16 глава

Саит

Когда был маленьким, я отсчитывал дни до своего дня рождения, ожидая много подарков и праздника. Как правило, мои ожидания оправдывались: приходили родственники, дарили все, что я заказывал и не заказывал, а мама организовывала торжество по высшему разряду, впечатления от которого меня потом будоражили несколько дней. Сейчас я чувствовал себя маленьким мальчиком, ожидая от отца главного подарка.

Отца дома нет неделю. Он сразу сообщил, что мое дело не настолько спешное. Кто бы мог подумать, что я сам, добровольно соглашусь на брак, на окольцованную жизнь. Если бы вместо Девы была выбранная родителями невеста, никакой помолвки, а потом и свадьбы, не было бы. Жениться ради галочки и детей — нет нужды. У отца куча внуков и есть правнуки от старших детей, рожденных в первом браке. Мама желает, чтобы я жил в одном городе с ней. Слишком редко мы видимся, и она скучает по мне, несмотря на то, что двойняшки еще живут в родительском доме.

Семь дней для меня невыносимо долго тянутся. От безделья и скуки я каждое утро сижу в отцовском кабинете или за рабочим ноутбуком и выполняю свои обязанности в семейном бизнесе. Сейчас, сидя на диване, угрюмо рассматриваю графические недельные отчеты.

— Саит. — Чувствую, как рядом со мной садится мама, теплая ладонь ложится мне на плечо. Натянуто улыбаюсь, поворачиваю голову в ее сторону. Она с беспокойством рассматривает мое осунувшееся лицо, красные глаза, опущенные уголки губ.

— Ты уже несколько дней сам не свой.

— Бизнес, и переживаю за папу. Он слишком много работает, несмотря на то, что Али и Азамат прекрасно руководят несколько лет и не давали повода усомниться в их компетентности. Когда папа уезжал, выглядел не очень. С ним все в порядке? — тема отца — единственная тема, которая заставляет маму переключаться моментально. Мне это и нужно, чтобы она не переживала за меня, потому что не хочется быть причиной ее бессонных ночей. Хмурюсь, заметив, как сдвигаются ее брови, как она поджимает губы и отводит глаза в сторону. Тревожное чувство сильнее сосет под ложечкой.

— Мам? — полностью к ней разворачиваюсь, ловлю ускользающие от меня руки, сжимаю их. Она не смотрит в глаза.

— Все хорошо, Саит. С папой все хорошо. — Но как бы она ни силилась лучезарно мне улыбаться, тревога в ее глазах никуда не исчезает, только прячется в уголках. Настаивать нет смысла, она упрямо будет меня уверять, что причин для беспокойств нет, что я себя накручиваю, отец в полном порядке и еще будет долго-долго жить.

— Пообедаешь с нами? Азат скоро вернется со своего футбола, а Алия с дополнительного урока по китайскому.

— Да, конечно. — Мое согласие маму радует, она чмокает меня в щеку.

— Ты бы побрился и подстригся, а то черт знает, на кого похож.

— Обязательно.

— Жду тебя в два на террасе. Долго не засиживайся.

От меня не ждут ответа, мама уходит. Вздохнув, закрываю ноутбук и смотрю на настенные часы, которые висят напротив рабочего стола. Отец всегда засиживается допоздна, аргументируя тем, что перед глазами нет часов. Похоже, маме надоело слышать эти липовые отмазки, купила часы и повесила их.

Слышу голоса, которые звучат все ближе и ближе. Вскакиваю на ноги, чувствую непривычную дрожь в коленях и взволнованное сердцебиение в груди. Сжимаю пальцы в кулаки, задерживаю дыхание, когда на пороге появляется отец. Первое, что бросается в глаза, — изможденный вид. Он устал. Второе — жесткая складочка возле рта ничего хорошего не предвещает, как и холодность в глазах. Надежда теплится до последнего, хоть головой уже понимаю: отец не сдержал своего обещания.

