ГЛАВА 30

Аля

Мне жарко. Еще немного тесно. Приоткрываю глаза, не сразу понимаю, где я, кто рядом. Улыбаюсь. Тесно, потому что это меня обнимал Саид. Жарко, потому что прижимал к своему горячу телу.

Тянусь губами к его подбородку, морщусь, утренняя щетина больно колет губы. Вытаскиваю руку и бесстрашно касаюсь его бровей, быстро пробегаюсь по носу, замираю над губами.

— Ай! — испуганно воскликнула, когда мои пальцы внезапно прикусывают и удерживают зубами. Испуг моментально прошел, смеюсь. — Саид! Доброе утро…любовь моя! — впервые осмелилась его так назвать, ибо вчера я поклялась, что если вернусь к нему, то буду постоянно его обнимать, гладить, целовать, называть не «зайчиком, котиком», а «любовь моя, жизнь моя». Он мой. Все мое. Без него в этом мире мне страшно. Как же я испугалась, до сих пор сердце колотится от страха. И только сейчас в его объятиях постепенно успокаиваюсь. Вчерашний день не хотела даже оставлять в своей памяти, только страх где-то все еще был на подсознании.

— Доброе утром, моя пропажа! — хрипит Саид. Это оказывается так сексуально, что непроизвольно прижимаюсь к нему, слегка трусь об него своим телом. Мои руки уже ныряют под его футболку, царапаю ноготками напряженную спину.

— Аля…доиграешься! — шепчет Саид, утыкаясь лицом в изгиб шеи, целует, слегка посасывает кожу. Вжимает меня в себя, ощущаю его стояк, довольно урчу, перемещаясь ладоням вниз, под резинку пижамных штанов, лапаю его задницу, кусаю мочку уха.

— Блять, где ты вчера шлялась?! — со смехом, подмяв под себя, спросил Саид.

— Да где только не шлялась! Вообще собиралась приехать к тебе на работу и соблазнить, но… потерялась! — умышленно скрываю настоящую причину своей потери, но по тому, как он сдержанно усмехается, понимаю, что все ему известно. Эгоистично не хочу спрашивать, что он сделал с Аней, не хочу ей ни сочувствовать, ни жалеть. Если Саид ее наказал, то сама виновата, девочка большая, должна понимать, когда шутка действительно смешная, а когда…а когда может кому-то стоит жизни.

— Я переживал. Честно. Надеюсь, больше таких ситуаций не будет, иначе мне придется вставить в тебя чип с датчиком отслеживания!

— Ты будешь знать, где я? Всегда?

— Всегда!

— То есть ты меня не собираешься отпускать?

— Нет. Будешь терпеть меня старого, беззубого, пока не сдохну!

— Ладно. Говорят, что ты входишь в список богатых людей, значит что-то перепадет из сундука твоего богатства, а может стоить женить тебя на себе, чтобы наверняка половину отхапать и оправдать все сплетни и пересуды! — прикусываю губу, делаю задумчивый вид, будто прикидываю все плюсы и минусы брака со стариком. — Пережить твое ворчание можно, ты бываешь милым, когда бубнишь, а для тела можно завести любовника!

— Какого любовника? — угрожающе шипит Саид, превращаясь из заботливого мужчины в дикого зверя. У меня аж мурашки по телу побежали, когда на меня устремились хищные глаза с животным прищуром. Я понимала, что играю с огнем, но мне нравилось его дразнить, правда, с угрозой для жизни.

— Обыкновенного. Как-то не хочется покрываться пылью, а ты, видимо, уже не можешь, — наигранно печально вздыхаю, трусь своей промежностью об его член, который рвался на волю даже сквозь ткань. — Когда ты последний раз занимался сексом? Уже, наверное, забыл, как это происходит! Так, что мне нужен любовник для здоровья, дорогой, а ты для бесед! — приподнимаюсь на локтях, смотрю в бешеные глаза и улыбаюсь. Да, улыбаюсь, потому что Саид хватает меня за волосы и жестко впивается мне в рот поцелуем, мучая его, как зверь терзает свою жертву. Показательно сопротивляюсь, провоцирую внутреннего хищника, царапаюсь ногтями, извиваюсь всем телом, Саид придавливает своим весом к матрацу.

