ГЛАВА 100

Зина неохотно приоткрыла глаза, услышав шумный и громкий разговор. Не сразу поняла, где находится. Память услужливо напомнила о вчерашней ночи, больнице, операции, Руслане, который приехал, решив за нее все проблемы. Но где он сейчас? Она в палате находилась одна, даже не помня, как задремала, хотя спать не собиралась.

В палату ввезли маму на каталке, медперсонал аккуратно переложил ее на кровать. Зина подскочила встречать маму, нетерпеливо ожидая, когда можно будет к ней подойти.

— Мамочка! — Зина пододвинула к кровати стул, сев на него. Взяла маму за руку, по новому, жадно всматриваясь в ее лицо. Как же меняется твой мир, когда понимаешь, как легко можно потерять родного человечка. — Как ты себя чувствуешь?

— Сносно. Сказали, поболит еще немного.

Алевтина откинулась на подушки, осматривая палату. Искала глазами «Руслана Владимировича», который, как поделилась медсестра в реанимации, решил все ее проблемы одним звонком к «главному в больнице» и уже оплатил палату и дежурную медсестру. Алевтина не сразу поняла, о каком таком «Руслане Владимировиче» идет речь.

После наркоза мысли путались. Только на краюшке сознания, она вспомнила, как вчера в приемном отделении появился мужчина, на плече у которого плакала Зинка. Но в тот момент скрутила такая боль, что понять, что за мужчина появился и возразить, чтобы он не смел лапать дочь. Не успела, ее увезли срочно на операцию.

— Где этот? Руслан Владимирович, который тут всем заправляет?

Сквозь зубы процедила Алевтина, желающая досконально разобраться в ситуации. Кому и сколько она должна? Какой счет ей выставят в итоге? Как отказаться от платной палаты и сиделки? И какого черта распоряжаются ее судьбой, не спросив разрешения? Кто его просил тратить деньги?

— Я сама не знаю, где Руслан. — тихо ответила Зина, желая спрятаться от подозрительного взгляда матушки. От дальнейшего пытливого дознания ее спасло появление тети Ани и Юли, с шумом ввалившихся в палату.

— Алечка, ну как же так? — кинулась причитать Анна Семеновна, мама Юли, расспрашивая все подробности произошедшего за ночь с родной сестрой.

Зина, убедившись, что мама не одна, решила отлучиться по утренним делам, и заодно умыться. Сбить с себя сонливость, тяжелая, почти бессонная ночь сказывалась на состоянии. И хотелось выяснить, куда пропал Руслан? Она оставила включенной воду, чтобы позвонить Руслану и желательно, чтобы ее не подслушали в палате. Но тут услышала бурное обсуждение между сестрами и Юлей. Как и подозревала Зина, стены в больнице почти картонные, позволяющее узнать о любых разговорах.

— Аля, не говори ерунды! — повысила голос тетя Аня. — Руслан чудесный мальчик! Никой счет он тебе не выставит. Это он от доброго сердца тебе помогает. У его отца очень важные знакомые есть в этой больнице.

— Такой же чудесный, как твой зятек? — съязвила Алевтина, точно зная, о чем болит душа у сестры, Аня с трудом приняла в семью безного мужа дочери. Алевтина так и не смогла понять племяшку, выбравшую калеку в спутники жизни. Ошибка, которая стоила хороших отношений в семье, ибо Юля с разбегу кидалась на амбразуру, защищая своего непутевого инвалида.

— Аля, сейчас речь не о Кондрате. И будь с Русланом повежливее, он столько для тебя сделал.

Недовольно поджала в ответ губы Анна Семеновна, категорически не желая при Юле обсуждать зятя. Примирение с дочерью ей далось тяжело. Отношения потеплели только после рождения третьего внука Федечки. И ей не хотелось снова выслушивать от дочери, что это ее добровольный выбор, и они или принимают его или нет.

— Аня, а ты уверена, что от доброго сердца? — Алевтина не верила в мужской альтруизм, как в явление изначально утопичное. — Где у мужиков это «сердце» находится, а? С чего ты уверена, что он не выставит счет? А то мне квартиру закладывать придется от его доброты. Или на Зинку взберется этот кобель, чтобы его как следует отблагодарили.

— Аля, что ты несешь? Аля, боже мой, так нельзя. Грешно так о людях думать. — возмутилась Анна Семеновна. — Как это «взберется» на Зинку? Руслан очень положительный мальчик, я успела узнать его за это время. Он только с женой развелся, детей оставили с ним. Он просто не может так поступить… Да и наша Зинка маленькая еще для этих дел.

