Глава 28. Труп Лиды

19.08

Паша попросил у папы телефон для того, чтобы включить что-то посмотреть, Вениамин согласился. Саша просил включить стримы, Паша хотел смотреть клипы, но только измазывал едой экран. В итоге они с Сашей чуть не подрались за телефон, и Вениамин включил им дискавери про животных. Или смотрите это, или ничего.

Бабуля высказала свое ценное мнение по поводу воспитания и что детям пора свои телефоны, иначе они потеряются в Москве, да и нечем будет понтоваться.

Я согласно закивала, что нынче у всех детей телефоны, я даже акцию однажды устраивала на продажу телефонов для родителей современных чад. Вениамин буркнул, что мы сговорились, да и вообще кто в этом доме батя. Татьяна напомнила, кого считает батей. И такого отца, как я нужно, брать, пока тепленькая, а не скакать вокруг да около, дергая за косички, как будто Веня младше собственных сыновей. Я хотела напомнить, что теперь наступать на гордость Вениамину могу только я, но из динамиков телефона раздалось:

– Самцы жаб рода Ателопы могут сидеть на своих самках до пяти месяцев в ожидании спаривания, чтобы не подпускать к ним конкурентов.

Мы с Татьяной, не сговариваясь, расхохотались.

– Точно сговорились, – буркнул самец рода Ателопы и покрутил у виска.

В итоге Татьяна приняла решение ретироваться и съехать от нас, чтобы самец Ателопы очухался и начал предпринимать какие-то более активные действия, кроме просиживания задницы.

Я бы тоже не отказалась от активных действий, которые мы с Вениамином не предпринимали довольно давно. Свою квартиру я продала, в его комнате до сих пор жила мама, и Веня спал с ней на одной кровати. Ее нежелание спать на маленькой кушетке с Говнюком и Лексом в неотремонтированной комнате я понимала, так что взяла эту роль на себя. А еще я до сих пор не получила новой прописки и являлась бомжом даже больше дяди Гриши.

Но меня все устраивало. Татьяна абсолютно точно поспособствовала тому, что мы с Веней вообще решились ступить в зону реальных отношений, так что не выгонять же ее было. А вдруг все немедленно угаснет?

К счастью, мысль оказалось глупой, стоило маме уехать, как Вениамин наконец-то смог выполнить обещанное и переселить меня с кушетки в свою кровать. От того, как затянулся мой переезд, мы немного посмеялись, а затем занялись давно откладываемым делом.

И вот настал следующий день, когда нам надо было обоим явиться на работу, но мальчиков теперь не на кого оставить. Это что вообще за выбор такой: или секс, или работа?

Только обретенное первое терять не хотелось, а оставлять детей одних после недавних приключений – тоже, и мы поехали в магазин с мальчиками.

Вениамин смылся общаться с поставщиками, а я пыталась погрузиться в мелькающие на экране цифры. Меня постоянно отвлекал голос детей, которых не заинтересовал мой допотопный телефон, а папин – вне зоны доступа. Вот они и требовали развлечений.

К счастью, подошла Галина и напомнила детям, что выдала им канцелярию, и они могли бы снова посидеть и тихо порисовать, не отвлекая взрослых от дел. Дети снова подарили нам десять минут спокойствия.

Я наконец смогла разобраться и распечатать бланк. Подошла к детям, так как вся канцелярия была нынче рядом с ними. Рука Паши была измазана чем-то красным.

– Что это? – спросила подозрительно, мало ли, болячка какая, а я по поводу Пашиного здоровья и так нервничала вечно.

– Чешуя, – ответил ребенок, приподняв руку и показав ближе, что просто разрисовал руку выделителем.

– Больше так не чеши, – сказала, усмехнувшись.

– А у меня, как у водного дракона! – Саша показал свои руки, красиво разрисованные зелено-голубыми чешуйками.

Как у Саши красиво получается рисовать, вот бы он свою неуемную энергию использовал на рисование, может, вырастет тогда гениальным художником.

– У вас классно выходит, прям настоящие драконы.

– Я ящерица! – поправил меня Паша.

Ну главное, что не жаба рода Ателопы. Но я промолчала и просто порадовалась, что дети довольны похвалой и улыбаются. Ну и ладно, не захотят быть художниками там или еще кем – неважно, лишь бы счастливы были.

Я вот определенно талантлива в продажах, но мне моя работа никогда не нравилась. Вот вылечу Алю и подумаю о том, чтобы найти свое призвание. Или хотя бы просто сменю на менее нервную профессию. К тому же мне явно не стать территориальным директором, разве я себе теперь позволю обойти Вениамина? У него двое детей, замечательная команда, способности и любовь к делу. А у меня только упрямство и стервозный характер, совершенно неподходящий под управленческую должность.

Зашел Миша и спросил, можно ли забирать документы. Я вспомнила, что подошла к мальчикам за печатью, выудила нужную из-за их голов, жмякнула на документ и вручила бумаги Миши.

Тот, всегда отличавшийся внимательностью и педантичностью, мне их вернул.

– Не та печать, – сказал он с улыбкой.

Миша и улыбается? Этот вечный зануда. Я недоуменно забрала документ и прочитала на нем большими синими буквами «ЖОПА» вместо «ПРИНЯТО».

– Причем полная. Будет сейчас вам, мелкие хулиганы! – зашипела я.

Сашка громко рассмеялся, чуть не упав с коробки с пенопластом, которую ему выдали как стул. Вот же выдумщик и фантазер! Дракон он, называется. Какой дракон будет менять в печати буквы?