— Ты тут, — резюмирует отец, проходя к столу. Снимает пиджак, вешает его на кресло. Я медленно иду к стульям, опускаюсь на один и молчаливо жду рассказа о его поездке за Девой. Мне хочется выпытать у него только адрес, где сейчас находится малышка, на остальное плевать.

— Как поездка? — показательно равнодушным голосом интересуюсь тем, что для меня так важно. Отец прищуривается, отодвигает ящик и через мгновение в его руках оказывается пепельница, пачка сигарет и зажигалка. Удивленно вскидываю брови. Давно отец при мне не курил. В момент острого напряжения он вспоминает о сигаретах.

— Будешь? — снимает пленку с пачки, вопросительно на меня смотрит. Секунду думаю, тянусь за сигаретой. Разговор, видимо, предстоит тяжелый и неприятный.

— Мама за это нас по голове не погладит, — пытаюсь шуткой разрядить обстановку, отец хмыкает. Он сжимает фильтр зубами, прикуривает, протягивает мне зажигалку. Я не спешу дымить с ним за компанию.

Пытаюсь по глазам, по мимике понять, что случилось, что произошло, видел ли он Деву, что она в итоге сказала. А вдруг все чувства, которые были между нами, я придумал? Может, для нее и вправду все было приключением, и только мне вдруг потребовалось больше, чем две недели. Ослепленный своими эмоциями, своей тоской, желанием, я думал прежде всего о себе, ни на минуту не представляя, что испытывает ко мне Дева. Неужели из нас двоих только я попал в сети долбанной влюбленности? Ведь малышка задавала вопрос, не боюсь ли я влюбиться по истечении двух недель. Глупец, смеялся, а в итоге влип по самое не хочу.

— Ты ее видел? — Откладываю сигарету и зажигалку в сторону, переплетаю свои пальцы, положив руки на стол.

— Видел. — Отец затягивается и медленно, через ноздри выпускает дым, по-прежнему с легким прищуром меня разглядывая.

— И?

— Попал на ее помолвку. — У меня все внутри обрывается. Как так?

— И?

— У тебя словарный запас закончился? — иронизирует отец, затягиваясь. — Конечно, меня бы никакая помолвка не остановила. Я ведь тебе дал слово.

Сразу же чувствую облегчение и улыбаюсь. Отец сдержал свое обещание, сейчас скажет мне, где Дева, куда за ней ехать. Хотя, может, он уже договорился с ее отцом о свадьбе? Неужели в саму Канаду мотался?

— Увидел давно забытых родственников. — Тушит в пепельнице сигарету, тянется еще за одной. Я непонимающе на него смотрю, наблюдаю, как забирает зажигалку и вновь прикуривает.

— Ты в Канаде нашел забытых племянников?

— Неважно, где я их нашел, факт в том, что встретил племянницу, дочь своего старшего брата. Я раньше не особо поддерживал родственные отношения с братьями, слишком мы были непохожие и цели в жизни у нас были разные. Мой отец высылал им какие-то деньги, потом эта обязанность по умолчанию перешла ко мне, но мы не звонили друг другу по сто раз на день. Пару раз в год на праздники созванивались, и все. Каждый жил своей жизнью.

— У тебя и без братьев хватает близких родственников, взять тех же самых детей и внуков, — смеюсь, перебивая смехом предчувствие плохих новостей.

— Вот именно, Саит. У меня своих забот хватало, не до расспросов о жизни старшего и среднего брата было. А стоило, наверное, интересоваться, иначе бы не сидел сейчас перед тобой, не зная, что сказать.

— Что ты имеешь в виду? Хочешь сказать, что Дева вдруг оказалась нашей родственницей? — веселюсь от своего предположения, но улыбка застывает, когда вижу немигающий, серьезный взгляд отца.

— Нет! — Я хочу кричать, но из меня вырывается еле слышный стон. — Этого не может быть! Папа! — Я смотрю на застывшее лицо отца, надеясь, что он сейчас улыбнется и скажет, что проверял меня на вшивость.

