ГЛАВА 3.

Прошло ещё полмесяца. К соседям Влада так и не попала, она всё время была занята на работе, а когда приходила домой, была занята уже дома. Но сегодня ей, придётся, всё же просить о помощи. Хорошо, что в новостройках люди обычно не чванятся и помогают друг другу, чем могут. Соседи же. А с соседями надо дружить. Правда, шум перфоратора у них уже стих, зато стук молотка не прекращался и Влада надеялась, что перфоратор они никуда не дели.

Просто на днях ей доставили холодильник. Хороший, двухкамерный, с автооттайкой и большой морозилкой на три корзины. Ушла на него третья часть зарплаты, но Влада нисколько не жалела. Вещь эта для долгого пользования и с ней будет удобно экономить на питании (в смысле готовить самой и не заказывать доставку). Но была одна «мелочь», которая не позволила Владе самой подключить агрегат: место, куда она хотела поставить холодильник, было далеко от розетки. Пробрасывать удлинитель Влада не хотела. Она хотела сразу сделать правильно и удобно, а не разбрасывать по квартире «сопли» из проводов. Поэтому собиралась попросить соседа проштробить в стене канал под кабель и ещё одну трёхгнездовую розетку. А зашпатлевать и подкрасить потом шов в цвет стены Влада могла и сама. Невелика премудрость.

Оглядев ещё раз себя в домашнем наряде и не найдя никакого криминала в мягких серых бриджах и пудровой футболке с зайцем, Влада решительно нажала кнопку звонка соседней двери. На этаже было шесть квартир: три по одну сторону от лифта, три по другую. Она отвлеклась, рассматривая створки лифта, которые были залеплены скотчем. Им обещали, что лифт начнёт работать сразу с заселением, но пока этого не произошло. Влада на свой пятый этаж поднималась легко и об этом не переживала до момента привозки холодильника. Так как грузчики стребовали сто пятьдесят за этаж. А грузовой лифт тоже ещё не работал. И вот уже два дня Влада ворчала вместе со всеми жильцами. Солидарность в действии, блин. Она вздрогнула от неожиданности, когда дверь соседей бесшумно распахнулась и мужчина в строительных очках резко и требовательно произнёс:

– Ну?

– Э-э, – несколько растерялась Влада от такого неприкрытого неудовольствия, но быстро собралась и вежливо спросила: – Я слышала у вас работающий перфоратор. Это ваш инструмент?

– Ну, мой, – всё так же резко ответил мужчина. – А в чём дело?

– Видите ли, – Влада старательно улыбалась, – я ваша соседка, и она махнула рукой в сторону своей квартиры. – Мне привезли холодильник, но возникла необходимость проштробить канал для кабеля и розетки. Не поможете? Я заплачу, вы не беспокойтесь.

– Я не беспокоюсь, – мужчина изучающе поглядел на Владу, буквально пройдясь по ней взглядом с головы до ног.

И Влада вдруг остро почувствовала, что футболка уж слишком её облегает, рельефно вычерчивая грудь и талию, а заяц уж слишком легкомысленный, да и хвост на голове не добавляет серьёзности.

– А муж, что же? Не умеет? – небрежно поинтересовался мужчина.

– Некогда ему, занят очень, – неизвестно почему ответила Влада.

Да просто взбесила её такая непробиваемая самоуверенность. «Жаль, – даже мелькнула у неё мысль. – Самые ближние соседи и так неудачно».

– Ну, так я могу рассчитывать на помощь? Или лучше не терять времени? – нетерпеливо спросила Влада.

– Лучше не теряйте, – всё также небрежно ответил мужчина и хлопнул перед её лицом дверью.

– Хам, – глядя в глазок спокойно сказала Влада и вернулась в свою квартиру.

Заявку на мастеров она оставила на сайте управляющей компании и решила больше никогда не иметь дела с этими соседями. Если муж такой, то ещё неизвестно какая жена у него. Лучше от греха подальше. «Здрассте – до свиданья» и хватит. Жаль, что она не рассмотрела его лица из-за этих огромных очков. Ну, да ничего: не придётся и вид делать, что не узнаёт.

***

Время бежало быстро и незаметно. Только что был сентябрь и тёплое бабье лето и вот уже конец октября, пасмурно, голые деревья и мерзлая земля без снега. Казалось бы, при такой погоде и настроение должно быть не очень. А у Влады, наоборот, на душе было легко и светло. Она буквально летала и коллеги даже в шутку поинтересовались, не влюбилась ли она.

