Глава 16 · Оковы Тьмы

На столе лежал лист бумаги, добытый Морисом в недрах библиотеки. Он был расчерчен пополам. Сам добытчик держал в руке карандаш и, подглядывая одним глазом в оглавление книги, вопрошал:

— Что куда пишем?

За его спиной стояла Тильда и командовала.

— Слева пиши все хвалебное, справа все ругательное.

— Ага, — секретарь склонился над листком. — Значит, направо у нас отправляются герань, гортензия, подсолнух и нарцисс.

— Глупость, бессердечность, гордыня и обманутые надежды, — прокомментировала Тильда.

— Гиацинт пишем? — Морис записал четыре цветка и теперь раздумывал над пятой строкой.

— Зачем? — удивилась Лайза. — Что у нас, мы и так знаем, надо разобраться с остальными.

— Ага, — снова повторил мужчина и передвинул карандаш влево. — А здесь будут одуванчик, сирень, фиалка и фрезия. То есть, ээээ…

Он наморщил лоб, пытаясь вспомнить значения цветов.

— Радость, красота, скромность и доверие, — подсказала химера, но потом задумалась и она. — А куда писать пион? Веселая жизнь — это плохо или хорошо?

— Да кто его знает, этого темного лорда? — Лайза тяжко вздохнула. — Морис, а ты как думаешь?

Девушки как по команде уставились на секретаря черного колдуна.

— Я? — тот, не выпуская карандаша, прижал к груди руки и изумленно поднял домиком брови. — А я-то здесь причем?

— Кто из нас секретарь милорда? — серьезно спосила Лайза. — Ты или мы с Тильдой?

— Секретарь я, — не стал спорить Морис, — но, что там у милорда с веселой жизнью, мне не известно.

— Толку от тебя, — снова вздохнула сьена Айшаен, — тогда пиши его посередине. Будем считать, что у него нейтральное значение, как и у моей гвоздики.

Сьен Себрен послушно вписал пион по центру.

— Все? — он отложил карандаш, полюбовался на перечень и спросил: — А зачем нам все это?

— Не знаю, — немного нервно ответила Тильда, — не задавай глупых вопросов.

Морис хотел спросить, почему это вдруг глупых? Но решил воздержаться. Вместо этого он молча стал наблюдать за Тильдой. Та подвинула к себе лист и взяла карандаш.

С левой стороны она под каждым из цветков вписала имена невест. Потом отложила карандаш в сторону и постучала пальцем по списку, привлекая общее внимание.

— Пока вот эти сьены кажутся мне наиболее вероятными кандидатурами на победу в отборе, — сказала она.

— Эти? — Лайза пробежала глазами по именам. — Лорна, Мирьем, Присцилла и Элен. Вот и славно. Скорей бы уже твой милорд определился и отпустил нас по домам, — обратилась она к Морису. — А то уже достал своими дурацкими загадками! Хотя Элен жалко. Она хорошая. Лучше бы ей подарили другой цветок.

* * *

Морис опять с удовольствием взялся провожать подруг. Жаль только от библиотеки до покоев Тильды идти было совсем недолго. Он бы с радостью побродил в компании столь занимательных особ еще часок-другой. Но… в комнаты баронеты его на этот раз отчего-то не пригласили. Уже прощаясь, парень вдруг вспомнил:

— Кстати, через два дня вас разрешат навестить родным! Я точно знаю, сегодня Эмиль обсуждал это со слугами. Так что готовьтесь, у вас будут гости.

— Папа приедет! — Лайза несказанно обрадовалась.

А Тильда заметно посмурнела. Какие еще гости? Барон Ле Фа? Только этого не хватало… Внезапно ее осенило, и она уставилась на Мориса умоляющим взглядом.

— Ты сможешь выполнить одну мою просьбу?

— Смогу! — моментально выпалил тот, но потом решил уточнить: — А какую?

— Сейчас!

Тильда метнулась в свою гостиную, без жалости скинула на пол подушку Йорика, благо самого проказника на ней не было, оторвала от списка чистую половинку и принялась писать: «Жду через два дня в…»

— Как называется этот дворец? — спросила она, не поднимая головы.

— Загородная резиденция лорда Себастьяна Мор Те, — ответил сьен Себрен.

И Тильда продолжила: ' в загородной резиденции лорда Себастьяна Мор Те. Приезжай. Тильда'.

* * *

Химера сложила записку в четыре раза, как следует прогладила сгибы, поднялась с кресла и подошла к своему новому знакомому.

— Сможешь найти особняк барона Ле Фа?

— Смогу, — слегка удивился тот. — А зачем?