— Аня, ты поглупела что ли? — фыркнула подозрительно Алевтина. С чего это сестра поет дифирамбы Кондратову дружку?

— Тетя, не начинай снова! — резко возразила Юля. — Я понимаю, что ты после операции и все такое, но давай тему сразу закроем. Твои гадостные домыслы о Руслане и Кондрате я слушать не буду.

— Юля, а ты уверена, что мне его благодетельство боком не выйдет? Зинка моя наивная дурочка. Ей воспользоваться может любой мужик.

— Господи, тетя! — демонстративно закатила глаза Юля. — Твоя дочь на редкость разумная девочка. А Руслан относится к ней, как к младшей сестренке, как и все мы. С какого фига ему взбираться на Зину? Обалдеть просто, как тебе такая чушь в голову приходит?

Зина сначала с ужасом слушала перепалку, нелицеприятные подозрения мамы о Руслане. Хотелось кинуться на его защиту, но понимала, что вызовет еще больше домыслов у матери. Она уже решилась выйти, когда неожиданно услышала голос Руслан.

— Доброе утро! — сдержано поприветствовал он. Ровным, лишенным эмоций тоном, продолжил. — Алевтина Семеновна, не стоит волноваться, «боком» вам ничего не выйдет. Счетов вам никто предъявлять не будет. Взбираться на Зину тоже. И ваши мысли о дочери в корне ошибочны. Поправляйтесь и думайте о своем здоровье. Всего доброго вам.

— Руслан, подожди, не уходи! Извини Алечку, она не в себе после операции. — кинулась к нему с извинениями Анна Семеновна. — Алевтина! — она строго посмотрела на сестру, давая всем видом понять, что надо перед Русланом извиниться, раз он невольно подслушал их разговор.

— Извините. Случайно так вышло…

Прокряхтела недовольно Алевтина, которую вынудили извиняться. Сестра с племяшкой смотрят, как на врага народа, словно она неправду какую сказала. И этот, незваный благодетель явился, подслушивал под дверью, как шпион. Весь из себя сдержанный, а сам с ненавистью смотрит, губы презрительно скривил.

Зина чуть в обморок не упала, когда поняла, что Руслан услышал этот мерзкий разговор. Позор вселенский, с ума сойти. Как теперь пережить это и посмотреть снова в глаза Руслану? Как добиться его прощения за маму? Мысли и рассуждения мамы не явились для нее сюрпризом, но то, что Руслан стал невольным слушателем, расстраивало безумно. Она только надеялась, что это не скажется на их отношениях.

— Руслан, прости за маму, мне от стыда сгореть хочется.

Попросила прощения за безобразное поведение матери Зина, когда она уже сидела в машине Руслана. Тетя и Юля почти силой выставили ее из больницы домой, отдохнуть и немного поспать, обещая побыть с мамой до вечера. Тем более, пришла медсестра, которая будет сутками дежурить в палате мамы.

— Ты не обижайся, но я другого и не ждал от твоей мамы. Не накручивай себя, пожалуйста. Я все сделал исключительно ради тебя.

Руслан повернулся к ней, внимательно смотрел в глаза, давая понять Зине, что все понимает и не злится. Хотя у самого все кипело внутри от горечи и досады. Он не ждал от Алевтины Семеновны тысячи благодарностей с поклонами. Но трудно смириться, что мама твоей любимой девушки слишком предвзято относится к тебе. А что будет, когда ее мама узнает об их отношениях с Зиной?

Если бы можно было отмотать пару часов назад, когда он возвращался в палату после беседы с врачом и оплаты всех услуг, он бы предпочел прийти позже. И не подслушать случайно неприятного разговора о нем и всех фантастических домыслов Алевтины Семеновны.

Руслан терпеливо ждал Зину вне палаты, хотя ему уже несколько раз позвонили с работы, срочно потребовалась его подпись на документах. Он договорился с Юлей, что она со своей мамой останется с Алевтиной Семеновной. А потом он вечером привезет Зину еще раз повидать мать.

Юля пыталась тоже извиниться за тетю, но Руслан остановил поток ее сожалений, сказав, что любой из них сделал бы для Зины и ее мамы все возможное, не ожидая особых благодарностей. Просто Руслан оказался первым, кому дозвонилась Зина.

У подъезда Руслана уже ждал Костик, который должен был временно сменить его. Он не хотел оставлять Зину одну надолго в столь стрессовом состоянии и проведенной почти бессонной ночи. Руслан осторожно взял на руки заснувшую в машине Зиночку, кивнув Косте, чтобы тот помог, закрыл машину и открыл дверь в подъезд.

