Глава 25. Король, Что Внизу

Поляна пуста, если не считать деревьев. Я оборачиваюсь, выискивая признаки темной фигуры, которая преследовала меня в моих снах.

– Эй? – окликаю я.

В лесу тихо, звуки приглушены. Где-то вдалеке по небу раскатывается гром, но я слышу только его отголоски. Деревья вокруг меня представляют собой смесь старой мертвой древесины и хрупкого обсидианового стекла. И я совсем одна. Но талисман из лунного камня у меня на шее по-прежнему черный как смоль.

Кое-что привлекает мое внимание.

В стороне от поляны на земле стоит зажженный фонарь. Его улыбка счастливая и дружелюбная, а свеча мерцает оранжевым в темноте.

– Кто поместил тебя сюда? – спрашиваю я вслух, подходя к нему.

В этот момент сквозь деревья пробивается еще один огонек. Я смотрю в лес и с удивлением вижу, что два ряда зажженных фонариков образуют тропинку вглубь леса.

– Тогда ладно, – говорю я, почти забавляясь сюрреализмом происходящего.

Я иду по тропинке тыкв под тихий стук ботинок. Через несколько шагов сбрасываю их и ступаю на лесную подстилку, делая несколько глубоких вдохов. Мой страх, еще недавно такой подавляющий, полностью исчез. Шагая дальше, я плотнее запахиваю свой зеленый плащ, чтобы защитить его от пламени внутри тыкв.

Деревья вокруг меня колышутся и трансформируются. Изменения происходят так медленно, что почти незаметны. Я наклоняюсь над фонарем, помня о своем плаще, и кладу руку на одну из сосен. Крошечный кусочек гнилой коры отламывается и рассыпается стеклянными осколками в моем кулаке, но остальная часть дерева все еще стоит. И вот она – та энергия смерти, которую я почувствовала в руке Миранды. Вместе с крошечным звоном жизни. Это промежуточное состояние. Я с удивлением смотрю на дерево. Оно живое и мертвое, существует в обоих состояниях одновременно.

Я отступаю и продолжаю идти по освещенной дорожке. Лица фонарей с каждым шагом становятся все более зловещими. Улыбки сменяются ухмылками, а затем и откровенными оскалами. И тут совершенно неожиданно тыквенная дорожка заканчивается.

Передо мной старая каменная стена и кованые железные ворота.

Кладбище Гудвин. Пожалуй, даже логично, что все это закончится здесь. По крайней мере, Селеста и Миранда далеко и в безопасности. Именно эта мысль ведет меня вперед.

Я толкаю калитку, но она не поддается. Заперто. Еще один толчок – калитка скрипит, но не открывается. Мурашки страха пробегают по моей шее. Ворота всегда открываются для ведьм Гудвин. Но, возможно, в Нижнем королевстве другие правила. Я изо всех сил стараюсь не обращать внимания на страх и замешательство. Тыквы привели меня сюда, следовательно, Король, Что Внизу, хочет, чтобы я была именно здесь. Должен быть какой-то другой вариант. Злая и раздраженная, я дергаю за железные прутья.

Сбоку от ворот стоит длинный деревянный стол ручной работы, усеянный пучками сушеных трав. Эти растения выглядят более живыми, чем что-либо другое в лесу.

– Что это за игра? – кричу я в темноту, но ответа не получаю.

Я разглядываю травы. Шалфей, лаванда, розмарин, полынь, лепестки роз – наверное, больше дюжины вариантов.

– Нужно сделать выбор, – шепчу я себе.

Я уже подумываю о том, чтобы ничего не выбирать и вернуться по тыквенной тропинке. Если Король, Что Внизу, хочет поиграть со мной, посмотрим, как ему понравится, когда я не пожелаю подыгрывать.

Но я продолжаю внимательно изучать травы. Моя рука парит над шалфеем: мудрость пригодилась бы в любой ситуации. Может быть, полынь, чтобы укрепить мои силы? Или, возможно, лепестки роз, чтобы предложить защиту тем, кого я люблю?