На секунду его глаза принимают осмысленное выражение, дергается в сторону, задерживает взгляд на искусанных губах.

— Аля… — трогает пальцем мои губы. — Ты че творишь? Зачем?

— Но ведь в этом ты настоящий, — втягиваю его большой палец в рот, прикусываю подушечку, смотрю ему в глаза, они опять звереют, дичают, полностью теряя человеческое выражение. На минутку стало страшно, смогу я его таким принять??? Но не попробовав, не узнаю!

Он рвет на мне вчерашнее купленное белье, даже не рассматривает его, ткань впивается в кожу, причиняет боль. Стаскивает с себя футболку, штаны и с горящими глазами набрасывается на мое тело. Его губы жгут, клеймят меня, пальцы впиваются до синяков на коже. Я едва поспевала делать вдохи, чтобы тут же задержать дыхание, теряясь в омуте ощущений из боли, ласки, наслаждения. На секунду мелькнула мысль о том, что с Костей у меня и половины не было такого спектра чувств. Я с ним отбывала наказание в постели, с Саидом я тянулась к верхушке удовольствия.

Лежу посередине кровати, раскинув ноги в разные стороны, подрагивая от ожидания, наблюдаю, как длинные пальцы, минуту назад побывавшие во мне, медленно раскатывают латекс по члену. Никогда не думала, что это так захватывающе наблюдать, как напрягается мужской пресс, как нетерпеливо он устраивается на мне, как часто вздымается его грудь. Первый толчок. Хватаюсь за его плечи. Замер. Дает время привыкнуть нам друг к другу, слишком давно мы не занимались сексом. Саид весь в напряжении, каждый мускул под моими руками просто каменный. Второй толчок. Двигаюсь ему навстречу. Недовольно рычит. Тянусь к его губам. Целуемся, его движения замедленны, но как только отпускаю его, скорость нарастает, а я уже кусаю свою ладонь, чтобы не кричать. Он все быстрее и быстрее вбивается в меня, выколачивая весь дух своей звериной сущностью, своим членом.

Саид заставляет меня менять позы, как только одна перестает доставлять новые ощущения, в каждой подводит почти к финалу, доводит до пропасти, но упасть не дает, в последний момент резко останавливается. Заставляет скулить от неудовлетворения, шепотом молить не обламывать мне кайф, но, естественно, меня не слушает. Я уже горела в собственном аду, когда каждая клеточка тела кричала, требовала разрядки, когда я уже сама его кусала, пыталась удержать, самой достигнуть вершины Эвереста.

— Ааааа, — ору в голос, откидывая голову на плечо Саиду, погружаясь в долгожданную эйфорию оргазма. Он глушит мой крик своим поцелуем, сжимая одной рукой мое горло, другой удерживая за талию. Я даже не поняла, когда он кончил. Отпустил, просто обессиленно рухнула на подушки, прикрывая глаза от блаженства, как дурочка, улыбаясь до ушей. Мне даже не хочется возмутиться в ответ на ироничный смешок Саида. Он, шлепнув меня по голой заднице, встал.

Слышу, как в ванне полилась вода, на секунду возникла мысль присоединиться, но вот тело было не согласно, оно себя исчерпало на данный момент. Че там Карина говорила? Таблеточки?  Да он тогда хрен с меня слезет, я быстрее сдохну от передоза секса, чем Саид.

— Аля, ты будешь спать или со мною пойдешь завтракать? — лениво приоткрываю один глаз, наблюдая, как Саид застегивает часы на запястье, весь уже при параде, только пиджака не хватает. Теперь можно и мне примерить "А" и на свое имя.

— Уже обед?

— Нет, всего лишь восемь утра. Ты рано проснулась.

— Зато сейчас хочу спать!

— Спи, — подходит к кровати, присаживается на край, улыбается, нежно гладит по щеке. — У меня вечером деловой ужин, не хочешь со мною пойти?

