36 глава

Саит

— Я думаю уговорить Деву осесть в Эмиратах.

— Сомневаюсь, что она согласится, Саит, но пробуй, — голос отца в телефонной трубке звучит сухо и почти официально. Совсем не на такой тон я рассчитывал, когда ему звонил. Мне хотелось посоветоваться с ним по поводу дальнейшего будущего моего, Девы и сына, но отец отказался вмешиваться.

— Не хочешь мне рассказать, что между тобой и Девой произошло? К сожалению, моя память по-прежнему не желает возвращаться в прошлое до конца.

— Тогда заполни свою память новыми воспоминаниями, а о прошлом пора перестать тревожиться. Нет там ничего такого, о чём тебе следует знать.

— Пап, я женюсь на ней, и вы будете общаться друг с другом, хотите вы этого или нет.

— Я буду только рад видеть такую девушку в нашей семье. Маме она понравится, это я тебе гарантирую. Она, наверное, каждую полюбит, кто будет любить тебя.

— А ты?

— Я? — Тишина в трубке напрягает, натягивает нервы до самого предела. — Я буду к ней с должным уважением относиться. Мне важно, чтобы ты был счастлив. Подожди, Саит. — Вновь возникает тишина, заставляющая меня на этот раз крепче сжать руль. Странная тревога скребется в груди, какое-то непонятное ощущение заставляет меня сильнее нажать на педаль газа.

— Все хорошо? Пароходы не затонули, заводы не взорвались? — жестко подкалываю, услышав дыхание отца.

— Письмо пришло из Сингапура, возникли небольшие трудности. Надо будет ответить. Ты Алию сегодня видел?

— Навещал. У нее, кстати, все отлично. Малышка довольна. Рада, что нет тотального контроля и охраны.

— Это она так думает. Девушка, с которой она живет в одной комнате под видом студентки, нанятый мной телохранитель. В случае, если к моей дочери пристанет какой-нибудь придурок, ее есть кому защитить. Я был бы спокоен, если бы она вышла замуж, а не училась.

— Пап, ей замуж совсем не хочется, ей нравится учиться. И твой сплошной контроль над каждым из нас переходит все разумные рамки. Откуда у тебя только эта мания — быть в курсе всего, что происходит? Мне действительно интересно, почему отец стал таким, какой он сейчас. Уверен, в моем возрасте у него были совсем другие интересы.

— Как доедешь до дома, позвони или пришли сообщение. Сколько бы деткам годков ни было, для родителей они все те же слюнявые карапузы. Со временем ты меня поймешь, Саит, — впервые за весь разговор слышу в голосе отца смешливые нотки.

— Ладно, я позвоню, надеюсь, ты спать не ляжешь.

— Даже не рассчитывай. Матери не забудь завтра позвонить. И… Если не сложно, пришли ей фотографию Ричарда. Ей хочется увидеть внука.

— А тебе не надо?

— Я дождусь очного знакомства.

— До звонка.

— Пока.

Отключаюсь и почти сразу торможу возле дома, который снимает Дева. Смотрю на темные окна, перевожу взгляд на приборную панель. Время восемь вечера, Ричарда обычно в это время купают и укладывают спать, чтобы в девять малыш уже видел третий сон. Судя по темноте в окнах, дома вообще никого нет. Тревога разрастается в груди до вселенских масштабов.

Выхожу из машины, торопливо иду к дому. Дергаю дверь, она заперта. Достаю ключи и захожу, включив сразу свет. Судя по порядку, Дева убралась. Направляюсь к спальне, распахиваю дверь, и мое сердце перестает биться. Кровать идеально заправлена, а в детской кроватке никого нет.

Дрожащими руками достаю из заднего кармана джинсов мобильный телефон, вызываю Деву и слушаю механический голос, сообщающий мне, что абонент вне зоны действия сети.

Где она? Где они, черт возьми!

В первое мгновение меня накрывает паника. Я не соображаю, что мне делать, куда звонить, кого спрашивать. По-детски хочется набрать отца и попросить решить возникшую проблему, но тут же отметаю эту идею.

Беру себя в руки и направляюсь на выход. За пару дней я приблизительно выучил прогулочный маршрут Девы, возможно, она с Ричардом решила перед сном прогуляться. Сын упрямый парень, если ему нужна прогулка, он ее получит, и не переубедишь его.

Проехав пару раз по улицам, всматриваюсь в прохожих, но не вижу девушку с ребенком. Остается только пройтись по магазинам и кафе, которые посещает Дева почти каждый день.

В продуктовом магазине меня ждет разочарование. Никто Деву сегодня не видел. В рыбном старик-продавец припоминает, что она заходила после обеда, брала стейки семги. Когда я захожу в кофейню, уже ни на что не рассчитываю, ощущение, что Дева вновь сбежала от меня с сыном или неожиданно провалилась сквозь землю.

— Добрый вечер. Мне черный кофе с собой. — Устало потираю переносицу, девушка-бариста принимает у меня карту. Я держу в руке телефон и без всякой надежды поворачиваю экран с фотографией.

