22. Все мужики козлы, счастье в труде

– Да я по делу, – говорит Клим и делается похожим на мальчишку, застуканного за просмотром журнала для взрослых. – Она же моя подчинённая. Мне что зайти к ней нельзя? – По какому делу? – спрашивает Градов с угрозой в голосе. Клим стоит по струнке, что для финансового директора довольно нелепо. Выглядит он сегодня гораздо лучше. На руке небольшая аккуратная повязка, хотя мизинец по-прежнему оттопырен. Синяк под глазом немного посветлел и расплылся, но в целом как бы ничего, неплохо. Жить можно. – По формированию аналитической группы… – неуверенно отвечает Клим. – Ну, давайте, говорите. Или у вас тут секреты? Коммерческая тайна, может быть? – Да что вы… Нет здесь секретов никаких. Просто вчера вечером я встречался с деканом из «Вышки» и он мне порекомендовал несколько выпускников, которые могли бы нам подойти. – Прекрасно. Замечательная новость. То есть вы хотели персоналии обсудить или одобрение Андреевой получить? – Нет, ну… – теряется Клим. – Так может, мне её поставить финансовым директором, а вас на другой фронт перекинуть? Хотите менеджером по персоналу поработать? В отделе кадров их вечно не хватает. – Андрей Дмитриевич, я не понимаю вашего недовольства, – костенеет и делается колючим Клим. – Вот и плохо, что не понимаете. Ступайте и подумайте, а заодно может и поработаете уже. Вот же, блядь, директора, – в сердцах восклицает Градов. – Детский сад, все вокруг одной бабы кружат, будто работы у них нет. По большому счёту, он и сам, вроде как, вокруг этой же бабы крутится, но насчёт этого я уж лучше промолчу. Целее буду. Клим, обескураженный и злой, уходит восвояси, а установившаяся между мной и Градовым тонкая невидимая ниточка взаимосвязи безвозвратно обрывается. – Хорошо, – говорит Градов холодным и отстранённым тоном. – Презентация мне нравится. В целом. Пройдись ещё пару раз, проговори всё, от начала до конца, посмотри, поищи слабые моменты. Проверь все слайды. И сосредоточься, чтобы не было никакого витания в облаках. Ясно? – Да, Андрей Дмитриевич. – Мероприятие важное, нужно будет произвести хорошее впечатление на участников. Я поднимаю на него глаза. – Не личное, – по-своему истолковывает он мой взгляд. – Я имею в виду впечатление от презентации. Финал должен быть эпичным, как в «Звёздных войнах» и чтобы никого в живых не осталось. Понимаешь меня? Он подходит к столу, где лежит плётка, берёт её в руки и внимательно рассматривает. – И плеть в другой раз… подумай, в общем, прежде чем использовать. Лучше бы пришла ко мне и всё рассказала, чем самодеятельностью заниматься. – Так я же… – начинаю я объяснять, что говорила, а он-то слушать не захотел, но Градов и сейчас не слушает, он уже направляется к выходу. – И я серьёзно тебя предупреждаю, – произносит он голосом, в котором снова появляется лёд и даже неприязненность, – никаких амурных дел на работе. Я устал уже одно и то же повторять. Градов выходит и закрывает за собой дверь. Опять этот Клим мне всё испортил, и опять Градов разозлился, думая, что у меня со Стражниковым что-то есть. А с другой стороны, чего злиться-то? Я же не вещь, не предмет, который можно убрать от посторонних глаз. Хочешь чего, так делай или объясни хотя бы, а то как собака на сене. «Сам не ам и другим…» – начинает бабушка, но я её не слушаю, злюсь на Клима. Ну, Клим, придётся и тебя наверное кнутом отваживать, чтобы не ходил сюда каждые пять минут. . Когда вечером я ухожу с работы, у проходной сталкиваюсь с Квазимодо. – Андреева, – злобно шепчет он, – решила повоевать со мной? Я тебе устрою военное фиаско, Ватерлоо и сожжённую Москву. Поняла меня? Ты поняла? У меня знаешь, какие связи! Ты ещё прощение будешь вымаливать. Ясно тебе? – Валер, отстань. И скажи спасибо, что по бубенчикам тебя не хлестанула. В другой раз такой гуманной не буду. – Какой тебе Валера! – повышает он голос, но