— К сожалению, Саит. Ее мать — дочь моей племянницы, а та — дочь моего родного брата.

— Нет! Папа, этого не может быть! Ну, скажи, что провел генетический анализ, который отрицает всякое родство между семьей Девы и нами! Пожалуйста! — Я никогда отца не умолял о чем-то со слезами на глазах. Даже о желании иметь хищного домашнего питомца просил с серьезным выражением лица, приводя кучу аргументов, чем хорош тот или иной зверь. Сейчас у меня аргументов нет. Есть только некрасивая правда, от которой никуда не убежать.

***

— Саит, что-то случилось? — На пороге двухэтажного особняка меня встречает красивая брюнетка. Карина, жена брата Али. Она придирчиво окидывает внимательным взглядом с ног до головы, вопросительно изгибает бровь.

— Ничего ужасного, просто Али попросил заехать к вам домой и забрать документы, которые он забыл утром в кабинете. — Приобнимаю невестку, чмокаю в щеку. — Как дела?

— Хорошо, если бы мой муж еще не пропадал на неделю, было бы отлично.

— Он куда-то уезжал? Отец не говорил. — Мы заходим в дом и сразу же направляемся в кабинет.

— А чего ему говорить, если Али был с ним. И Азамат тоже. Странно, что тебя в эту компанию не взяли, вы между собой схожи интересами.

— Какими? — улыбаюсь, а сам задумываюсь. Али и Азамат ездили с отцом за Девой. Почему такая тайна и почему все вместе? Смотрю на Карину, вряд ли она в курсе, куда они улетали, но спросить можно.

— Ты за этим приехал? — показывает мне папку, я киваю. — Иногда порядок на столе играет на руку, я этим не могу похвастаться, — улыбается, заправив за ухо волосы.

— Ты творческая личность. Как идут дела в процессе создания очередного шедевра красками? — Подхожу к Карине, забираю папку. Вижу, как вспыхиваю ее глаза. Ей определенно приятно, что я интересуюсь ее хобби, пусть и просто из вежливости.

— Представляешь, мне сделали заказ нарисовать иллюстрации к одной детской книге, которая должна выйти в печати.

— Уверен, ты справишься с поставленной задачей, главное, чтобы Али тебя надолго не оставлял. Все же пока долетишь до Канады, потом обратно, кучу времени потратишь.

— А при чем тут Канада? Туда ему нет надобности летать.

— А куда он с отцом летал?

— В Россию, в Сочи. Потянуло их на родину, — смеется, я улыбаюсь в ответ. — Тебя не тянет на генетическом уровне в Америку?

— Нет. Не тянет. Я поеду, нужно завезти бумаги брату, иначе он не сможет провести собрание среди сотрудников.

— Саит! — Оборачиваюсь почти возле двери. — Приезжай к нам на ужин как-нибудь. Мы сейчас так редко видимся. Когда все жили под одной крышей, мне безумно нравились семейные завтраки и ужины, теперь этого немного не хватает.

— Предложи отцу купить большой участок и построить огромный дворец для всех, но и так, чтобы у каждого был личный угол. Он тебя поддержит в желании собираться каждый вечер за одним столом.

— А это идея! — Карина смеется, я ей подмигиваю и ухожу.

Уверен на сто процентов, что, если жена Али и озвучит отцу идею построить дворец, он не придет в восторг. Не потому, что у него не хватит денег или не найдется земля, а потому что отец отвык от большого количества народа у себя перед глазами вне рабочего времени. Одно дело, если переедут дети, но переедут же и их дети, а это постоянный шум и гам. Пока в доме с лихвой хватает громкого Азата, особенно, когда он смотрит футбол. Фиг с этим дворцом, главное, что Карина проболталась, куда летал отец с братьями. Значит, Россия. Дева говорила, что ее дед из этой страны, что она на каникулы приезжала к нему. Остается только выяснить точный адрес и фамилию малышки. Родственники? Мне хватило одной бессонной ночи, проведенной в интернете, чтобы понять, что наша родственная связь почти условна. Видимо, есть еще какая-та причина, почему отец против Девы. Возможно, какие-то давние обиды между братьями, но пусть сам разбирается с этим прошлым, главное, не гробить мое настоящее и будущее. Дева не выйдет замуж ни за кого, кроме меня. И я ее сам заберу из страны, увезу в Сингапур, и мы будем жить вместе. Отец будет против? Пусть делает, что хочет, меня не затруднит и в Канаду переехать и сменить образ золотого мальчика на обычного парня.