Он аккуратно положил Зиночку на кровать, снял верхнюю одежду, стараясь ее не разбудить. Она приоткрыла глаза, когда он уже осторожно укрывал ее пледом.

— Ты мне снишься, да? — прошептала она в полусне.

— Да, спи, любимая. — он нагнулся, чтобы поцеловать ее любимый носик. Поправил локоны, которые сбились и упали на лицо.

— Мне нравятся сны с тобой. Они такие… — улыбнулась она, закрывая глаза и более удобно устраиваясь в собственной кровати.

— Я часто тебе снюсь? — не удержался от любопытства Руслан. Хотелось бы еще и знать, какие именно сны у Зины о нем?

— Не так часто, как мне хочется… — уже еле слышно прошептала она в ответ.

Костя, без капли стеснения, хозяйничал на кухне. В ожидании, когда закипит чайник, засовывал в рот вкусные печеньки, которые нашел в шкафу.

— Чай, кофе, потанцуем? — предложил стандартный джентельменский набор Костя вошедшему на кухню Руслану. — Хотя, не буду я с тобой танцевать, нас не правильно поймут идейные гомофобы.

— Нет, я лучше на работу, потом быстрее вернусь. — отказался Руслан, уже напившейся отвратительного кофе из аппарата в больнице. Приколы с танцами от Костика просто пропустил мимо ушей.

— Не забудь подарки для нашей девочки. — напомнил ему Костя. — Хоть и днюха обломилась, надо порадовать ее. Ника обещала чуть позже подъехать к нам. Созвонись с ней.

— Помню я про подарки, они в багажнике у меня лежат. — ответил Руслан, не зная, когда выбрать подходящий момент для поздравлений. День рождения вышел вот таким грустным для Зины, но Костя прав, подарками и поздравлениями надо поднять ей настроение. Тем более, когда уже известно, что с ее мамой все сложилось благополучно.

Наблюдать за Зиной и Русланом оказалось гораздо труднее, чем предполагалось заранее. Идея следить за Колесниковым Русланом с треском провалилась, стоило узнать, где он работает. Слишком велик был риск, что он быстро просечет непрофессиональную слежку за собой. За глупышкой Зиной слежка давалась легко, но ничего интересно за эти недели не происходило, Колесников не появлялся вплоть до сегодняшнего дня.

Чтобы не спалиться с наблюдением, Зина могла рано или поздно заметить, что находится под пристальным присмотром. Пришлось взять в помощь соседского двенадцатилетнего мальчишку, которому безумно понравилась игра в шпионов. Тем более парнишку пришлось снабдить хорошим смартфоном для фотографирования и подкидывать немного денжат на расходы и всякое баловство. Соседский парень располагал массой свободного времени, родители все время на работе, он до поздней ночи был предоставлен сам себе.

Юный шпион изучил сначала фотографии Зины и Руслана, чтобы их сразу узнавать. Знал наизусть скучное расписание Шелпаковой, у которой была скудная, абсолютно тоскливая жизнь, школа-дом-дом сестры-опять школа-иногда походы в гости к Косте.

Как только Колесников появился во дворе, привез Зину, которая сегодня пропустила школу, пришло сообщение от парнишки. Чуть позже пришли фотки, как Руслан несет Зину на руках из машины к подъезду. По докладу, стало ясно, что Колесников вскоре уехал, а с Шелпаковой в квартире остался Костя Морозов.

Но сегодня был особенный день для наблюдения, день рождения Шелпаковой. И не оставляли надежды, что должно произойти что-то интересное. Желательно, чтобы они спалились по полной, избавив от необходимости дальнейших наблюдений. Утомительной оказалась эта забава. Но все же хотелось сорвать свой интерес с этой темы.

Проснувшись, Зина, не сразу вспомнила, как оказалась дома. И совсем не помнила, как дошла до кровати. Последние моменты, что остались в памяти, был разговор у Руслана в машине. А где он сам? Но в квартире она нашла только Костика, который игрался в планшет, развалившись в кресле у мамы в комнате.

— А, проснулась наша принцесса. — не сразу заметил ее Костя, поднимаясь из кресла навстречу Зине. — С днюхой, сестра! — чмокнул в щечку и приобнял. — Всех тебе плюшек в этот день!

— Спасибо. А где Руслан?

