Глава 19 · Переполох

А Тильда не ответила. Зачем отвечать? Зачем подтверждать очевидное?

Барон вздохнул. Он сразу как-то постарел и погрустнел. И растерял весь свой запал.

— Значит, выжила…

Тильда неопределенно пожала плечами. Глупый вопрос, учитывая, что она сейчас стоит здесь, перед ним.

А барон продолжил. Все так же, рваными фразами:

— Я должен был догадаться… Ты там была без якоря? А кто же тогда…?

Вопросы, сплошные вопросы. А в глазах ни грамма интереса, лишь лед пустоты и тревога. Не за нее, нет, за себя. Какая разница кто? Тильда внимательно оглядела своего визави и склонила голову на бок. Лицо ее было спокойным и равнодушным. Но только она сама знала, какими усилиями ей давалось это равнодушие.

— Ну что ж, — заключил гость. — По крайней мере, ты здесь, и выйти отсюда не можешь, а Элоиза сейчас в безопасности. Возможно, все это к лучшему… Прощай.

На этом разговор и окончился.

* * *

Утро началось с переполоха. Девушку кто-то тряс за плечо и без конца приговаривал:

— Тильда, просыпайся! Срочно!

Голос был очень знакомый, но сквозь сон химера никак не могла разобрать чей.

— Да оставь ты ее в покое, — раздался совсем рядом мальчишеский басок. — Дай человеке поспать! Чего пристала? Отстань…

— Сам отстань! Видел что происходит? А она спит! Просыпайся, Тильда, вставай!

Последние слова наконец-то достучались до спящего сознания баронеты. И она проснулась.

— Что случилось? Где?

Она сладко зевнула, потянулась и уселась на кровати. Мила, восседавшая у нее на груди ойкнула и отлетела в сторону. Йорик нахохлившись притулился в гнезде.

— Ну вот, — провозгласил он горько, — разбудила. А человека так сладко спала…

И он обиженно хлюпнул носом, словно это разбудили его самого.

— Что случилось? — снова спросила девушка.

— Мы не знаем, — Мила развела руками. — Но там что-то странное.

И она указала на окно. Тильда рывком отбросила одеяло и метнулась в указанном направлении. Хм, там действительно происходило нечто странное. Во дворе, у парадного входа стояло четыре кареты. Больших, комфортных, для дальних путешествий. У них суетилась прислуга с вещами.

И можно было бы подумать, что кто-то приехал в гости, если бы не одно но — вещи в кареты загружали.

— Кто-то уезжает? — удивленно спросила Тильда.

— Не знаем, — опять повторила Мила. — Милорд только вернулся, сегодня утром.

— Милорд? А он уезжал?

Вырвалось у химеры, но она тут же замолчала. Это было так очевидно. Она уж точно могла бы догадаться и сама. Ведь Морис тоже не появлялся последние дни. «Что с тобой здесь происходит, Тильда? — спросила она сама у себя. — Куда подевалась твоя хваленая сообразительность?»

Йорик словно услышал ее мысли.

— Глупая человека, — покачал он головой, — а казалась умной.

Девушка на его высказывание не обратила никакого внимания. Из коридора донесся шум. Она прямо поверх рубашки накинула домашнее платье и поспешила к выходу, но не успела. Дверь распахнулась сама, и на пороге появилась взволнованная Лайза.

— Видела? — спросила она, опуская вежливые предисловия. — Представляешь, утром четырем из нас явился Оракул и сказал, что они свободны и могут отправляться домой.

— А ты откуда знаешь?

— Мне Элен сказала…

— А она откуда…

Тильда выглянула в окно и осеклась. В одну из карет служанка усаживала сьену Элен Дитейн. А на площади как раз только-только появилась маркиза Присцилла Су Жи.

Химера прислонилась лбом к холодному стеклу. Щеки у нее полыхали. Следом за маркизой из дверей вышла Лорна, и практически сразу появилась Мирьем. Тильда шумно выдохнула и повернулась к подруге.

— Одуванчик, сирень, фиалка и фрезия, — выпалила она почти не задумываясь. И горько рассмеялась. — Лайза, мы с тобой умудрились угадать с точностью до наоборот.

— Ага, — подтвердила та, — и домой отправились радость, красота, скромность и доверие.

— Тьма меня раздери, если я хоть что-то понимаю!

Тильда неожиданно ощутила, что близка к отчаянью. Этот идиотский отбор убивал ее своей бессмысленностью и нелогичностью. Элизабет подошла к подруге, обняла ее за плечи, чмокнула в щеку и вдруг сказала:

— Похоже, наш милорд питает слабость к плохим девчонкам.

* * *

Кареты уже скрылись вдали. Смолк цокот копыт и шум голосов. А Тильда все также стояла у окна. Стояла и пыталась понять, почему Оракул не выгнал ее? Если ей не доверяют, это было бы самым правильным решением. Но ответа она не знала.

— И что дальше? — спросила она вслух.

