19

— И зачем мне эта… прелесть? — ворчит Алан, когда мы выходим у здания УМКи в Луре.

— У вас же секретное расследование, — преувеличенно серьёзно отвечает ему Шэнон. — А это — улика. Приобщите к материалам дела.

— К себе в кабинет поставьте, — предлагаю я. — На память об ученичестве.

Алан хмуро смотрит на нас.

— Не смешно, — он придирчиво оглядывает цветок. — Хотя… Подарю-ка я его Коэну! С намёком — пусть изучает природную магию.

— Эрол, после всего увиденного вам не кажется, что о природной магии следует рассказать Керизу? — Шэнон пристально смотрит на архимага.

— Сейчас больше, чем когда бы то ни было, — подтверждает Алан. — Ещё утром мне казалось, что главное — найти убийцу стариков и осудить его, не поднимая шума. Но если бы пятьсот семьдесят лет назад профессора во главе с ректором Академии Стихий в Луре не струсили, Совет Магов был бы в курсе и чудовищных экспериментов, и их последствий. Магическую клятву накладывал бы архимаг Кериза, Изара Гроуз не забыла бы любимого человека и спустя годы не стала бы убивать тех, кто, по её мнению, ответственен за произошедшее.

— По-вашему, Совет Магов, в отличие от профессоров Академии, не испугался бы?

— Нас тридцать человек, Шэнон. Тридцать магов, отвечающих за целый мир. Один из них может смалодушничать, все вместе — никогда. Пока природная магия оставалась ужасом далёкого прошлого, я уступал Совету, соглашался скрывать правду о ней. Теперь я чувствую свою вину. Эти четыре смерти — на совести Совета Магов. Если хотите, на моей лично.

— Сколько вам лет, Эрол? — прищуривается Шэнон.

— Девяносто четыре года. Да, я мальчишка — и по меркам Совета, и по понятиям Кериза. Я стал архимагом в сорок один не благодаря каким-либо особым заслугам, а исключительно из-за силы, которой наделил меня Всевышний. Бо́льшую часть времени я занимаюсь административной рутиной и улаживанием разногласий среди самых лучших, мудрых, опытных, уважаемых, а также самолюбивых, мнительных и упрямых магов Кериза, и вся моя работа заключается в том, чтобы брать на себя ответственность за решения Совета. Вы это имели в виду?

— Нет.

Шэнон вдруг улыбается.

— Первый раз в своей жизни я рад, что выгорел. Потому как ваш груз, Риалан Крэйн Эрол, мне точно был бы не по плечу. С учётом того, что вам тащить его ещё как минимум четыре века, я искренне желаю вам терпения.

Я же задумчиво созерцаю толпу, высыпавшую из Управления. Шесть часов вечера, окончание рабочего дня. Красотки из архива, элегантные и утончённые дамы из отделов отчётности и делопроизводства, Мелис, вездесущий секретарь начальника, и прочие прелестницы УМКи округляют свои глаза при виде нашего живописного трио. Естественно, у них сразу находится повод остановиться «поболтать» соненнах в десяти от нас, при этом сжирая жадными взглядами великолепную фигуру Шэнона и не менее привлекательную — Алана. Вдобавок цветочек в руках…

— Что за нездоровый ажиотаж? — чуть более громко, чем необходимо, интересуется Алан, оглядываясь по сторонам.

— Так вы встали как на витрине, — шиплю я злобно. — Ещё позу пособлазнительнее примите, а то не все женщины Управления вас оценили.

— Пойдёмте отсюда, — предлагает Шэнон. — Ани, вы не голодны? Я с удовольствием пообедал бы. Эрол, вы как?

— Двумя руками за. Только куда деть цветочек?

— Отнесите в Аури, — усмехаюсь я. — Вы сильнейший маг Кериза. Секунда туда, секунда обратно.

— Тогда закажите за меня — побольше мяса и никакого грофа! Где вас искать?

— Там же, где вы завтракали, это лучший ресторан Лура из всех мне известных, — отвечает Шэнон. — Надеюсь, госпожа Изара позволит нам спокойно поесть.

Исчезновение Алана группа дамочек провожает оживлённым шушуканьем. А я понимаю, что сейчас самые смелые перейдут от обсуждения начальника Управления к решительной атаке. Петра уже изготовилась…

— К демонам! — резко бросает Шэнон.

Его рука обнимает меня, а губы неуклюже касаются моей щеки.

— Если вы хотите вмазать мне по морде, самое время, — глухо поясняет мой начальник. — Я могу нагнуться, чтобы вам было удобнее.

— Вы это сделали, чтобы отвадить ваших настойчивых обожательниц? — осторожно осведомляюсь я. — Вы понимаете, что завтра они меня растерзают на тысячу маленьких природниц?

— Я это сделал, потому что я всё тот же безнадёжный идиот, каким был сто три года назад. И если бы не Эрол, не осознал бы этого ещё очень долго… Так вы дадите мне пощёчину?

— А вы дадите мне отпуск? — иронично задираю бровь.

— Обязательно. Поймаем госпожу Гроуз-Угрэн и уйдём в отпуск. Вместе. Я его не брал те же сто три года… И в Хориге не был столько же.

— При чём здесь Хориг?.. — теряюсь я.

— Надо же… как это… представиться вашим родителям. Вдруг они будут против.

— Против чего?

— Что муж их дочери — выгоревший по дурости маг со скандальным прошлым.

Дар речи я теряю, как и ощущение реальности.

— Мы есть идём? — тихо спрашивает Кайл.

Толпа негодующих женщин Управления Магического Контроля Лура, притихшая за нашими спинами, прожигает нас уничтожающими взглядами.

— Идём, — соглашаюсь я.