Но первый мамин урок на кухне, почти двадцать лет назад, эхом отдается в глубине моего сознания. Я беру розмарин.

– В воспоминаниях есть сила, – тихо говорю я.

Прочие пучки трав исчезают, как и стол, на котором они лежали. Позади меня раздается низкий металлический скрежет, и ворота кладбища наконец распахиваются. Они покачиваются, точно маня меня вперед.

Привычный запах влажной земли и заросших мхом камней не встречает меня в этом призрачном мире. Я подхожу к самому свежему надгробию из отполированного гранита, рядом с которым лежит небольшой пучок засохших цветов, и мягко кладу на него руку.

– Привет, мам, – шепчу я.

– Прекрасный вечер, не правда ли? – доносится из темноты тихий хриплый голос.

Я оборачиваюсь. В углу кладбища находится насыпь из валунов высотой примерно двенадцать футов, на вершине которой сидит фигура.

Темный плащ цвета индиго развевается на невидимом ветру. Я вздрагиваю, вспоминая влажные руки на своей шее, но подхожу ближе. Оказывается, валуны – это не валуны, а небрежно сваленная куча гниющих тыкв, образующих на самом верху нечто вроде стула.

– Да, он был бы прекрасным. Если бы мне позволили спокойно его отпраздновать, – говорю я, обретя дар речи. Влажный гортанный смех разносится по всему кладбищу.

– Ты сама пришла ко мне, помнишь? – говорит человек на тыквенном троне. Он наклоняется, и становятся видны его длинные серебристые волосы.

– Твои гончие и тени вторглись в мой дом, – отвечаю я. – У меня едва ли был выбор. Кроме того, я не очень-то хотела, чтобы мои сестры видели, как меня тащат в ад.

– Да, – мужчина одобрительно кивает. – Ты успешно добралась сюда тенями, чтобы моему Церберакси не пришлось тащить тебя. Это было очень любезно и позволило мне сберечь энергию.

– Приятно оказаться полезной, – с сарказмом говорю я.

Он не замечает язвительности в моем голосе.

– Я рад, что ты наконец-то научилась своему настоящему ремеслу. Вот почему я преподнес тебе подарки по прибытии. Скоро ты поймешь, что мне нравится вознаграждать хорошее поведение, Геката.

– Какие подарки? – озадаченно спрашиваю я.

Он привстает со своего трона и неодобрительно смотрит на меня сверху вниз.

– Я осветил тебе путь, – говорит Король.

– Я могу ориентироваться в этом лесу и без тыквенной тропинки. Я ведьма пограничья, – напоминаю я.

– И конечно, я дал тебе травы.

В его голосе слышится нетерпение.

– Я могу купить розмарин за три доллара в местном супермаркете…

Король, Что Внизу, спрыгивает со своей кучи тыкв, и, прежде чем я успеваю отойти, его длинные бледные пальцы обвиваются вокруг моего горла. Я натужно выдыхаю, когда он выдавливает из меня воздух. Вблизи Король именно такой, каким я его себе представляла: изможденный, с кожей, туго натянутой на выступающих скулах, и темно-фиолетовыми тенями под черными глазами.

– Попробуй еще раз, дорогая, – шипит он.

– Спасибо тебе за твои очень щедрые подарки, – хриплю я, с радостью отмечая, что несколько капель моей слюны попали ему на лицо. Он отпускает меня, и я падаю на землю.

– Хорошо. Ты быстро учишься. Мне это нравится, – говорит Король, тяжело дыша, почти хрипя, и возвращается к тыквенному трону, но обратно не поднимается. Вместо этого он прислоняется к этой куче, чтобы не упасть.

– Ты ослабел, – говорю я, кашляя. – Ты даже не можешь взобраться на свой трон.

Он смотрит на меня сверху вниз с презрением.