— Вы сегодня видели эту девушку с ребенком?

— Девушку? — бариста всматривается в фотографию, хмурится. — Кажется, видела, толстовка похожая. Ребенок маленький, да?

— Да. Два года.

— Да, видела. Я как раз шла сюда на работу и услышала крик.

— Крик? — переспрашиваю, не совсем понимая, зачем Деве кричать.

— Да, она кричала, когда ее мужчина тащил к машине. Я очень удивилась, что они уехали, а ребенка оставили.

— Ребенка оставили? — Я чувствую, как у меня все внутри застывает от шока и ужаса. Где мой сын? Кто с ним? Что с ним? — А вы не знаете, что случилось с ребенком?

— К сожалению, нет. Ваш кофе, — на прилавок ставят бумажный стаканчик.

Желание стиснуть его в руке огромное, как и наорать на эту девушку за то, что она не попыталась остановить незнакомца, тащившего Деву против ее воли к машине, и не позаботилась о малыше, оставшемся на улице.

— Спасибо, — цежу сквозь зубы, вихрем вылетаю из кофейни, вбивая в поисковике слово «полиция» в этом городке. Мне сразу же показывают адрес, по которому я несусь на максимальной скорости и через пару минут оказываюсь возле участка.

Торопливо захожу в отделение, на меня сразу же все настороженно смотрят, а я рыскаю глазами по помещению в надежде увидеть Ричарда. А что если его здесь нет? Если его похитили отдельно от Девы? Мне бы только добраться до того урода, что заставляет меня, любимую и сына пройти эти круги ада, своими руками сверну ему шею.

— Сэр, вам помочь? — Передо мной возникает полноватая женщина в форме, испытующе заглядывает в глаза. Я не сразу фокусирую на ней взгляд, так как меня все еще потряхивает от нарастающего гнева, который вот-вот потребует выхода.

— Мальчик… Маленький. Два года. Сегодня его на улице оставили. Темненький такой… — сбиваюсь, не зная, что еще сказать представителю закона. — Я не знаю, в чем он был одет. Он был с матерью. Мне сказали, что ее насильно какой-то мужик увез, а ребенка оставили на улице.

Самообладания у меня совсем нет, как и хладнокровия, потому что в голове крутятся совсем нерадостные картинки, от которых я потихоньку начинаю звереть.

— Спокойно. Давайте присядем. Воды дать? — Меня увлекают к стульям, заставляют сесть. — Девушка вам жена?

— Жена. Будущая. — Кто-то всучивает мне в руки стакан с водой, я не замечаю, кто именно.

Смотрю перед собой. Найду этого ублюдка, закопаю живьем, и пусть его рот забьется землей, пусть живым гниет. Сука. Знать бы, где искать Деву и похитителя! Как спасать и карать, разберусь на месте.

— А мальчику вы кем приходитесь? — Вскидываю голову: все та же женщина-полицейский стоит возле меня. — Отец?

— Отец.

— А документы у вас с собой есть?

— Документы? — Черт! По документам я Ричарду никто, процедура восстановления отцовских прав только предстоит. — А он у вас?

— Вы не ответили на мой вопрос.

— А вы — на мой! — Вскакиваю на ноги, швыряю стаканчик в урну. — Где мой сын? — Сужаю глаза, холодно всматриваясь в подозрительно прищуренные глаза женщины. В игре «кто кого пересмотрит» я одерживаю победу.

— Идите за мной.

Меня ведут по коридорам, открывают застекленную дверь и пропускают внутрь. В комнате, находятся еще две женщины, но не они привлекают мое внимание. На диване, завернутый в плед, лежит Ричард. Облегченно вздыхаю, буквально падаю на колени, разглядывая личико спящего сына. Видимых повреждений нет, возможно, только напуган и поэтому сейчас крепко спит.

— По-моему, Крис, тут даже ДНК-тест не нужно проводить, похожи как две капли воды, — слышу позади себя приглушенный голос.

Да, ДНК-тест не нужен, потому что это мой сын. А моя женщина в руках покойника, только он об этом не знает, хотя жить ему осталось совсем недолго.

***

— К сожалению, без документов мы не можем отдать вам ребенка. Извините, — женщина-полицейский, которая привела меня в кабинет к Ричарду, сочувственно улыбается. — Вашу жену ищут. Мы обязательно ее найдем.

— Спасибо, — единственное, что могу из себя выдавить.

Никто из присутствующих даже не догадывается, какая буря бушует в моей груди. Мало кто из них предполагает, что перед ними потенциальный убийца. Или будущий псих. Не знаю, бывают ли такие, но темное, не поддающееся контролю желание уничтожить растет во мне как снежный ком. Мне бы только добраться до ублюдка, удерживающего Деву. А там я придумаю, какую кару ему выбрать.

