25 глава

Саит

Просторный зал для переговоров наполнен приятной прохладой. На столе, как и положено, стоят стаканы, стеклянные бутылки с минералкой. Очаровательные девушки поспешно раскладывают напротив каждого стула чистые листы бумаги, ручки и карандаши. Я и мое сопровождение приехали чуть раньше назначенного времени, но меня никогда не смущала суета подготовки. Есть время еще раз проанализировать информацию, связанную с возможным будущим сотрудничеством с Полом Каром и его компанией.

Строительный бизнес нашу семью заинтересовал относительно недавно. Пять лет на международном рынке — ничтожно мало. Сначала отец вкладывал инвестиции в сферу строительства в Эмиратах, очень долго ему было неинтересно вливать деньги в заграничные проекты. Однако Али сумел его переубедить, и первой страной, которая получила ощутимую поддержку в сфере строительства, стала Турция, потом Россия, постепенно интересы начали смещаться на Запад. Почти три года назад мне торжественно вручили бразды правления отделом международных инвестиций в сфере строительства. Почти сразу, как только я вернулся с отцом в Дубай из Сочи, где оставил часть себя, свои мысли, свою память.

Хмурюсь, разглядывая графики доходов компании Пола за последний квартал. Этот отчет мне сегодня утром прислали из офиса в Дубае. Накануне перед встречей я запросил побольше подробностей о финансовых делах, дотошность в поиске информации о своем возможном партнере — это от отца. Тот такие скелеты может достать из шкафа человека, что он на них сам будет дивиться.

— Всем доброе утро! — В зал заходит улыбающийся Пол, я встаю из-за стола, пожимаем друг другу руки.

На секунду задерживаюсь на его лице пристальным взглядом, но потом отвожу глаза в сторону. Давить силой взгляда будем потом, для начала нужно послушать условия, которые подготовил Пол, рассчитывая на сотрудничество со мной. Когда от него пришло письмо с предложением к взаимодействию, я заинтересовался сразу. Канада еще неизведанная для нашего семейного бизнеса страна. Большинство проектов направлены на Дальний Восток, большой акцент делается на Китай, Сингапур и на другие страны по соседству. Европа и Соединенные Штаты, Канада и Мексика братьев и отца не очень интересовали, мне же, напротив, хотелось в этой стороне поработать. Именно поэтому на письмо Пола Кар ответил лично, а чуть позже выяснилось, что в свое время мы учились вместе, но были на разных курсах и факультетах.

— Время — деньги, поэтому приступим к обсуждению договора, который должен быть для всех нас выгоден, — Пол ни на минуту не прекращает улыбаться, думая, что своим позитивным настроем подтолкнет меня к положительному решению. Я вежливо растягиваю губы в улыбке, киваю в знак согласия.

Пока соловьем заливается главный архитектор, разрабатывающий проект торгового центра, на который они сейчас ищут деньги, я отсылаю полученный отчет своим людям по внутреннему приложению. Делаю вид жуткой заинтересованности, пока главный юрист и мои помощники изучают новые данные.

Против воли бросаю украдкой оценивающий взгляд на Пола. Обычный мужчина ближе тридцати с большими амбициями. Уверенное выражение его лица, прямой взгляд и очарование подкупают, он располагает к себе, если ему это нужно. Наверное, именно поэтому рядом с ним такая сногсшибательная Дева Скок. Невесту Пол выбрал себе ровню, я ради интереса поинтересовался в мировой сети, кто эта девушка. Не модель, не певица и даже не золотая девочка, живущая за счет богатого папы. Папа у нее богатый, но красавица зарабатывает себе на жизнь самостоятельно, трудясь на благо семейного бизнеса. Теперь, зная, что Кар почти банкрот, его влюбленность в жгучую брюнетку кажется мне игрой в чувства. Интересно, сама Дева в курсах дел своего жениха?

— Как тебе такое предложение, Саит? — Пол всем корпусом поворачивается ко мне. Я не спешу с ответом, потом медленно поднимаю глаза и внимательно на него смотрю. Он начинает заметно нервничать, сглатывает, кадык дергается.

— Нет, — аккуратно выравниваю карандаш и ручку по нижнему уровню листа.

— Что? Но… — В зале ощутимо потяжелела атмосфера, обстановка мгновенно накалилась. Из растерянного Пол перевоплощается в гневного товарища, сверкает глазами. Кулаком только не стучит по столу.

— Что значит «нет»? Условия идеальны для всех, проект не требует никаких доработок, место для застройки подобрано, договоренности о разрешении уже есть. — Повышенный тон Кара мне не нравится, я не привык, чтобы со мной разговаривали в требовательной манере, но делаю над собой усилие, чтобы не рявкнуть в ответ. Побеждает тот, кто держит злость в себе, а крикун сначала проорется, потом почувствует себя виноватым и начнет извиняться.

