка, так быстро. Я не успела насладиться минутами…

Проснулась из-за Олега. Он странно на меня смотрел. Испуганно. Никогда его таким не видела. Позвал в палату, ведь чудо сегодня ночует дома. Решила остаться в гостевом домике, там уютнее. Слишком много семейной любви и тепла в основном доме. А после встречи с папой сердце не на месте. не хочу плакать при всех.

Придя к себе, переоделась в легкое платье, ведь очень тепло.

Как же мне быть с Витей. Рассказать все? Он может не понять, скажет, что все глупости, волчица ставит метку, а не человек, значит и привязка к волку. Он слишком долго страдал и добровольно не отступит. Тем более у меня нет весомых причин для откладывания ритуала. Смолчать – это удар по доверию. Черт! Снова решать все самой. Аню напрягать не буду по таким вопросам. У нее своих проблем выше крыши. Большая ответственность итак давит на нее бетонной плитой, а тут еще и я свою подкину. Нет уж. Сама справлюсь.

– Да не парься. Я просто пока посплю, – о, а вот и Рыжик.

Подошла к зеркалу и смотрела на веселящуюся волчицу. Лежит себе такая, довольная. Всегда общаемся через отражение, ведь хочется видеть друг друга, а не только слышать.

– Как это?

– А вот так. Возьму весь удар на себя. Не зря же я могу уходить в себя? Просто пока буду выходить в свет, так скажем, когда беленького не будет рядом. Устоим, не дрейфь. Тем более я обижена на всех. Умом понимаю, что Витька молодец, что уберег нас интуитивно с тобой, но блин, все равно обидно, что отказал. Пусть почувствует на себе прелесть отказа. Я сильно обидчивая. Это ты отходчивая. Так что пока играем по моим правилам.

И скривила мордочку.

Вот же стервочка моя родная. Мы ведь и в правду с ней разные в таких вещах. Порой я слишком строга и суха в мыслях и поступках, а вот она может дать волю чувствам.

– Я всю вину свалю на тебя потом, когда вскроется, будешь сама с волком объясняться за молчание, – приняла ее решение данной проблемы.

Ну а что, она справится, хвостом покрутит и волчара поплывет. Когда надо, она умеет быть той еще кокеткой. А если учесть, что она будет игнорить его в полнолуния, то увидев ее в животной ипостаси, готовую на все, поставит метку без раздумий. А после принятия уже будет не так злиться. То, что доктор прописал.

– Договорились. Уж поверь. Когда мы на шубках метки поставим, тогда ему будет все равно на все. Так что пока наслаждаемся вот так. О, вот и он подходит, я прячусь.

Чертыхнулась про себя, потому что в тот же миг в отражении была я. А мы ведь только начали болтать. Так давно этого не делали. Да с тех пор как с Анькой второй раз встретились. Ну ничего волчара, ты у меня сейчас за прерванное общение огребешь. Отходчивая, да, Рыжуля? Ну сейчас посмотрим.