— Где тебя черти носят? — В своей приемной меня встречает Али, почти выдергивает папку из рук. Я иду следом за ним в кабинет, сажусь возле стола. Кладу руку на столешницу и начинаю барабанить. Некоторое время брат не обращает на меня внимания, но вдруг переводит взгляд с бумаг на мои пальцы, потом смотрит в глаза.

— О чем ты хочешь со мной поговорить? — Складывает руки в замок, сосредотачивается на разговоре. Я усмехаюсь, отзеркалив его позу, разворачиваюсь к нему всем корпусом.

— Например, о поездке в Россию. Как там погода? — Али не меняется в лице, только поджимает губы. Он даже глаза не отводит в сторону. Отличная выдержка, только и я неробкого десятка.

— Я тебе ничего не расскажу, Саит. — Скрещиваемся взглядами, как шпагами. — Даже не начинай этот разговор.

— Хорошо, я тебя понял, — улыбаюсь, встаю. Чувствую, как Али в упор смотрит мне в спину, пока я иду к двери. Как только берусь за дверную ручку, окликает:

— Саит, ради бога, не лезь туда, куда не стоит лезть. Не создавай дополнительных проблем.

Горько усмехаюсь, не оборачиваюсь, молча покидаю кабинет. Последний год я только и слышу от брата, что создаю лишние хлопоты, проблемы, заставляю родителей беспокоиться. Такое впечатление, что, кроме меня, никто в семье не косячил, и все родились правильными и нудными.

Раздраженный и злой, прохожу мимо идущего мне навстречу Азамата, не здороваюсь с ним. Слышу, как идет за мной. Не успеваю нажать кнопку вызова лифта, как это делает брат вместо меня. Стоит за моей спиной, не лезет с вопросами. Как только стальные двери распахиваются, мы вдвоем заходим в лифт. Я поворачиваюсь к нему, угрюмо рассматриваю его темный костюм цвета горького шоколада. В молчании доезжаем до первого этажа, сворачиваю в сторону парковки, но Азамат хватает меня за локоть и тянет в сторону кафе.

— Два кофе без сахара, — заказывает он у баристы, проходя мимо миловидной девушки. Выдергиваю руку, он подталкивает меня к столику в самом углу, где рядом нет ни столов, ни стульев. Азамат идет за заказом, возвращается с двумя чашками, одну ставит передо мной.

— Рассказывай, какая муха тебя сегодня укусила с утра пораньше? — Сверкает глазами, пытается выглядеть беззаботным и веселым, но встретившись с моим тяжелым взглядом, перестает улыбаться.

— Саит, что случилось?

— Ничего существенного, продолжай делать вид, что ничего не произошло. — Залпом выпиваю ещё не остывший кофе, морщусь, чувствуя, что обжегся, но встаю из-за стола. Азамат хватает за руку и удерживает меня.

— Сядь! — приказывает, дергает меня назад, но я стою на месте. Вздыхает, сквозь зубы добавляет: — Пожалуйста.

— Зачем? Чтобы выслушать, что ты мне ничего не скажешь? Я уже это от Али услышал. Можете и дальше молчать и слушаться отца, я сам как-нибудь найду Деву. Наше родство — седьмая вода на киселе, бред этим аргументировать отказ!

Брат внимательно смотрит мне в глаза, хмурится, я вижу, что он в чем-то сомневается и борется с самим собой. В итоге вздыхает, словно проиграл этот бой.

