Глава 9

*Андрей*

Телефон на прикроватной тумбочке заголосил мелодией входящего звонка. Сбросив вызов, я отключил звук и аккуратно встал с кровати, стараясь не потревожить чуткий сон моей жены. Улыбка самопроизвольно вздернула уголки моих губ, а в душе сахарным сиропом растеклось чувственное наслаждение от понимания, что это навсегда.

Она моя!

После нашего совместного возвращения из столицы, куда я примчался вслед за ней, коря себя последними словами за то, что вообще разрешил ей улететь. Подумать она хотела? Да не вопрос, малыш, думай сколько угодно, но только рядом со мной.

Меня до сих пор потряхивает, когда в памяти всплывает ее перепуганный и такой несчастный голосок. А сердце сжимается от страха холодной волной, накатывавшей при одной лишь мысли: что бы было с ней, не позвони я в тот вечер. Помню, как неспокойно было на душе, как несколько раз порывался заказать билет и лететь за нею следом, но пресекал дурные мысли и погружался в дела, чтобы спустя полчаса вновь открывать сайт авиакомпании в поисках ближайшего рейса. Я и позвонил ей повторно, несмотря на поздний час и доводы разума о том, что Луиза, скорее всего, уже спит, потому что забронировал все-таки билет до столицы.

Прогнав мучительные воспоминания, я, наклонившись, поправил тонкое покрывало, прикрывая оголившуюся спину Лизи, и, не сдержавшись, оставил нежный поцелуй на ее плече.

— М-м-м-м… — сонно выдохнула она, не открывая глаз, повела плечом и прошептала «С добрым утром», — ласковая и томная как кошка в лучах весеннего солнышка. — Еще чуть-чуть, и я встану, — пробубнила она, затягиваемая обратно в объятия Морфея.

— Спи, малыш. — Я невесомо коснулся губами ее виска, вдыхая теплый аромат любимой.

Сглотнул желание и все-таки отправился в ванную. Бодрящий душ моментально прогнал зыбкий морок расслабляющего наваждения. Быстро одевшись и подхватив загудевший вновь телефон, вышел из спальни, неслышно прикрыв дверь за собой.

Через неделю у Лизи было запланировано небольшое дефиле для узкого круга приглашенных гостей. Это первый в ее жизни показ моделей одежды, придуманных ее богатой фантазией, из-за чего она неимоверно волновалась и вот уже которую ночь засиживалась допоздна в своей мастерской. Ее мы оборудовали в дальней части моего… нашего дома, который Лизи в шутку называла не иначе как «особняк».

— Слушаю тебя, — ответил я настойчивому абоненту.

— Доброе утро, Андрей Иванович! — раздался в динамике взволнованный голос моего помощника.

— Доброе, — ответил на приветствие, взглянув на наручные часы. Рабочий день еще не начался, и так рано он мог звонить только по крайне неотложным делам. — Все в порядке?

— Дело в том… — начал он, как-то неуверенно, — тут нестыковки небольшие… — Он замялся, чего за ним никогда не наблюдалось. — В общем, шатер не готов, его только доставили, а до сборщиков я не дозвонился…

— Так, — строго прервал его нервный трёп, — выдохни и дозванивайся. — Четкий приказ отрезвляет, и уже более решительно он заверил меня, что все будет на высшем уровне.

Наказав держать меня в курсе, отключил телефон и пошел в свой рабочий кабинет. До завтрака, который с недавних пор стал важным семейным ритуалом, впрочем, так же, как и ужин, было еще часа два. Проверю переписку с инвестором и подобью кое-какие вопросы, чтобы вечером освободиться пораньше.

Сегодня ровно полгода, как мы познакомились. И пусть Луиза, улыбаясь, всегда настаивала на том, что наше официальное знакомство состоялось второго января, я совершенно точно был уверен, что оно случилось раньше — еще в тот утомительный день, когда я, уставший и злой, столкнулся с моей «мышкой» в здании аэровокзала.

Да, я рыкнул, сорвался на неповинной милашке. Да, сделал поспешные выводы, мысленно приклеив ей ярлык. Но уже тогда она маленькой занозой вонзилась в мое сердце.

Мне казалось, что я выкинул ее из головы после того, как увидел с другим. Мне казалось, что она одна из многих, одинаковая и непримечательная — стандартная. Мне казалось… Мне все это лишь казалось.

Лизи неповторима! Одна на миллион. И она моя!

И в честь нашей маленькой даты я решил организовать нам романтический ужин на лоне природы, около небольшого пруда, в котором неспешно плавали лебеди. Закатный час, тихая музыка, шелест ветра, и лишь мы вдвоем.

