Глава 19

Обычно танец Снежной Властительницы воспринимался своеобразным соревнованием. Демонстрацией страсти, оголенных чувств и ярких эмоций. Он был резкий, словно лед, который прошелся по коже, посылая болезненные импульсы по всему телу. Таким, когда задыхаешься в чужих руках, с трудом переводя дыхание.

А вот танец Весеннего Короля рождал в душе нежность и трепет, легкость и сладкое, совсем не приторное послевкусие, которое слабо покалывало на губах.

Рейнер убрал левую руку себе за спину, а правой крепко обнял меня за талию, притягивая к себе. Я слегка отстранилась, сжала край юбки и затаила дыхание, готовясь сделать первый шаг.

Раз-два, три-четыре… и вперед!

Это был красивый танец. Теплый, словно весеннее солнышко, которое нежно касалось бледных после долгой зимы щек. Яркий, как желтый цветок первоцвета, выглянувший из-под рыхлого с темными потеками снега. Головокружительный, будто глоток чистого, звенящего от первой капели, воздуха.

Мы кружились по залу под трепетное звучание скрипок. Стоило им замереть, как Рейнер легко наклонил меня, заставляя прогнуться в спине. Да так, что волосы коснулись пола. Вновь зазвучали скрипки, и зимородок рывком поднял меня. Наши глаза встретились, и опустить их просто не нашлось сил. Мы вновь закружились по залу до следующей остановки.

Грянули барабаны, напоминая грохот первой весенней грозы, и Рейнер легко поднял меня вверх, крепко держа за талию двумя руками. А я наслаждалась теплом и свободой, которые ощущала, находясь в его объятиях.

— Нам надо поговорить, — сдавленно прошептала я, когда он медленно опустил меня на пол, и мы вновь закружились по залу.

Вторя нам, над головой кружились крохотные лепестки цветов. Они падали с потолка и складывались в легкий ковер под ногами.

— Хорошо, — спокойно отозвался он.

И это его спокойствие меня жутко задело. Стало до слез обидно. Да, прогнав его, я поступила плохо, но это не повод так меня изводить. Или повод? Я совсем запуталась. Столько лет держала себя в ледяном панцире, боясь показать хоть каплю эмоций, а теперь задыхалась в них, не в силах совладать.

«Но я не гордая… уже не гордая. Могу и извиниться».

— Я виновата.

— И я не лучше, Ирэн, — вздохнул Рейнер и вновь ловко опустил меня на пол.

Да так, что слегка закружилась голова, и уже в который раз сбилось дыхание.

Впрочем, мне значительно полегчало. И вовсе не от головокружительного пируэта, а от его слов и голоса… тона, которым зимородок это произнес. Он не злился, не обижался, просто как и я устал от ситуации. Только у меня имелось преимущество. Я знала причины, а он мучился в неведении.

— Давай сбежим, — предложила я, когда мы вновь закружились по залу.

Здесь находилось столько народа, а я все равно не могла избавиться от ощущения, будто мы одни в целом мире, танцуем в абсолютно пустом зале. Нет других пар, с которыми в любой момент можно столкнуться. Нет любопытных глаз, которые следят за нами. И этих едва слышных шепотков тоже не существует.

— Прямо сейчас?

Рейнер слегка склонил голову набок, пытливо уставившись мне в лицо.

— Да. Прямо сейчас.

Как бы ни был красив этот танец, какие бы положительные эмоции я сейчас ни испытывала, но ждать больше не могла. И без того столько времени потеряла.

— Хорошо, — с неожиданной легкостью согласился он.

Не разрывая объятий и не прекращая танца, Рейнер ловко провел меня через один зал в другой, а оттуда к лестнице. Сбегала по ступенькам я уже самостоятельно. Подхватив подол платья, чтобы не упасть.

На небольшой площадке у выхода я остановилась и принялась осматриваться по сторонам в поисках укромного места, чтобы поговорить без свидетелей. Честно говоря, я совсем забыла, где мы с Кристой оставили зимнюю обувь и пальто с шарфами и шапками.

Зато Рейнер явно присутствовал здесь не впервые и превосходно ориентировался в пространстве. Пока я вертела головой, он подхватил под локоток, быстро поздоровался с проходившим мимо мужчиной, который бросил на нас любопытный взгляд, но ничего не сказал, и потянул меня куда-то в сторону. Зачем я не поняла, поскольку перед нами находилась стена.

Выяснилось, что я просто не заметила скрытую дверь. Увидела ее, лишь когда Рейнер протянул руку и нащупал ручку. Створка распахнулась, и я юркнула вперед. Над головой тут же вспыхнул неяркий свет. Мы оказались в небольшой комнатке без окон с диванчиком, столом и шкафчиком, заставленным различными книгами, среди которых преобладали весьма объемные фолианты. Рейнер осторожно прикрыл дверь, но на замок запирать не стал, после чего медленно повернулся ко мне.

Я разом позабыла все заготовленные слова, объяснения и мольбы о прощении. Голова стала пустой, словно воздушный шарик. И сердце забилось так, что я едва не оглохла.

— Я видела Кея, — решила начать с самого очевидного.

Рейнер кивнул.

— Он сказал, что ты был ранен, но тебя вылечили дикари, — продолжила я.

Снова кивок.

— Это из-за меня? — На этот раз до конца совладать с голосом не получилось. Он сорвался, обнажая эмоции и страхи.

— А как ты связана с прорывом завесы и тварями другого мира? — спокойно поинтересовался Рейнер, равнодушно пожав плечами.

— Кей говорит, что эти дни ты был сам не свой. Не жалел себя, бросался в самое пекло, словно искал неприятностей.

— Тебе стоит меньше слушать Десмонда. Как будто не знаешь, какой он болтун и насколько любит преувеличивать.

Только вот я успела заметить боль и досаду, промелькнувшие в глазах Рейнера, прежде чем он отвел их в сторону.

— Прости меня, — выдохнула я и попятилась назад, пока не уперлась в диванчик.

Медленно опустившись на мягкое сидение, нервно сжала руки на коленях.

— Ирэн…

— Знаешь, я в полной мере ощутила, что значит это твое Единение. Смеяться больше не буду. Как и отрицать его.

— Ирэн, — вновь мягко позвал Рейнер. Немного помедлив, он подошел ближе, сел рядом и накрыл ладонью мои дрожащие руки. — Послушай, не стоит себя винить…

— Подожди. Я должна… мне надо кое в чем признаться. — Я судорожно вздохнула. — Будет правильно, если я тебе расскажу о… — еще один вздох, больше похожий на стон, — о моем прошлом. Все не могу, но… в общих чертах.

— Хорошо.

И тишина.

— Не знаю, с чего начать, — после небольшой паузы прошептала я, чувствуя себя неимоверно глупо.

— Например, можешь начать со своего имени, — помедлив, предложил Рейнер. — Настоящего имени.

«Имени. Если бы это было так просто! Ну вот, первый вопрос и я уже готова солгать. Хотя… есть один вариант».