— Саит, сядь, пожалуйста, — спокойно просит, и приходится уступить. Азамат сразу же достает из внутреннего кармана ручку, выдергивает из салфетницы салфетку. Включает свой мобильный телефона и что-то с него переписывает. С любопытством смотрю на его писанину, пытаясь догадаться, что он пишет.

— Если отец узнает, моя голова полетит с плеч, но я понимаю твои чувства. — Двигает в мою сторону салфетку, осторожно ее беру и читаю. Адрес. Вскидываю глаза на брата, вопросительно на него смотрю, так как не очень понимаю, что дает мне полученная информация.

— Это адрес, куда мы приезжали за твоей девушкой. Она живет у своего дяди, он нам не родственник, но через сестру названный брат, но это неважно. Из того, что я увидел и услышал, сделал вывод, что девушку за кого-то сосватали.

— Спасибо, брат! — Хватаю его за руку и крепко сжимаю. — Ты настоящий брат!

— Только предупреждаю, какое-то время тебе придется выживать самостоятельно, пока отец не успокоится. Он сразу же заблокирует карточки, узнав, куда ты удрал. Поэтому снимай наличку, много налички. Деньги тебе пригодятся. Не звони какое-то время домой, не свети документы, просто исчезни с радаров.

— Ты меня этими страшилками не пугай, словно боевик пересказываешь, — смеюсь, пряча в карман салфетку с адресом. — Отец не монстр какой-то, посердится немного, потом забудет, по какой причине сердился.

— Ты его недооцениваешь, Саит. Я тебя предупредил, дальше дело твое, верить мне или нет.

— Все будет хорошо. — Широко улыбаюсь, встаю из-за стола. Хлопаю Азамата по плечу, он перехватывает мою руку и сжимает ее, словно боится отпустить. Делает над собой усилие и позволяет мне уйти.

Брат очень помог мне сейчас, но при этом поселил в душе какое-то тревожное чувство. Чувство того, что сказанные им слова — настоящая правда, но привычка оказывается сильнее. Все же отец никогда мне не перекрывал кислород. Даже в ситуации с Люсьеном я обошелся всего ли депортацией в Сингапур и выговором. Никакого наказания — ни физического, ни морального — не было. И все же к предупреждению Азамата я прислушиваюсь, в ближайшем банкомате снимаю часть налички, но сумма не огромная, дабы не вызвать у отца подозрений.

***

В России я был один раз, когда мне было шестнадцать лет и мама захотела мне показать Красную площадь, Москву-реку, Большой театр. Она почему-то думала, что это все меня впечатлит, хотя отец иронично заметил, что вряд ли мне так интересно смотреть на то, что мне незнакомо. Россия для меня чужая страна, для меня она не родина, но русский язык знаю. Читать русских классиков мне сложно, но для повседневной жизни мой уровень знания языка вполне пригоден.

До Москвы долетаю без приключений. Мне нет нужды покидать аэропорт. Нужно только найти здание внутренних перелетов, с чем справляюсь не сразу. Прохожу регистрацию, покупаю себе кофе, так как чувствую, что дефицит сна в последние дни может на мне сказаться в самый неподходящий момент. Пишу Азамату смс о том, что до столицы долетел, жду посадку на рейс в Сочи. Только он знает, куда я рванул, благодаря ему я узнал, что отец на пару дней улетает в Лондон, его не будет дома. Это самый удачный момент, чтобы быстро собрать вещи, чмокнуть мать в щеку и без объяснений улететь из страны. Теперь мне нужно будет выключить свой мобильник, разобрать его, а по прилету в южный город купить местную симку и телефон, благо для этого уже не требуют документов. Азамат настоятельно рекомендовал мне как можно меньше светить паспортом. Из-за этого пришлось вместо приличной гостиницы бронировать какой-то подозрительный отель, больше похожий на хостел.

