Глава 13 · Кража и ее последствия

То тут, то там открывались двери. В коридор выглядывали разномастные девичьи головки. И управляющий слегка сбавил тон.

— Как только найду вора, — прошипел он, — пощады не будет.

— Украли что-то, — тихонько сказала Лайза.

А в сердце Тильды закралось нехорошее предчувствие.

— Мое задание, — прошептала она на ухо подруге, — я карточку оставила в покоях на столе.

— Твою ж мать, — моментально выдала та, — то-то этих поганцев нигде не видно. Прибью паразитов!

— Как? — охладила ее пыл химера. — Что ты можешь с ними сделать? Они же демоны.

Лайза тихонько выругалась сквозь зубы, схватила подругу за руку и потащила следом за доморощенными карателями. Из комнат выходили благородные девицы и тоже пристраивались следом.

В итоге до дверей покоев Тильды добралась уже целая делегация.

Сьен Ровен дошел до двери и остановился, как вкопанный.

— Здесь, — сказал он зло. — Я точно чувствую, что здесь! Он здесь. Он зовет меня! Чьи это комнаты?

Повисла напряженная тишина.

— Ее! — одна из претенденток ткнула пальцем в Тильду.

Эмиль бесцеремонно растолкал слуг, вцепился в плечо химере пальцами и приволок ее, обмякшую, как тряпичную куклу, к самим дверям.

— Открыть! — сказал он приказным тоном.

За спиной пробежал презрительной шепоток: «Воровка! Воровка…» И, пусть это было правдой, но не сейчас.

И девушке снова стало обидно. Второй раз за этот день ее обвиняли в том, в чем она не была виновата. На глаза неожиданно навернулись слезы. В горле встал удушливый ком. Она судорожно вздохнула, достала ключи и поняла, что открыть не сможет. У нее предательски тряслись пальцы.

Управляющий вырвал ключ из ее рук и отворил дверь сам. А потом отошел в сторону. Тильда сглотнула слезы, потянула неожиданно ставшую такой тяжелой створку на себя и заглянула внутрь. Все было так, как она и думала.

Прямо напротив входа стоял маленький столик. На нем лежала любимая подушка Йорика, украшенная потрепанными цветами мальвы. А в центре композиции, как вишенка на торте, на синей бархатной подушечке сиял дворянский перстень рода Ро Ве.

* * *

Полуночный Свет! Что же делать? Так круто она не попадала еще никогда. И ладно бы за дело! Это еще можно бы было хоть как-то пережить. А тут… Девушка всхлипнула и вцепилась двумя руками в дверную ручку.

Эмиль Ровен орал как королевский глашатай в день летнего солнцестояния. И голос его наполнял коридор от потолка до пола, отражался от стен, разносился по дворцу и, казалось, достигал самих небес.

Тильда от испуга вжала в плечи голову и замерла, решив про себя ни за что не заходить внутрь гостиной. Ни за какие коврижки! Нет, нет и нет!

Но ее планы обворованного сьена не особо волновали. Управляющий буквально вдавил перепуганную химеру в ее покои и, все так же безжалостно, подтащил ее прямо к столу. Перстень здесь был виден во всей красе.

А еще стало видно, что из-под подушки торчит уголок золотистой карточки. Только ни ослепленный яростью мужчина, ни растерянная испуганная девушка этого не заметили.

Лайза вошла в покои подруги третьей и нахально захлопнула дверь прям перед сборищем любопытствующих девиц и слуг, лишая их и зрелищ, и развлечения.

— Обойдетесь, — сказала она шепотом в закрытую створку и довольно хмыкнула. — Здесь вам не цирк!

— Воровка! — орал хозяин перстня. — Тварь! Дрянь! Так и знал, что от тебя не стоит ждать ничего хорошего! Не успел оставить тебя одну…

— Да я, — попыталась возразить Тильда, но услышана не была.

Сьен Ровен жаждал справедливого возмездия.

Лайза набрала полную грудь воздуха, вспомнила, как обычно это делал ее папенька, и рявкнула, что было сил:

— Молчать!

Управляющий аж поперхнулся и заглох на середине фразы.

— Молчать! — повторила девушка, но уже не так громко.

Тильда судорожно сглотнула. Такого вопля от подруги она никак не могла ожидать.

— Спасибо, — практически одними губами прошептала химера.

А Лайза попробовала остудить пыл сьена Ровена:

— Она не брала! Я могу поручиться, мы все это время были вместе!

* * *

Мужчина пошел красными пятнами и опять взъярился.

— Вместе? Где это вместе? Воровали вместе? Так ты тоже воровка?

— Что? — не поверила своим ушам сьена Айшаен.