Смотрю на спящего сына, вздыхаю. Ричард так сладко спит, что хочется пристроиться рядом и охранять его сон. Мой маленький сын, моя кровь. Мы еще не настолько близки, как мне бы хотелось, но ради него я весь мир переверну с ног на голову, если потребуется. Всегда буду рядом с ним, чтобы в случае чего протянуть руку помощи. Позади него, если вдруг оступится и будет падать. Впереди него, чтобы расчищать ему дорогу в будущее. Никогда его не оставлю.

Вздрагиваю. Перед глазами предстает картина, как он маленький стоит один на дорожке и плачет, испытывая панический страх, так как рядом нет ни мамы, ни меня. От этого я сильнее злюсь и стискиваю корпус мобильного телефона.

Похититель поплатится за каждую слезу сына, за каждую минуту, которую Ричард пережил в страхе, а Дева в переживаниях. Этот урод не подозревает, что, посягнув на мое, он подписал себе смертный приговор. Никакие его объяснения, мольбы не изменят мое намерение, мне бы только до него добраться. Остается лишь узнать, где он прячет Деву.

Вспомнив про мобильник, смотрю на черный экран и ругаю себя последними словами. Господи, как же я сразу не додумался? Я же недавно установил приложение по поиску телефона и связал свой сотовый с Девиным. Понятно, что в стрессовой ситуации логика включается не сразу, но сколько бы я себе сэкономил нервов и времени, загляни в приложение сразу!

С замиранием сердца наблюдаю, как на карте маячок определяет местоположение телефона. Еще секунда, и вскакиваю с дивана, вчитываясь в названия улиц. Уменьшаю карту, понимаю, что Деву увезли в другой населенный пункт в сотне километров от того города, где сейчас нахожусь я. Прикидываю в уме, сколько мне потребуется времени, чтобы доехать. Часа два, если гнать с превышением скорости. Тут мрачное предположение нависает над ожившей надеждой найти Деву. Что если мобильник выкинули и я проезжу впустую? Об этом думать совсем не хочется.

Кто же, блядь, Деву похитил? Этот вопрос меня гложет не меньше мысли, где она. Сомневаюсь, что Пол: у бывшего жениха кишка тонка, да и не будет он так грубо нарушать закон не своей страны. Тогда кто? Люди отца? Зачем? Чтобы меня с Девой разлучить? Бред сивой кобылы. Если он хотел нас развести в разные стороны, не стал бы давать мне адрес, где меня ждала Дева. Тогда кто?

От мыслей и вопросов раскалывается голова. Я все еще смотрю на экран телефона и на маячок, с отметкой мобильника Девы. Остается только ехать по карте и на месте понять, выбросили сотовый или он в руках похитителя. На его месте я бы все личные вещи выкинул еще на выезде из города, но очень надеюсь, что такая светлая мысль в его голову не пришла.

Поправляю плед на Ричарде, он вошкается, но, к счастью, не просыпается. Мне его сейчас не отдадут в рамках закона. Можно было бы позвонить отцу, поднять на уши брата Ахмета и всю его юридическую компанию. Вызвать всех в Англию, и мне бы через пару минут после приезда адвокатов семьи Каюм отдали сына на руки без каких-либо вопросов. Только в сложившейся ситуации Ричарду безопаснее всего какое-то время находиться в участке под присмотром милых тетушек, которым, оказывается, нравится возиться с малышами. И пока они будут заниматься моим сыном, я успею смотаться по маршруту маячка. Будет счастье, если вернусь за Ричардом уже с Девой через пару часов. О том, что сделаю с уродом, стараюсь конкретно не думать. Точно по душам с ним разговаривать не стану.

Осторожно, стараясь не разбудить сына, поправляю плед и на цыпочках выхожу в коридор. Буквально сразу же, нос к носу сталкиваюсь с мисс Гринь, той самой женщиной, которая меня встретила на пороге отделения.

— Мисс Гринь, — вымученно улыбаюсь, она вопросительно приподнимает бровь. — У меня к вам небольшая просьба.

— Мальчика отдать не могу. Не положено.

— Нет-нет, я сейчас не об этом. Пожалуйста, присмотрите за Ричардом, мне нужно отъехать по делам.

— Надеюсь, за документами, — поджимает губы. — Учтите, мальчика завтра же передадут опеке, если вы не предоставите подтверждения своего отцовства или не объявится мать. Мы вообще не имеем права оставлять здесь ребенка.

— Я вас услышал. Но вы тоже поймите, невозможно по щелчку пальцев найти человека, местонахождение которого неизвестно ни полиции, ни мне. Передав ребенка в опеку, вы подвергнете его новому стрессу.

— Езжайте по своим делам, моя смена заканчивается в восемь утра. Учтите, жду вас самое позднее в девять и… Я по-человечески вас понимаю, но и вы поймите меня тоже, я подневольный человек.

— В восемь я буду. Только по максимуму оттяните вопрос с опекой, — очаровательно улыбаюсь, включая харизму на полную мощность. Мисс Гринь качает головой, но смотрит снисходительно. Пользуясь моментом ее благосклонности, торопливо выбегаю на улицу к машине. У меня не так уж много времени до утра.