Нет, не влюбилась. Просто стала по-настоящему свободной и ПОНЯЛА это. Она никому ничего не должна! Как это, оказывается, здорово. Остался долг за квартиру, но он тает с каждым месяцем, и Влада надеялась, что к лету рассчитается полностью. Последнее время её доход от интернета возрос в несколько раз и это радовало.

С обстановкой в комнате она пока не спешила. А вот кухня уже была готова полностью. Недорогой, но красивый и удобный гарнитур уже занял своё место. Холодильник исправно работал там, где Влада определила ему место. Красивые шторы, чайный сервиз, набор столовой посуды – всё заняло свои места. Удобный мягкий кухонный уголок располагал к вечерним посиделкам. Всё было недорогое, но выбрано с любовью и желанием. Всё радовало взгляд и примиряло Владу с предстоящими ещё трудностями.

Такой трудностью теперь для неё стало оснащение ванной комнаты. Вообще-то, кафель на стенах здесь уже был и плитка на полу тоже. Всё же квартира продавалась «под ключ». Но Влада хотела заменить ванну на душевую кабину с глубоким поддоном. Стиральную машину тоже хотела поставить в ванную, но при сохранении там полноразмерной ванны это было невозможно. Она, вообще, всё в новой квартире подстраивала под себя и не стеснялась своих хотелок. Но временами, на неё накатывала грусть. Она вспоминала дочь, внучку, даже своего умного и сдержанного зятя и остро ощущала в этот момент своё одиночество.

Однако, наступало утро и Влада мчалась на работу, отвлекалась на повседневные заботы и грусть проходила. С дочерью Влада созванивалась регулярно раз в неделю. Два раза она приезжала к ним на выходные и гуляла с Лизой. Дала им свой новый адрес, но в гости пока не звала: хотела устроить новоселье, когда всё будет сделано.

И за всё это время Влада ни разу не встретила своих соседей. Даже всякие шумы у них прекратились, как будто там никто и не жил. Раза два у неё мелькнула мысль о них, но не задержалась в голове. Таких соседей Влада не жаловала и не собиралась с ними знакомиться ближе. Молчат и ладно. Даже хорошо.

Сегодня у неё на работе была запарка. Коммерческие заказы сыпались один за другим, и она едва успевала набирать по списку. А ведь были и такие, где никакого списка не было, а только тема и тут уж ей надо было искать литературу и набирать полностью самой. Этим она как раз и была занята, когда её позвали к кафедре выдачи литературы.

Перед новенькой молодой сотрудницей стоял мужчина выше среднего роста, крепкого телосложения, с гладко выбритым лицом. На вид Влада дала бы ему лет сорок. Но она могла и ошибиться. Он мог быть моложе, просто выглядел очень серьёзно, даже сурово.

– Владилена Марковна, господин Скворцов желает техническую документацию на старую модель вертолёта, а такого скана ещё нет. Вы не могли бы сделать его срочно? Господин Скворцов торопится.

Влада оглядела этого Скворцова с недовольством. Если она сейчас отвлечётся от большого заказа, то потеряет время и сегодня уже может не успеть его выполнить. Вот не любила она такие форс-мажоры. С другой стороны, отказать в просьбе клиенту она тоже не имела права. Что-то в этом мужчине показалось ей знакомым, но что – сразу и не сообразишь.

И вдруг она вспомнила: в хранилище работала молодая женщина – Скворцова. Это её муж, наверное. Только где его Влада могла видеть? Хотя это и неважно. Жена – это же хорошо. Сейчас Влада всё решит.

– Господин Скворцов, что же сразу не сказали, что ваша жена здесь работает? Я сейчас выпишу вам пропуск в хранилище, и жена сделает вам нужную копию.

У Скворцова брови полезли вверх, но Влада на него уже не смотрела. Она набирала по внутреннему телефону архив и уже приглашала Скворцову на кафедру.

– Всего хорошего, господин Скворцов. Надеюсь. Ваша проблема скоро разрешится, – и Влада со спокойной совестью вышла, ни разу не взглянув на всё более удивляющегося Скворцова. А тот покачал головой, чему-то улыбнулся и остался ждать «свою жену».