— Это приглашение на свидание?

— Свидание? Аля, мы вроде это уже прошли!

— Я — девочка и хочу свиданий, воздушных шариков и букет цветов!

— Дурашка! — нагибается, целует в висок, но я удерживаю его за галстук и льну к губам. Мне нравится его нежность. Она колючая, дерет, оставляет царапины, но до безумия неповторимая. Только у него получается быть таким остро нежным.

— Я хочу позавтракать с тобою! — шепчу ему в губы.

— Тогда у тебя пять минут одеться, я бы с удовольствием продолжил завтракать тобою, но у меня сегодня есть важные дела!

— Поужинаешь?

— Посмотрим, — целует в лоб, я вынуждена его отпустить. Он встает, идет к комоду и берет свой телефон, читает в электронном ежедневнике список дел. Я подрываюсь, бегу в гардеробную, натягиваю спортивный костюм на голое тело, хватаю пиджак и с улыбкой до ушей выскакиваю возвращаясь в спальню. Саид удивленно вскидывает вверх брови, усмехается, берет из моих рук пиджак, но не надевает его. Целует вновь в висок, а я в уголок его губ. Наверное, в этом и есть мое счастье, млеть возле него, видеть его довольным, сытым.

Мы вместе спускаемся, в столовую заходим раздельно, он впереди, я на два шага позади него. Все замолкают, напрягаюсь, но чуть ли не спотыкаюсь, увидев, как пытается улыбнуться Анна. Без презрения. Без недовольства. Да, улыбка получилась кривой, но успела прочесть по губам Саида, как он прошептал ей «Спасибо», поцеловав в макушку.

— Аля! — Карина сияет от радости, она вскакивает со своего места, обнимает меня. — Я так испугалась! Не прощу себе, что так безответственно поступила!

— Перестань, Карин, ты не виновата, что так получилось, все хорошо! Тебе нельзя нервничать! — улыбаюсь, поглаживаю ее по рукам, иду к своему месту.

— Аль, прости нас! — это уже Лейла произносит виновато. Я улыбаюсь, говоря глазами, что все в порядке. Зная теперь кто виноват во вчерашнем, кто спровоцировал ситуацию, Анна не выглядит сильно раскаивающейся. Она под прищуренным взглядом Саида, пытается выдавить из себя какие-то извинения, которые мне не нужны.

— Извини, — только и сказала, сразу же уткнулась в тарелку. Я улыбнулась Мигелю, показывая ему, что приняла это «извинение». Больше никто не вспоминал произошедшее.

— Я заеду за тобой, — Саид позволяет поправит ему пиджак, целую его, не стесняясь того, что в любую минуту могут появиться Али с Азаматом. Плевать.

— Я люблю тебя! — шепчу ему в губы, которые растягиваются в улыбку.

— Повторяй это каждый день, утром и вечером, малышка! — еще один поцелуй от него в губы, выходит из дома, как раз появляются сыновья, в глазах которых затаилось лукавство и озорство. Я улыбаюсь им, невинно хлопая глазками. Теперь знаю, что все будет просто отлично. Это уверенность в душе. И вот таких эпизодов будет много-много. Как и встречи после работы.

— Я люблю тебя! — висну на шее Саида, когда мы вошли в свою комнату. Целую его, а он хохочет, отворачивается, задирает голову, чтобы я не смогла дотянуться до его губ. Пожимаю плечами и прижимаюсь к его шее, прикусываю кожу. Он рычит, сгребает меня в охапку, валит на кровать. Мой ласковый зверь.

— Аля…- стонет Саид, когда мои руки пробираются под футболку, царапаюсь. Ему нравится эта игра, на грани нежности и грубости. Мне тоже. И секс у нас далеко не ванильный, но и не такой жестокий, как был с Кашировым, потому что там я ждала боль, тут мне дарили блаженство.

Мы только что вернулись из недельного отпуска с горнолыжного курорта, где были вдвоем, где никто его не дергал, хотя телефон ни разу не был выключен, а по утрам Саид внимательно изучал свой почтовый ящик.