И вновь телефонная трель вмешалась в размеренный ритм моих блуждающих мыслей.

— Кирилл! — Меня переполняло необъяснимое недовольство. — Что-то не так? — поинтересовался я у управляющего отелем, открытие которого планировалось на следующую неделю. И Луизин дебют должен был стать «изюминкой» вечера.

— Доброе утро, Андрей Иванович. У нас проблемы.

И я завис в телефонном разговоре на добрых полчаса, пытаясь одновременно: слушать перечисляемые управляющим недочеты в организации поставки и сборки оборудования, связываться по электронной почте с начальником отдела закупок и много чего еще, что должны были сделать специалисты моей корпорации.

Но последней каплей стала жалоба Кирилла на недочеты в сборках мебели, которые, если ты мужик с руками, можешь исправить и сам, тем более, раз такой аврал, но считаешь нужным донести до руководства.

— Слушай, Кирилл, да возьми ты инструменты и поправь, раз уж тебе это мешает работать! — предложил я ему выход из ситуации.

— Вы понимаете, Андрей Иванович, каждый должен выполнять то, за что он получает зарплату, — немного нудно стал приводить он свои доводы.

Бесспорно, это так, но бывают же в жизни исключения…

Он еще что-то доказывал, бубня противным монотонным голосом, а я потихоньку закипал. Черт! Я, главный акционер, основной держатель пакета акций всей корпорации, слушал жалобы на неправильно прикрученную полку и криво собранный стол и о том, что он, конечно, может и сам все исправить, но…

И это «но» стало катализатором моего посыла его, пусть и мысленно, но жестко.

— Я сказал: мне все равно, как ты избавишься от этой проблемы! Не можешь сам — обратись к Сизовых! — Надоело мне его заунывное брюзжание!

— К самому Ивану Архиповичу? — удивленно пролепетал управляющий, будто речь шла о великом зодчем времен эпохи Возрождения, а не о местном краснодеревщике, пусть и с золотыми руками.

Иван хорош в своем деле, и как-то я помог ему получить контракт на столярные работы при строительстве частного дома одного из местных чинуш. Ну и, как говорится, долг платежом красен. Вот пусть придет и разберется. Это по его части.

— Да, к тому самому. К Ивану Сизовых. Он мне должен, и пришло время этот долг возвращать.

Откинул аппарат и попробовал поработать.

— Доброе утро, милая1 — вновь поприветствовал свою жену, заходя в столовую спустя час после нервного разговора.

Поработать мне все же удалось, и я успокоился. А электронные сообщения от моего помощника с вложенными в них фотоотчетами того места, где планировался ужин, так и вовсе подняли настроение на нужный уровень.

Я подошел к Луизе, уже сидевшей за столом, и, встав за ее спиной, положил ладони на её тонкие плечи. Она немного нервно дернулась, затем замерла и все же откинулась спиной в мои объятия.

— Доброе, — тихо прошептала она и, запрокинув голову, потянулась за поцелуем.

— У тебя все хорошо? — поинтересовался я, нехотя отрываясь от ее податливых губ, и, обойдя небольшой обеденный стол, присел напротив.

— Да, — поспешно ответила она, опуская взгляд в стоящую перед ней тарелку с омлетом. — Просто… — начала она и замолчала, отложила вилку и взглянула на меня каким-то усталым и даже затравленным взглядом. В груди все сжалось от переживания.

— Лизи, — начал я, протянув к ней руки и сжав ее ладошки, — просто ты устала в своей гонке за идеальным показом. Расслабься, детка, отпусти. У тебя все получится, ты же у меня кутюрье от Бога. — Нервная улыбка искривила уголки ее сочных губ. — Отпусти ситуацию, — смотря ей в глаза, пытался хоть как-то успокоить и придать уверенности.

— Да, — выдохнула она, — наверно, ты прав.

— Мышка, я, конечно же, прав. И поэтому сегодня ты весь день отдыхаешь, а вечером тебя ждет сюрприз.

— Какой?

— Не скажу, — лукаво ухмыльнулся я и взялся за вилку. — Это же сюрприз.

Допытываться она не стала: знала, что все равно не расскажу. Мы принялись за поглощение аппетитного завтрака, периодически интересуясь планами друг друга на ближайшее время, обсуждая милую чушь, и вообще утро протекало в привычно-семейном ритме. Вот только изредка я натыкался на странный взгляд Луизы, бросаемый ею на меня, когда она думала, что я этого не замечу.

Мне не нравилось ее взвинченное состояние и вялое ковыряние вилкой в воздушном омлете.

— Таня вчера звонила, — проговорила она и взяла в руки чашку с чаем. Странно, она всегда предпочитала кофе.