И только вечером, сдавая ключи от отдела, Влада узнала, что их Скворцова совсем не жена господину Скворцову: они просто однофамильцы. Но господину Скворцову скан нужных чертежей всё же сделали. Влада посмеялась вместе с коллегами над забавной ситуацией и забыла о ней. До вечера.

Потому что вечером, где-то уже после восьми, раздался звонок в дверь и, заглянув в глазок, Влада с удивлением увидела за дверью господина Скворцова. Без вопроса она открыла дверь и озабоченно спросила:

– Что случилось? – почему-то ей показалось, что её отдел в чём-то провинился перед Скворцовым и он пришёл выяснять отношения.

– Здравствуйте, Владилена Марковна, я ваш сосед и пришёл извиниться и познакомиться, – с этими словами Скворцов вынул руку из-за спины и поднёс Владилене небольшой красивый букетик гербер разного цвета.

Мило, конечно, но непонятно. А всё непонятное Владу обычно настораживает. И она, не принимая пока букета, автоматически спросила у Скворцова:

– Сосед? Какой сосед?

– Ваш сосед из соседней квартиры. С перфоратором, – уточнил он, видя, что Влада не совсем его понимает, и настойчиво протянул ей букет.

Сосед? Который нагрубил ей и отказал в помощи – это и есть Скворцов?! Ну, и шутки у судьбы! Но, когда до Влады дошёл этот факт, она, игнорируя протянутый букет, молча и решительно захлопнула дверь перед носом мужчины. Вот, так! Нечего тут!

Постояла ещё немного под дверью, ожидая нового звонка, но на площадке было тихо. Видимо, Скворцов ушёл к себе. Влада тоже ушла в кухню и приступила к работе. Временно, пока жилая комната не была ещё готова, она работала на кухонном столе и ей было даже удобно. На угловой скамье она постелила вязаную крючком длинную дорожку, положила валик вместо подушки и устроилась просто по-царски: то сидя за столом, то лёжа на скамье с ноутом на животе.

Про Скворцова она почти забыла. Почти, потому что совсем забыть не получилось. Если в последнее время у соседей было тихо, то сегодня они решили, наверное, наверстать упущенное и стук молотка вперемежку с каким-то шарканьем слышался весь вечер. Владу это хотя и раздражало, но не сильно, так как она понимала, что в новостройках строительный шум – неизбежное явление минимум три-четыре месяца. Правда, к полуночи шум стих и Влада спокойно улеглась спать.

А утром, выходя из квартиры, она столкнулась со Скворцовым, который как будто подстерегал её у лифта. Лифт заработал и этим вызвал у жильцов необыкновенную радость, но Влада продолжала настырно ходить пешком и вверх, и вниз.

Как только она вышла на площадку, Скворцов ринулся к ней и перекрыл проход на лестницу.

– Владилена Марковна! – воскликнул он. – У нас как-то неправильно началось знакомство. Позвольте мне исправить положение и начать всё заново?

Влада остановилась. Она тоже за ночь поостыла и решила, что надо было принять извинения от соседей. Всё же худой мир лучше доброй ссоры. Поэтому сейчас она вежливо улыбнулась Скворцову и протянула руку для пожатия:

– Владилена Марковна Горева, – представилась она.

Влада после развода оставила фамилию мужа, чтобы не менять лишний раз все документы и бумаги.

– Скворцов Павел Петрович, – церемонно ответил сосед.

– Очень приятно, – отзеркалила Влада. – А ваша жена?

– Какая жена? – непонимающе переспросил Скворцов. – А-а, из вашей библиотеки! Нет, эта милая женщина мне не жена. Честно говоря, я вообще не женат.

«Милая женщина?!» – вдруг разозлилась Влада. Она сразу убрала дежурную улыбку с лица и решительно шагнула к лестнице.

– Простите, Павел Петрович, но мне пора. Не хотелось бы опаздывать. У нас, знаете ли, строго с этим.

– Конечно-конечно, – отступил Скворцов и добавил ей вслед. – Влада, можно вас пригласить вечером в кафе?

– Можно, – ответила Влада уже с лестничного пролёта и, не оглядываясь больше на Скворцова, заторопилась вниз.

Шагов за собой она не услышала, только поняла, что заработал лифт. «Какой неженка, – подумала она о соседе. – На лифте катается». Но в этот момент она уже открывала дверь подъезда и мысли о Скворцове отошли в сторону, уступив место мыслям о работе. Однако, она поторопилась забыть о мужчине. Потому что теперь он поджидал её у дверей подъезда.

