ГЛАВА 13

Самир уложил её себе на грудь, закрыл глаза. Отголоски оргазма всё ещё блуждали по телу, и он признал: с Настей всё по-другому. Каждый раз, как в первый. Особенно сегодня… Ему не показалось, девочка приняла его. И не просто приняла, ей понравилось.

Хотелось бы ему, конечно, приучить её к себе. Чтобы брать пожесче, чтобы как он любит. Но Самир чувствовал: Настя ещё не готова. Если он начнёт давить на неё, девочка просто сломается. А ему сломанная жена не нужна. Нужна сильная. Такая, чтобы могла выдержать его, чтобы соответствовала. Раньше ему казалось, что Настя такая.

Опустив взгляд на спящую девушку, долго всматривался в её лицо. Интересная. И необычная. Наверное, поэтому ему так хотелось её. Как не хотелось ни одну другую. Даже Светлана больше не заводила как раньше.

***

Я ждала его до поздней ночи, но так и не дождалась. Вертела в руках телефон, ожидая хотя бы скупое «я не приеду», и боролась с желанием набрать номер, который знала наизусть. А потом снова открыла вино.

Усмехнулась, глядя на дно бокала. Да, Света, тебе осталось только спиться. И что дальше? Чего ты добьешься в этой жизни? Что у тебя есть сейчас? А ведь уже тридцать два. Время не стоит на месте, оно идёт, несётся. И так страшно оглядываться назад и не видеть ничего, за что можно было бы зацепиться.

Я всегда хотела ребёнка. Хотела выйти замуж, купить дачу и ездить туда с семьёй на выходные. Обычная жизнь. Как у всех. Но получила Самира… Того, кто никогда на мне не женится (и если раньше на это была надежда, пусть и слабая, то сейчас от неё ничего не осталось), того, кто никогда не согласится на ребёнка, пусть даже рождённого вне брака. Я лишена всего. По собственной вине. Ведь Самир был готов меня отпустить. Да и сейчас, если я захочу уйти, он не станет удерживать силой. Но я не могу переступить через себя. Не хочу. Не вижу рядом с собой никого другого.

Знаю, что рано или поздно все это прекратится. И инициатором разрыва будет Самир. Но я всё ещё верю, что он со мной не порвёт.

Опустошив бокал, хватаю телефон и выдыхаю.

«Я скучаю по тебе», — пишу, глотая слёзы, и нажимаю на «отправить».

«Прошу, напиши хотя бы слово».

«Самир! Мне так сложно!»

И он молчит. Снова и снова мои сообщения уходят вникуда и пропадают, утопая в равнодушии этого жестокого человека. Алкоголь начинает действовать, и я, уже не беспокоясь о том, что будет дальше, набираю его номер.

— Ответь! Давай же!

Я не задумываюсь о том, что на звонок может ответить его жена. Более того, подсознательно я этого жажду. Чтобы она узнала. Чтобы ей было так же больно, как сейчас мне.

Нет, я не считаю виновной эту девочку. Вряд ли она знает обо мне и, конечно же, её вины нет. Но боль так раздирает, что я хочу знать — плохо не мне одной. Самиру уж точно плевать…

Гудки сменяют друг друга. Такие длинные, такие мучительные. Они въедаются в подкорку и всё больше раздражают. А я вою. Нечеловеческим голосом. Бьюсь головой об стол и кричу в пустоту.

Я ненавижу тебя, Самир Сабуров! Ненавижу и люблю…

***

Всё наладилось. Вернее, так я себе твердила. Я хотела в это верить. Потому что в моей голове уже нарисовалась картинка идеальной семьи, и она мне нравилась.

Но всё внутри кричало о том, что легко не будет. Я старательно гнала от себя плохие мысли и временами мне это даже удавалось. Только через какое-то время они снова возвращались и с каждым разом всё мрачнее.

— Знаешь, что, подруга, так дело не пойдёт. Мы сейчас же идём на обед, где ты, кстати, меня угощаешь, а потом идём по магазинам. Поняла? Тебе нужен антидепрессант в виде шопинга. Всё! — властным движением руки Машка оборвала мои попытки возразить. — Даже не обсуждается! Успеешь ещё ужин своему возлюбленному приготовить. Вот я бы хрен ему чего готовила. Богатый мужик! Пусть в ресторанах жрёт!