— Угу, — кивнул я, особо не вникая в общение Луизы с этой взбалмошной мадам; меня оно особо не радовало, но я не лез, а лишь незаметно и чуть пристальнее уделял внимание их встречам.

— Мы договорились сегодня прогуляться. — Казалось, она прощупывала почву, медленно выдавая информацию.

— Хорошо, вот и отвлечешь, — одобрил я и добавил: — С тобой Артур поедет. — Артур был одним из охранников, отобранных Егором с особой тщательностью специально для такой работы.

Отельный бизнес в курортной зоне не совсем чист и безопасен. Я старался не влезать в разборки и максимально чисто вести свои дела, но конкуренты не гнушались любых возможностей в борьбе за лакомый кусок.

Намечавшееся открытие еще одного отеля, построенного на территории, за право на которую грызлись пара нечистоплотных претендентов. Новый проект, что я не так давно затеял с крупным столичным инвестором. Все это, да и вообще мои правила в ведении данного бизнеса, были многим как бельмо на глазу. За себя я не переживал, а вот за Луизу — очень.

Первое время она стойко сопротивлялась, но все же смирилась. И теперь без сопровождения за ворота нашего дома она не выходила. Луиза чуть сморщила носик, но согласно кивнула, приняв информацию к сведению.

— Люблю тебя. — Поднимаясь из-за стола, я вновь его обошёл, поцеловал жену в макушку, втягивая будораживший аромат ее сладкого тела.

— И я тебя.

Мне не понравилось ее настроение в это утро, но я списал все на усталость и нервозность перед презентацией коллекции, которую она готовила с такой любовью.

Быстро переодевшись, поцеловал на прощание Лизи и с неспокойным сердцем уехал в офис. Перед отъездом напомнил о вечернем сюрпризе.

— Буду ждать с нетерпением, — прошептала она и, крепко прижавшись, оплела руками мой торс и уткнулась носом в мою грудь.

В течение дня мы несколько раз созванивались, я проверял ее местонахождение, отображавшееся в специальной программе, закачанной спецами по айти-технологиям в мой телефон и тайно в телефон моей жены. Так было надежнее.

Ближе к обеду от Луизы пришло сообщение в мессенджер: «Собираемся с Таней в кино. До пяти буду не в сети. Не теряй. Люблю. Целую» — и море смайлов».

Вот, только вернувшись домой ближе к шести часам вечера, я был неприятно шокирован.

— Как?! Что значит — ее нигде нет?! — Злость вперемешку со страхом сжимала моё сердце огненными тисками. — Вас для чего наняли?! — орал я на спецов из службы безопасности. — Егор!

— Андрей, успокойся. — Невозмутимый и уверенный голос Егора нисколечко не успокоил, а лишь взбесил всех чертей, что разводили огонь под котлами для этих уродов, не уследивших за моей девочкой. — Мы делаем все возможное, чтобы понять, как и куда она пропала.

— «Успокойся»?! — возмущенно проорал я, а сердце сжималось от переживаний. — Егор, ты… — Нецензурная брань сыпалась на головы нерадивых сотрудников, и небесная кара ожидала их в моем лице. — Уволить, нахрен, всех!

— Андрей… — Очередная попытка усмирить мой гнев. — Если это похищение, должны предъявить требования. Пока тишина. Давай не пороть горячку. Может, она забыла о времени и гуляет где-то по магазинам.

Хорошо, если так все и окажется. Хорошо, если она просто ушла от охраны и скоро объявится дома, довольная и с ворохом покупок, а за ужином будет, смеясь, рассказывать мне, как обвела вокруг пальца спеца высшей категории. Только на это у меня и была надежда, таявшая, словно карамелька на солнце.

Но ни через час, ни через полтора на связь с нами никто не вышел. Требований не предъявил, а вышедшая на связь Татьяна удивленно сообщила, что вообще-то в данный момент она в столице и пробудет там до конца недели.

— А где Платон? — интересуюсь я у нее, не желая даже думать о том, что Луиза могла сбежать от меня.

— А я у него не работаю секретарем, — недовольно фыркнула она и добавила зло: — Тебе надо — ты звони и узнавай. Но если с моей подругой случилось что-то страшное, ты не жилец…

Ответ от парня был, как под копирку с нахальной стервой. Вот только их угрозы меня не пугали. А вот отсутствие какой-либо информации о местонахождении моей жены убивало чувством беспомощности.

Никогда еще в своей жизни я не ощущал себя настолько разбитым, подавленным и потерянным. Неизвестность убивала медленно, но уверенно, с каждой минутой, с каждой секундой вытягивая из меня тепло наших отношений и надежду на их продолжение.