– Разрешите проводить вас? – подал он ей руку. – И прошу, обращайтесь ко мне по имени, – уточнил мужчина.

– Хорошо, Павел, – согласилась Влада, убирая от него свою руку и ускоряя шаг. – Простите, я на самом деле спешу и иду быстро. Мне действительно сейчас не до разговоров.

– Понял, – сосед замолчал и сосредоточенно шагал рядом с Владой до выхода из двора.

Потом он щёлкнул брелоком сигнализации, стоящая неподалёку машина приветливо замигала фарами, а Скворцов учтиво предложил:

– Поедем?

И Влада вдруг подумала: «А, что такого? Почему бы и не воспользоваться любезным предложением? Не каждый день её мужчины до работы довозят. Собственно, это вообще с ней случается впервые». И она согласно кивнула Скворцову:

– Поедем!

Всю дорогу сосед рассказывал ей, как он рад, что купил квартиру в этом доме. Как он устал скитаться по городкам и как хорошо, что теперь, когда он вышел на пенсию ему удалось осесть в этом городе. «Разговорчивый» – хмыкнула про себя Влада. Заодно поведал, что родни у него нет, родители ушли уже лет пять как, что он был поздним ребёнком и до сих пор не женился, потому что не хотел быстро разводиться.

В общем, каждый его перл вызывал у Влады либо вопрос, либо недоумение, но спросить она решилась только про пенсию. Уж слишком молодо выглядел мужчина для пенсионного возраста.

– А почему так рано вы пошли на пенсию? – осторожно поинтересовалась Влада, боясь этим вопросом обидеть человека.

– Да, пенсия это я так сказал, для красного словца, – усмехнулся Скворцов. – На самом деле я уволился из авиации по зрению и теперь не летаю. А не летаю, значит, пенсионер, – подвёл он итог.

– А на чём вы летали? – тут же заинтересовалась Влада, стараясь отвлечь мужчину от неприятной темы «пенсии».

– Я вертолётчик. Пятнадцать лет проработал на Севере в гражданской авиации. Но до пенсии ни по выслуге, ни по возрасту ещё не дошёл. Пришлось уволиться и перейти в наземную службу: ремонт и обслуживание вертолётов. Поэтому и заходил в библиотеку за старыми чертежами. Ремонтируем мы сейчас один раритет, а технических документов на него нет.

– Понятно, – отстранённо заметила Влада.

Они уже подъезжали к библиотеке, и Павел аккуратно пристроил свою «ауди» на местной парковке.

– Ну, так что, Влада? Вы не передумали? Мы встречаемся вечером? – спросил он, открывая ей дверь машины.

– Встречаемся, – решилась Влада, по крайней мере, наладят нормальные соседские отношения, подумала она.

– Тогда я заеду за вами, – широко улыбнулся Скворцов и теперь уже лихо развернувшись, влился в поток машин на проспекте.

Влада проводила его машину глазами и, неизвестно чему улыбнувшись, поспешила на работу. Сегодняшний Скворцов ей понравился. Но, конечно, затевать какие-то особые и близкие отношения не стоило, несмотря на явные намёки со стороны мужчины. Просто этот Скворцов был моложе неё, а такие отношения кратковременны. Влада же хотела надёжности, устойчивости, долговременности. Даже не долговременности, а навсегдашности. Но где же её эту навсегдашность встретить? Эх-х!

Рабочий день, как всегда пролетел незаметно. Но к вечеру Влада почему-то озаботилась своим внешним видом, хотя раньше у неё не было никаких комплексов по этому поводу. Честно-честно! Ни в молодости, ни в среднем возрасте. Она была шатенкой невысокого роста со стройной фигурой. Не красавицей, но очень миловидной девицей, женщиной. Может, ей повезло с генами, но Влада даже косметикой пользовалась очень редко. Исключительно «на выход». И только недавно начала подкрашивать брови и губы каждое утро. Про кремы, пудры, тени она знала лишь то, что они существуют. Но вот маникюр делала регулярно. Сама. Всё же она с людьми работала. Зато Влада очень любила красивую и удобную обувь и на это денег не жалела. Но и носила её подолгу, привыкая к колодке и не желая заменять туфли, даже если они потеряли первоначальный лоск.