Я не стала объяснять подруге, что значит быть замужем и пытаться наладить отношения. Она против всего того, что заставляет людей быть ответственными. Я же совсем другая. Мне нравится угождать мужу, ждать его с работы. Нравится видеть его улыбку. Мне всё в нём нравится. И особенно приятно, когда он ест мою стряпню.

— Я не могу. Пары ещё не закончились. Самир слишком много сделал для меня, и я не могу так просто взять и наплевать на его старания. Я должна учиться, Маш. И тебе советую.

Подруга покрутила пальцем у виска, одарила меня взглядом психиатра, взирающего на душевнобольного.

— Ты, Настюх, со своим Сабуровым окончательно тронулась? Тебе девятнадцать! Собираешься превращаться в клушу? Не рановато ли?

— Маш! Всё, хватит. Я никуда не пойду. У нас, кстати, сейчас очень важная тема. Конспектируй лучше, чтобы потом на зачёте не стонать, что всё забыла.

К нам повернулся преподаватель, грозно зыркнул из-под очков.

— Милые дамы! Я вам не мешаю?

— Извините… — я уткнулась в свою тетрадь, а Машка скучающе вздохнула.

— Эх, молодость… Скучно как… Вот бы развеяться, погулять. Пивка так хочется…

— Ну, хорошо, — зашипела на неё в полголоса. — Хорошо. Я согласна. После пар прогуляемся.

Маня захлопала в ладоши, а я покачала головой. Ну никакой серьёзности.

Уже после пар мы выбрались в торговый центр, где Машка случайно встретила какого-то знакомого. Молодой парень, весь в татуировках и пирсинге мне сразу не понравился, о чём я и шепнула подруге. Но та заверила меня, что он «классный пацан» и пристыдила: мол, низко это — судить человека по внешности. Что ж, тут я с ней согласилась и даже ощутила укол совести. Но когда молодой человек со странной кличкой Череп предложил нам сходить в кафешку «тут за углом», вежливо улыбнулась и предложила Машке сходить с ним без меня.

Останавливали не только вид Черепа и его манера общения с матом через слово, но и тот факт, что Самир доверяет мне. Ведь он выполнил своё обещание, и теперь за мной по пятам не ходила охрана. Это было что-то вроде удачного бартера. Я ему, а он мне… Но всё же муж прислушался к моим пожеланиям. Это дорогого стоило.

— Ты не можешь так поступить со мной, — оттащив меня в сторону, Машка зло зашипела. — Так подруги не поступают!

— Нет, Маш. Я с вами не пойду. И тебе с этим… Черепом никуда ходить не надо. Он мне не нравится.

— Ты не понимаешь! Там будет один парень… Он мне очень нравится, и у него сегодня день рождения, отмечают в той кафешке. Да я сама напросилась на это приглашение, Насть! Но одна идти боюсь, а очень хочется. Ну сходи со мной, что тебе стоит?

Иногда Машка меня поражала. Даже не тем, с какой проворностью успевала нахватать на свою задницу проблем, а тем, как ловко она меня при этом обманывала.

— Ага, так значит, пошопиться ты хотела, да? И сюда мы пришли случайно? И этого бритоголового мачо повстречали неожиданно? Маш, ты совсем, что ли, уже? Я, в отличие от тебя, замужняя девушка и по всяким кафешкам ходить не собираюсь, ясно? Всё, пойдём отсюда. Мне этот твой дружок не нравится.

Но Маша застыла на месте, упрямо скрестив руки на своей пышной груди.

— Вот такая ты, значит, подруга, да? А я, между прочим, через забор с тобой прыгала, от того гориллы помогала сбежать. С тобой ездила в офис, а ты… — и меня смыло потоком нескончаемых обвинений. — Между прочим, вот в таких ситуациях проявляется дружба. Тебе так сложно, да? Просто сходить со мной? Я же только отдам подарок и всё!

Закрыв глаза и досчитав до десяти, я обречённо вздохнула.

— Ладно! Только туда и обратно. Просто отдадим подарок и вернёмся. Обещай!

Подруга часто закивала, а я подумала, что делаю что-то не то.