Два с половиной часа до Сочи, мягкая посадка, яркое солнце. Беру такси у местных «ловцов», называю адрес, куда мне нужно ехать, чтобы оставить вещи. С интересом разглядываю незнакомый мне город, качая головой. Кто бы мог подумать, что отец и мать из этих краев. Теперь понятно, откуда у папы любовь к морю, он всю жизнь прожил возле него. За мамой особой тяги к воде не наблюдается. Когда такси подъезжает к неприметному зданию, понимаю, что жить я тут не буду. Прошу водителя отвезти меня к нормальной гостинице, где точно будет кондиционер и горячая — холодная вода. Так я оказываюсь в районе Имеретинской набережной возле приличной гостиницы.

Лето, пик отдыхающих просто зашкаливает. Приходится какое-то время ждать в очереди, прежде чем я подхожу к ресепшену и улыбаюсь приятной блондинке по имени Альбина.

— Добрый день, чем я могу вам помочь?

— Добрый день. Мне нужен одноместный номер. — Постукиваю паспортом по стойке, девушка, сохраняя вежливую улыбку на губах, сосредоточенно смотрит на экран монитора.

— К сожалению, у нас остались только люкс-номера. Вам подходит?

Первый порыв согласиться, но вспоминаю наставление брата про необходимость экономить деньги. Отрицательно мотаю головой, подхватываю свою дорожную сумку и ухожу. Благодаря прохожим и вывескам, я нахожу еще несколько гостиниц и отелей, но везде мне предлагают дорогие номера. Ночевать на улице не хочется, хоть и не пугает, однако мне везет. Отель, который находится на четвертой, наверное, береговой линии, не особо броский, стоящий в сторонке от туристической тропы, заполнен не до конца. Милая Рита с веснушками на носу радостно сообщает, что одноместный номер с кондиционером есть в наличии. Получив ключи, поднимаюсь на второй этаж. Комната с одной кроватью не поражает воображение, но для ночлега вполне сойдет. Кидаю сумку на пол, иду в ванную, чтобы принять душ с дороги. Потом поспать, а вечером прогуляться до магазина мобильной связи для покупки симки и телефона.

***

— Все нормально, Саит? — Азамат переживает, чувствует себя соучастником моего побега. Я улыбаюсь. Все же этот брат по духу всегда был мне ближе, чем остальные. Именно к нему я должен был сразу пойти, а не к Али. Али с каждым годом все больше становится похож на отца, не удивлюсь, если однажды он и станет им, только в другом обличье.

— Нормально. Правда, не всегда с первого раза понимаю, о чем мне тут говорят, приходится просить повторить и говорить помедленнее. А где вы тут жили? Может, мне ради интереса съездить к этому дому?

— Я сейчас и адрес не вспомню, — смеется брат. — Будь осторожен, я не прощу себе, если с тобой что-то случится. Саит, звони, если поймешь, что не справляешься, просто позвони. Я тебя выручу.

— Спасибо, думаю, все будет хорошо. Ладно, будем на связи.

— Пока. — Отключаемся. Некоторое время смотрю на заполненную до отказа набережную, усмехаюсь. Без поддержки руки быстро опускаются, а когда за твоей спиной стоит хоть один человек с верой в твои силы, можно покорить все что угодно. Отважился бы я самостоятельно рвануть в Россию за Девой? Да. Только вот, если бы меня не предупредили о том, что надо снимать наличку, не показывать часто паспорт, отец быстро меня нашел бы. Сейчас я вот задумываюсь о том, чтобы с Девой доехать до соседнего города на автобусе. Может быть, и дальше поедем на автобусе, потому что так можно запутать следы. Уверен, за ней тут же кинется вдогонку разгневанный жених. Я бы точно кинулся.

Мой взгляд цепляется за девушку, которая со спины очень похожа на Деву. Внутри меня сейчас локатор, который распознает знакомые силуэты. Выпрямляюсь, как бойцовский пес, встаю в стойку, внимательно слежу за девушкой. Она уверенно направляется в сторону палаток, где продают мороженое. Не выдерживаю, иду следом. Встаю позади девушки.

