Глава 38
Наобнималась с мамой, в деталях расспросила ребят о задержании Марка. Мы с Тасей, словно сестры по несчастью, сидели на диване, держась за руки, и сколько бы ни пытались заговорить на другие темы, они так или иначе в итоге сводились к Марку.
Правда, она называла его Андрей.
― Меня волнует вопрос: какой срок впаяют этому ублюдку? ― нервно подергал ногой Тимур.
Ярик задумался и принялся мыслить вслух.
― Попытка изнасилования, наезд на человека, плюс скрывался от правосудия ― по сути это все, что могут ему пришить. То, что он удерживал Еву в доме насильно, доказать будет практически невозможно.
― Он ей подсыпал в бокал наркотики! Разве это пустяк? ― возразила Тася.
― А где доказательства? ― развел руками Тимур. ― Слова к делу не пришьешь. А еще хрен докажешь, что он хитростью уговорил Аллу продать квартиру, и ради шантажа оформил на нее фирму. Она все сделала добровольно.
Мама заметно помрачнела и покачала головой.
― Боже… Какой я была наивной.
― Нет, теть Алл, вы остались в огромном плюсе! ― посмеялся Ярик и развернулся к ней полубоком. ― Вот сами посудите: квартира, которую он вам купил, по документам ваша, а фирма… Хм… — поджал он губы, — да теперь, когда у Марка нет к ней доступа, займитесь восстановлением паролей, получите доступ к полному администратированию, вашим счетам и ― вуаля — все доходы с нее будут вашими! И даже если он подключит самых опытных юристов, ничего не сможет с этим сделать.
― Ой, ― отмахнулась мама. ― Мне такой бизнес и даром не сдался. Я в этом совсем не разбираюсь.
― Да даже если вы его продадите, то денег хватит не на один такой дом, ― вклинился в разговор Тимур. ― Игорный бизнес высоко ценится на рынке, так что вам стоит поразмыслить над этим.
И глаза мамы вмиг ожили.
Она откинулась на спинку кресла и, о чем-то задумавшись, барабанила ногтями по деревянному подлокотнику.
Позже я сделала всем чай с жасмином, а после уложила ребят в своей спальне, чтобы они смогли отдохнуть перед вылетом в Москву.
Мама побрезговала лечь в спальне Марка, но и ехать домой у нее уже не было никаких сил. Поэтому она устроилась на диване в гостиной.
Ярик прикорнул рядом, сидя в кресле. Он напрочь отказывался спать, но, видимо, усталость одолела его.
И вот он уже храпел на всю гостиную.
Перед тем, как уснуть, мама попросила меня забрать из спальни Марка кое-какие ее вещи. В прошлый раз, покидая дом на эмоциях, она забыла взять фамильные часы, которые достались ей от бабушки, фотоальбомы, и еще кое-что ценное для нее.
Мы понимали, что вскоре покинем этот дом и больше сюда ни ногой.
Он по документам принадлежит Марку.
И кто знает, может, однажды, выйдя из тюрьмы, он приведет сюда очередную жертву ― девушку с темными волосами, светлыми глазами, которая влюбится в него по уши.
Она, так же как и я будет разгадывать татуировку с буквой «Т» на его предплечье. А может и еще одну, с буквой «Е». И эта несчастная не будет знать, в какую угодила паутину.
Исправляет ли таких, как он, тюрьма? Навряд ли.
Я слабо представляю Марка, живущего тихой размеренной жизнью, даже спустя много лет.
Уверена, он не перестанет искать свой идеал. А когда найдет, сможет ли не принуждать быть с ним, а попробовать добиться взаимной любви?
«Надеюсь, сможет, а не бросится искать меня по всему свету», — с опасением подумала я, входя в его спальню.
В шкафу стояла коробка, в которую небрежно были покиданы мамины вещи. Там же сверху лежали и их совместные фото с Марком. Я вытащила увесистую коробку, поставила на пол, открыла кровать, достала из напольного ящика спортивную сумку, и тут мой взгляд упал на неприметный черный пакет, лежавший на дне и заваленный коробками с обувью Марка.
Ведомая любопытством, я достала его, а открыв, усмехнулась.
― А ты не слишком изобретателен, ― глядя на ручки от окон, вслух проговорила я и, заметив на дне пакета флешку, поторопилась вытащить ее оттуда.
«Это же ее он тогда крутил в руке…» ― вспомнила я момент, когда хотела уехать из дома, но Марк задержал меня со словами:
«Если шагнешь за порог, я предложу Алле посмотреть кино, в котором мы с тобой в главной роли…»
Потом он показал мне видео на телефоне, но не до конца, а только часть с прелюдией, от которой до сих пор бросало в дрожь.
«Хочу ли я снова посмотреть это? ― вдруг пролетело в голове. ― Стоит ли приобщать это видео к делу или лучше избавиться от него? Ведь я там обнаженная, и… поддаюсь его ласкам, словно сама желала этого».
Я задумалась, крутя в руке флешку.
«Может, на видео есть момент, как Марк добавляет мне что-то в бокал?»