Долго размышлять ни о чём Влада не привыкла и, озаботившись темой своего внешнего вида, направилась в гардеробную библиотеки. Там с незапамятных времён стояло большое трюмо, в котором можно было рассмотреть себя со всех сторон. Как-то в последнее время Владе было не до зеркал и то, что она сейчас увидела несколько озадачило женщину.

Во-первых, она похудела. Это, конечно, чувствовалось по одежде, но увидела себя в полный рост и ощутила это наглядно, Влада впервые. Теперь её фигура стала ещё подтянутей и моложе. «Приятно» – решила Влада и продолжила осмотр дальше. Женщина в зеркале напротив в джинсах и клетчатой рубашке была кем угодно, но не заведующей отделом крупнейшей библиотеки города. «М-да, юбки что ли начать носить? А то как-то несолидно, – вынесла вердикт Влада. – В таком виде только в столовую можно зайти, но точно не в ресторан или пафосное кафе. Ладно, там видно будет». Потом она остановила внимание на лице. Ну, тут ничего нового: морщин нет и в зачатке, глаза карие без подводки, ресницы некрашеные. Вроде бы и не бледная, но общий вид неухоженный. Не то чтобы совсем плохо, но заметно уже. Это молодые девчонки могут не краситься совсем и будут выглядеть свежо. А ей уже надо приложить усилия для такого результата. Это Влада сейчас поняла вполне отчётливо. Но в общем и целом всё было более-менее нормально.

И так, Влада идёт на свидание с соседом, но стоит ли рассматривать эту встречу именно как свидание? Нет, конечно! Влада будет расценивать её просто как хозяйственно-деловую встречу. Так, на всякий случай. Вдруг пригодится, но помаду на губах она всё же освежила.

Ровно в шесть вечера она вышла из служебного входа и увидела на парковке машину Скворцова. Сам Павел Скворцов, размахивая руками, о чём-то увлечённо разговаривал охранником, который, кстати говоря, должен был стоять у главного входа, а не у служебного.

Заметив Владу, Павел, дружески пожал охраннику руку и заспешил ей навстречу.

– Добрый вечер, Влада! А я думал вы опять задержитесь, вчера ваша сотрудница, милая женщина, говорила, что обычно вы допоздна засиживаетесь.

«Опять эта «милая женщина», – невольно нахмурилась Влада. – Да, засиживаюсь! А куда деваться, если деньги нужны, а даром их никто не преподнесёт». Хорошее настроение сразу куда-то пропало, и Влада не очень приветливо спросила:

– О чём вы хотели поговорить, Павел?

Тот покосился на неё удивлённо, но радостно улыбаясь доложил:

– Я просто хотел с вами поближе познакомиться. Соседи же, – пожал он плечами.

– Просто соседей не приглашают для этого в кафе, – неуступчиво заметила Влада.

У неё, вообще, настроение неизвестно почему портилось буквально по нарастающей. И никакого кафе уже не надо, и знакомиться ближе со Скворцовым Влада уже не видела смысла. Но и резко обрывать разговор и уходить она посчитала неприличным. Поэтому вежливо улыбнулась спутнику и сказала:

– Извините, Павел, я совершенно забыла, что у меня назначена встреча. В общем, прошу меня простить, но кафе отменяется. Всего вам доброго, – и, быстро перебежав дорогу, Влада скрылась за дверями супермаркета, чтобы выйти уже на другой улице.

Павел ошарашенно постоял несколько мгновений, покачал головой, хмыкнул и медленно направился к своей машине. Что-то пошло не так, а что он пока не понял.

Влада же, купив по дороге кефира, творога и хлеба, вышла к остановке и уехала домой на маршрутке. Нет, она не капризничала и не ревновала Скворцова. С чего бы? Просто эта его фраза «милая женщина», сказанная дважды в адрес незнакомой женщины заставила Владу пристальнее всмотреться в себя. И увидеть, что сама она далеко не милая, не уютная и не пушистая. А жёсткая, властная, самостоятельная… Нет, не женщина. Скорее, экономка, без пола и возраста. Поэтому, да, правильным было первоначальное решение: «здрассте – до свиданья» и всё. Нечего вестись на пустые комплименты и ничего не значащие приглашения в кафе.