— Работа — это зло. Я давно это понял. — пространно ответил Костя, тут же добавив о своей важной миссии. — А меня оставили в секретарях и няньках у тебя. Отчитываюсь, Юля звонила. Маман твоя прямо прет на поправку. Она там бунт устроила, поставила на уши все отделение и требует сменить бестолковую сиделку. Скажи, медперсонал всегда такой капризный, когда сам оказывается в больнице?

Зина только удрученно покачала головой. Надо найти телефон, чтобы перезвонить Юле, узнать подробности о происходящем в больнице.

— Кость, может, я сама пойду к маме? — решила посоветоваться с ним Зина. — Не буду ждать Руслана, неудобно его срывать с работы.

— Ага, молодец, Нусь. — крякнул Костя с усмешкой. — И лиши мужика удовольствия потаскать тебя на ручках. Он с тобой, как с писаной торбой носится, угождает. А тут дева хочет с ручек слезть, типа, я все могу сама. Не годится, жди своего супермена. Твой сериал только начинается.

— Тебе бы только всех высмеять.

— Да ладно тебе, не куксись, куколка, тебя ждут бонусы. Как раз твой супермен их подгонит. Повод-то сегодня имеется.

— Я надеюсь, шубы там не будет? — пытливо следя за реакциями Кости, спросила Зина, вспоминая, как он недавно ратовал за развод Руслана на дорогие подарки. — Я тебе ее передарю и заставлю носить. — на полном серьезе пригрозила она.

— Я почем знаю, какие «призы» ты выиграла на свою днюху. — пожал плечами равнодушно Костик. Лениво потянулся к телефону, и с усмешкой посматривая на Зину, стал кому-то набирать сообщение.

Руслан приехал к пяти вечера, когда Зина уже начала нервничать и терять терпение. Надо было ехать к маме, но Костя дал ясно ей понять, что Руслана обидит, если она не дождется его.

Вместе с Русланом приехала Ника, шумная, суетливая. Долго тискала Зину, целовала в щечки, поздравляла. Тут же, не сбавляя оборотов, начала сокрушаться по поводу проблем с мамой. Заодно пожурила Зину, что та не позвонила им ночью, свалив все на бедненького Руслана.

— Мы тут скинулись на подарки тебе. — Ника подтолкнула в бок Руслана, который молчаливо стоял рядом с объемными пакетами. — Рус, дари и поздравляй.

Руслан чувствовал себя неуютно, особенно после сообщения Кости: «Твоя дева капризничает и не хочет шубу в подарок. Без моей мамки не появляйся. Пусть она спасает мех от расправы. И тебя заодно». Кажется, с подарками он попал впросак, поведясь на Костины подсказки.

Еще когда он советовался с Никой, перед днем рождения Зины, она вполне разумные советы давала. Идея с шубой Нике понравилась, но она справедливо заметила, что мама Зины не поймет, если он только от себя лично подарит дорогую шубу. Подозрений не вызовет коллективный подарок.

Ника сама занялась выбором, провела «совет в Филях» с Юлей, собрала со всех деньги на подарки, чтобы было все по правилам, если мама Зины, вдруг, возмущаться начнет. Присылала в процессе Руслану на выбор фотографии десятков моделей из последних зимних коллекций, что у него в глазах рябить стало. Ему, в принципе, все модели нравились, любая бы на Зиночки отлично смотрелась.

Помимо шубы, Ника сделала еще несколько закупок всего того, что должно понравиться девушке в возрасте Зины. Руслан был бесконечно благодарен Нике за помощь, ибо сам бы точно не справился с выбором подарков.

А тут Костя неожиданно присылает сообщение, что Зина категорически против шубы. Руслан в первые секунды растерялся, дарить или не дарить шубу? Зину расстраивать в такой день не хотелось. Звонок Нике спас ситуацию. Она ему пообещала «спасти меха» и намекнуть через Юлю, Алевтине Семеновне, какой сюрприз ожидает Зину, чтобы не возникло трений по поводу дорогих подарков.

— Зиночка, с днем рождения тебя! С самыми лучшими пожеланиями! — неловко улыбаясь, поздравлял Руслан, целуя ее щечку.

— Спасибо большое! — покраснела довольная Зина, с любопытством поглядывая на пакеты и красочные упаковки. Не смотря на все волнения, связанные с больницей и мамой, она оказалась обычной любопытной девчонкой, жаждущей побыстрее открыть все подарки.

Костя за спиной Зины беззвучно ржал, за что получил от Ники подзатыльник и новое поручение.

— Костя, сынок, открывай шампанское, выпьем за здоровье нашей Зинули. — тут же начала отдавать распоряжения Ника, доставая из пакета привезенную с собой бутылку. — Рус, заноси подарки, не стой столбом, сейчас выпьем, потом будем открывать подарочки.