Вопросы один за другим забирались в голову, и чтобы получить ответы на них, я все же решила еще раз пересмотреть его.
Бросив все, рванула в свою комнату, на цыпочках прошла мимо крепко спящих Тимура и Таси, взяла с подоконника свой макбук, и так же тихо вышла за дверь.
Вернувшись в спальню Марка, вставила флешку, воспроизвела видео и приготовилась ощутить на своей коже смесь отвращения и стыда.
В первую минуту на видео Марк устанавливал камеру, на экране была видна только его обнаженная грудь. Камера медленно поворачивалась чуть левее, чуть правее, затем зафиксировалась в одной точке.
Марк отошел к холодильнику, достал вино, взял со стола вазу с клубникой, поставив все на барную стойку, снял с держателя два бокала.
Вот в кухню вхожу я, он предлагает мне выпить за мой приезд. У нас завязывается разговор. Он просит меня включить музыку, я отправляюсь в гостиную и… в этот момент он быстро достает из кармана капсулу.
Озираясь на дверной проем, вскрывает ее прямо над моим бокалом.
― А вот это уже в корне меняет дело! ― победно кивнула я, как будто только что поймала его с поличным.
Он поводил моим бокалом по воздуху, размешивая наркотик в вине, и поставил его на место.
Остальное я смотрела на перемотке.
Не желала видеть то, что началось дальше, и не хотела слышать свой голос, полный страсти и желания.
Я не помнила, был ли еще момент, когда я выходила из кухни? Для меня оставалось вопросом: сколько таких капсул он высыпал в мое вино?
Но картинки мелькали только с поцелуями и ласками.
Вот с моих плеч скользнуло платье, Марк по-прежнему оставался в спортивных штанах, в какой-то момент на кухне появился Шерхан, и тут же выбежал обратно в холл.
Я остановила на этом моменте. Отмотала на несколько секунд назад.
― Просто расслабься и ни о чем не думай, ― хрипло сказал Марк.
Его ладонь спустилась к моему пупку, а в следующую секунду раздался звонок в домофон, и дом взорвался громким лаем Шерхана.
― Не будем открывать, ― сказал Марк, отодвигая пальцем мои трусики.
Звук домофона не умолкал, Шерхан лаял как сумасшедший, бегая с кухни в холл и обратно.
― Вот дьявол! ― выругался Марк и, неохотно оторвавшись от меня, поправил спортивные штаны.
― Оденься, Ева! ― приказал он, и направился к двери.
Я нагнулась и, держась одной рукой за барную стойку, натянула на себя платье, корячилась, пытаясь застегнуть его, даже матюгнулась вслух. Затем на цыпочках, сильно шатаясь, вышла в холл.
― О-о, кто-то продолжает праздновать! ― отдаленно послышался голос Ярика.
А о чем они говорили дальше, я уже не слышала.
Встав с кровати, вцепилась руками в голову и громко выдохнув, истерически рассмеялась.
― У нас не было ничего? — спросила я у стен его спальни. — У нас же ничего с ним не было с ним, верно? О, Боже мой… ― снова выдохнула я. ― Марк не успел! Не успел даже войти в меня! Все закончилось прелюдией!
Я быстро воспроизвела в памяти все, что мне рассказывала Света после той ночи, и поняла, что больше не оставалась с Марком наедине.
«Это что значит, я не беременна? Ведь получается, что я не могу быть беременной, так?» ― все еще не верила я.
― А задержка? ― я покусала губу и задумалась.
«Хм… задержка может быть вызвана стрессом и мое дурное состояние ― тоже. В последнее время я столько всего пережила, что не удивительно, если в организме произошел какой-то сбой».
― О господи, спасибо… — взмолилась я. — Спасибо тебе вот такущее! ― Развела руки в стороны и, глядя вверх, едва не расплакалась от нахлынувшего облегчения.
И тут меня словно окатили ледяной водой.
Я медленно опустила руки, застыла, и с ужасом округлила глаза.
― Трусики… ― шепнула я. ― Тогда куда же делись мои трусики?
Быстро села на кровать, промотала видео, заново пересмотрела с того момента, как с меня упало платье, как Марк отодвинул пальцем трусики и… не успел их снять.
Я до последнего оставалась в них, а наутро они…
― Кто, черт побери, их снял с меня? ― прошипела я, глядя на экран.
Быстро дыша, вспомнила слова Светки наутро после той ночи.
«Скажи спасибо, что Ярику удалось угомонить тебя. Ты, кроме него, вообще никого не слушала».
«И он оставался со мной в спальне, да?»
«Уложил тебя и вышел», — сказала тогда подруга.
В сердце провернулся гвоздь, в зеркальном шкафу отразилось мое побелевшее лицо, лоб прошиб холодный пот.
― Неужели это ты их снял?.. ― пролепетала я, едва живая от шока.
Кровь понеслась по венам, во мне все закипело от ярости.
Вскочив с кровати, бросилась в коридор, перелетая через ступеньки, спустилась вниз, и, подбежав к креслу, на котором спал Ярик, сжала губы и толкнула его в грудь.