Эти невесёлые размышления всколыхнули такой огромный пласт душевных проблем, которые Влада с таким трудом запихивала поглубже, что, придя домой, Влада в кои-то веки не ринулась на вторую работу, а заварила себе чай с мятой и удобно устроилась на диванчике кухонного уголка. Надо было многое передумать, переворошить, принять решение и снова спрятать подальше. До нового такого случайного случая…

{Влада стала жёстче и грубее – это, во-первых. Хорошо это или плохо она пока не поняла. Во-вторых, она стала расчётливой и чересчур экономной. Не жадной, а именно экономной. Но опять же – чересчур. Вот сегодня, почему она была в рубашке и джинсах? А потому что не нашла в своём гардеробе приличной женской одежды. Всё женское и лёгкое, что у неё нашлось, давно вышло из моды. С другой стороны, до этого момента ей ничего подобного было и не надо. В-третьих, мотивы Скворцова были всё же непонятны. А попадать в непонятные и неприятные ситуации Влада избегала категорически.

Появилась у Влады и ещё одна проблема – Сергей. Собственно, эта проблема никуда и не девалась, просто маскировалась на время. Но в итоге Влада, кажется, освободилась от неё.

В последние две недели Сергей одолевал Владу звонками и смсками с просьбой о встрече. А, когда Влада всё же согласилась встретиться с ним в обеденный перерыв, он озадачил её просьбой:

– Ладушка, понимаешь какое дело, наша («наша» – отметила про себя Влада) Надежда как-то уж слишком явно напрашивается ко мне в постель. Что ты посоветуешь? – сконфуженно спросил бывший муж. – Я-то тебя люблю и тебя хочу рядом видеть.

Влада, аж онемела от такой непосредственности. Взрослый мужик спрашивает, что делать с женщиной?! Да, ладно! Но тут же до неё дошло, что подтекст здесь совсем другой: мол, поторопись, а то опять меня такого неотразимого уведут, а ты опять одна останешься. Ага! Поняла этот скрытый посыл, но от шпильки в адрес Сергея она всё же не удержалась:

– А ты у нас ещё девственник, ни разу ни одну бабу не имел и у меня многоопытной (аж целый один муж был) спрашиваешь совета? Не смешно самому-то? Нет, Серёж, с кем тебе спать, а кого на расстоянии держать – это ты, дорогой сам решай, – не дала ему оправдаться Влада. – Одно могу тебе посоветовать: прежде чем в загс идти – подумай. Да и без загса – тоже подумай. Люди могут меняться или раскрываться самым неожиданным образом. И ты учти, что Катя, Тимофей и Роман имеют равные права на твоё наследство. Так что думай сам: с кем, когда, зачем и за что, – усмехнулась Влада. – И знаешь, Серёж, забудь обо мне. Пятнадцать лет прошло, а ты тянешь и тянешь мне душу. Ты со мной меньше жил, чем со Светланой, её дети с тобой остались, а за советом ко мне бежишь. Самому не смешно?

– Не смешно, Ладка, – хрипло ответил Сергей. – Сейчас, когда за полтинник перевалило остро понял, что тебя только любил всегда. Только ты мне свет в оконце, Ладка! Делать-то мне теперь что?!?! – вскричал Сергей, невольно привлекая внимание посетителей недорогой столовой. – Не могу я без тебя, – чуть не шёпотом признался он.

– А я могу, – равнодушно ответила Влада, не ведясь на его надрывы. – Эх, Сергей! Плохая я бабёнка. Я, оказывается, не умею забывать предательство. Ты видишь, я даже разговариваю с тобой, бывала у тебя в гостях, шучу и ругаю… Но, Сергей, ты никогда больше не станешь мне родным и близким человеком. Никогда! А жить рядом с чужим мужиком из чувства какого-то мифического долга, я не смогу. И ты не сможешь. Перегорело всё, Серёжа. И, знаешь, что? Прощай!

Так они с бывшим мужем и расстались. Влада и телефон его удалила и думать забыла. Если надо что вдруг – у него дочь есть. Известят. Катя вот недавно говорила, что вроде пожениться они с Надеждой всё же хотят. Их дело. Влады это уже не касается.

А вот миляга Скворцов – касается.}

Вынырнув из воспоминаний и размышлений, Влада с удивлением заметила, что время приближается к полуночи. Зато она сумела разобраться с собой и с Сергеем (в мыслях, естественно). А со Скворцовым пока не получилось. Ну, да ничего страшного: они же соседи, встретятся всё равно как-нибудь. Но специально подстраивать и торопить эту встречу Влада не будет. Авось, проблема сама и рассосётся.