— Мне к маме надо. — робко попыталась возразить Зина.

— Зинуля, десять минут ничего не решат. Мама твоя под присмотром. — Ника всех увлекла всех на кухню, где Костя уже открывал шампанское. — Ой, Зинуль, мы такие подарки тебе подготовили. Это от всех нас. — специально выделила она последние слова. — Я выбирала кое-что специально для тебя.

Руслану налили сок вместо шампанского. Он нетерпеливо ждал, когда придет время открывать подарки. Но хорошо, что рядом Ника, она обещала сгладить все углы, если Зина будет недовольна. Что пошло не так с этой шубой он понять не мог, пока стоял в сторонке, почти не участвуя в общем разговоре. Если только его напрямую не спрашивали. Как всегда солировали «звезды» разговорного жанра, Костя и Ника.

Руслан старался не пожирать глазами раскрасневшуюся от бокала шампанского Зиночку, невероятно прелестную в своей простоте и бесхитростности. Пусть хоть на короткое время, она искренне улыбалась в свой праздник, который оказался испорчен. Он постоит в сторонке, чтобы не привлекать к ним лишнего внимания и не вызывать подозрений. Руслан просто радовался за Зину, впервые за день. Отпуская все накопленные за сутки тревоги и дурное настроение.

У него завибрировал телефон, сообщая о входящем звонке. На дисплее отразился номер дежурившей в палате медсестры.

— Да, Колесников. Как себя чувствует себя Алевтина Семеновна? Все нормально? Передайте, что скоро к ней дочь приедет.

Быстро нажал кнопку принятия вызова Руслан, надеясь, что это просто дежурный звонок с последними новостями. Мама Зины была много чем недовольна, и изводила медсестру придирками. Руслан пообещал круглосуточной сиделке из медперсонала дополнительную премию за терпение к пациентке и ее нуждам. Но он совсем не ожидал услышать то, что сообщила ему медсестра.

— Что? — Руслан чуть не выронил мобильник из рук. — Я прямо сейчас выезжаю!

— Что случилось с мамой? — кинулась к нему Зина с беспокойством, услышав, что речь идет о маме.

— С твоей мамой все нормально. Ничего не случилось, она хорошо себя чувствует. Извини, что напугал тебя.

— Тогда не понимаю… — растерялась в ответ Зина.

— Надо срочно ехать в больницу. Мой дед приехал навестить твою маму. — с трудом веря в то, что говорит, ответил Руслан.

— Вот это номер с клоунами. — не удержался Костя, с тоской посматривая на оставшиеся не открытыми подарки. Он томился в ожидании, когда начнется забавное представление с шубой, которого он теперь не увидит. Выход на главную сцену Вилена затмевает любые реалити-шоу в прямом эфире.

Пока Руслан гнал машину, хотел позвонить домой и узнать, как так вышло, что дед поехал навещать Алевтину Семеновну. Но мама успела позвонить первой. Рассказала, что отправила с водителем только что сваренный бульон для Зининой мамы, и еще собрала некоторые необходимые вещи для больницы, о которых забыла в первый раз.

А дедушка схитрил, воспользовался моментом, и без предупреждения сбежал, сказав, что хочет вечерком прогуляться, подышать воздухом. Она и не сразу насторожилась, что Вилен Захарович отсутствует, пока водитель не сообщил по телефону, что дедушка с ним поехал в больницу, и нужно ли вернуться за ним и отвезти обратно? Вилен Захарович отправил его отвозить Анну Семеновну домой, а насчет дальнейших действий, не оставил никаких распоряжений.

Руслан успокоил маму, что уже едет в больницу, сам разберется и вернет деда, поехавшего искать приключений, домой. Он буквально вихрем влетел в палату, чтобы перехватить и остановить деда, но, к сожалению, очень сильно опоздал.

Дед сидел рядом на стульчике с кроватью Алевтины Семеновны, держал ее за ручку, поглаживал пальчики. Руслан не мог поверить своим глазам, мама Зины не сопротивлялась, спокойно лежала, не ругалась, проклиная всех на свете. Он ожидал грандиозной бури в стакане, вселенского скандала, но не мирного благообразного больничного пейзажа.

— Дед, ты зачем здесь? — с порога не сдержал резкость в голосе Руслан.

— А ты чего такой переполох устраиваешь, Русик? Как на пожар прилетел. Дышишь аки дракон, только что пламя из ноздрей не полыхает.

