16

Варя

Машины с шелестящим шумом пролетали из стороны в сторону, расплескивая по асфальту свет от фар. Мои каблуки стучали в такт доносившейся музыки. Подруги, кутаясь в теплые кофты и курточки, накинутые на нарядные платья, озадаченно смотрели по сторонам, явно выглядывая меня. Тогда я прибавила шаг. И каблуки застучали еще громче и рассерженнее. Ну ладно, Кушнер объявил войну мне… Но девчонок зачем наказывать? Назар знал, что это еще больше выведет из себя. Гаденыш за два года изучил меня как облупленную.

Каролина первой заметила мое приближение. Негромко сказала что-то девчонкам, широко улыбнулась и замахала рукой. На подруге сегодня была яркая розовая юбка с перьями. Из-под короткой кожаной косухи виднелся лимонный атласный топ. А мама еще мой стиль называет экстравагантным… Я так торопилась осуществить возмездие, что на вечер оделась для себя слишком скромненько. Желтое платье в горошек с белым воротничком и туфли с змеиным принтом на невысоком каблуке. И хотя у платья был длинный рукав, захватить с собой вязаный кардиган все-таки не мешало. Но я второпях оставила его в коридоре на вешалке, а возвращаться уже было некогда.

— Ну, что тут у вас? — спросила я, подойдя к подругам и уперев руки в бока. Будто была прорабом на стройке и пришла проверить своих подчиненных, устроивших в мое отсутствие ЧП.

Каролина, Женя и скромная первокурсница Кристина из профкома, с которой мы сдружились в начале учебного года на ее посвящении в студенты, растерянно переглянулись.

— Не пускают, — жалобно проговорила Женя Никитина, которая, как и Каролина, училась со мной в одной группе.

— Как не пускают? — нахмурившись, спросила я, теперь уже будто строгий полицейский. — Кто так распорядился?

Я все еще надеялась, что произошло какое-то недоразумение, но Каролина бодрым голосом доложила:

— Кушнер. Это из-за Никитиной!

Я перевела удивленный взгляд на Женю. Подруга тут же округлила глаза:

— А я что? Я ничего не делала!

— Ага, как же! Это, наверное, из-за того скандала, когда ты в прошлый раз с бывшим поссорилась. Ты ж в него стакан запустила. Могла еще в кого-нибудь попасть… А сегодня все-таки мероприятие университетское… Ты, Никитина, позоришь наш факультет и профком!

Последнюю фразу Каролина произнесла с явным сарказмом в сторону профкома, подражая нашему занудному председателю, но Женя все приняла за чистую монету и надулась. Но что-то мне подсказывало, что Никитина здесь все-таки не при чем. Если б мы с ней не дружили, плевал бы Назар на ту ссору и на брошенный стакан. Ну, повздорили бывшие, с кем не бывает?

— Пойдемте разбираться, — кивнула я в сторону входа и первой направилась к дверям.

У входа стояли ребята с четвертого курса, тоже профкомовцы, отлично мне знакомые. Как только они увидели меня во главе с девчонками, которые за полчаса до этого уже пробовали попытать свое счастье, лица парней стали сочувствующими. Я сразу поняла, что поблажек мне ждать не стоит.

— Прости, Варюха, но было велено вашу компанию сегодня не пускать.

— Это кем это было велено? — сердилась я, сама прекрасно зная ответ.

— Назар так сказал.

— Чтоб не было, как в прошлый раз, — присоединился второй, кивнув на Никитину.

Женя смущенно потупила взгляд.

— Это вы что, серьезно, пускать нас не будете? — хрипловатым от возмущения голосом воскликнула я, сама себе почему-то напомнив Вовку в Тридевятом царстве, который ругался на двоих из ларца из-за мороженого, пирожного и конфет.

Больше всего меня возмущало то, что парни на входе были старшекурсниками и слушались какого-то Кушнера, который едва окончил второй курс.

— Ага! — ответили хором эти двое, действительно напомнив молодцев из старого мультика.

— Варюх, ты пойми, — начал один из парней, — для Назара важно, чтобы мероприятие прошло хорошо. Он сегодня за него головой перед председателем профкома отвечает.

— К тому же, сюда должен приехать кто-то из членов Евразийской ассоциации профсоюзов. — добавил второй. Девчонки стояли за моей спиной и молчали.

— Ну, все ясно, — махнула я обреченно рукой.

Повернулась к подругам и кивнула:

— Какой у нас план?

— Можно в тот прикольный бар на Гороховой зайти, — предложила Каролина, пожав плечами. — Помнишь, Варь, ты рекомендовала…

— И уступить Кушнеру? — возмутилась я.

— Мне не очень-то туда и хотелось, — тихо сказала Кристина, кивнув на вход. — Там слишком шумно… И всякие непонятные члены еще приезжают, из профсоюза… Скучища, наверное.

Никитина тоже поморщилась

— Ну уж нет, русские просто так не сдаются, — гордо произнесла я. — Идем в обход.