— Что случилось? — резко переходит с крика на спокойный тон Пол, поджимая губы. — Ты ведь не просто так изменил свое решение, в последнюю нашу встречу мне показалось, что мы пришли к согласию.

— Так и было до сегодняшнего утра. — Я нажимаю на иконку «отправить письмо» в планшете, почти сразу же мобильный телефон несостоявшегося партнера издает узнаваемый звук входящего сообщения. Несколько секунд уходит на то, чтобы Пол ознакомился с содержанием письма. Вскидывает на меня глаза, поднимает руку к вороту рубашки и ослабляет узел галстука.

— Вы не могли бы нас оставить наедине? — глухо говорит он присутствующим, зная, что все сейчас встанут и выйдут из зала. Мои люди вопросительно на меня смотрят, я кивком головы показываю, что все под контролем, паниковать нет повода.

Как только за последним человеком закрывается дверь, Пол откидывается на стуле, еще больше распускает галстук и расстегивает две пуговицы на рубашке. Тянется к бутылке с минералкой, наливает воду в стакан и трясущейся рукой подносит его к губам.

— Когда и как ты об этом узнал?

— Явно не вчера, — иронизирую, усмехаясь. — Это не столь важно, Пол, главное то, что я не буду заключать с тобой контракт.

— Это мой последний шанс, Саит, выбраться из того дерьма, в которое я попал.

— Меня твое дерьмо совершенно не волнует, и я не буду вкладывать деньги в возможно провальный проект. Ты в долгах как в шелках, но почему-то продолжаешь уверять окружающих, что все в порядке.

— У меня семья, на меня куча людей работает, я не могу всех оставить без средств к существованию. Есть хоть что-то, что может заставить тебя изменить свое решение?

Его молящий о помиловании взгляд меня не трогает, я бы встал и ушел, тем самым ответив на его вопрос. На роль спасителя не претендую и ангельских крыльев за спиной не имею, но чем больше я смотрю на Пола, тем отчетливее понимаю, что именно могу у него потребовать в обмен на свое согласие. Кто-то скажет, что это непрофессионально и выходит за рамки делового поведения. Плевать. Когда я чего-то хочу, я готов по головам идти и переступать через принципы и мораль.

— Я хочу твою невесту.

Если бы мне какой-то мажор в лицо заявил, что он хочет трахать мою невесту, от него мокрого места не осталось бы. И плевать было бы мне на договоренности, на шанс спасения своей задницы в мире бизнеса, когда на кону честь любимой женщины.

Выдерживаю изумленный взгляд Пола, собираю свои вещи и встаю. Отец всегда говорил, что нужно чувствовать момент, когда стоит уйти, дабы противник почувствовал желание тебе ответить, чтобы за ним осталось последнее слово. Этот совет действует и с женщинами. Ты заявляешь свои намеренья, через минуту уходишь, и со стопроцентной гарантией на основе личного опыта заявляю: девушка побежит вслед, чтобы громко согласиться или не менее громко отказаться.

— Саит! — окрик Пола застает меня возле двери. Улыбаюсь матовому стеклу, но тут же заставляю улыбку исчезнуть с губ.

Оборачиваюсь к Кару с невозмутимым видом, словно не я только что сделал непристойное заявление. Приподнимаю вопросительно бровь, холодно разглядывая разнервничавшегося все еще возможного партнера. Уверен на семьдесят процентов, что Пол продаст свою очаровательную невесту с потрохами, и именно сегодня я окажусь между ее очаровательных сексуальных ножек. Мне все еще непонятно, откуда у меня ментальная потребность в этой девушке. И черты лица… смутно знакомые, словно ранее мы виделись. Но где? Я бы запомнил такую красотку, потому что мое тело на нее очень остро реагирует.

— Ты ведь пошутил? Ты же не всерьез сейчас сказал о том, что хочешь Деву?

— Я редко шучу, Пол, природа не наделила меня чувством юмора. И вполне серьезно говорю тебе, что хочу трахнуть твою невесту в обмен на выгодный тебе контракт. Я могу себе позволить такую прихоть. — Мои слова заставляют Пола передернуться от отвращения.

— Да пошел ты! — выплевывает Кар, трясясь от гнева. — Я лучше позволю себе обанкротиться, чем соглашусь на такую сделку!

— Твое право, — равнодушно пожимаю плечами. — Мое предложение в силе до сегодняшнего вечера. Если не передумаешь, передашь Деве, что жду ее в семь в отеле, в котором остановился. Название ты знаешь.