Вилен сделал невинное удивленное лицо. Потом демонстративно обернулся к Алевтине Семеновне, и, обращаясь к ней елейным голоском, разразился обличительной речью, немного приправленной горечью мудрых притч.

— Алевтинушка, рыбонька сладкая моя, вот эта молодежь, все спешит куда-то, ветер обогнать хочет. Не понимает, что иногда надо остановиться, подумать о важном в жизни. На закате жизни лучше все понимаешь, а вернуть солнечный день уже невозможно. Не хочет слушать молодежь наших советов. Сама хочет на все грабли наступить и шишки набить. Не серчай на моего мальчика, я же тебе рассказывал о нем. — он громко и тяжко вздохнул, оглянулся, чтобы быть уверенным, что его все услышали.

Вилен проявил недюжинную смекалку, чтобы улизнуть из дома невидимкой и попасть к Алевтине в больницу. Он уже давно жаждал познакомиться с мамой волшебной девочки Зиночки, даже расспрашивал о ней. Предвкушал их встречу. Если дочка такое восхитительное яблочко, то и яблонька сама хороша. Не могло быть по-другому.

Хотя по собранному досье, картина выходила неутешительная, маму Зиночки почему-то не любили. Ее когда-то бросил муж, что негативно сказалось на всей жизни Алевтины.

На самом деле, не удивительно, что тридцатилетние парни не в состоянии адекватно оценить даму за пятьдесят. Дамы в бальзаковском возрасте были в самом соку, если сумели сохранить себя в надлежащем виде: зрелые, мудрые, искушенные. И все еще, не утратившие очарование женственности, что так пленит мужчин.

Он был уверен, что у него хватит врожденного обаяния завоевать симпатии Алевтины. Можно будет и домами дружить. При самом благоприятном развитии событий, и он мог обзавестись еще одной женой. Вилен, не смотря на возраст к восьмидесяти, не считал себя запасным игроком в команде. Ну и заодно, бестолковому внучику помочь с грамотной презентацией его достоинств на роль будущего мужа Зиночки.

Но Вилена ждало самое большое разочарование в жизни, связанное с женским полом. Он ожидал увидеть «персик в самом соку», а в реальности оказался залежалый сухофрукт с просроченным сроком годности. Он даже растерялся в первые секунды, не зная, что делать, то ли спасаться бегством, то ли искать выход там, где его не существовало в принципе.

Вилен решил принести себя в жертву сложившимся обстоятельствам. Пустил в ход обаяние и все актерское мастерство, что имелось в его жизненном багажнике. Вилену пришлось напрячься в несвойственной ему роли, подстраиваться и очаровывать даму, от которой, при других обстоятельствах, он бы уже нашел повод сбежать.

С матушкой Юли, Аннушкой, он был шапочно знаком, один раз пересекались после рождения Федечки. Он тоже приезжал поздравить Юлю с рождением третьего сына и привез подарки.

Аннушка, не скрывая изумления при появлении Вилена, представила их друг другу с Алевтиной. Сказала, что Юля недавно ушла, а она сама ждет Зину, которая должна вот-вот подъехать. Он заверил уставшую за день Аннушку, что составит компанию Алевтине. А ее саму отвезет водитель, что ждет возле больницы.

Алевтина вначале приняла его в штыки, демонстративно фырчала и отворачивалась, не желая даже с ним разговаривать. Но почему-то не гнала прочь. По какой причине она терпела его присутствие, не скрывая явного раздражения?

— Алевтинушка, о чем думаешь? — не скрывая печали в голосе, даже выделяя тоску, как основной мотив, спросил Вилен, перейдя сразу на «ты» без долгих прелюдий. — Думаешь, зачем приперся старый дурак, вроде меня навестить тебя?

— Ну, как приперся, так и обратно упрется. — сквозь зубы процедила она, отворачиваясь к стенке. — Не велика потеря-то.

Алевтине не по нраву пришелся визит деда Руслана. Зачем он вообще явился? Какой-то чокнутый старикашка. Но сестра Аня полдня ей выговаривала за утренний инцидент с Русланом, за грубость и проявленное неуважение к «чудесному мальчику», который так много сделал для нее.

Не хотела Алевтина признавать правоту сестры. Грыз ее изнутри червяк сомнения, что непомерную цену еще придется заплатить за проявленное «мальчиком» благородство и помощь. Чтобы больше не выслушивать нравоучений поглупевшей сестры, решила проявить капельку терпения к деду Руслана. А то «чудесный мальчик» обидится за полоумного дедулю и уж тогда, точно выставит счет. А таких денег у Алевтины не водилось, и оставит их с Зиной «чудесный мальчик» без средств к существованию. Вопреки всему, пришлось наступить на горло собственным принципам и терпеть этого безумного старикашку.