А потом вдруг резко шагнула вперед одной рукой залепила потерявшему чувство меры сьену затрещину. Звонкую, мощную, хлесткую. А другой выверенным движением ударила поддых.

Сьен Эмиль Ровен выпустил из рук химеру, схватился за живот, послушно сложился пополам, осел на пол и принялся беспомощно ловить губами воздух. Тильда тут же отвернулась и принялась утирать слезы. А безжалостная Лайза подошла к своей жертве, наставила на нее палец и произнесла, чеканя каждое слово:

— Это кольцо мы не крали! И никто не смеет называть воровкой ни меня, ни ее! Вам понятно?

Управляющий сидел на полу и обескуражено хлопал глазами. Девушка отошла к подруге, обняла ее за плечи и добавила:

— А если вам что-то не понятно, сьен, то следующий раз я вызову вас на дуэль. И мы еще посмотрим, кто из нас победит. Не будь я Элизабет Айшаен!

* * *

— На магическую дуэль? — тут же переспросил Эмиль.

От такой наглости со стороны этой молоденькой девчонки он слегка оторопел. Это же надо, как ударила! Это же надо! Одно движение, и вышибла из него дух. Из него! Давно так его… офицера… солдата… Давно не унижали! А глянешь — от горшка два вершка. Кажется, дунь посильнее — улетит. Пигалица! Не девица, а трясогузка форменная! Мелюзга! Но каков характер? А?

Эмиль Ровен восхищенно прищелкнул языком. Потом вновь увидал на подушке свой родовой перстень и посмурнел. Нет, это нельзя оставить вот так, безнаказанно. Ни в коем случае нельзя! Он прикрыл глаза, пытаясь успокоиться, но внутри все клокотало от возмущения.

— Я пришлю вам секунданта, — сказал он. — Правила дуэли обговорите с ним.

— Не боитесь проиграть? — нахально поинтересовалась Лайза?

— Я? — управляющий аж побагровел. — Ха! Ха-ха-ха! Не дождетесь! И вот это, — он сгреб одной лапищей со столика семейную реликвию, другой зацепил за шиворот притихшую Тильду и буром попер к двери, говоря на ходу, — я не собираюсь так оставлять. Пусть сам милорд рассудит — кто крал, а кто нет!

Тильда только тихонько шмыгала носом.

Никто и не заметил, как Лайза втихаря потянула за уголок кусочек картона золотистого цвета. Осторожно выудила его из-под подушки, прочитала написанное, довольно кивнула и спрятала находку себе в кошель. И только потом присоединилась к остальным.

* * *

По пути к кабинету темного лорда пыл управляющего слегка поугас. Ярость уснула и уступила место логике. И мысли мужчины пошли совсем в другом направлении: «А вдруг эта девчонка-баронета действительно не виновата? Кто знает, какие в этом змеюшнике бродят идеи и настроения? Вдруг ее кто-то подставил? Ну не идиотка же она, в самом деле, красть такую вещь, как дворянский перстень, и выставлять ее посреди комнаты на всеобщее обозрение? Мда, дилемма…». Он задумчиво огладил короткую светлую бороду.

«Да еще эта ее подруга, — Эмиль Ровен украдкой покосился на Лайзу. — Вон как идет решительно. Губы сжаты, брови сдвинуты, глаза горят! Огонь, а не девица! А как она ударила? А? Как ударила! Эх…». Мужчина слегка посмурнел и снова огладил бороду.

«Жаль, что она одна из невест милорда. Мда… хотя, — он снова покосился на сьену Айшаен, а потом и на всех остальных девиц, — вон, сколько здесь, этих невест! Может он выберет кого другого? И, Тьма меня раздери, еще и дуэль эта! Зачем только согласился, дурак старый! А может…?»

Тут его размышления были прерваны. Торжественная процессия дошла до кабинета Себастьяна Мор Те. Сьен Ровен, чтобы отдать дань вежливости, постучал, скорее по привычке, и, не дожидаясь ответа, открыл дверь.

Тильде стало дурно. Демонолога она боялась. Странно, этот человек ни разу, никогда не сделал ей ничего плохого. А она буквально леденела от страха при мысли о нем. Почему? Объяснить это она сама себе не могла. Внешне она хорохорилась, пыталась быть спокойной, даже нахальной, но внутри, где-то в самом центре ее перепуганной души, ледяной иголочкой замер ужас.

Дверь открылась. Впереди эдакой глыбой маячил этот грубиян-солдафон. Его спина закрывала химере весь обзор. Тильда тихонечко приподнялась на мыски и заглянула через плечо управляющего внутрь кабинета.