И тут я замерла, я же была рядом, и сейчас поменять буквы, да еще и быстро так, они не смогли бы. А значит, Вениамин понес поставщикам документы с надписью…

Подошла и отвесила подзатыльник все еще хохочущему Сашке. Помощники.

– Она меня бьет, все видели? – закричал Сашка, возмущенно показывая на мою ладонь, которой только что получил по своей макушке.

– Я не видел. Повторите, – сказал Миша, улыбаясь.

Гадство, этому бы тоже отвесила подзатыльник, но не дотянусь.

– Присмотри, – сказала Мише и убежала спасать Веню.

На выходе я резко остановилась, так как мой взгляд уткнулся на лист А4 на двери соседнего магазина: «ищем продавца». Я ведь в этом хороша, а животных люблю больше людей. Может, спросить, какой заработок в зоомагазине? Да большинство моих самых красочных воспоминаний работы в ЦИТ связаны с тем, когда к нам залетел попугай из соседнего магазина, да то, какие милые звуки оттуда разносятся, когда утром рано-рано приходишь в магазин, а из соседнего пение птиц. Я же ко всему этому буду близко находиться.

Вот только нормально ли такое желание вернуться на низкую должность, когда так активно сражалась за кресло директора? Аля бы поняла.

Вениамин уже возвращался в магазин, так что я решила вернуться в подсобку, но зайти не успела, как Вениамин своими длиннючими ногами меня обогнал.

– Тут такое дело… – сказал он, обхватив меня за локоть и не пуская в подсобку к мальчикам.

– Да знаю уже, печать с философской надписью. Не бойся, не съем твоих отпрысков, только подзатыльник зачинщику дала, – повинилась перед волнующимся отцом.

– Я просто хотел не при мальчиках, – сказал Веня и вложил мне в пальцы что-то металлическое. Я подняла руку и взглянула, что же он мне отдал.

– Ты зачем у дяди Гриши ключи от моей машины забрал?

– Думаю, мы с детьми тебе задолжали как минимум целую машину.

Я недоуменно захлопала глазами.

– Она отремонтирована, одну дверь заменили, а вторую выправили, – пояснил Веня.

Я же почувствовала внутренний протест от того, что мне лезут помогать, когда я не просила. И теперь непонятно, как жить с чувством вины, что я перед ними так виновата, а мне еще и машину ремонтируют. Забил бы, отпустил ситуацию… Отпустил…

Сжала ключи и с улыбкой сказала:

– Спасибо за заботу и потраченное время и деньги, – сказала то, что хотела услышать от Али.

Я сжала губы и нахмурилась, чтобы не позволить себе расчувствоваться. Но глаза все равно увлажнились.

Из подсобки выскочил Паша, который, видимо, устал заниматься скучными делами.

– Элла, Лида умерла! – закричал сын.

На нас начали коситься клиенты магазина. Не хватало, чтобы кто-то узнал, что дети с их будущей техникой возятся. Мало ли какой скандал могут поднять, недавно был один из-за снятого видео, как сотрудники играли в футбол с коробкой телефона.

– Ну умерла и умерла, нашел трагедию, – сказал Вениамин, скрестив руки, он, похоже, все еще был зол на ситуацию с печатями. Интересно, перед тем как заметить и выбросить документы, поставщики успели заметить интересную печать?

– Но она с нами столько лет прожила! – продолжал возмущаться ребенок.

Вокруг я услышала шепотки клиентов. Надо бы увести ребенка обратно в подсобку, чтобы не привлекал к себе внимание.

– Это все ты виновата! – возмутился Паша.

– Вот печать была моя. А Лида ваша, а не моя, – сказала я.

Хотя… один раз меня просили полить этот подыхающий цветок, но я же не думала, что это теперь моя святая обязанность!

– Где Лида? – со вздохом спросил Вениамин.

– В подсобке, на столе, – сказал Паша и указал в сторону двери, из которой вышел.

Какая-то пожилая клиентка, которая явно прислушивалась к нашему разговору, охнула и прижала руку к сердцу. Нет, детей я больше привозить на работу не буду.

– Пошли к твоей Лиде, – прошипела я, упираясь в плечи ребенка, чтобы он побыстрее покинул зал, полный клиентов.

А в подсобке Лида действительно стояла на столе. Гадство, мне же Паша ее на работу притащил неделю назад, так как Лекс пожирал бедную Лиду. И я должна была заботиться об этом несуразном растении. Гадство, я реально виновата.

– Паш, извини, заработалась, – искренне повинилась я, – может, она все-таки не совсем мертва?

– Так что, у нас действительно труп в подсобке? – раздался голос Миши у нас за спиной.

– Да. Вот, – сказала я, указав на горшок с цветком.

– Позвольте, я покажу труп клиентке, а то у нее сейчас сердечный приступ будет, – сказал Миша спокойно, забрал со стола Лиду и унес из подсобки.

Вернулся он минут через пять, сообщив, что Лиду можно реанимировать, просто она не кактус и не любит темноту. А еще нам передали, что не стоит давать растениям человеческие имена.

– Она чуть полицию не вызвала, – сказал Миша с ноткой осуждения.

– Для чего?

– Чтобы расследовать убийство цветка, похоже, – сказал Вениамин и расхохотался.

– А я бы на твоем месте не смеялся. По удивительному совпадению Элла – Овен, которую на этой неделе ожидает разрушение любви. А ты – Весы, тебя ждет потеря, – сообщил Миша.

Мое сердце кольнуло. Разрушение любви? Неужели с гороскопа все началось, гороскопом все и закончится? Пф-ф, глупости, даже сам наш астролог в астрологию не верит. Но на всякий случай отвесила Мише подзатыльник. А для этого пришлось подпрыгнуть, между прочим.