— Чертов ублюдок! — шипит злой Пол, когда я отворачиваюсь и открываю дверь. Оскорбления меня не трогают, потому что слабые люди только на это и способны.

Перед залом переговоров толпятся люди Кара и мои подчинённые, едва я закрываю за собой дверь, все в ожидании смотрят на меня. Не глядя по сторонам, прохожу через человеческий коридор, слыша за спиной перешептывание сотрудников Пола. Они, видимо, в курсе положения дел, поэтому делятся прогнозами, что будет дальше. Мне лично до бизнеса Пола Кара дела нет, но вот его невеста — Дева Скок — по-прежнему цепляет и дико манит. Я не перестаю о ней думать даже сейчас, что на меня очень не похоже, так как я всегда делил личное и рабочее.

Прерывает мои размышления телефонный звонок. Я как раз подхожу к лифтам в полном одиночестве. Ненавижу с кем-то ехать в кабине, об этой странной прихоти в компании знают, поэтому сотрудники держат дистанцию и не стремятся зайти в лифт вместе со мной.

— Алло.

— Как прошли переговоры?

— Ты прекрасно знаешь как, ведь твои же люди прислали отчет.

— Неужели ты ему не сделал интересное предложение, от которого Пол Кар не мог бы отказаться?

— Если ты хотел выкупить его бизнес, надо было об этом говорить прямо, папа, а не намеками. — Слышу в трубке тихий смех, улыбаюсь сам, зайдя в лифт. Прислоняюсь спиной к стенке, смотрю на меняющиеся цифры.

— Я подумаю над этим предложением, а пока, сын мой, жду тебя в ресторане при отеле, в котором ты остановился.

— О, ты в Канаде? — удивляюсь, так как о том, что отец собирается ехать в Канаду, никто не говорил.

— Более того, я тут с твоей мамой.

— Буду через полчаса в отеле.

Вечер обещает быть интересным, так как я подсознательно жду Деву, при этом с удовольствием проведу свободное время в компании родителей. Мы очень редко бываем втроем, можно по пальцам пересчитать такие моменты, хотя мама в детстве практиковала дни «мама одного ребенка». Отец первые пять лет мной занимался, работал из дома, но когда родились двойняшки, вернулся в компанию на полный рабочий день. Мне его стало жутко не хватать, а потом я привык. Я не сомневаюсь в отцовской любви. Постоянно чувствую его желание защитить, помочь, но даже черная дыра в моей памяти не может скрыть того, что где-то между нами произошел раскол.

У меня нет важных дел, из-за которых я должен отложить ужин с родителями. Приезжаю в отель, захожу в ресторан и почти сразу нахожу столик, за которым сидят те, кто дал мне жизнь. На секундочку задерживаюсь, чтобы полюбоваться смеющейся мамой, которая спустя хрен знает сколько лет по-прежнему смотрит на отца с обожанием. Его возможно любить только без оглядки и ни о чем не задумываться, иначе сомнения, червяк ревности будут точить изнутри. Чего скрывать, папа видный мужик, хоть уже давно почтенный дед и прадед. Молодые девки поведутся на его банковский счет, а вот женщины, знающие толк в мужчинах, распознают в нем неоднозначную личность, которая подобна сложному ребусу.

Иногда в середине какого-нибудь семейного праздника ловлю себя на мысли, что наша огромная семья вертится вокруг одного человека: отца. Он подобен Солнцу во Вселенной, а все остальные — планеты со своими спутниками.

— Надеюсь, вы решили устроить себе романтический круиз. — Подхожу к столу, мама вскидывает на меня глаза. Нагибаюсь, чмокаю ее в щечку, она пытается поймать мои руки и усадить рядом, но я успеваю увернуться. Протягиваю руку для пожатия отцу, он привстает, пожимает, слегка приобнимает и хлопает по плечу.

— Мне кажется или ты немного подрос? — голубые глаза лукаво смеются, я смеюсь в ответ.

— Если только вширь, в этом отеле отличный ресторан, еда бесподобна. — Присаживаюсь между родителями, одариваю улыбающуюся маму сияющей улыбкой. — Ваш визит для меня полная неожиданность!

— Я уговорила твоего отца прихватить меня с собой в деловую поездку, чтобы я могла устроить себе смену обстановки.

— А с кем остались двойняшки?

— Ты думаешь, у нас мало нянек? — Мы все втроем смеемся. Вопрос, с кем оставить детей, чисто риторический. Азат и Алия с удовольствием гостят у старших братьев и сестры, больше общаясь со своими племянниками и племянницами, которые им ближе по возрасту.