— Аля…- приподнимается на локтях. — Мне, правда, надо в офис.

— Ну, справились же неделю без тебя, справятся еще одни день, —  демонстративно медленно расстегиваю несколько пуговиц на блузке. Его глаза загорелись, но тут же пламя было погашено.

— Извини, мне действительно нужно на работу, — целует в кончик носа, встает, идет в гардеробную, я плетусь следом, прислоняюсь к дверному косяку, наблюдая, как он сдергивает с плечиков рубашку, снимает футболку.

— Ты помнишь, какой сегодня день?

— Захват Зимнего дворца? — натягивает брюки. С удовольствием рассматриваю его упругую задницу. Он в прекрасной форме, подтянутый, по утрам всегда отправлялся в тренажерный зал, пока я спала. В отеле на него заглядывались не только женщины в возрасте, но и молоденькие. И видно было, что оценивали не толщину его кошелька.

— Полгода! — торжественно объявляю дату нашего знакомства. Саид оборачивается.

— Правда? Думал прошло всего три месяца! — улыбается, поправляет галстук. — Я так понимаю, ты приготовила мне сюрприз!

— Правильно понимаешь! Иногда мне кажется, что я до невозможности предсказуема!

— Тебе именно кажется! Напишешь, куда и во сколько приехать, — проходит мимо меня, быстро целует в висок. Я досадливо вздыхаю. Вот так всегда, быстро целует, куда-то торопится, вечно что-то решает, даже когда отдыхает, то его мозг все равно работает.

— Саид! — он уже у двери, с телефоном в руке, вскидывает глаза на меня. — Я люблю тебя! — строгое выражение лица смягчается, улыбается. В ответ как всегда ничего не произносит. Я до сих пор не знаю, любит или нет, но верю, что любит, просто не считает нужным об этом постоянно говорить.

— До вечера! Напиши мне, — подмигивает и уходит.

День пролетает незаметно. В суете. Даже толком не поговорила с Кариной и Лейлой, Сафиной, две из них стали хорошенькими колобками. Анны не было дома, она вновь уехала с Мигелем и Аишей в Америку, оставив Софи в Эмиратах, потому что в школе еще нет каникул.

Волнуюсь. То, что я задумала, обычно делают мужчины, но в моем случае, мне такого поступка ждать до скончания века. Саид не заговаривает о будущем, предпочитает жить одним днем, хотя думаю, что это видимость, а планы на жизнь у него составлены на десять лет вперед. Интересно, мне в них место есть?

Слышу шаги. Милого узнаю по шагам. Вскакиваю с дивана, одергиваю белое платье, поправляю прическу и жду. Облизываю губы. Этот день должен стать особенным. Полгода назад я впервые увидела его в аэропорту Сочи, было ощущение, что мы уже видели друг друга. Если только во сне. Но чем дольше живу рядом с ним, тем сильнее убеждаюсь, что он мой. Мой мужчина, предназначенный Судьбой, начертанный линиями на ладони. Мой.

— Ммм, — Саид удивленно меня рассматривает, склонив голову набок, медленно сокращая между нами расстояние. — Ты похожа на невесту!

— Я и есть невеста! — широко улыбаюсь, не сдерживаюсь и подхожу к нему. Встаю на носочки и на секунду замираю, вдыхая его запах с нотками древесины, сандала и никотина. Курить он стал меньше, но пачка сигарет всегда лежала в кармане пиджака.

— Хм, и кто же тот безумец, что осмелился на тебя взглянуть? — в голубых глазах, как небо, пляшут черти вокруг своего ритуального огня.

— Да есть тут один. Нахал еще тот.

— Нахал? — обнимает меня за талию, притягивает к себе. Не ждет от меня ответа, а властно целует, по-хозяйски проникая языком в рот, в очередной раз показывая мне, кто владеет моим телом, сознанием, душой. Мой властелин.

