Глава 28 · Дуэль

Представление о дуэлях Тильда имела весьма смутное. Однажды ей довелось присутствовать на подобном мероприятии, но было это в таком далеком детстве, что в памяти почти ничего не осталось. Помнила она только маму взволнованную и испуганную да папу серьезного и хмурого. А потому дуэль ее уже заранее пугала. В отличии от Лайзы. Та была задорна и решительна. И настрой имела самый серьезный.

Час икс приближался неумолимо. Тильда, чтобы составить подруге компанию, тоже нарядилась в амазонку. И вместе они теперь, видит Тьма, представляли зрелище весьма аппетитное. Просто сносшибательное для слабых мужских натур.

Так получилось, что к месту дуэли подруги пришли первыми. Управляющего и его воспитанника еще не было. Лайза окинула взглядом местность, довольно хмыкнула и, как ни в чем не бывало, уселась на скамью. Тильда примостилась рядом, на самый краешек. От волнения она не знала куда девать руки. А спокойствия Элизабет попросту не могла понять. И поэтому не сдержалась:

— На тебя посмотришь, и можно решить, что дуэль у тебя далеко не первая.

Сьена Айшаен лукаво прищурилась и улыбнулась во весь рот.

— Не поверишь, — сказала она, — дуэль с нашим солдафоном у меня будет даже не вторая! Ты все время забываешь в каких условиях я росла, и кто мой отец. Мне регулярно приходилось ставить на место зарвавшихся нахалов!

— И твой отец был не против? — в голосе Тильды прозвучало недоверие.

— Папа? Нет. Он всегда считал, что способность защитить свою честь — весьма полезное качество для молодой привлекательной девицы.

Не сказать, что бы химера была не согласна с отцом подруги. Ей самой всех этих знаний и умений определенно не хватало, особенно в первое время, когда она внезапно оказалась предоставлена сама себе. Но все-таки такой подход был странным и нетипичным.

Наверное, поэтому девушки так сблизились между собой. Их обеих нельзя было назвать благовоспитанными девицами в традиционном понимании этого слова. Она хотела было облечь свои мысли в слова, но Лайза вдруг поднялась, прищурилась и сказала:

— Идут.

И правда, к фонтану приближались две мужские фигуры. И приближались быстро. Тильда обернулась к подруге. Та стояла и улыбалась. И улыбка ее была хищной.

— Готовься, баронета, — сказала она, — такого спектакля ты еще не видела.

* * *

Не прошло и трех минут, как мужчины подошли к фонтану.

— Сьены, рад вас видеть, — Морис преувеличенно учтиво поклонился.

Воспитатель бросил на него неодобрительный взгляд и едва кивнул. Лайза проигнорировала оба приветствия. Смотрела она только на Эмиля. Тильде пришлось здороваться за двоих.

— Мы рады вас приветствовать, сьены. — То что прозвучала эта фраза по-дурацки она и сама поняла. Но решила сделать вид, что так и задумано.

Лайза же наконец-то заговорила. И начала весьма вызывающе:

— Ну что, сьен грубиян, не надумали извиняться? Если попросите у баронеты Ле Фа прощения, и я не стану вас наказывать.

Лицо Эмиля Ровена от этих слов побледнело, ноздри яростно раздулись, а губы сжались. И Тильда поняла, что управляющий в бешенстве.

Он едва сдержался, чтобы не наговорить лишнего, но смог убрать из голоса эмоции и ответить ледяным тоном:

— Вас очень плохо воспитали, милейшая Элизабет. Да будет вам известно, что место приличной сьены за пяльцами у окошка. А всякое вольнодумство и сумасбродство должно непременно наказываться. И, если этого не смог сделать ваш отец, я сам устраню пробелы в вашем воспитании.

Тильде от этих слов стало не по себе. Зачем она его дразнит? Зачем разжигает огонь? Девушка перевела взгляд на Мориса, тот смотрел на воспитателя и неодобрительно хмурился. Ему тоже происходящее было не по душе. «Лайза, молчи!» — захотелось крикнуть химере.

Но делать этого она не стала. Сьена Айшаен была на удивление спокойна, иронична и уверена в себе.

— У меня такое же мнение о вашем воспитании, достопочтенный сьен, — ехидно сказала девушка. — И да, мы еще посмотрим кто, кого и чему научит. Только боюсь, урок не пойдет впрок.

