ГЛАВА 40

– Мой эмир, я могу войти? – у двери его кабинета появляется Давия. Он не удивлён. Знал, что она придёт.

– Входи, – сев в кресло, поднёс к губам бокал с виски.

Давия шагнула к нему и застыла в одном шаге.

– Я рада тебя видеть, – улыбнулась нежно и с болью. Так, что если бы у него было сердце, то он непременно испытал бы сочувствие или стыд за пролитые ею слёзы. А так лишь жалость. Тупая и обречённая. Он давно ничего не чувствует к Давии. С тех пор, как она едва не убила Райхану. Он даровал Давии прощение, но не забыл об этом. И не забудет.

– Как ты? – спросил её, смерив тонкую фигуру пристальным взглядом. Она исхудала. Мало ест и не высыпается, о чём свидетельствуют синяки под глазами, которые она плохо скрыла косметикой.

– Я… Всё так же. Жду тебя каждый день. Иногда слышу по ночам твои шаги, открываю дверь, но тебя нет… Это сводит меня с ума.

– Вот я. Здесь. Говори, что хотела, – он и так знает, зачем она пришла, но дал возможность высказаться.

– Тебя долго не было, и я скучала. Мне очень тяжело об этом говорить, но…

– Что, Давия? Не молчи, – обжёг горло крепким напитком, сделав большой глоток. Поставил бокал на стол.

– Я чувствую себя одинокой. Мне так плохо без тебя. Я думала, ты простил меня и теперь я и она будем наравне. Но это не так. Ты снова с ней, а обо мне забыл. О нас… Скоро и я рожу тебе наследника. Так чем она лучше меня?

Задумался, посмотрев ей в глаза. Она права. Он обязан уделять время обеим жёнам. Но что делать, если Давию он просто не хочет, а по Райхане сходит с ума, как одичалый? Что с этим делать? Лгать себе и им? Зачем? После отдыха с Райханой он не видит в этом смысла. Для себя Халим уже всё понял. И решил.

– Займись пока фондом и перестань себя изводить. Ты сейчас отвечаешь за моего ребёнка, которого носишь в себе. Не заставляй меня отсылать тебя в другой дворец. Ты ведь этого не хочешь?

– Нет, мой эмир… Не хочу.

– Тогда прекрати всё это. Ты знала, что быть моей женой не будет просто. Но тем не менее согласилась. Сама. Ты могла отказаться, но не воспользовалась этой возможностью.

– Я не думала, что ты будешь лишать меня своей любви. Что второй жене ты подаришь весь мир, а обо мне забудешь. Я не была к этому готова. Потому что это несправедливо. Слышишь, Халим? Несправедливо. Я хочу получать всё, что получает она.

Подлив себе ещё виски, сделал глоток.

– Я не могу тебе ничего обещать. Ничего из того, о чём ты просишь. Ты получаешь больше драгоценностей чем она. У тебя есть главная должность в фонде. Ты носишь в себе моего ребёнка. Возможно, одного из наследников. У тебя есть всё, о чём могут мечтать тысячи женщин. Не требуй от меня большего. Я твой эмир и ты не можешь со мной спорить. Прими это как данность и перестань преследовать Райхану. Быть с ней – это мой выбор. Возможно, рано или поздно что-то изменится, но не сейчас.

В кабинете воцарилась тишина. Давия приблизилась на полшага, встав на колени, поцеловала его руку.

– Я буду ждать, мой эмир. Буду ждать, когда ты, наконец, вспомнишь обо мне. Когда придёшь и примешь в свои объятия. А до того я буду оставаться тебе верной. Я люблю тебя.

– Встань, Давия. Я тебя услышал. Услышь и ты меня.

– Хорошо. Хорошо, мой эмир, – она подняла глаза, полные слёз и в душе снова шевельнулась жалость. – Я всё поняла. Я ухожу.

Осадок после разговора с первой женой остался неприятный. Он действительно не может развестись с ней сейчас. Это неприемлемо. Но и держать её в стороне, пока балует Райхану – тоже кажется невозможным. Нужно сделать перерыв. Отдохнуть от всего и всех. Рассмотреть некоторые законы, принятые дедом и отцом, и решить, как быть дальше.

Велел позвать Райхану, и та вошла через две минуты. Бегом, что ли, мчалась?

– Мой эмир? – посмотрела в его глаза, и он усмехнулся. Пожалуй, за это он её и полюбил. За твёрдость характера, за гордость. Никто прежде не смел смотреть ему в глаза.

– Проходи, – кивнул ей на диван. – Хочешь вина?

– Нет. Спасибо, – она сцепила руки в замок, ожидая того, что он скажет дальше.

– Я должен уехать на несколько дней. Возможно, на неделю или даже две. По видимым причинам я не могу оставить главной здесь ни тебя, ни Давию. Поэтому выбрал Саадат. Уверен, она справится. Если же нет – у тебя есть мой телефон.

– Хорошо, – Райхана заметно поникла, опустились плечи. – Как скажешь.

– А теперь принеси мне моего сына, хочу увидеть его перед отъездом.