Его руки уже во всю шарили по моему телу, отвлекали от задуманного плана, я хотела устроить романтический вечер, с разговорами по душам, только потом страстный секс до утра. И если я сейчас его не остановлю, то будет сначала секс, разговоры на уровне стонов, междометий, а вечер превратится в утро.

— Саид! — пытаюсь отвлечь его, вздрагивая от каждого прикосновения под платьем. Он меня не слышит или делает вид, что не слышит. Кусаю его за шею чуть ниже воротника рубашки. Мое излюбленное место оставлять там засосы.

— Аля! — шипит Саид, отстраняясь. — Ты мне всю шею уже искусала.

— Ничего страшного, — освобождаюсь из плена его рук, засовываю руки в карманы платья, смотрю на Саида напряженным взглядом. Не имею представления, как он отреагирует. Проще погоду предсказать.

— Любимый, каждый день я благодарю Бога, что он подарил мне тебя. Каждый день я просыпаюсь с улыбкой, потому что ты рядом. Ты наполняешь меня, как вода наполняет кувшин. Я очень-очень люблю тебя. Я даже не представляю, как мне жить, если вдруг ты решишь, что наша история должна завершиться…

— Аля… не неси чушь! — недовольно перебил Саид, подходя ко мне впритык. — Я…- стискивает зубы, поджимает губы. И что-то бормочет по-арабски. Но я его не понимаю. — Я люблю тебя! — сразу же целует, не дав мне и секунду осмыслить сказанное, а когда до меня доходит смысл, чуть ли не прокусила ему губу от радости. Теперь была уверена, что мою выходку оценит.

— Саид! — шепчу ему в губы. — Ты женишься на мне?

— Конечно. Как только кольцо подберу.

— Не надо.

— Почему это? — отстраняется, хмурится. У меня уже губы заболели от улыбки, а хотелось все шире и шире улыбаться. Вытаскиваю руку из кармана, разжимаю пальцы. На ладони лежат два кольца.

— Я купила их, когда ты захотел покататься на лыжах в горах, на свой страх и риск. Мне они сразу приглянулись, — беру кольцо для него. Саид не улыбается и кажется, что сейчас психанет от моей наглости, но позволяет взять его ладонь и надеть кольцо. Оно подошло ему идеально. Оно не было классическим обручальным ободком. Нет, там были замысловатые узоры, надписи, очень схожи с буквами, что были у него в тату на груди.

Несколько секунд смотрит мне в глаза, забирает кольцо для меня, надевает на безымянный палец левой руки.

— Чтобы ни случилось, Аля, ты — навсегда моя. Мне все равно перед кем, перед людьми, перед твоим или моим Творцом, ты — моя. Навсегда. Даже смерть нас не разлучит, потому что ты в моем сердце, а я в твоем.

Сомнительное удовольствие ехать выбирать свадебное платье в компании человека, который уже неделю ходит с недовольным лицом. Но Карина с Сафиной с сожалением отказались сопровождать меня, потому что последние дни чувствовали себя не очень хорошо. Лейла не могла оставить заболевшего младшего сына. Хабиба с Ахметом улетели с детьми Париж на два дня. Осталась Анна. Она отказывалась, а потом вынуждена была согласиться, подозреваю, что тут вмешались Мигель и Саид.

— Аня, — меня не покидала надежда наладить контакт с дочерью любимого, потому что понимала, как Саиду неприятно наблюдать за нашим мнимым миром. Анна с Мигелем стали часто летать в Америку, Саид как-то вскользь заметил, что скорей всего дочь будет проживать в Нью-Йорке, карьера все больше требует внимания, жить на две страны становится тяжело. Но я понимала, что истинная причина переезда Анны в другую страну крылась во мне. Честно, если бы не безумная любовь Саида к Аише, если бы внучка так сильно не цеплялась за деда, я бы оставила попытки наладить контакт с этой взбалмошной девицей.

— Я понимаю, что тебе трудно поверить в мои чувства к твоему отцу, но я действительно его очень сильно люблю! — Анна продолжает смотреть в окно, никак не проявляя хоть капельку заинтересованности. — Он очень любит тебя, не разрывай ему сердце своим неприятием.

