Глава 23. Ответ

Анна

Сама не знаю, как я нашла в себе силы сказать то, что сказала Натану. Но я была искренна. Потому что много думала. Поднявшись наверх и забравшись в душ прямо в одежде, уселась на дно ванны. Тело мелко трясло.

Я всего ничего в этом мире, а такое ощущение, что давно. Месяц, не меньше. Столько всего произошло, что и на всю оставшуюся жизнь хватит. Представлять эпический полёт над бездной не стала. Слишком страшно. А если бы я сорвалась? Погибла бы в этом мире? У меня здесь никого нет, кроме этих ребят. Я бы пережила свою смерть (хи-хи, почти смешно), а если бы Лив упал?

Плакать не хотелось (лимит слёз на сегодня был исчерпан), злиться тоже не было желания. До чувства полного отупения из-за треволнений не дошла, так что надо быстро помыться и поговорить с ребятами. Кушать тоже хочется. С завтрака прошло много времени. Экстрим сожрал все калории, кажется, даже резервные. Пупсеня надо поблагодарить. Это он нас спас, по большому счёту.

До меня с ужасающей чёткостью дошло, что у меня никого нет здесь. Во всём мире. Здесь живут существа и люди, которым до меня нет дела. Дома, на Земле, есть какой-никакой отец, брат, родственники, друзья, соседи. Там, по крайней мере, я знаю, что мне помогут. Даже совсем посторонние люди. Человечность на первом месте. Здесь этого нет. Тебя используют, если представляешь ценность, если нет — устраняют. Выживает сильнейший. Дома тоже не всё так радужно, как хотелось бы. Но там всё привычно, и хотя бы чувствуешь себя частью семи миллиардов людей.

А потом я стала думать о главном. Вернее, о главных существах, что меня окружали.

Парни с первого дня моего пребывания здесь помогали, оберегали, заботились обо мне. Лив чуть не погиб из-за моей глупости. О Пупсене даже речь не идёт. Мы с ним связаны пуповиной, пока он не вырастет.

Личные качества не подлежат критике, а внешне парни выглядят так, что просто хоть стой, хоть падай.

Один лучше другого. Что стать, что красота. Девчонки на Земле от эстетического удовольствия оргазмы получали бы (не сказать, что я испытывала такое и могу оценить, но об этом — тс-с-с!).

Натан сказал, что дракон меня признал за пару, как и волк Лива. А Лени вообще в любви признался. Просто голова кругом.

Хоть бы один из парней был (как у приличной попаданки), так нет же, и сама выбрать не могу. Да ещё и поставили перед фактом, что, выбери я одного, оставшиеся двое пострадают. Это не честно!

Меня удивляло и моё абсолютное спокойствие по поводу того, что парни не совсем люди, а принадлежат к разным расам. Не по цвету кожи или форме носа и губ. А к иным существам. Меня не шокирует, что вторая ипостась Ната дракон, Лива — огромный волк, а Лени вообще эльф. По идее, они и существовать не должны. А вот надо же, живут и здравствуют. Да ещё и я между ними, как кость в горле. Ни проглотить, не выплюнуть. Выпрыгнула из ниоткуда — и на тебе, я ваша пара. Всех троих причём. Обалдеть!

За время самобичевания успела помыться, с трудом стянув с себя мокрые тряпки, которые сдирались чуть ли не с кожей. Оделась в сухое и сбежала вниз, намотав на голову полотенце.

Попросила рассказать всё Натана. За время его рассказа пролистала свои умозаключения и вынесла решение, которое и озвучила. У Натана загорелись глаза, а Лени пребывал в шоке.

— Ты правда не против создать семью? — спросил остроухий красавчик. Ну вот как отдашь такое чудо какой-то воинственной стерве?

— Ну-у-у-у, насчёт семьи не стоит торопиться. Вот невестой побыть я не прочь, — расстроила я парня. Увидела, как потухли его прекрасные глаза и почувствовала себя извергом, отнявшим у ребёнка подарок.

— Лени!?

— Я всё понимаю. Всё нормально. Не переживай, — эльф отошёл к столу и продолжил заниматься готовкой.

— Что не так, Нат? — повернулась я к дракону.