И еще ее раздражал сиропный лелей в его голосе и все эти сюсюкания. И это пожилой человек, а ведет себя со взрослой женщиной, как с младенцем. Не верила и не признавала она «уси-пуси», сплошное лицемерие.

— Алевтинушка, ну так и есть, твоя правда. — не стал ей возражать Вилен, смирно сидя на стульчике возле ее кровати. — Алевтинушка, душенька, не серчай на меня, не гневись на старого обалдуя. Не со злом я к тебе пришел. Ты женщина милая, но я вот стар уже. Я бы… Да что там…

Вилен разочарованно махнул рукой. Пришлось ему чуть-чуть приврать, старым он себя не чувствовал ни в каком месте. Но давать напрасных надежд Алевтинушке не хотел, непорядочно это по отношению к женщине, у которой на сердце столько невыплаканной, неутоленной боли.

Он очень явственно чувствовал, что «душенька» Алевтины пахла горькой-горькой обидой, с едким привкусом полынной травы. В душе обиженной женщины не цвели больше ароматные цветы, и когда-то прекрасный сад зарос сорняками разочарования. И давно никто не пытался выкорчевывать бурьян чертополоха, приставучий репейник и жгучую крапиву, что жалила не только кожу, но и обжигала сердце. Алечка источала настолько ядовитый запах разочарования во всем, что Вилен стал ощущать, как и его невольно отравляет ароматами полной безысходности.

Они какое-то время сидели молча. Вилен все ждал отклика от Алевтины, любого, пусть и грозного, но она предпочла и вовсе его не замечать. Он еще немного мысленно посокрушался о несбывшихся надеждах на «дружбу домами» и печалился, что нелегко придется любимому внуку налаживать мосты взаимопонимания с будущей тещей. Не примет так просто Русика, огорченная жизнью, полностью разочарованная Алевтина. Не отдаст Зиночку в их семью, будет препятствия городить, небылицы придумывать.

Вилену не составило труда все просчитать наперед. И он решил действовать, как подсказывало его мудрое сердце. Он пристроился поудобнее на больничном стульчике, и приступил к долгому рассказу о внуке, не скрывая горечи, что жизнь его не сложилась.

Руслан мальчик хороший, правильный, несовременный. Он был очень домашний и послушный мальчик в детстве, но после смерти старшего брата заупрямился и пошел по военной стезе, лелея юношеские мечты о мести врагам. Работал на семью, все в дом, не покладая рук и сил. А беспутная жена его загуляла на стороне, бросила с двумя детьми. Но внук держится ради детей, не показывает своего огорчения на людях, не озлобился на весь мир. Тяжко ему живется одному, отец-одиночка, это как приговор. Не делиться он с дедом своими горестями и совета мудрого не спросит…

Алевтина слушала долгий монолог Вилена молча. В какой-то момент, даже не заметив когда, повернулась к нему лицом, внимательно вслушиваясь. Боясь пропустить хоть слово из тихого и печального рассказа Вилена. Какие неведомые силы затянули ее в свой коварный омут, она не знала. Но впервые, за долгое время, испытала сочувствие к кому-то из мужского пола.

А ведь Юля и сестра Аня рассказывали ей про Руслана, но почему-то так не пронимало, как от исповеди Вилена. Она словно мимо ушей пропускала их дифирамбы несчастному «мальчику».

История неудач Руслана в личной жизни, зеркально напоминала ей собственный крах семейной жизни. Загулявший на стороне муж, бросивший ее с маленькой дочкой на руках. И жизнь ей вынесла такой же несправедливый приговор, быть матерью-одиночкой. Утратить веру в людей, лишив вместе с этим, и возможности снова испытать яркие чувства: легкость влюбленности, радость искренней улыбки, теплоты объятий. Превратив навечно в хмурую и недовольную брошенку.

Алевтина не сразу заметила, что Вилен взял ее за руку и поглаживает пальцами. Она не стала выдергивать или отталкивать его руки. Он словно молча сейчас ее понимал, соглашался и не спорил. Удивительно, к кому-то из мужского пола испытывать почти человеческую симпатию. Может, это забавный дедуля не такой уж дурной человек, как и его внук?

Как же страшно еще раз ошибиться в людях.

Или на нее накатила излишняя, не свойственная ей сентиментальность после операции и наркоза? Она знала разные случаи из врачебной практики.