— Может быть, со временем, я приму тебя, Аля, но не сейчас. Извини, не требуйте от меня безумной радости от происходящего! Я только стала привыкать к мысли, что ты просто есть, а тут бах, решили пожениться! Да вы едва друг друга знаете! Папа очень сложный человек, ты, Аля, его не знаешь, так как знаю я и братья! — смотрит на меня своими бездонными голубыми глазами, в которых мелькает и сочувствие, и жалость, и что-то еще такое, которое даже не находит определения. — Меня пугает его привязанность к тебе, он никогда таким не был.

— Любовь меняет человека.

— Какая любовь? Аля, он любил мою маму, он любил так сильно, что не раз хотел утопиться в заливе после ее смерти. Ты не знаешь, сколько раз я просыпалась в холодном поту, чувствуя его тоску, искала по дому и находила на пляже. Ты не знаешь, как обмирала я от страха, что однажды он может не вынырнуть. Ты не понимаешь, что все, что имею я, имеют братья, даже наших супругов — это полная заслуга папы.

— Но все меня приняли, кроме тебя… — осторожно замечаю, Анна поджимает губы. — Я очень хочу с тобою подружиться. Хотя бы ради Саида. Поверь, ему очень больно от того, что ты не идешь на контакт.

— Я подумаю. Я, правда, подумаю, ради папы. Не ради тебя.

— Я понимаю.

Ее «подумаю» вселяло надежду, что семья сохранится, и Саиду не придется разрываться между мною и дочерью с внучкой. Он, конечно, ничего мне не скажет в упрек, но тут все понятно без слов.

Мы бродим по магазинам, по разным салонам, у меня уже голова шла кругом от переизбытка этих белых платьев. В одном магазине мне уже хотелось выть и плюнуть на все. Но я понимала, что свадьба с Саидом в кедах не прокатит, не тот уровень. Чего стоят родственники, принцы, шейхи, да на этом мероприятии соберутся все сливки общества не только Эмиратов, но и всего мира, те кто удостоится чести получить приглашение на свадьбу. Саид сказал, что моя задача выбрать только подходящее платье, создать образ, об остальном будут заботиться другие люди. Предстоящая свадьба будет темой номер один в этом сезоне, обмолвилась Аня, поэтому платья, которые мне нравились своей простотой, даже не рассматривались. Нужно было что-то «Ах».

— Ненавижу! — смотрю в зеркало, Анна впервые не комментирует мои эмоции, видно, что тоже устала.

— Понимаю, что-то подобное я испытывала, когда готовились к моей свадьбе. Сначала мне казалось, это так прикольно готовится к торжеству, неделю сидела и подбирала цветовые сочетания, цветы, подарки для гостей. А в какой-то момент мне это все надоело, потому что уточняли каждую мелочь, звонили по каждому пустяку. В итоге, папа быстро нашел организатора, и моя голова больше не болела, какого цвета должны быть салфетки на столе, цветы в букетах подружек. Так что забей, завтра посмотрим все интернете, а потом вновь пойдем на поиски. Время у нас пока есть.

— Спасибо, Аня, — поворачиваюсь к ней, девушка скованно улыбнулась, видимо не ожидала от себя, что проникнется ко мне симпатией в этом походе, от меня — слов благодарности.

— Прорвемся! Папа, когда увидит тебя, от радости с ума сойдет! — и робко улыбается приветливой улыбкой так, что я не верю собственным глазам.

В туалет заходят две уборщицы мужеподобного типа. Мы переглянулись и засмеялись. Аня достала из сумки губную помаду, я телефон, чтобы проверить сообщения и отослать какой-нибудь пустячный смайлик Саиду.

— Что за черт! — слышу возмущенный голос Анны, поднимаю голову, вижу, как ее хватает уборщица и зажимает лицо какой-то тряпкой. Я не успеваю даже понять, что происходит, как перед глазами возникает чья-то рука с белой тканью, пропитанной какой-то ерундой. Пытаюсь закричать, но только делаю вдох и сознание поплыло.