– У меня двести лет не было ведьмы пограничья. А последняя… Как ее там? Эбигейл, кажется? – Он усмехается. – Ну она вообще почти не тренировалась – тщедушное маленькое создание. Не протянула и года: сердце не выдержало. Очень немногие продержались бы так долго, как я, без надлежащей помощи. Но да, – признает Король, – я слаб.

Я самодовольно улыбаюсь ему.

– Тогда, возможно, у меня все-таки есть шанс в этой битве. Возможно, я смогла бы отомстить за всех нас. За мать, за отца, за Эбигейл Браун и всех ведьм пограничья, которые были до меня.

Король, Что Внизу, разражается своим ужасным хриплым смехом.

– Кто сказал, что мы непременно должны сражаться? – спрашивает он, небрежно распахивая плащ.

На нем черный костюм-тройка. Из украшений только цветная корона на голове и ключ, висящий на цепочке на шее. Деревья на кладбище вокруг нас охвачены пламенем, но не таким, как в ночь нападения адских псов. Нет, стволы не горят. Тысячи и тысячи плавающих свечей дрейфуют вверх и вниз среди листьев, каким-то образом умудряясь не подпалить сами деревья.

– Думаю, ты обнаружишь, что я могу быть весьма убедительным.

Король, Что Внизу, жадно смотрит на меня. Воспоминания о моих кошмарах вспыхивают передо мной. Река, полная потерянных душ. Зияющая пропасть в земле. Я, навеки привязанная к единственному искривленному дереву.

– Что именно ты пытаешься убедить меня сделать? – спрашиваю я, не в силах скрыть легкую дрожь в голосе.

Он широко раскрывает объятия и пугающе дружелюбно улыбается.

– Стать моей ведьмой пограничья, конечно, – говорит Король. – Стань моей – и я дарую тебе вечную жизнь. Вместе мы будем властвовать над Смертью.

Повисает неловкая пауза.

– Я могу выбирать? – неуверенно спрашиваю я.

Король, Что Внизу, смеется.

– Да. Магия не действует, пока ведьма пограничья не даст свое согласие. Вот тут-то у меня в прошлом и были проблемы, – признается он с мрачной усмешкой.

Теперь моя очередь смеяться. Я встаю и улыбаюсь.

– Вот и отлично. Спасибо за предоставленную возможность, но, боюсь, я вынуждена отказаться, – говорю я.

Какое-то мгновение он пристально смотрит на меня.

– Ах да. Я боялся, что у тебя может возникнуть такая идея, – бормочет он, качая головой, но через мгновение поднимает взгляд и одаривает меня еще одной безмятежной улыбкой. – Не беспокойся. Я подготовился.

Он поворачивается лицом к трону и громко щелкает пальцами.

Длинная сверкающая золотая цепь змеей спускается по импровизированному подлокотнику. На другом конце цепочки появляется мерцающий полупрозрачный призрак с золотым ошейником на шее и кляпом во рту. Сразу узнав ее глаза, я издаю отчаянный крик.

– Да, – шипит Король, Что Внизу, в нетерпеливом предвкушении. – Дорогая мамочка пришла поздороваться. – Он хватает цепь и дергает ее на себя. Моя мать спотыкается о собственные ноги и падает перед ним на колени. – Не обращай внимания на кляп: боюсь, это неизбежное зло. Она практически наверняка попытается настроить тебя против меня, и я не могу этого допустить. Но разве не приятная встреча?

Я застываю как вкопанная между надгробиями двух моих предков. Общение с призраком Маргарет никак не подготовило меня к встрече с духом матери. Я хочу подбежать к ней, оттолкнуть этого сумасшедшего и освободить ее от пут. Я хочу бить ее в грудь за всю ту ложь, которую она наговорила, а потом, рыдая, рухнуть в ее объятия, чтобы она начала гладить меня по волосам. Но я знаю: Король, Что Внизу, не подпустит меня к ней ближе чем на десять футов.

– Что это? – в ужасе спрашиваю я. – Ты думаешь, если показать мне мою мать с кляпом во рту и прикованной к цепи, мое сердце смягчится?