— Напротив особняка, через дорогу есть чайная. Передай эту записку толстяку Лью. Пожалуйста, — девушка сделала самые умоляющие глаза, на какие была способна. — Для меня это очень важно.

— Странное желание, — не сдержалась и подала реплику Лайза.

Тильда только отмахнулась от нее.

— Пусть странное. Сможешь? — снова спросила она.

Морис слегка нахмурился, но кивнул.

— Сам не смогу, но найду того, кто сумеет туда попасть.

И, увидев непонимание в глазах подруг, невесело усмехнулся. А потом расстегнул манжет своей рубашки и слегка приподнял рукав. На запястье его тоже красовался черный золотой браслет — проклятые оковы Тьмы.

* * *

— Вот так сюрприз, — изумилась Тильда. — Это тебя твой воспитатель окольцевал? Чтобы ты отсюда не сбежал раньше времени?

— Ну, можно сказать и так. — Морис опустил взгляд и пожал плечами.

— Ай да Эмиль, ай да… — дальше Элизабет произнесла нечто, уже совсем неподобающее благородной девице.

Секретарь не преминул восторженно присвистнуть, а Тильда подумала, что страсть к непечатным выражением в роду Ай Ша семейная. Сначала Амалия, теперь и Лайза.

— И как ты собираешься выполнять ее просьбу? — сьена Айшаен никак не унималась.

— Да с этим как раз не будет никаких проблем, — спокойно ответил Морис. — Здесь хватает народа, кто волен передвигаться свободно. Тех, на кого не нацепили эту дрянь.

Он покрутил браслет на запястье, задвинул его повыше и застегнул манжет.

— Я даже не стану сейчас спрашивать, зачем тебе, Тильда, это нужно.

И Морис убрал записку в карман.

— Но потом, когда сможешь, ты откроешь мне эту тайну. Договорились?

Химера закусила губу, с минуту подумала и ответила весьма уклончиво:

— Когда смогу, расскажу.

— Вот и славно.

И Морис снова заулыбался.

— А пока позвольте откланяться, у меня совсем нет времени. Мне надо спешить выполнять просьбу одной весьма очаровательной особы.

* * *

— Шут гороховый, — сказала Лайза, закрывая за ним дверь.

Из стены тут же появилась встревоженная мордашка Йорика.

— Он ушел? — спросил демоненок шепотом. — Этот человека ушел?

— Ушел, — подтвердила Тильда и почувствовала, что лицо расползается в улыбке.

Йорик полностью выскользнул из стены, огляделся, засунул обратно голову, оставив снаружи пушистую белую тушку с хвостиком и крылышками, и закричал так, что слышно стало даже подругам:

— Мила! Ты где? Выходи. Человека ушел.

Мила проявилась сначала одним лишь глазком и ухом, убедилась, что брат не врет, и деликатно просочилась в покои Тильды полностью.

Йорик тут же поднял подушку с пола, водрузил ее на стол и сам улегся сверху. И химера заметила, что брюшко у него опять похоже на надутый пузырь.

— Если хочешь спать, — сказала она, как могла строго, — то иди на кровать.

Йорик обиженно надулся, вспорхнул со стола, демонстративно оставив лежать там подушку, и перелетел в гнездо к Миле.

Лайза проводила его взглядом, а потом спросила в лоб:

— Мне ты тоже не расскажешь, что это за чайная и зачем нужна эта идиотская записка?

— Нет, — твердо ответила Тильда, — пока не расскажу. Не могу.

— А потом? — Она усмехнулась. — Только не надо говорить, если смогу. Сразу становится ясно, что не сможешь.

Химера даже смутилась.

— Я постараюсь, — ответила она, — честное слово, я постараюсь.

* * *

Мысль о том, как же сбежать из дворца, как избавиться от браслета, не давала химере покоя. Уже совсем поздно, когда осталась одна, она решила еще раз выбраться в библиотеку. Сопровождать ее вызвалась Мила. Сытый Йорик остался спать.

Демонячья девчонка сидела на плече у девушки и тихо сопела. До библиотеки они не дошли совсем немного. Мила вдруг встрепенулась, шумно потянула ноздрями воздух и горячо зашептала Тильде на ухо:

— Прячься, сюда идет человека. Глупая, плохая, громкая, та, у которой, — Мила похлопала себя по пушистой попке, — золотые штаны.

Сразу стало понятно, о ком идет речь. Тильда не стала спорить. Она проворно запрыгнула на подоконник, прижалась к стеклу и задвинула портьеру ровно настолько, чтобы спрятаться и не вызвать подозрений. Чтобы остаться незамеченной. Благо платье на ней было домашнее, прямого кроя.

