Глава 14 · Язык цветов

А когда приступ смеха утих, а Тильда забрала карточку себе, вполне довольный секретерь сказал:

— Милорда нет, воспитатель вас бросил, похоже, мне снова придется вас провожать.

Расстроенным при этом он не выглядел. Впрочем, юные сьены тоже были не против. Но за дверями кабинета их поджидал сюрприз. Напротив выхода, возле окна, висели в воздухе два белых пушистых ушастых помпона. И вид у них был довольный донельзя.

— Тильда, — сразу закричал Йорик, — ты видела? Мы его украли!

— Ой! — Мила сделала испуганные глаза и прикрыла когтистой ладошкой рот.

Химера поняла, что смотрит сестрица Йорика куда-то за ее спину.

— Ой! — повторил за сестрой демоненок и поспешно добавил: — Ну, мы потом…

И озорники испарились, буквально растаяли в воздухе. А Тильда повернулась. У Мориса был очень красноречивый взгляд. Его буквально разрывало от желания заржать. Но он сдержался. Лишь только произнес:

— Теперь я точно знаю, чьими чужими руками вы обчистили моего воспитателя.

— Так ты их видел?

От удивления сьены хором перешли на ты. На что Морис только хмыкнул.

— Конечно, видел. Вы что забыли, чей я секретарь. Да я этих хм… милашек куда дольше вашего знаю. Они мне столько крови попили, заразы.

Он посмотрел сперва на Тильду, потом на Лайзу, задумчиво покачал головой, а после улыбнулся. И ямочки на щеках придали ему совершенно озорной вид.

— А вот то, что их видите вы, — сказал он, — вот это весьма странно.

— Ничего странного, — тут же ответила Лайза, — нас Йорик укусил!

* * *

На следующее утро Тильду разбудила не Рита, а Лайза.

— Вставай, засоня! — закричала она с порога. — Нам скоро уходить.

— Ты чего так рано? — химера попыталась зарыться в одеяло, чтобы спастись от неугомонной подруги.

И Мила была с ней солидарна:

— Ну, дайте поспать! — сквозь сон попросила она.

— Вот уйдем, и спи, сколько влезет! — ответила сьена Айшаен.

Она бесцеремонно отодвинула «гнездо» с демонятами и улеглась на свободную часть кровати.

— Ровен опять всех собирает в обеденном зале. Не знаю зачем, но опаздывать не советую!

Тильда горестно заныла, словно это могло помочь и отменить приказ управляющего. Но ей так не хотелось просыпаться. Ей снился такой чудесный сон. Про маму, про папу, про родной дом. Они тогда еще были все вместе. И были так счастливы. Зачем ей куда-то идти? Кто только придумал этот отбор?

Похоже, последнюю фразу она произнесла вслух, потому что Лайза моментально ответила.

— Не знаю, наверное, Оракул. Иногда мне кажется, что кроме него все это больше никому не нужно. А сам милорд не сильно-то рад происходящему.

Возможно, если бы Тильда проснулась, она бы и согласилась с подругой. Ей самой происходящее казалось до невозможности странным. Но сейчас она только отбросила одеяло, уселась и спросила:

— А где Рита?

— Я ее отослала, — беспечно отозвалась Лайза.

— Куда?

— Готовить беседку. Должны же мы с тобой позавтракать на природе?

— А как же обеденный зал? Как же сбор?

— А, — сьена Айшаен отмахнулась, — узнаем, что от нас хотят, и потихоньку слиняем. Не будет же Ровен держать нас силой? У нас и так с ним впереди дуэль.

* * *

На этот раз на Тильде было бирюзовое платье с широкой отделкой нежнейшего кружева. И в нем ей было куда комфортнее, чем во вчерашнем розовом. Она не казалась себе цветочным бутоном.

В столовой почти никого не было. Лишь за одним из столов сидели две сьены. Одну из них Лайза знала:

— Здравствуй, Элен, — поздоровалась она.

Тильда тоже кивнула и пошла устаиваться за столом, где стояла карточка с номером 6. Рядом кто-то заботливо поставил и номер подруги — 8. Сама Лайза не задержалась надолго.

— Я ее знаю, сказала она. Отец Элен служил под началом моего отца. Мы с детства знакомы, но никогда не дружили.

— Как думаешь, зачем нас опять собрали? — спросила химера тихонько.

— Не знаю. Опять задания раздавать будут. Глупее прежних. Хотя, куда уж глупее?

— Вы абсолютно правы, сьена, — насмешливо раздалось из-за спины.

Их стол обогнул сьен Ровен. Вид у него был довольный. И он не отказал себе в удовольствии отпустить в адрес Лайзы шпильку:

— Ведь умным и воспитаным девицам совсем не пристали подобные разговоры? Не так ли?

Тут уже на защиту подруги встала Тильда:

— Не так! — отрезала она. — Умные девицы имеют смелость высказывать свое мнение прямо, а не юлить подобно холодным лживым змеям. Не так ли, сьен?