— Два пломбира и один с малиновым вкусом. — Этот голос вызывает у меня стайку мурашек на спине. Оглядываюсь по сторонам, нигде на горизонте не маячат знакомые морды, которые как-то уже познали силу моего кулака.

— Один шоколадный, — вдогонку произношу, заставив тем самым посмотреть на себя продавца и девушку. Не в силах долго удерживать серьезное лицо, улыбаюсь. Мне не нравится видеть в темных глазах панический страх, не нравится, как она тоже оглядывается назад, как я сделал сам это только что.

— Саит! — выдыхает, закусывая нижнюю губу. Ее дыхание вместе с морским бризом, с вечерними лучами солнца касается моих губ. До зуда в руках хочется к ней прикоснуться, обнять, прижать к себе. Хочу ее целовать здесь и сейчас, вновь ощутить ее податливость и готовность нырнуть со мной в любой омут с головой.

— Привет. Я так понимаю, ты здесь не одна?

— Я пришла с сестрами, они меня ждут с мороженым, уверена, они смотрят на нас, — поглядывает куда-то за мою спину, я сдерживаюсь, чтобы не повернуться и не посмотреть, как далеко находятся сестры, чтобы успеть схватить Деву и удрать с ней.

— Дай мне свой номер телефона. — Достаю новый мобильник, в ожидании смотрю на Деву. Она качает головой, расплачивается за свое мороженое, я тоже протягиваю деньги. Отходим в сторонку.

— Дедушка забрал у меня мобильник, сестрам не разрешается давать мне телефон. Я еле их уговорила вырваться погулять по набережной, надоело быть в заточении. Но где-то рядом Омар.

— Омар? — удивленно вскидываю брови, смутно догадываясь, о чем сейчас пойдет речь.

— Да. Это тот самый парень, у которого ты меня в Лондоне отбил. За него меня дедушка выдает замуж, но я не хочу! Веришь? Не хочу! Мне бы папе позвонить! — Тут ее глаза вспыхивают, ее интересует мой мобильник. Я без всякой просьбы протягиваю телефон ей, прикрываю спиной от возможно всевидящих глаз сестер и этого придурка Омара. Забираю у Девы мороженое, она благодарно мне улыбается. Стоять возле нее и смотреть на ее сосредоточенное лицо — сейчас мне вполне этого достаточно, для большего счастья мне нужны прикосновения, поцелуи, объятия. Чуть позже.

— Блин, не отвечает! Черт! Черт! — ругается вслух, потом под нос бубнит что-то, непонятное для меня. — Саит! Попробуй дозвониться до него сегодня. Отца зовут Александр Земцов. Он, скорее всего, с первого раза не будет с тобой разговаривать, но уговори его выслушать себя. Маму звали Лейла. Это как пароль, возможно, подействует. Скажи ему, что дед меня силой удерживает в доме дяди и против моей воли выдает меня замуж, он поймет. Свадьба через неделю!

— Как через неделю? — изумляюсь, хватаю Деву за плечи. Сдерживаюсь, чтобы не встряхнуть.

— Скажи спасибо своему отцу! — сердито цедит сквозь зубы, выворачивается.

— Дева… Это полная чушь про родственные связи.

— Все, Саит, мне пора, я вижу Жасмин, и она идет сюда. — Отпихивает меня в сторону, громко заявляет подходящей сестре: — Рассказывала, как проехать к морскому порту. Может, попробуем уговорить дедушку отпустить нас на морскую прогулку?

— Меня укачивает, так что нет. Ой, мороженое уже почти растаяло. Пошли, Дева, нас уже ждут. — Деву берут под локоть и тянут в противоположную от меня сторону. Она оглядывается через плечо, подмигивает и выразительно смотрит на телефон в моих руках. Я ободряюще ей улыбаюсь. Думаю, что ее отец мне будет союзником в борьбе против деда и жениха.