— Дальше, — Лайза отвлеклась от чесания Йорика и заработала взамен недовольный взгляд. — Всем остальным велено к завтраку собраться в обеденном зале. Нам снова будут что-то объявлять. Так что собирайся, нам скоро выходить.

* * *

В обеденном зале подруг встречала лишь злая, как сотня демонов Амалия Ай Ша. Попытку поздороваться она проигнорировала и демонстративно отвернулась.

— Ей что, Оракул все еще не вернул голос? — спросила шепотом Тильда.

— Да нет, давно вернул. Орет как недорезанная. Вчера приходила ко мне скандалить. Кричала, что я плохая сестра.

— А сейчас она тогда чего молчит?

— Я ее выгнала, — довольно сказала Лайза. — И дверь закрыла.

— Как только тебе не стыдно, — сказала химера с усмешкой.

— Ничуть, — призналась подруга. — Давно об этом мечтала.

В зал стали подтягиваться невесты. Они рассаживались за столики и также шепотом обсуждали недавные события.

Последним пришел сьен Ровен. Он оглядел девиц и выразительно кашлянул, привлекая к себе внимание. И шум моментально стих.

— Итак, — сказал управляющий торжественным голосом, — я поздравляю вас с успешным прохождением первого тура. — Все вы, — он выразительно обвел рукой зал, столики и притихших невест, — решением Оракула признаны достойными продолжить отбор. Поэто…

И тут его перебили.

— И я? — Амалия аж вскочила со своего места. В ее голосе были смешаны изумление и разочарование.

— И вы, дражайшая графиня. — Эмиль неприкрыто усмехался. — Вы признаны одной из перспективнейших кандидатур.

— Да провалитесь вы во Тьму вместе с вашим Оракулом! — Взвыла Амалия. Она в сердцах бабахнула кулаками по столу, а потом отшвырнула ногой стул. — Да чтоб вы…

— Рот закройте! — приказал сьен Ровен. И голос его прокатился под сводами зала и отразился от стен сразу со всех сторон. Он сделал пальцами едва уловимый пасс, и сьена Ай Ша поперхнувшись замолкла. — Вот так. Вам что не хватило одного урока? Оракул всегда может повторить экзекуцию.

Амалия молча подняла стул и уселась, сцепив на столе ладони в замок. Странно, но Тильде вдруг показалось, что графиня вот-вот разревется.

— Итак, — снова повторил управляющий, — по случаю такого события у нас сегодня особое угощение.

Он важно взмахнул рукой, и слуги откуда-то из недр помещения вкатили нечто невероятное — огромное, воздушное, невесомое, прекрасное в своем совершенстве.

— Праздничный торт! — оглушительно провозгласил Эмиль.

На слове торт по центру зала, практически над головой управляющего вдруг появились Мила с Йориком. Они азартно огляделись и вмиг узрели шедевр кондитерского искусства.

— Торт! — совершенно искренне изумился Йорик. — Честное слово, торт!

— Тортик, — Мила от счастья зажмурила глазки.

И два пушистых белых проглота бросились к лакомству наперегонки.

Рядом тихо ойкнула Лайза, что было вполне понятно. Но Тильда заметила, что демонов видит не только ее подруга. Сьен Ровен задумчиво провожал взглядом нахальные крылатые тушки.

— Торт, — повторил он почти трагически. Потом увидел, как две живые торпеды вонзились в крем, пятерней поскоблил свою бороду и многозначительно добавил: — Был.

* * *

В звенящей тишине зала раздалось упоенное чавканье. Тильда украдкой оглядела присутствующих и убедилась, что никто из оставшихся невест демонят не видел. Зато слышали их практически все. А с тортом тем временем происходили преинтересные метаморфозы. Он таял на глазах.

Сначала в нем появились две внушительных размеров пещеры, одна напротив другой. Потом крылатые паразиты вгрызлись в бока так глубоко, что встретились ровнехонько по центру, где умудрились благополучно повздорить.

От их возни верх торта осел и провалился вниз, прямо на пушистые головы. Послышался писк, визг и возмущенное бормотание. Дальше кондитерские руины лопнули в середине, оттуда вылетел рассерженный Йорик, завис над столом и… сделал глубокий вдох.

Вот Тьма! Тильда аж протерла глаза. В это было сложно поверить, но демоненок внезапно увеличился раза в три. Улыбнулся, показав подругам акульи зубки, вытянул губы в трубочку и… заглотил останки торта в себя. Полностью, разом, целиком. А внизу остался сияющий девственной чистотой поднос и слегка потерянная Мила.

— Где? — сестренка Йорика недоуменно озиралась, ощупывая алыми ладошками поверхность под собой. — Куда все делось?

Демон снова улыбнулся, на этот раз сыто и довольно, погладил себя по надутому брюшку и, словно между прочим, известил:

— Сюда!

— Куда?!!!

Тильда прикрыла ладонью глаза. Мама дорогая! Что сейчас будет! Но в зале опять воцарилась тишина.

— А можно нам уйти? — спросил дрожащий голосок слева. — Раз торта все равно больше нет.