Вечеринку устроили в одном из учебных корпусов, где у нашего факультета пары никогда не проходили, поэтому на местности я ориентировалась неважно. Была здесь однажды, на прошлой вечеринке, и толком ничего не запомнила. А все потому что большую часть времени проторчала на улице с прикольным рыжим пареньком, который рассказывал о кристаллографии и образовании алмазов в недрах Нептуна. Чушь такая, но я слушала очень внимательно — рыжий был уж очень симпатичным. Тогда я даже скандал Жени Никитиной и бывшего пропустила. С метанием стаканов… В прошлый раз мне показалось, что на таких мероприятиях все-таки нечего ловить. Возможно, так было и в этот раз, но для меня стало делом принципа попасть внутрь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Девчонки, стуча каблуками, послушно побрели за мной, как гусята за матушкой гусыней. Мы обогнули корпус и попали в закрытый зеленый дворик. Вдоль расписанных баллонами стен растянулся зеленый заросший газон, к которому я тут же и направилась. Девчонки, чертыхаясь, побрели за мной. Каблуки неприятно застревали в земле.

— Не вляпаться бы во что-нибудь, — ворчала Каролина. — Варька, ты чего задумала?

Мой взгляд уже был устремлен к приоткрытому темному окну на первом этаже. Я шла целенаправленно, уверенным шагом, не глядя под ноги.

— Ну, что? Кто меня подсадит? — не оборачиваясь, громко спросила я.

— Может, правда, лучше на Гороховую? — жалобно спросила Кристина.

— Надо было сразу туда гнать, зачем ты Мечетиной позвонила? — недовольно спросила Женя у Каролины. — Еще и про Кушнера сказала. Он же для Вари как красная тряпка для быка.

Я в их споре не принимала участия. Лишь пялилась на окно, которое находилось достаточно высоко, и прикидывала, как туда можно залезть.

— Я думала, что будет весело, — в свое оправдание начала Каролина. — А Варя, как обычно, за свое…

— Помогите мне добраться до Кушнера и гуляйте на все четыре стороны, — откликнулась я. — А с меня потом всем по пицце с коктейлем.

— Ладно, — вздохнула Женя, первой сомкнув руки в замке. — Безвозмездно помогу. Мы же все-таки подруги.

— Только ты туфли сними, — сказала Каролина. — Я тебя в этих копытах поднимать не буду.

— Девчонки, нас заметят, тут люди ходят, ой, мамочки… — оглядываясь по сторонам, испуганно лепетала Кристина.

Пришлось выполнять просьбу Каролины и разуваться. Окно, на деле, оказалось еще выше, чем я рассчитывала. Кряхтя, девчонки подняли меня над землей. Я, ухватившись за подоконник, пыталась подтянуться. При этом почувствовала, как задралось мое желтое платье. Оставалось только молить бога, чтобы никто из знакомых в этот момент по дворику не прогуливался.

Туфли в руках только мешали, поэтому я, обернувшись, кинула их под ноги растерянной Кристине. Девчонки изнывали от тяжести. Вот я, наконец, подтянулась на руках и со страшным скрипом открыло окно. Заглянула внутрь. Сюда практически не попадал свет. Какое-то странное помещение: много скрученных в трубочку ватманов, огромных гипсовых голов и мольбертов. Первое, о чем я подумала: Агнии бы здесь точно понравилось.

Наконец я перекинула одну ногу, затем вторую… Спрыгнула на пыльный деревянный пол. Вспомнила, что по-прежнему босиком, поэтому тут же перевесилась через подоконник и выглянула во дворик. Девчонки стояли под окном, задрав головы. Каролина и Женя тяжело дышали, а Кристина стояла с моими туфлями под мышкой и все так же перепуганно оглядывалась по сторонам.

— Вы теперь на Гороховую? — как ни в чем не бывало спросила я. — Попробуйте там сырную тарелку с медом. Рекомендую!

— Мечетина, иди ты в баню! — выдохнула Каролина. — Я чуть пупок не надорвала, пока тебя поднимала.

— Я говорила, что Варька только ерунду какую-нибудь выдумает… — присоединилась к Каролине Женя.

— Ой, девочки, там еще картофель пути́н очень вкусный! — продолжила я.

— Пути́н? — снова растерянно захлопала глазами Кристина.

— Ага, Кристиночка, в честь нашего Владимира Владимировича.

— Ну, ты и дурочка, Мечетина! — засмеялась Каролина, а Кристина так и осталась стоять в недоумении.

Я сама так развеселилась, что не сразу обратила внимание, что в этой комнате, помимо меня, еще кто-то есть. А выяснилось это самым глупым на свете способом.

— Ой, девочки, а туфли? Туфли мои! — распахивая шире створки, выкрикнула я, когда девчонки уже разворачивались, чтобы уйти.

Остановившись, Каролина отобрала у Кристины мои туфли и зашвырнула первую в окно. Мне пришлось изловчиться, чтобы ее поймать. А со второй подруга еще больше переборщила — туфля со свистом пролетела над моей головой, опрокинув один из мольбертов, и угодила в темный угол. Тут же из этого угла донеслось звонкое женское «Ой!»

Я, замерев с одной пойманной туфлей в руке, уставилась на место, где до этого стоял мольберт. Только сейчас разглядела в углу комнаты маленький кожаный диванчик, а на нем — озадаченную незнакомую девчонку и недовольного Кушнера.