— Дед, что происходит? Ты можешь мне объяснить? — Руслан с трудом воспринимал действительность, не понимая, как деду удалось «укротить» ярую мужененавистницу Алевтину Семеновну. И почему обычно активный и деятельный дед сидит смиренно, смотрит кротко, и ведет благопристойные речи, словно старец на трибуне вещает мудрости.

— Русик, касатик, не хмурься. — слегка укоризненно произнес Вилен. — Не надо Алветиночку волновать. Ей противопоказано плохое настроение.

— Дед, поедем, я тебя домой отвезу. — уже забеспокоился Руслан, отказываясь понимать происходящее. Он искоса посмотрел на Зину, которая застыла с удивленным лицом на пороге палаты. Деда надо увозить, пока он не начудил по полной программе.

— Алечка, душенька, разрешишь мне тебя еще раз навестить завтра? Когда внуки не будут тут копытами бить и пыхтеть. — Вилен наклонился и поцеловал ей ручку.

— Приходи завтра, Вилен. — согласилась Алевтина. Ей никогда в жизни не целовали руки, даже бывший муж. Странное ощущение тепла, словно в душу проник этот невинный знак внимания от уже пожилого мужчины.

— Я украду Зиночку поздравить. Алечка, надеюсь, ты не против, что я твоему милому ангелочку подарок подготовил? — проинформировал всех Вилен, направляясь в сторону Зины, и отдавая распоряжения внуку. — Русик, а ты развлеки пока Алевтиночку.

— Алевтина Семеновна, скажите, какие проблемы возникли с сиделкой? — поинтересовался Руслан после затянувшейся паузы, когда дедушка «выкрал» Зиночку. — Что нужно уладить?

— Уже все нормально. — неохотно ответила Алевтина. Не сознаваться же ему теперь, что ее раздражала сиделка, которая шага не могла сделать без одобрения «Руслана Владимировича», и постоянно ему названивала, уточняя любую мелочь.

— Хорошо. — Руслан от волнения медленно расхаживал по палате, с нетерпением ожидая возвращения Зиночки.

— Руслан, извините меня. — набрала в грудь побольше воздуха Алевтина, словно перед прыжком с парашюта. Надеялась, что у нее в этот раз извинения вышли искренними, не как утром. Почему-то возникло непреодолимое желание попросить у «чудесного мальчика» прощения. — И маме вашей передайте спасибо. Она очень у вас заботливая.

— Конечно, передам. — он с трудом скрывал изумление, так и не поняв, как дедуле удалось перепрограммировать Алевтину Семеновну? Возникла даже тревога, что ее подменили.

Только, после того, как в палату вернулась Зиночка, довольная и раскрасневшаяся, Руслан попрощался с Алевтиной Семеновной, и ушел за дедом, которого собирался отвезти обратно к родителям под присмотр. Зине он пообещал, что вернется за ней, чтобы отвезти потом домой.

— Мамочка, как ты? — Зина присела рядом, по новому вглядываясь, пытаясь понять, что еще изменилось в маме после визита Вилена Захаровича.

— Зина, я извинилась перед Русланом сейчас. — призналась дочери Алевтина. — Может, я иногда бываю не права, как ты думаешь? Дед Руслана странный очень, но мне кажется, что он очень положительный мужчина.

— Ох, мама… — Зина потеряла дар речи после признания мамы.

Вилен Захарович все дорогу домой, неустанно ворчал, что бестолковый Русик испортил всю «малину», ведь у него уже было все «на мази» с Алевтиной.

— Дед, объясни, что это сейчас было? Какого черта тебя понесло в больницу?

— Укрощение твоей будущей тещи, внучек. — как ни в чем не бывало, ответил Вилен. — Ты мне еще спасибо скажешь, оболтус, когда придет время.

— Что ты с ней сделал? Зомбировал? — уточнил подозрительно Руслан.

— Если надо будет, я на ней и женюсь! — пафосно заявил Вилен.

Он готов был пойти и на такую жертву ради благополучия внука. Только боялся, что у него «за три дня до смерти», как любил повторять сам Вилен, просто не хватит времени. Времени на то, чтобы снова зацвели цветы в душеньке Алевтиночки. Слишком сложный случай.

Руслан чуть не врезался в впереди едущую машину после неожиданного заявления деда.

— Я бы попросил тебя без экстрима.

— Русик, если все время делать, как ты «попросил», — передразнил его Вилен. — жизнь была бы тухлой и унылой, как прошлогодние носки, завалявшиеся за шкафом. Пыльные и затхлые.