— Вам, сьена Элизабет? — не менее ехидно заметил управляющий.

— Нет, вам! Сьен Эмиль.

* * *

Ровен хлопнул рукой о каменный борт фонтана.

— Мне кажется, что этот разговор бессмысленен. Слов вы не понимаете. Поэтому приступим.

Лайза хохотнула:

— Давно пора. Я то я начала думать, что вы пытаетесь избежать схватки.

— Я? — мужчина даже указал пальцем себе на грудь. А потом проговорил медленно и четко: — Не дождетесь.

— Вот и славно. Десять шагов?

— Как вам будет угодно.

В глазах подруги Тильда уловила победный огонек. И тут же подумала: «Что же такое она задумала?»

— Тогда вы оставайтесь здесь, а я… — Элизабет повернулась к противнику спиной и, громко считая шаги, прошла по дорожке в сторону рощицы, — Десять! А я встану сюда.

Дислокация получилась весьма неоднозначной — Лайза стояла на узкой каменной тропе, вокруг нее со всех сторон был свежеподстриженный газон. Эмиль оказался на каменной площадке. В тылу у него расположился фонтан. Сам мужчина стоял почти вплотную к каменному борту.

— Кто первый? — спросил он.

— Я думаю, что стоит начать одновременно. Так будет честнее, — ответила Лайза.

— Ну, что ж, вероятно вы правы, надо заканчивать этот балаган. Мне он уже порядком надоел.

Сьена Айшаен пропустила последнюю фразу мимо ушей.

— Итак, — провозгласила она, — на счет три?

Морис вплотную приблизился к Тильде и зашептал ей на ухо:

— Никак не могу понять, зачем им секунданты? Они и сами прекрасно справляются.

* * *

На счете «три», Тильда от испуга зажмурилась, повернулась к сьену Себрену и уткнулась лицом ему в грудь. Тот спорить с нежданной удачей не стал и нежно приобнял девицу за плечики.

От такой фривольности химера слегка ошалела, но поменять что-то не рискнула. Сердце ее билось, как сумасшедшее. Ей было страшно за Лайзу. Она ругала себя за то, что не отговорила подругу от такой глупости.

А потом раздался громкий хлопок, резко запахло горелым, над головой пронесся горячий поток воздуха. А следом раздался удар — один, второй, третий, как-будто кто-то колотил кувалдой по каменной плите.

Тильда слегка отстранилась от Мориса, приоткрыла один глаз и, стараясь перекричать весь этот шум, спросила:

— Что там?

Морис в ответ хохотнул:

— Смотри сама, это нужно видеть! Ай да Лайза! Как она его!

Испуг сменился острым любопытством, и Тильда повернулась на звук.

— Тьма меня раздери! — Невольно вырвалось у нее.

А посмотреть было на что.

Эмиль Ровен был порядком подкопчен. Выглядел он вообще весьма занимательно — лицо в саже, волосы взъерошены, сквозь прорехи в сюртуке зияет, гм, когда-то белоснежная рубашка. Один рукав отрован на половину. У второго вместо манжета очаровательная бахрома.

Тильда полностью отлипла от парня и даже протерла глаза. Настолько нереальным было это зрелище.

От места побоища их с Морисом отделяло черное прозрачное сияние. Как сияние может быть черным, девушка объяснить не могла, но факт оставался фактом. Так же как черный свет в святилище Тьмы. Наверное, оба явления имели одну природу.

Лайза была целехонька — свежа и бодра как птичка. Ее от сьена Ровена отделял магический щит золотистого цвета. Странный, рыхлый, многослойный, как шелуха на луковице.

Тильда пригляделась. Разъяренный Эмиль бомбил щит своей соперницы пульсарами. Они с грохотом врезались в преграду и рикошетили в разные стороны. Каждый удар разрушал верхнюю оболочку. Казалось, что вот-то, еще чуть-чуть, защита девушки иссякнет, растает без следа.

Но сьена Айшаен раз за разом наращивала с внутренней стороны новый слой, рассчитанный как раз на силу одного удара. Решение было элегантным и гениальным в своей простоте. Оно почти не тратило сил.