Он снял полотенце с волос и высушил дыханием мои волосы. Затем встал позади меня и стал заплетать их в косы.

— Дело в том, Анни, что тебя не примут, как невесту, если вы не спите вместе. Это раз. Ты пара всем нам троим, и спать должна со всеми вместе. Это два. Иначе Лени окольцуют и отправят в Лисамы. Считай, что это станет концом его жизненного пути. Лисамцам нужен только союз. А останется эльф живым после этого или нет — уже никого не волнует. Отец Лени получает кристаллы с заклинателями впридачу. А лисамийцы — сильного соседа, эльфийскую целебную магию и долголетие правителя и его сестры.

— Э-э-э-э-э! Не поняла. Эта царственная парочка решила использовать Лени в качестве постельной игрушки? Но тогда что, значит, он им не обязательно нужен живым?

— Хватит и одной ночи, Анни. Лисамийская правящая семья славится своим гаремом. Естественно, что плотские утехи там занимают первое место и они очень искусны в доставлении удовольствия, — пояснил дракон.

— Прекрати, Натан, — глухо буркнул, покрасневший до острых кончиков ушей, Лени.

— Она спрашивает — я отвечаю, — парировал дракон.

— Мне казалось, что Лисамы небольшой городишко. Не видела ни жилых комплексов, ни дворцов, ни замков, где можно было бы держать столь знаменитый гарем, — задумалась я.

— Над замком купол, делающий его невидимым. Очень редко кому удаётся попасть туда по приглашению. В основном пленниками или заложниками. Отца Лени привлекают магические кристаллы, — объяснил Нат.

— Почему Лени? — спросила я.

— Он ребёнок от истинной пары. И только он может подарить долголетие.

— Не бывать этому! — нахмурилась я.

Возмущение за несправедливость и обида за парня вскипели во мне вулканом.

— Если от меня зависит твоя дальнейшая жизнь, то она принадлежит мне и никому больше! Так же, как твоя Натан, как и Лива. А я не люблю делиться! — воскликнула я.

— Что это значит? — спросил дракон.

С одной стороны стоял Нат, с другой эльф с ошарашенным выражением лица, а на диване всё ещё посапывал Лив.

— Что это значит я вам скажу, когда Лив проснётся. А пока я готова съесть быка. Так голодна, — заинтриговала я их.

За обедом, поглощая изумительную похлёбку, вкушая нежнейшее мясо, заедая это всё салатами и запивая изумительным травяным отваром, старалась не обращать внимание на взгляды, украдкой кидаемые в мою сторону. Мы разговаривали ни о чём. Я спрашивала о растительном мире, животных, расах, населяющих этот мир. О странах, ныне здравствующих правителях и их семьях. Всего по мелочи, но набралось куча информации.

Узнала кое-что и об оборотне. Он был старшим сыном главы самого многочисленного народа оборотней — волков. Но отказался от наследования в пользу младшего брата, который нашёл истинную пару. Так что Лив был свободен.

Я ушла спать и заснула без задних ног, без сновидений. Утро встретила в одиночестве. Быстро собралась и пошла вниз. От собственного решения слегка потряхивало. Но, чувство, что поступаю правильно, было сильным.

— Вау!!! Лив, с тобой уже всё в порядке? — бросилась я к парню, когда увидела его.

Но резко остановилась на пол пути, увидев Натана и Лени, что сидели рядом с серьёзными лицами.

— Вы что так торжественно сидите? Что-то случилось или кто-то должен прийти? — спросила я, сглотнув вставший в горле ком.

— Лив поправился. Больше никаких препятствий для окончательного ответа нет. Ты обещала, что ответишь на вопрос: «что это значит?» — заговорил Натан.

— Да, я не забыла, — прошептала я.

— Мы ждём. Прости нас, девочка. Но времени почти не осталось, — глухо произнёс Лени.

На ребят больно было смотреть. Натан весь такой гордый, Лив такой мужественный, эльф такой трогательный. Разве я могу отказаться от такого счастья? Проблемы у меня с сердцем, а с мозгами у меня всё в порядке.

— Это значит, что вы можете обнимать меня, целовать, заниматься со мной сексом. А самое главное — любить меня, как и я буду любить вас. Как умею. Сами напросились.