Лайза бросила на химеру уважительный взгляд. Ей было радостно, что после вчерашнего неприятного происшествия подруга потихоньку начала приходить в себя.

* * *

Эмиль покачал головой. «Ну, что за девчонки? Откуда только такие свалились на его голову?» И он решил не продолжать спор, а отошел в сторону. У самого окна, там, где вчера стояли яства, на столе, на большом подносе лежала охапка разномастных цветов. Тильда слегка удивилась: «Кому мог понадобиться такой необычный набор. Букет из него точно не соберешь».

Но тут ее отвлекли. В зал вошла последняя из невест, Лилианна. И управляющий, довольно улыбаясь, поднял поднос с цветами. Он шел и на ходу вещал:

— В награду за выполненные задания милорд решил вас одарить. Каждая из вас получит подарок по заслугам.

Он подошел к столу Амалии, достал из цветочной охапки ветку герани и положил перед сьеной на стол. Глаза у той стали круглыми, но она неожиданно промолчала.

— Я тебе совсем забыла сказать, — шепотом прокомментировала Лайза, — к ней сегодня утром явился Оракул и сказал, что за отказ от исполнения задания, она на сутки наказывается молчанием.

— Откуда ты знаешь? — удивилась химера.

— А ее служанка рассказала моей Луне.

— А-а-а, — и Тильда стала смотреть дальше. Ей было любопытно, что все это значит.

Раздача цветов между тем продолжалась. А сьен Ровен продолжал вещать:

— Каждый цветок — послание милорда вам. И вы за сутки должны понять, что это послание значит.

На стол герцогине легла гортензия. Маркиза Ти Рей получила нарцисс. Следом были розданы одуванчик, пион, сирень, подсолнух. Элен получила фрезию, а Присцилла Су Жи фиалку. Наконец Эмиль добрался до столика подруг.

— Это вам, сьена Айшаен, — подчеркнуто вежливо сказал он.

И перед Лайзой опустилась белая гвоздика.

— А это вам, — и Тильда с удивлением увидела ромашку.

— Впрочем, это не все, вот это, — мужчина рядом положил желтый гиацинт, — тоже вам.

Он уже ушел, а девушка не видела и не слышала больше ничего. Что значит ромашка, она не знала. Но гиацинт, если он желтый, совершенно точно на языке цветов означал: «Я вам не верю!»

Когда-то давно Тильде уже доводилось столкнуться с таким посланием. Правда, совсем в иных обстоятельствах. Химера прикрыла глаза и уплыла по волнам воспоминаний.

* * *

— Тильда, у меня к тебе серьезный разговор, — тетушка Флора перехватила племянницу в саду, где та в беседке украдкой читала любимый роман. Папа таких развлечений не поощрял. Дочь он любил, но воспитывал в строгости. А эти любовные бредни — натуральная отрава для юного девичьего ума. Тем более, когда девице едва исполнилось тринадцать. — Ты меня слышишь? Встань!

Тетя была настойчива.

— Да, тетушка, слышу, — Тильда послушно встала, оставив книгу на лавке.

— Эла заперлась у себя в комнате и рыдает. Я пыталась с ней поговорить, но она отказалась.

«Эла, Тьма сюда принесла эту завистливую пустышку и ее мамашу. И зачем только нужны такие родственники? Зачем их папа привечает? Без них куда спокойнее!» — промелькнуло в голове Тильды. Но вслух она произнесла:

— Почему, тетушка?

Девочке этот разговор бы совершенно неинтересен, впрочем, как и сама тетушка, как и ее избалованная без меры дочь. Но правила приличия, Тьма их забери… Кто их только придумал? И папа будет недоволен. Тильда мысленно морщилась от досады, но показать свои истинные чувства вновь не решилась. А потому покорно отвечала. Правда, иногда невпопад.

— Она сказала, что не выйдет, пока ты не попросишь у нее прощения.

— Конечно, тетушка…

— Конечно? — Флора казалась бесконечно удивленной. Такой легкой победы на этой маленькой строптивицей она не ожидала. — Так ты попросишь у кузины прощения?

Тильда словно только что очнулась ото сна. Она посмотрела на тетю цепким умным взглядом, улыбнулась, а потом твердо произнесла, на этот раз вполне искренне:

— Нет!

— Нет? Да как ты смеешь!

Тетка занесла руку и отвесила племяннице полновесную оплеуху.

— Нет, — ледяным голосом повторила Тильда.

Потом вскочила на лавку, легко перелезла через ограждение беседки и бросилась бежать в сад. Ей не за что было извиняться. Ее сестра вполне заслужила полную корзину желтых гиацинтов. И записку заслужила тоже. Девочка довольно заулыбалась. Эту записку она написала сама: «Эла, ты гадкая лгунья. Я не верю ни одному твоему слову!»