Глава 15. Знакомство с драконом

Видя мужчину на дороге, одетого во что-то вроде плаща или странного тяжёлого пальто с золотом по краям (оно сверкает в темноте), спустя пару секунд Мур прячется за штору. Однако сразу же с любопытством и замиранием сердца от страха, осторожно выглядывает из своего укрытия.

И понимает, что незнакомец всё так же его видит.

Они застывают оба, не отводя друг от друга взгляда. Пока незнакомец (и за спиной его темноту пронзает ещё бОльшая темнота, похожая на… драконьи крылья) не поднимает руку в приветственном жесте.

Мур в нерешительности выходит из-за шторы и подтягивается на носочках, чтобы лучше его видеть. Прижимает ладошки к стеклу, прислоняется к нему лбом, и оно запотевает от его дыхания. Из-за чего приходится отстраниться и рукавом пижамы протереть его.

Но когда Мур снова вглядывается в окно, незнакомца уже не видит.

Отчего-то это пугает его сильнее и он, медленно, не отрывая от стекла взгляд, словно тот странный мужчина мог взлететь и оказаться прямо за ним, отступает всё дальше и дальше. И когда оказывается посреди комнаты, наконец, бросается к двери и громко зовёт отца.

Стас выходит из своей спальни практически сразу, взлохмаченный и заспанный, с тревогой на лице.

– Снова кошмары, малыш? – присаживается он на корточки и принимает Мура в свои объятия.

– Там кто-то был! – указывает тот в сторону своей комнаты, чем вызывает у отца тяжёлый, уставший вздох. И тут же исправляется, объясняя: – Это не был кошмар! Не кошмар!

– Милый, но ты ведь знаешь, что…

Но Мур перебивает его, а из глаз его брызжут злые слёзы:

– Верь мне! Ты никогда не веришь!

Стас замирает, прикрывая веки. А затем подхватывает его на руки и несёт к себе.

– Мы не будем повторять всё то же самое в новом месте. Я не пойду искать в твоей комнате монстров. Их там нет и всё тут. Договорились?

Слыша его тон, Мур не посмел спорить. Да и огорчать отца нехорошо… Стас надеялся на этот дом. А ещё сделал Муру подарок в виде картины с изображением мамы.

Поэтому мальчик кивает, обнимая его за шею, и подбородком утыкается в его плечо:

– Хорошо, папа…

Да и незнакомец всё-таки был на улице, а не в доме – рассудил Мур. И действительно казался нереальным, будто приснился ему. Иначе, как Мур мог разглядеть и длинные тёмные волосы, и странную одежду, и крылья в темноте с такой высоты?

Стас укладывает сынишку у себя, укрывает светлым, тёплым одеялом и ложиться рядом, после чего Мур тут же жмётся к его боку.

Вскоре они засыпают, но Мур не чувствует, будто спит. Хотя и понимает это.

Он оказывается во сне на улице у фонаря, рядом с тем местом, где видел незнакомца. И озирается по сторонам, ёжась… нет, не от холода, которого не ощущает, несмотря на прохладную ночь, пижаму и босые ноги.

– Страшно, – шепчет он и поднимает глаза, пытаясь отыскать ими окна своей квартиры.

Что у него не выходит, ведь к этому дому Мур ещё не привык. Но он знает, точно знает, что они выходят на эту сторону, поэтому можно сложить ладошки лодочкой и покричать в них, что есть мочи:

– Папочка! Папа!

– Тише, – раздаётся рядом слегка шипящий и проникновенный голос, и Тимур вздрагивает, втягивает в плечи голову, словно ожидая удара, но не рискуя обернуться. – Твой папа, – отчего-то звучит с насмешкой, – не услышит тебя.

– Он, – шумно сглотнув, всё же упрямо возражает Мур, – всегда меня услышит и спасёт.

– Правда? А мне показалось, он тебе даже не верит. Как часто ты жаловался ему на моих слуг, на странные сны, на то, что чувствуешь себя порой необычно и не можешь даже это объяснить?

Мур молчит в ответ. И видит, как по сторонам от него по земле ползёт темнота от крыльев дракона. Так, словно те вот-вот и сомкнуться на нём, а затем пойдут в ход и крепкие, острые когти…

– Знаешь, к слову, почему?

Мур медленно оборачивается. И чтобы взглянуть в лицо незнакомцу, приходится запрокинуть голову.

Хочется отпрянуть, но страх сковывает тело.

Он всхлипывает и отвечает:

– Почему?

– Ты чувствуешь себя странно, потому что человек лишь наполовину. Твоя мама – феникс. И не принадлежит этому миру.

 А ты… Всего лишь досадная ошибка. Которая мешает и ей, и мне.

– Ей? – моргает Мур непонимающе, и сердце замирает от тревоги.

– Да, то, что ты есть, мешает и ей.

– Ты врёшь! – вскрикивает Мур, сжимая ручки в кулаки. – Врёшь, лгун!

Незнакомец смеётся будто бы тепло и не злобно. Что сбивает Мура с толку и заставляет в недоумении склонить голову набок.

– Смелый малыш... Как тебя зовут?

– Мур… Тимур. А тебя? – он всё же отступает и с надеждой косится на окна дома.

Только вот жаль, но они не горят теплым золотом, а выглядят чёрными и глухими.

– Я Маир. И я пришёл в этот мир за тобой…