* * *

И тут же выдохнула от облегчения. Темного лорда видно не было. Лишь за столом, не на хозяйском месте, по центру, а с самого краешку примостился Морис Себрен. Он грустно смотрел в разложенный на зеленом сукне белый лист, словно никак не мог решить, что написать, и время от времени покусывал кончик карандаша.

Химера заулыбалась. И ей вдруг вспомнилось, как в детстве мама ругала ее саму, когда она также грызла карандаши. И сердце ее наполнилось теплом. Таким милым казался ей этот юноша, таким он был… И девушка вновь подумала, что он похож на забавного, неуклюжего щенка…

— Морис! — голос Эмиля Ровена вмиг развеял все очарование.

Управляющий обернулся, сгреб в охапку Тильду и Лайзу, пропихнул их внутрь кабинета, зашел туда сам и… закрыл дверь, опять оставив всех остальных снаружи.

— Ну, сколько можно говорить?

— А? — секретарь встрепенулся. Взгляд его зацепил знакомые девичьи лица, отчего на лицо наползла радостная улыбка, но потом поймал глазами сердитого сьена Ровена.

Морис тут же отложил карандаш в сторону и моментально сделал вид, словно не то что не грыз этот подозрительный предмет, а даже вообще не держал его в руках. Никогда! И глаза у него при этом сделались честные-честные! Такие невинные, что Тильда невольно хрюкнула от смеха.

— Тильда, — сказал он, — Лайза, воспитатель, а что случилось?

— Где милорд? — спросил сьен Ровен своего подопечного.

— Милорд? — Морис растерянно оглянулся на дверь у себя за спиной, что вела из кабинета в покои колдуна. — Не знаю, но могу сходить поискать.

Он сделал вид, что хочет подняться, но с места не тронулся.

— А что случилось-то?

— Случилось! — Голос вояки исполнился сарказмом. Он выудил из кармана дворянский перстень и положил перед воспитанником на стол. — У меня украли кольцо, и нашлось оно в покоях нашей неугомонной баронеты. Я скоро возненавижу этот отбор! Он длится чуть больше суток, а эти дамочки меня…

Он сделал в воздухе весьма неопределенный жест и замолк. Но всем и так стало понятно, как сильно его достали невесты.

— И почему Оракул сам не может назвать нужную девицу? — продолжил после паузы сьен. В словах его были возмущение и обида.

— Это вопрос не ко мне, — поспешил откреститься Морис. — Это тебе надо у жрецов, Оракула и самого милорда спросить. Но я не верю, что Тильда могла украсть у тебя это кольцо. Она все время была со мной и Лайзой. Она бы просто не успела…

— Еще и с тобой? — взревел Эмиль Ровен. — Совсем сдурели!

Он тяжко вздохнул, схватил своей лапищей один из стульев, подвинул и взгромоздился сверху. Стоять остались лишь юные сьены. Что было совсем уж некрасиво. И Морис поднялся.

— А что такого? — принялся оправдываться он. — Милорд мне сам приказал ее проводить! И кольцо она точно не крала! Я в этом уверен.

— Уверен, — передразнил его воспитатель, — а кто тогда? Кто?

И он уставился на баронету Ле Фа.

Как ответить на этот вопрос, Тильда не знала. Сказать, что получила задание от Оракула? Что забыла на столе карточку? Что за сутки успела обзавестись демонятами, которые в своих шалостях не знают меры?

Да кто ей поверит! Тем более, что она не имела ни малейшего понятия, куда подевалась карточка. И девушка молча пожала плечами, чтобы не врать совсем откровенно.

И тут вмешалась Лайза:

— Я все могу объяснить, — сказала она.

— Вы, сьена Элизабет? — неподдельно изумился сьен Ровен.

— Я!

И Тильда увидела в ее руках золотистый прямоугольник.

— Вот, читайте, — она протянула карточку управляющему.

Тот удивленно взял и прочел. И лицо его приобрело совершенно неописуемое выражение.

— Однако…

* * *

Больше Эмиль Ровен не сказал ни слова. Он молча поднялся со стула, сгреб со стола свою реликвию и, не прощаясь, удалился прочь, оставив сьен на попечение Мориса. Лишь на столе осталась сиротливо лежать задание Оракула.

— Что там?

Сьен Себрен в тот же миг засунул в карточку свой любопытный нос и расхохотался в голос. А потом точь-в-точь повторил своего учителя:

— Однако! И кто эти самые чужие руки?

— Не скажу, — ответила Тильда.

— А и не надо!

И Морис снова рассмеялся. К нему присоединились и девицы. И все напряжение этого бесконечного дня растворилось без следа.