К нам подходит официант, и какое-то время все заняты выбором блюд. Я все время чувствую на себе острый взгляд отца, который и не пытается скрыть свое беспокойство.

— Со мной все в порядке! — миролюбиво улыбаюсь, как только мы вновь остаемся втроем. Отец качает головой, но поджимает губы. Он с моим утверждением не согласен.

— Саит, раз мы затронули тему твоего самочувствия, я узнала, что в Чикаго есть замечательный нейрохирург. Я вчера с ним созвонилась, в следующем месяце есть свободное время для консультации, мы тебя записали. — Мама обезоруживает меня одной своей мягкой улыбкой, я злюсь, что лезут ко мне без спроса, но не могу вспылить, встать и уйти. Знаю, что хотят как лучше.

— Дорогие мои родители, я понимаю, что вы действуете во благо, но достаточно.

— Саит…

— Нет, мам, — сжимаю ее ладонь, сдержанно улыбаюсь. — Врачи не волшебники, они не могут по щелчку пальцев вернуть мне память. Радуемся тому, что я забыл лишь несколько месяцев, словно их вычеркнули из моей жизни.

— Простите… — Мама резко встает и удаляется от стола, я провожаю ее фигуру тяжелым взглядом до тех пор, пока она не исчезает из поля моего зрения. Поворачиваюсь к молчаливому отцу. Мы встречаемся глазами, он усмехается, тянется к бокалу с водой.

— Почему она не смирится с положением дел?

— Потому что она мать, Саит, и переживает за тебя. Я тоже переживаю

— Я считаю, что мне не стоит пытаться вернуть воспоминания, — задумчиво беру вилку и кручу ее в руке. Чувствую, как щека горит, слегка поворачиваю голову, отец сверлит меня нечитаемым взглядом. Склоняю голову на бок, прищуриваюсь.

— Знаешь, пап, если я все вспомню, то ни к чему хорошему это не приведет. — Только дернувшийся уголок губ подсказывает, что отец напряжен и внимательно меня слушает. — Иногда мне снятся странные сны.

— Сны? — хрипло переспрашивает отец. — О чем они? Ты говорил о них со своим психотерапевтом?

— Мне снится девушка. Я не вижу ее лица, но мы вечно с ней куда-то бежим, убегаем от кого-то, но в этом побеге чувствуем себя счастливыми. Думал, что это чувство возможно только во сне, но недавно я его испытал рядом с девушкой, с которой познакомился на одном мероприятии здесь.

— Здесь? — Если бы я не смотрел на отца, не заметил бы, как он слегка побледнел и крепче сжал ножку бокала с водой.

— Пап, с тобой все хорошо? Ты побледнел.

— Со мной все в порядке. Ты говоришь, что познакомился с девушкой здесь, в Канаде? Когда? Как ее зовут? Из какой она семьи?

— Эй, погоди, не гони лошадей, — смеюсь, отец напряженно улыбается. — Я не собираюсь на ней жениться, так… — усмехаюсь, хитро взглянув на родителя, — развлечься.

— Кто она? — дотошный интерес отца к Деве Скок, на которую я сейчас ему намекал, настораживает. Отец секунду изучает мое лицо, но сразу же расслабляется и, как ни в чем ни бывало, улыбается. — Если вдруг что-то серьезное, не забудь для начала познакомить нас.

— Я пока не планирую «долго и счастливо».

— А стоит! — замечает подошедшая мама. Я и отец внимательно рассматриваем ее спокойное лицо. Раньше она не стеснялась плакать из-за моей потери памяти, но позже мама поняла, что слезы никому не нужны, и мне в первую очередь.

Напряжение за столом слегка ослабевает, когда официанты приносят наш заказ. За едой разговор крутится в основном вокруг семьи, обсуждаем всякую ерунду, которая не носит никакой смысловой нагрузки. Когда нам подают десерт, шутим с мамой по поводу того, у кого вкуснее окажется кусок бисквитного торта, отец в это время лениво рассматривает присутствующих в зале. В отличие от меня и мамы, он равнодушен к сладкому. Вдруг он резко ставит чашку с чаем, отодвигает стул и встает. Недоуменно вскидываю на него глаза, запихиваю ложку с кусочком торта в рот. Отец ни на кого не смотрит, его взгляд устремлен поверх моей головы. Без объяснений идет к выходу из ресторана, я оглядываюсь через плечо и замечаю, как он хватает какую-то темноволосую девушку и уводит ее подальше от дверей ресторана. Кто это? Почему эта незнакомка заставила моего отца вдруг оставить семейную трапезу?