***

Его женщина чего-то испугалась и убежала. Просто сбежала от него светлым днём на виду у всех. Что она в чём-то не уверена и насторожена Павел понял сразу, только не понял причину. А, что это – ЕГО ЖЕНЩИНА понял ещё тогда, когда открыл дверь на звонок.

Что разговор в тот раз не задался, Павел не печалился. Всё исправимо. Он просто растерялся, увидев перед собой эту невысокую, тонкую, такую беззащитную женщину, которая тем не менее строит из себя уверенную и ВСЁ могущую даму. Поэтому и ответил несколько грубовато, но надеялся исправить первое впечатление о себе. Для этого и букетик на следующее утро, и приглашение в кафе… А, она – вон что! Просто сбежала!

Вернувшись домой, Павел воткнул розу, которую приготовил для женщины, в ручку двери Владиной квартиры, но звонить и надоедать не стал. Весь вечер он прислушивался, не раздаться ли звонок в дверь, но впервые за несколько месяцев в подъезде было тихо и пропустить звук звонка он бы точно не смог. М-да. Незадача.

Его библиотечная однофамилица – тихая, интеллигентная женщина отзывалась о Владилене Марковне с большим пиететом. И это понравилось Павлу. Ему почему-то хотелось, чтобы женщина, которая понравилась ему с первого взгляда была безупречна во всём. Однако, почти сразу он понял, что безупречности от Влады ему не дождаться. Но почему-то это понимание не вызвало у него недовольства, а, наоборот, стимулировало интерес и умиление.

Он не раз видел её из окна квартиры, встречал неоднократно, когда ехал на машине, правда, сама Влада этих мимолётных встреч не замечала, а взглядов из окна тем более не видела. Поэтому он пока не решался подойти, познакомиться ближе и извиниться. А, когда решился, оказалось, что это не так просто сделать.

Вначале он принял её за свою ровесницу. Особенно в первый раз, когда она в домашней одежде встала на пороге его квартиры: этот смешной заяц на соблазнительно облегающей футболке, этот девчачий хвост на макушке, маленький рост – всё вызвало у него немедленное желание помочь, оберечь, защитить… Но, он банально растерялся. И скрыл свою растерянность за нарочитой грубостью. Да ещё и Влада добавила негатива, признавшись про существование мужа, которому «некогда». Павел обозлился и нагрубил.

А потом библиотечная Скворцова сказала, что никакого мужа у Владилены Марковны нет. Она давным-давно в разводе. Но есть уже взрослая замужняя дочь и внучка. Павел даже опешил от таких сведений: замужняя дочь?! Внучка?! Но, когда Скворцова назвала количество лет своей коллеги, Павел поуспокоился: это нестрашно, вполне допустимо. Подумаешь, семь лет разницы. Да, вообще, ни о чём разговор. Она вон как молодо выглядит. Молодец!

Знавал он много семей, где мужик был старше жены и это не гарантировало крепкий брак. Или мужик был младше жены, и это тоже не панацея. Да и у ровесников не всё в порядке. Павел, хотя и был не так уж опытен в этих делах (ни разу не был женат), но подозревал, что крепость брака зависит не только и даже не столько от возраста, сколько от многих других факторов, главные из которых – любовь и уважение. По его мнению. И, дожив до тридцати восьми лет с такими убеждениями, Павел вдруг обнаружил, что он – холост! А все его друзья уже были женаты, некоторые и не по разу.

И вот, уволившись из авиации, Павел решил осесть в большом городе и, наконец, жениться. Если повезёт. Пока везло не очень. А тут ещё сестрёнка друга прилипла, и Павел никак не мог решиться отказать ей в надеждах. Неудобно было. Тем более, что друг его сюда и соблазнил, и помог в первое время Павел даже пожил у них с полгода, пока дом не начали заселять. И как теперь выпутываться из этой ситуации, он не представлял. И очень, очень не хотелось обидеть и потерять Владу.

Утром Павел опять опоздал встретить соседку на площадке. Она в последнее время как-то умудрялась избегать встречи с ним. Но зато заметил, что розы в дверях уже не было. И он понадеялся, что её не выкинули в мусорное ведро.

Сегодня после работы (он работал здесь на авиационном ремонтном предприятии), Павел собирался подъехать к другу и как-нибудь косвенно дать понять, что у него есть женщина, чтобы Оксана не питала никаких надежд. Но, кажется, он просчитался…

– О-о! Павлуша приехал! – радостно кинулась ему навстречу девушка и по-свойски, закинув руки ему на шею, крепко поцеловала.

