Глава 25

/Брайс Крауден/

До моей квартиры добирались в уговорах Эмбер отправиться сразу в госпиталь, но в этом вопросе я был непреклонен. Предпочитал восстанавливаться на своей территории. Принцессе пришлось согласиться. И что приятно, она больше не спешила уйти, помогла мне подняться по лестнице, войти в квартиру и доковылять до спальни.

— В тумбе обезболивающее, — подсказал я ей, тяжело усаживаясь на кровать.

— Ты подготовлен, — хмыкнула она, дёргая ящичек прикроватной тумбы. Раздался лязг стекла, когда бутылочки ударились друг о друга. — Какое именно?

— Это всё обезболивающее.

Она кивнула, достала одну бутылочку и передала мне. Я сразу откупорил её и в два глотка осушил.

— Немного отпустит, и вызову лекаря.

— Тебе что-нибудь ещё надо? Воды? Льда? — спросила она мягким тоном.

— Посиди со мной, — я протянул к ней руку. — Или у тебя планы?

Коротко выдохнув, она взялась за мою руку и присела возле меня на кровать.

— Пожалуй, стоило сломать рёбра, чтобы ты отменила своё свидание ради меня.

— У тебя сломаны рёбра? — встревожилась она, потянувшись к моему боку.

— Мне приятна твоя забота. Правда.

— Кому не будет приятна забота? — фыркнула она, но не как обычно насмешливо, а будто пытаясь справиться с эмоциями.

— Я к такому не привык, — признался сипло, крепче сжав её ладонь. — Няня была ко мне добра, но в тех пределах, в которых разрешал отец. Потом появилась Эмма. Она была на моей стороне, даже когда я поступал ужасно. Именно поэтому я предложил ей отношения, был на взводе, думал, Скай запретит ей со мной общаться. Я боюсь её потерять. По сути, у меня никого и нет близкого, кроме неё. Но похоже, я ошибся, — улыбнулся, положив ладонь на её вспыхнувшую щеку.

— Неужели я дождалась от Брайса Краудена серьёзного разговора? — сыронизировала она, пытаясь опустить взгляд.

— Как я сказал, проще думать о тебе в моей постели, чем размышлять о моих проблемах с отцом.

— Теперь понятно, почему ты считал, что он не станет тебя спасать, — пробормотала она. — Он всегда так?

— Когда подвожу его или отказываюсь выполнять его приказ. За то, что не переспал с тобой, мне влетело, но не так, как сегодня, ведь тогда он добился главного. Отправил тот артефакт и получил запись. Думаю, он понимал, что сам я не сделаю для него снимки.

— Это ненормально, — качнула она головой. — Он же твой отец. Он должен быть примером, а не запугивать.

— Не всем везёт с родителями, как тебе. Мне достался вот такой.

И вряд ли я когда-нибудь от него освобожусь. Но признаться, сейчас этот момент напрягал не так сильно, как раньше. Он ведь готов был отдать за меня драгоценные знания ордена, даже сегодня разыграл правдоподобную сцену для Эмбер. Конечно, он мог бы и бить слабее, но, похоже, моё мнение о нём меняется.

— Мне жаль, — отозвалась она.

— Не стоит. Мой отец свёл нас. И я, судя по всему, готов влюбиться в свою спасительницу. Что скажешь, принцесса?

Эмбер широко распахнула глаза от удивления. И я потянул её на себя. Момент сопротивления продлился несколько секунд. Мои губы коснулись её, и на несколько секунд мы забылись в поцелуе. Таком приятном, искристом, лишённом страсти, но наполненном искрами прозвучавших откровений. И когда он прекратился, Эмбер в замешательстве отвела взгляд.

— Дай мне шанс, принцесса. Страсть между нами есть, симпатия тоже, и зря ты считаешь, что я тебя не уважаю. Наоборот, ты восхищаешь меня красотой, хваткой и стойкостью. Мало кто способен перечить Моргану Краудену.

— Брайс, я не знаю, что ответить, — будто в смятении помотала она головой.

— Подумай, принцесса. Я же не требую ответа сейчас. Лишь говорю, что у меня на душе. Помолвка ведь не разорвана, мы можем продолжить встречи. Дай мне возможность убедить тебя в моих словах.

— Да, вполне можно продолжить встречи, — кивнула она, вновь обратив взгляд к моему лицу. И тлеющий огонёк надежды разгорелся ненасытным пламенем. Разрешение на свидания получено, теперь надо оправдать выданную мне возможно. — Похоже, обезболивающее работает, раз ты лезешь целоваться. Вызывай лекаря, Крауден.

— Как скажешь, принцесса, — улыбнувшись, я вытянул версо из кармана.

— Это что за чехол? — заинтересовалась она.

— Звуконепроницаемый. Меня напрягает самостоятельность наших версо.

— Потому что версо выдают твои тёмные делишки? — насмешливо предположила она. — Как предложение об отношениях Эмме?

— В том числе, — ухмыльнулся я, открывая чехол.

Раз меня поймали, нет смысла тушеваться, огрызаться и отнекиваться.

— Питер, между прочим, расстроен из-за чехла и переживает за тебя, — раздался назидательный женский голос из перекинутой через плечо сумочки Эмбер. — Я поделилась с ним, рассказала, что произошло, и он уже вызвал лекаря и Эмму.

— Зачем⁈ — рявкнул я.

— Ты всегда вызываешь Эмму, когда тебе плохо, — ответил вместо неё Питер. — Не стоит благодарности, Брайс.

— Я и не собирался благодарить, — пробормотал недовольно.

Не хватало ещё, чтобы Эмма видела меня в таком состоянии.

— Изабель, зачем ты всё выдала Питеру? — возмутилась Эмбер.

— Вот, я же говорил, — рассмеялся зло и поморщился от боли в висках.

Надеюсь, это не сотрясение.

Раздался звонок в дверь. Продолжая отчитывать свой версо, Эмбер отправилась открывать. Я рассчитывал увидеть знакомое лицо лекаря, но в комнату вбежала встревоженная Эмма. Её появление обрадовало, вызвало оживление в душе, но мне бы хотелось встретиться позднее, когда моё лицо не будет напоминать отбивную. Не хочу представать ей слабым и неспособным защититься. Моему чувству собственного достоинства хватило и присутствия Эмбер.

— Брайс, — Эмма пробежала к кровати, села возле меня и протянула дрожащую руку к моему лицу.

Чёрные глаза заблестели от непролитых слёз, губы зашептали невысказанные вопросы.

— Нормально всё. Выживу, — я перехватил её руку и опустил, отметив про себя, как она задрожала. — Не переживай.

— Твой отец не меняется, — Скай вошёл в комнату вместе с Эмбер и сразу устремил хмурый взгляд к нашим с Эммой сцепленным ладоням.

Пришлось её отпустить, чтобы не взбесить его и не отвернуть от себя принцессу.

— С чего бы он изменился? — криво ухмыльнулся я. — Но есть и светлая сторона. Трудности выявляют тех, кому не всё равно, — и подмигнул Эмбер.

Она смутилась. Снова. Я на верном пути.