тут же, опомнившись, озирается по сторонам и снова принимается шипеть. – Скажешь Ермакову, что оклеветала меня, ясно? – Ты дурак что ли? Псих озабоченный! – говорю я нарочно громко и на нас начинают оглядываться. – Не смей прикасаться ко мне! Я сейчас полицию вызову! – Ах ты сука, бля! – громко шепчет Горбатов и отскакивает от меня, как ошпаренный. – Я тебе устрою! Ты ещё умоешься кровавыми слезами. Умолять будешь… – Помогите, – произношу я негромко, но окружающие обращают внимание и Квазимодо теряется в толчее. Кажется, урок не пошёл впрок. Отделался лёгким испугом. Значит, придётся повторить… Не сейчас, конечно, ведь я спешу на встречу к Ленке Зыряновой. Десять тысяч гонят меня на встречу в кафе. Нужно ещё успеть в банк. Впрочем, можно и через банкомат положить. Сумма не вся, но хоть что-нибудь внести, чтобы они видели, человек старается… Я вздыхаю… . Ленка уже ждёт меня за столиком. – Кэт! Здравствуй, милая. Чмок-чмок, мы обнимаемся и прижимаемся щеками. – Кать, слушай, сейчас сюда парень приедет. Я тут недавно познакомилась с таким красавчиком. Отпад просто. Сегодня в ресторан меня пригласил. Прикинь, он какой-то начальник, денег куры не клюют и нежадный, умный, остроумный и от меня просто без ума. Ленка натуральная блондинка с серо-зелёными глазами и коралловыми губками. У неё тонкая талия и высокая грудь, как у красотки с пин-ап плакатов шестидесятых лет. Стопроцентный сексапил. Мужики просто штабелями укладываются вокруг неё, но нужного, любящего и надёжного всё нет, никак не находится. Все мужики козлы, счастье в труде. Вот лозунг, который она повторяет каждый раз после очередной неудачи в отношениях. Сегодня она воодушевлена и находится под впечатлением от нового знакомства. – Ух ты, круто! – говорю я. – Где нашла такого? Это, в конце концов, мужчина мечты или ещё нет? – Ой, Кать, даже не знаю. Он очень на него похож, такой лапочка, красавчик. Надеюсь, это он, мой идеал. Сейчас посмотришь. Он правда в аварию недавно попал, так что немного не в форме, но красоту даже авария не портит. – И где ты сокровище такое откапала? – спрашиваю я. – Это он меня нашёл, представляешь? Зашёл ко мне в магазин. Я ему помогала выбрать там кое-что. – Надеюсь, он не бюстгальтер себе выбирал. – Ой, дура ты, Катька, – смеётся Ленка. – Ну какой бюстгальтер? У нас же там и мужское бельё продаётся. – Да-а? Так ты ему трусишки помогала выбирать? А примерка? Была? Мы обе хохочем. – Нет, без примерки обошлось, но мы разговорились и он… Как сказать, в общем он меня склеил. – А как зовут твоего клеителя? – интересуюсь я. – Макс. – О, у тебя и предыдущий Максимом был, удобно. – И не говори. – Ну? – вопросительно смотрю я. – У вас уже было? – Нет ещё, – отмахивается Ленка. – Сегодня он хочет свою квартиру показать, но я ещё не решила. Посмотрим по результатам ужина… Ладно, Макса ты сейчас увидишь. Расскажи пока, как у тебя дела? На вот, кстати, десяточку, а то потом забуду. Ленка даёт мне две пятитысячные бумажки. – Спасибо, Лен, выручила. Не знаю, как тебя благодарить. – Да брось ты, свои люди, как говорится. Чем могу, всегда помогу, – отвечает она. Подходит официант и ставит передо мной красивый коктейль. – Я ничего не заказывала, – удивлённо замечаю я. – Это я Максу заказала, он попросил, – объясняет Ленка. – Типа выпьем аперитив, а потом уже поедем ужинать. Она вдруг оживляется: – Кать, идёт. Не поворачивайся… Максим идёт… Ленка взволнованно улыбается. Ну что же, посмотрим, что там за Максим. – Привет, – слышу я удивительно знакомый голос. – Кать, знакомься, это Макс, а это Катя, моя близкая подруга. – Привет, Максим, – хмурюсь я, потому что мы, вообще-то, неплохо знакомы. Он смотрит на меня, как ни в чём не бывало, даже улыбаться не прекращает. Вот это самообладание… Дело в том, что это никакой не Максим. Это Клим Романович Стражников, мой непосредственный начальник.