Он ухмыляется и качает головой, его серебристые волосы развеваются в воздухе.

– Нет-нет, дорогая. Твоя мама уже довольно долго ждет тебя. Я был так удивлен, когда она появилась шесть месяцев назад. Все эти дни я прятался. Знаешь, у меня уходит много сил, чтобы помочь духам перейти на другую сторону. Каждый раз это крадет частичку меня, откалывая кусочек от моей души: как птица, клюющая семечки, оставляет после себя только шелуху. Страдания, которые мне не пришлось бы терпеть, если бы ты делала свою работу!

Его крик – первый громкий звук, который я слышу с тех пор, как начала ходить тенями. Мы с мамой вздрагиваем от неожиданности. В лесу за кладбищем раздается вой. Адские псы близко. Король, Что Внизу, берет себя в руки, поправляет галстук и прочищает горло.

– Мои извинения, – говорит он, коротко кивая в мою сторону. – Я только хотел сказать, что, несмотря на свое состояние, я не мог не появиться перед прекрасной Сибил Гудвин. Мой восторг по поводу ее смерти не описать словами. Заноза в моем боку. Ведьма, которая годами мешала мне признать тебя своей, удерживала меня от появления на Самайн или Белтейн, используя те самые дары, которые я ей дал. Наконец-то она была в моих руках. Уверен, ты можешь вообразить наше воссоединение после стольких лет разлуки.

Он хватает мою мать за шею, поднимает ее и оставляет влажный, неряшливый, мерзкий поцелуй на ее щеке, прежде чем опустить обратно на землю. Мама сердито смотрит на него, но Король не обращает на нее внимания.

– Я так наслаждался ее обществом, что никогда бы не смог позволить ей уйти. Если бы не ты. – Он изучает мое лицо и, должно быть, считывает охвативший меня ужас, когда я понимаю, о чем речь. Король радостно кивает. – Скажи, что будешь моей. Стань моей ведьмой пограничья – и я отпущу твою мать. Наконец-то она будет свободна и сможет обрести вечный покой.

Моя мать издает отчаянные стоны и дико трясет головой. Король, Что Внизу, встает перед ней, загораживая ее от моего взгляда. Я проглатываю рыдания, которые угрожают сорваться с моих губ. Знаю: он хочет видеть мое отчаяние, видеть, как загнал меня в ловушку. Но мне нельзя ему поддаваться. Я заставляю себя нахмуриться и смотрю на него мертвым, бесстрастным взглядом.

– Зачем мне жертвовать своей жизнью и свободой ради женщины, которая лгала мне тридцать лет? Которая продала меня еще до моего рождения? – спрашиваю я его.

Глаза Короля, Что Внизу, расширяются. Он несколько раз переводит взгляд с меня на мою мать, прежде чем разразиться маниакальным смехом.

– О, мне так нравится твоя жестокость, Геката! Ты будешь великолепна, не так ли? Я волновался, что у тебя не найдется нужных мне качеств. И вот ты здесь, отвергаешь женщину, которая тебя вырастила. Я был бы в восторге, если бы в итоге не получалось, что ты отказываешься и от меня.

Он облизывает губы и взволнованно теребит ключ, висящий у него на шее. Я с отвращением отшатываюсь.

– Теперь могу идти? – спрашиваю я. Сама не знаю, на что надеюсь. Я осматриваю кладбище и нервно перебираю в руках веточки розмарина. Возможно, я смогу найти способ задержать его и дать маме шанс сбежать.

– О нет, останься! У меня есть еще один способ убеждения. Этот даже не мертв. И все же.

Он мурлычет и снова щелкает пальцами. Другая фигура – не призрачная, как моя мать, а осязаемая – появляется с противоположной стороны трона. Бедняга закован в раскаленные железные кандалы. Прекрасные льдисто-голубые глаза пристально смотрят на меня, пока тело содрогается в бесконечной агонии.

– Нет, – выдыхаю я, бросаясь к Мэтью.