«Слава богу, в щёку», – мелькнула паническая мысль у Скворцова, и он хотел поспешно отстраниться от девушки, но не смог.

Оксана, крепко держа его под локоть, повела во внутренний дворик за домом, где у друзей была построена основательная веранда с шашлычной и барбекю. Друзья жили в своём доме на окраине города и у них даже был небольшой участок, соток десять.

Павел поначалу тоже задумывался о своём доме, но оказалось, что новая двухкомнатная квартира обойдётся ему раза в два дешевле хорошего дома на земле. И хотя деньги у него были, Павел всё же остановил свой выбор на квартире, трезво рассудив, что в своём доме одному ему с хозяйством не справится. Земля, она ведь тоже требует заботы и работы.

Но у друзей он бывать любил. Во-первых, он прожил у них полгода, и они ни копейки с него не взяли. Однако, Павел в долгу оставаться не любил и частенько покупал продукты, предупреждая заказы Марины Васильевны – матери Виктора. Мясо, рыба, сыры, колбасы, деликатесы в холодильнике и морозилке были всегда, благодаря его вниманию.

Заметив, что у Марии Васильевны нет некоторых кухонных девайсов, он прикупил ей в подарок мощный блендер с удобной чашкой, компактную фритюрницу, да и по мелочи что-либо не стеснялся приносить. Женщина вначале стеснялась принимать эти подарки, но потом махнула рукой и обращалась уже с настырным другом своего сына, как с собственным ребёнком.

С Николаем Ивановичем, отцом Виктора, у Павла тоже сложились отличные отношения. С ним они прочно сошлись на любви к рыбалке. При этом, мужчина очень горевал, что его родной сын Виктор к этому увлечению абсолютно равнодушен.

Так что, когда Оксана завела его за дом, вся семья радостно воскликнула и все принялись по очереди обнимать и похлопывать его по плечу. Природа, как нарочно, подарила этот последний тёплый солнечный день. Дальше обещали уже серьёзные заморозки и снег.

Виктор тоже встретил друга радостно: Павел давненько у них не был в связи с переездом в новую квартиру.

– Пашка, чертяка! Совсем нас забыл. Остаёшься с ночёвкой без разговоров, – и с силой хлопнул друга по плечу. – Строитель хренов! Когда новоселье? – с предвкушением спросил он.

– Где-то недельки через две планирую, – уклончиво ответил Павел, с удовольствием отвечая на медвежьи объятия друга.

На самом деле осталось навести внешний порядок: прикупить шторы, покрывала, ковры-половички. И, честно говоря, Павел хотел просить помочь ему в этом Владилену. Поэтому и время назначил с запасом: опасался, что Владу придётся долго уговаривать.

Но неожиданно дело обернулось не лучшим для него образом. Мария Васильевна переглянулась с Оксаной и предложила ему:

– Павлик, а давай наша Оксанка тебе поможет лоск навести? Я так поняла там осталась женская работа, в основном. Завтра как раз суббота, Оксанка свободна. Приедете с утра, ты же всё равно у нас остаёшься, она там всё посмотрит, оценит и поможет. Не откажешь, дочка? – обратилась она к девушке.

– Да, кто ж ему откажет?! – игриво откликнулась Оксана, явно довольная подачей матери.

Николай Иванович только крякнул смущённо, глядя на то, как его женщины обхаживают Павла. Павел и ему нравился, но вот так напористо окучивать его мужчине было стыдно. Но, зная супругу и дочь, он предпочёл промолчать лишний раз. Виктор же и вовсе не заметил никаких нюансов. И за Оксанку был даже рад. Девчонке исполнился уже тридцатник, а личная жизнь никак на складывалась. Павла он знал давно и считал его прекрасным вариантом для сестры.

– Вить, а давай и ты с нами? – предложила она брату, понимая, что Павел один на один может уплыть из её сетей.

– Ладно! Чего не сделаешь для друга, – согласился Виктор, намереваясь в городе скрыться от парочки подальше.

Вечер в гостях продолжался. Павел шутил и разговаривал со всеми, но на душе поселилась тревога. Он предполагал возможную реакцию Влады, если она, не дай бог, встретит его с Оксаной. Но отказаться было совсем нельзя: люди сделали для него так много и отказ обидел бы их. Дела…