* * *

Сквозь щелочку ей было видно все. Тильда затаилась и принялась ждать. И скоро в коридоре показалась Амалия. Химеру такая встреча совсем не удивила. Казалось бы, что делать благородной девице здесь в такой час? Однако… Девушка невесело усмехнулась. Сама она тоже была здесь.

Графиня Ай Ша выглядела удрученной. Глаза у нее были припухшие. И Тильда могла поклясться, что своенравная сьена совсем недавно плакала. А это было странно вдвойне.

Когда Амалия скрылась из вида, Мила снова зашептала на ухо:

— Ушла, человека совсем ушла.

— Спасибо, — тихонько ответила ей Тильда и слезла с подоконника.

Оставшийся путь они проделали без приключений. В библиотеке горел свет, но было пусто. Химера огляделась и поморщилась. Библиотека была огромной. Казалось, полкам с книгами не видно конца. И где в этом море знаний искать одну единственную книгу?

— Помоги мне, полуночный Свет! — прошептала она скорее по привычке, чем надеясь на реальную помощь.

И пошла вдоль стеллажей, пытаясь понять, с чего начать поиски. Но глубоко уйти не успела.

— Она была здесь, — внезапно сказал демоненок.

— Кто?

— Та человека, плохая.

Для пущей убедительности Мила махнула ладошкой в сторону двери.

— Амалия? — переспросила Тильда.

Но с именами у демонов было туго. И девочка уточнила:

— Та, к которой золотые штаны.

— А что она делала? — спросила лжебаронета, ни на что особо не надеясь.

Но Мила шустро подлетела к полке и сказала:

— Брала и несла, — она пролетела между стеллажами и оказалась у стола, — клала, садилась, листала и капала. Сюда.

Все свои действия она поясняла жестами. Вот и сейчас ее палец, для пущей наглядности, указывал на стол.

И Тильда догадалась, что именно здесь Амалия рыдала. Но сначала она прочла какую-то книгу.

— Интересно какую? — спросила сама себя химера вслух.

Она подошла к полкам ближе и сразу поняла, о какой книге идет речь. Корешок ее был не до конца задвинут, словно фолиант второпях вернули на место, но не удосужились поправить. На корешке золотом сияли буквы: «Артефакты, применяемые в магии Тьмы».

— Мила, — окликнула химера, доставая книгу, — ты самый лучший демон на свете!

— Правда-правда? — обрадовалась малышка.

— Клянусь, что не вру!

Мила расползлась в улыбке, прижалась к девушке пушистым боком и доверительно прошептала:

— А ты самая лучшая человека.

* * *

Фолиант лежал на столе. Мила пристроилась рядом и от нетерпения подергивала ушками. Тильда, старась унять в пальцах нежданную дрожь, открыла оглавление. Искомый объект нашелся почти сразу. В самых верхних строчках.

«Оковы Тьмы — страница 16».

Химера быстро перелистнула страницы на нужное место. Да так и замерла. Ее открытие было, мягко говоря, неожиданным. Под заголовком, в самом центре текста темнело влажное пятно.

— Капала, — серьезно повторила Мила и указала на отметину пальчиком, — та человека.

— Да, — машинально ответила Тильда.

Она смотрела на текст, а в голове ее крутилась одна единственная мысль: «Амалия тоже ищет информацию об Оковах Тьмы. Только зачем ей это надо?»

* * *

Мила тихо сопела под ухом. Йорик из вредности перебрался на столик вместе со своей подушкой и устроился там. Тильда не стала его прогонять. Зачем? Пусть спит.

Сама же она никак не могла заснуть. Мысли роились в голове, как сердитые пчелы. Девушка вздохнула и перевернулась на бок, лицом к окну. Там на небосклон выплывала Селена. Полная, круглая, слегка голубоватая, как и всегда в это время года.

Тильда вдруг вспомнила, как в детстве пыталась отыскать на ночном светиле лицо. Для этого нужно было только прищуриться и слегка оттянуть пальцем наружный уголок века. Она улыбнулась и повторила этот нехитрый ритуал. Ей повезло. Сегодня Селена была доброй. Ее небесный лик улыбался и ласково смотрел на химеру.

Тильда вздохнула и убрала палец. На небе снова оказался голубоватый сияющий диск. От его света в комнате было почти светло. Черный алмаз на браслете поймал лунный луч и пустил на пол голубого зайчика. А девушка зачем-то спрятала руку под одеяло. Этот артефакт стал ее головной болью. А сегодняшний поход в библиотеку превратил проблему в настоящую катастрофу.