Король, Что Внизу, щелкает пальцами, и земля подо мной содрогается. Руки скелетов высовываются из могил и обвиваются вокруг моей лодыжки. Я пытаюсь стряхнуть их, но хватка подобна тискам, кость врезается мне в кожу.

– Пожалуйста, – умоляю я, видя, как Мэтью падает на колени от боли. – Пожалуйста, перестань его мучить.

Король, Что Внизу, цокает языком.

– Ты отказываешься от собственной матери, но бросаешься на помощь к этому существу? – Он ставит длинную ногу на грудь Мэтью и прижимает его к земле. – Осторожно, Геката, я готов ослепнуть от ревности.

– Пожалуйста, – снова умоляю я. Да, таким образом я теряю любое мнимое превосходство, но просто не могу выносить страдания Мэтью.

– Вы знаете, – громко говорит Король, Что Внизу, всем нам на кладбище, – Сайферы почти полвека были для меня сплошной головной болью. Мои собственные отпрыски, такие высокомерные, такие льстивые. Я всегда знал, что от них одно разочарование. Семья неудачников, облеченная слишком большой властью. – Король, Что Внизу, оглядывается на меня. – Его сестра тоже предала меня, знаешь? Вышла замуж за смертного без моего одобрения. – Он наклоняется и смотрит Мэтью в глаза. – Не сомневайся, она будет первой в моем списке, когда я наконец ступлю на землю, – Король демонически ухмыляется.

Мэтью борется со своими цепями, ярость бурлит в его глазах.

Король, Что Внизу, вздыхает и наклоняется, оказываясь с ним лицом к лицу.

– Я так радовался, когда ты родился, Мэтью. Так радовался твоей врожденной магии и сильной воле. Наконец-то, подумал я, появился человек, достойный называть себя моим потомком. Тот, кому я поручил убедиться, что моя ведьма пограничья прошла надлежащее обучение, поскольку ее мать отказалась. Тот, кому я отдал все ресурсы, все мечты, кого я направлял. И что ты сделал? Влюбился! Да еще решил помешать мне претендовать на то, что мое по праву!

Он наносит еще один удар ногой, на этот раз по голове Мэтью.

– Прекрати! Прекрати! – кричу я и бью костлявую руку, которая держит меня за лодыжку. Осколки кости вонзаются в мою кожу, проливая кровь.

Высвободившись, я изо всех сил бегу к Королю. Он резко оборачивается и хватает меня за горло.

– Я применю любое наказание, какое сочту нужным! – рычит он. – Мальчишка пытался забрать то, что принадлежит мне. Разве ты не понимаешь, Геката? – Король отпускает меня, его голос становится мягче, сам он гладит мое лицо. – Он пытался предотвратить наш союз. Мы могли бы воссоединиться еще неделю назад, если бы не этот юнец. Я послал к тебе Маргарет, чтобы испытать тебя. Посмотреть, сможешь ли ты проводить духа через завесу. Я был горько разочарован твоей неудачей. И потребовал, чтобы Сайферы что-нибудь с этим сделали. Слабак-патриарх отказался действовать. Но как же я был рад, когда Мэтью сбежал в Ипсвич вопреки желанию своего отца. Я думал, он, конечно же, научит тебя всему, что тебе нужно знать, а потом приведет ко мне. Я мог бы провести последние семь дней, наслаждаясь твоей плотью, набираясь сил, чтобы снова войти в царство живых. Представь мое смятение, когда вместо этого он наложил безвкусное маленькое заклинание, чтобы держать нас порознь. – Он фыркает. – Не беспокойся. Такие ничтожные частички магии больше не остановят меня, как только мы станем единым целым.

Один из его длинных тонких пальцев гладит мою шею. Взгляд Короля падает на мои губы, и он слегка приоткрывает рот.

– Я скорее уничтожу тебя, чем соглашусь быть твоей ведьмой пограничья, ты понимаешь? – Я задыхаюсь, вырываясь из его хватки. Слезы текут из моих глаз. – Ты увянешь и сгниешь прежде, чем увидишь поверхность живого мира.