А Тильда восхитилась и невольно согласилась с Морисом: «Айда, Лайза! Кто бы мог подумать?» Похоже, прорехи и подпалины Эмиль устроил себе сам. Элизабет пока не сделала ни одного атакующего движения. Да ей это было и не нужно.

Управляющей пребывал в бешенстве. Он пытался бить со всех сторон — сверху, снизу, слева, справа, прямо в лоб. Но все безрезультатно. Многослойная защита работала безупречно.

* * *

От злости мужчина вдарил со всех сил. Шар врезался в защиту с таким грохотом, что у Тильду на миг оглушило. Потом от отскочил, как мяч, и прилетел в щит Мориса. Громыхнуло второй раз. И… черное сияние исчезло, поглотив огненный сгусток без следа.

Парень лишь изумленно крякнул и воссоздал защиту вновь.

— Зря старается, — прокричал он, — два слоя ей снял. И все.

Тильда и сама видела, что с Лайзой по прежнему все в порядке. Все попытки Эмиля пробиться тщетны. А еще она видела, что дуэлянт выдыхается. И этот последний шар — скорее жест отчаяния. Надежды на победу у него все меньше и меньше.

Видела это и Элизабет. В какой-то момент она передвинула щит чуть ближе к противнику и слегка выгнула его, превратив в подобие огромной миски, повернутой донышком к себе.

Огненный шар, как по заказу, попал ровнехонько в центр золотого сияния и отлетел по прямой в своего создателя. Прямо в яблочко! Точно в центр мишени — в грудь.

Тильда зажмурилась во второй раз. Но быстро себя пересилила приоткрыла один глаз и принялась подсматривать сквозь щелочку.

Эмиль оставался на ногах. Удивительно, но шар не смог причинить вреда своему создателю. Соперник Лайзы был цел и невредим. Лишь порядком измотан. Костюм его превратился в решето с крупной дырочкой. Рубашка стала черной, да кожа в прорехах отнюдь не отличалась белизной. Весь камень фонтана был густо посыпан сажен.

Над местом дуэли повисла блаженная тишина.

— Вот упрямец, — прошептал Морис, — почему он не скажет «сдаюсь»?

Тильда лишь хмыкнула. Итак было понятно, почему.

А Лайза тем временем сняла щит и стала спокойно приближаться. На лице управляющего появилась улыбка. Вымученная, кривая. Он поднял ладони навстречу противнице, и химера поняла, что сейчас мужчина ударит последний раз. А подруге не избежать его удара. Она хотела рвануть вперед, на помощь.

Но Морис тоже это понял. И перехватил баронету за талию, крепко.

— Нельзя, — который раз прошептал он. Это дуэль. Нельзя вмешиваться.

Тильда сжала кулаки и твердо решила, что сама прибьет эту сволочь, если он навредит сейчас беззащитной девице.

Ха! Беззащитной, как же! Лайза увидела движение противника, остановилась и гаркнула во все горло:

— Отставить! Смирно!

Замерли все. И Тильда подумала, что без магии здесь точно не обошлось. Звук такой убойной мощи простым голосом изобразить было невозможно.

Эмиль Ровен застыл по стойке смирно.

Элизабет подошла к нему почти вплотную. Остановилась и сказала спокойно.

— Чо ж, сьен упрямец, если вам мало, если до вас так плохо доходит, получите еще один урок.

А после сделала едва уловимое движение рукой. Противника ее согнуло пополам. Оторвало от каменных плит и плавно приземлило пятой точкой в фонтан.

Вода плеснула вперед, через край, обдав дуэлянтку практически с ног до головы. Девушка отерла лицо рукавом и подошла к бортику. Оглядела дело рук своих и вздохнула.

— А могли бы просто извиниться, — сказала она. — Пойдем, Тильда.

Химера, внезапно поняла, что от испуга опять прижалась к сьену Себрену. На этот раз бочком. Перед глазами все еще стоял вид Эмиля влетающего спиной в резервуар с водой. И в душу ее закрались сомнения. Проснулось извечное женское сострадание. И она спросила:

— Может, надо помочь?

Лайза покачала головой.

— Пойдем. Нет смысла еще сильнее ущемлять мужское самолюбие. И, кроме того, здесь есть и без нас помощники. Вон Морис отлично справится. Пойдем.

— И правда, Тильда, идите. — Подтвердил секретарь.