27. Всё решает Андрей Дмитриевич

Я чувствую его. Его пьянящий вкус и запах. И я просто схожу с ума. Что со мной? Это какая-то магия и он меня околдовал или опоил приворотным зельем? Сердце выпрыгивает из груди, я наэлектризована, взбудоражена и готова на всё, как бы странно это ни было. На всё… Томительное, радостное и немного отчаянное чувство проникает в метущееся, тревожное сердце. Я вдруг понимаю, что хочу избавиться от блузки, от этих мокрых и ставших ненужными, точно лягушачья шкура, покровов. Я хочу почувствовать его жар и ощутить прикосновения всем телом, всей кожей, хочу стать им, соединиться и проникнуть в него, в его кровь, стать его плотью… Он сжимает меня в объятиях, как изголодавшийся зверь. Мне кажется, больше всего на свете он не хочет выпускать меня из рук, будто боится, что тогда я исчезну и пропаду навсегда. Я чувствую безумное возбуждение и распаляясь ещё сильнее, намокаю практически моментально. Но действительность неумолима. По трапу кто-то идёт, я слышу шаги и чувствую дрожь, передающуюся полу и стенам. Градов выпрямляется и говорит: – Завернись в одеяло, иначе ты можешь замёрзнуть. Он подаёт мне лёгкий и очень мягкий плед и помогает набросить на плечи. – Мне придётся что-то купить перед презентацией, – говорю я. – У нас будет время сделать это? – Тебе не придётся… Он не договаривает, потому что на борт поднимается Роман Рыков. Он кивает мне и протягивает руку Градову. Командир корабля стоит на вытяжку и ждёт команды. – Можем лететь, – кивает Рыков и практически моментально турбины начинают работать намного громче. Он немного недоумённо смотрит на меня, завёрнутую в плед, но ничего не говорит и не спрашивает. Он усаживается через проход от меня и углубляется в чтение сообщений на мобильном. Градов подсаживается к нему за стол и всю дорогу они обсуждают дела. Я их не слушаю, да и если бы даже слушала, ничего бы не поняла. Сейчас я просто не в состоянии ничего понимать. Андрей время от времени бросает на меня взгляды тёмных растревоженных глаз. Он будто проверяет, здесь ли я ещё и никуда ли не исчезла. Не исчезла, куда мне деться… Можно наверное, прилечь на диван, но спать я не смогу. Не усну. Я горю, меня лихорадит и внутренний огонь никак не хочет угасать. Сердце отбивает ускоренный ритм, а мысли крутятся вокруг одного и того же, вокруг поцелуя, объятий, грубых дорожных ласк и этих взглядов. На каждый взгляд Градова я отвечаю волнением и сладким, тянущим и томительным чувством, сосущим сердце и шевелящимся где-то под ложечкой. Дорога длится недолго и довольно скоро мы совершаем посадку. На борт поднимается человек в чёрном костюме с большим красивым бумажным пакетом. Он подходит к Андрею и отдаёт пакет. – Отлично, благодарю вас, – негромко говорит тот. – Роман, мы быстро, это много времени не займёт. Катя, пойдём со мной. Рыков едва заметно кивает, а Градов подходит ко мне. – Идём. Я поднимаюсь, плохо понимая, что от меня требуется. Андрей открывает дверь и проходит в салон в хвостовой части. Здесь установлено несколько рядов кресел примерно как в обычном пассажирском самолёте. Мой босс ставит пакет на кресло. – Здесь несколько блузок, – говорит он. – Выбери ту в которой ты будешь вести презентацию. – Спасибо, – шёпотом благодарю я. Он выходит, а я достаю первую попавшуюся блузку и примеряю. Свою мокрую я складываю в пластиковый пакет и туда же отправляю значительно промокший бюстгальтер. «Куль да рогожа – вот те и одёжа», – шепчет бабушка, почему-то немного сердито. Нет, бабуль, блузка фирменная, наверняка стоит целое состояние. Прохожу в туалет и смотрюсь в зеркало. Сидит идеально! Вот её и оставим, взамен ранее испорченной. Закончив с примеркой, я выхожу на свет, и мы едем в «Кэнди стар». Посмотрев на меня в новой блузе, Градов удовлетворённо кивает. Мы садимся в чёрный микроавтобус и с мигалкой, и сиреной несёмся по улицам Питера. До этого дня у наших будущих коллег я ещё не бывала, поэтому смотрю на всё с интересом. В принципе, всё очень похоже на наше хозяйство, так что слияние, думаю должно пройти гладко. На совещании присутствует много людей, и, помимо нашей презентации звучит ещё несколько выступлений, касающихся прекрасных перспектив, открывающихся после слияния компаний. Мероприятие длится чуть больше часа, и потом всех приглашают на фуршет. Странно это как-то, стоило специально лететь сюда, чтобы потратить время впустую? Шампанское с икрой можно было и в Москве выпить. На фуршете слово берёт пожилой человек в смокинге. Он выглядит очень представительно и в чертах его лица проступает что-то знакомое. Немного непонятное чувство. Я больше, чем уверена, что мы никогда не встречались, но, в то же время он кажется мне знакомым. Этот человек берёт бокал и легонько стучит по нему столовым ножом. Коммерческий директор «Кэнди Стар» обращается к присутствующим. – Друзья, – говорит он, – прошу внимания. Я хочу предоставить слово замечательному человеку, без усилий которого не было бы нашего цветущего предприятия. Это инвестор и визионер, председатель совета директоров Дмитрий Георгиевич Градов. Точно! Теперь всё стало понятным, это отец Андрея. Андрей, оказывается, довольно сильно похож на него. Надо же. Нужно прочитать про его папу. Выступив с короткой речью, Градов старший подходит к нам. Мужчины улыбаются и крепко жмут друг другу руки. – Сынок, заедешь к нам? Мама ждёт. Я хотел её сюда привезти, но она наводит красоту и готовит что-то сногсшибательное. Завтра хочет устроить небольшой ужин для семьи и близких друзей. Очень надеюсь, что ты не сорвёшь её планы. Это было бы слишком жестоко. – Не знаю… – не очень уверенно говорит Андрей. – Мы планировали сегодня же вернуться обратно. Завтра день довольно напряжённый. – Ай, – машет рукой его отец, – у нас все дни напряжённые. И что, теперь не жить из-за этого? Когда босс сказал, что мы планировали сегодня улететь, его папа бросил на меня короткий острый взгляд. – Познакомь меня со своей спутницей, – вдруг меняет он тему разговора. – Это Екатерина Андреева, пока единственный член недавно созданной аналитической группы. – Я весьма впечатлён вашим выступлением, – кивает Градов старший. – Вы молодец, Катя. Как вам мой сын, не мешает работать придирками и занудством? – Нет, что вы, Дмитрий Георгиевич. Андрей Дмитриевич всячески поддерживает нашу работу. – Ну хорошо, – кивает отец, кажется не собираясь выслушивать подробности. – Я вас тоже приглашаю на наш семейный ужин. Сделайте милость, приходите вместе с Андрюшей. – Спасибо огромное, – теряюсь я. – Это замечательное предложение, но вы же сказали, что этот ужин будет семейным. – Ничего, не страшно. Кто знает, может вы ещё станете частью нашей семьи. Так что будем вас ждать. – Спасибо, – смущаюсь я. – Это будет зависеть от решения Андрея Дмитриевича. – Да ну? – говорит он обращаясь к сыну. – Так что ты решишь, Андрей Дмитриевич?