Король, Что Внизу, издает раздраженный рев и с неожиданной силой бьет меня наотмашь. Мой череп вибрирует от силы удара, я отлетаю назад и приземляюсь на верхушку одного из надгробий. Из меня буквально вышибли дух. Мои ребра хрустят, и я безвольно сползаю по гранитной плите, хватая ртом воздух, но ничего особо не выходит.

Имя моей бабушки высечено на надгробии. Я слышу рыдания своей матери, а Король, Что Внизу, печально вздыхает.

– Посмотри, что ты заставила меня сделать, – стонет он. – Тебе нужно быть осторожнее, Геката. Если твой дух пострадает во время хождения по теням, тело может отвергнуть его при попытке вернуться. Или оно само получит повреждения.

Я игнорирую его, вдавливая розмарин, который до сих пор держу в руке, в вырезанные на могиле бороздки. Я пытаюсь заговорить, но мне трудно дышать.

– Если начнешь вести себя хорошо, то, возможно, в своей милости я найду возможность исцелить тебя, – радостно заливается Король, Что Внизу. – Тут Гвэду нет равных. Не веришь – просто спроси свою маму.

Мне удается сделать небольшой глоток воздуха. Мои ребра горят от боли. Я пытаюсь вспомнить, каково это было – разговаривать с духом Маргарет. Из всех темных сторон моего ремесла, о которых я узнала на этой неделе, эта показалась мне самой естественной.

– Пожалуйста, – хриплю я, крепко прижимая цветы к камню. – Пожалуйста, предки, помогите мне.

Я открываю свой разум так же, как при исцелении руки Миранды. История и энергия кладбища Гудвин резонируют в земле вокруг меня. Воспоминания о доброте моей бабушки; о моих двоюродных бабушках, как они сидели вместе и смеялись; старые истории, которые мне рассказывали о женщинах, которых я никогда не видела, но чьи любовь и волшебство текли по моим венам.

– Пожалуйста, будьте здесь, со мной, – произношу я в почти беззвучной молитве. Мои слезы падают на траву, а Король, Что Внизу, смеется.

– Брось, – глумится он. – Я же некромант, Геката. Ты не можешь настроить мертвых против меня.

– Не их тела, – соглашаюсь я.

Он хмурится. Ветер шелестит в траве на кладбище, и глаза моей матери расширяются от удивления. Фигуры, мерцающие и полупрозрачные, появляются по всем рядам надгробий. Чувство сопричастности, любви, защиты наполняет мою душу. Все мои праматери здесь, откликаются на мой зов.

– Хватит! – ревет Король, Что Внизу.

Он издает рычащий вопль, поднимая руки над головой. Земля сильно трясется. Мои ребра ноют от толчков. Почва трескается, и комья грязи взлетают в воздух. Могилы вокруг меня взрываются некротической энергией. Скелеты начинают выползать из земли. Пожелтевшая старинная одежда, разлагающаяся плоть, выцветшие кости. Тела всех ведьм Гудвин выходят из мест своего упокоения. Я в ужасе смотрю, как все они медленно поворачиваются лицом к Королю, Что Внизу. Ждут указаний.

– Возьмите под контроль свои души, вы, никчемные отложения кальция, – рычит он.

Шепот вокруг меня усиливается, становится громче. Скелеты кружат по кладбищу, хватая и царапая когтями пустой воздух. Мерцающие призраки вихрятся надо мной серебряным торнадо. У меня кружится голова от нехватки воздуха. Я крепче сжимаю розмарин.

Пугающая масса эфемерных существ устремляется вниз, их поток развевает мои волосы, и призраки вместе летят к тыквенному трону.

Король, Что Внизу, в ужасе отшатывается, когда на него набрасывается эта бесплотная толпа. Я слышу отчетливый щелчок цепей, и мое зрение начинает затуманиваться.