Глава 20

Виктор Подвожу Рапунцель к машине, распахиваю перед ней дверь. – Домой. Она застывает. Смотрит на меня так, будто ждёт, что я сейчас сяду рядом. Что скажу хоть что-то. Объясню, какого чёрта между нами только что произошло. Не скажу. Потому что сам не уверен, что смогу остановиться, если снова окажусь с ней в одной машине. Губы Малики чуть приоткрываются, но вопроса я так и не слышу. Она только коротко кивает и забирается на заднее сиденье. И правильно. Хватит с нас одного срыва за вечер. Наклоняюсь к водителю. – До дома. Проводишь до квартиры и позвонишь мне. – Понял. Захлопываю дверцу и отступаю. Машина мягко трогается с места. Увозит её. От поцелуя, который не должен был случиться. От меня самого. Провожу ладонью по лицу и решаю дойти до офиса пешком. Надо проветрить голову. Вернуть на место мозги. Вспомнить, ради чего вообще затевалась эта помолвка. Только выходит паршиво. Я всё ещё чувствую вкус её губ. Всё ещё помню, как она прижималась ко мне, как отвечала на поцелуй, будто между нами давно уже не осталось никакой игры. Чёрт. До офиса дохожу на автомате. Документы, цифры – единственное, что обычно помогает держать контроль. Телефон вибрирует, едва я переступаю порог. Прочитать сообщение не успеваю. Звонит водитель. – Виктор Ярославович, Малика Алексеевна дома. – Благодарю. Свободен на сегодня. Открываю сообщения. Непрочитанное от службы безопасности: “Заказ цветов оформлен с левого номера. Оплачен с краденой карты. Камеры на вашем этаже сегодня не работали.” Смотрю на экран несколько секунд, потом набираю начальника службы безопасности. – Докладывай. – Пока всё в рамках первого сообщения, – отзывается он сразу. – Заказ оформлен грамотно. Следы подчистили. Но камеры на этаже точно легли не случайно. – Значит, у нас крыса. – Похоже на то. Сжимаю телефон крепче. Слишком много совпадений за один день: букет с запиской, чужая осведомлённость. Теперь у меня под носом кто-то сделал слепую зону. На моём этаже. И как долго не работали камеры? Точнее, не так. Как часто их отключали? Сколько инфы о сделках утекло конкурентам? – Поднимай всех, кто имел доступ к этажу, кабинету и моему графику. – Уже работаем. Сбрасываю вызов и заставляю себя сесть за стол. Ноутбук. Почта. Документы. Через десять минут понимаю, что уже в третий раз читаю один и тот же абзац и не вижу ни слова. Потому что думаю не о предстоящей сделке. А о Малике. О том, как она смотрела на меня после поцелуя. Не испуганно. Не растерянно. Будто сама не поняла, в какой момент между нами всё стало слишком настоящим. Чёрт. Резко закрываю ноутбук. Работа сегодня не спасает, а трусливо отсиживаться в офисе я не собираюсь. Из офиса выхожу уже за полночь. Город выдохся. Дороги пустеют. Свет в окнах редеет. А у меня внутри всё ещё слишком шумно. Добираюсь до дома слишком быстро, не успеваю подготовиться к новой встрече с Маликой. Хотя, может, мне повезёт и Рапунцель давно спит? В квартире темно. Стягиваю кожаную куртку, кидаю на пуфик у двери. Ослабляю галстук, уже собираюсь пройти в кабинет, когда замечаю полоску тёплого света на кухне. Не спит. Меняю направление и иду на кухню. К ней. Захожу и замираю на пороге. Малика стоит у столешницы в тонкой домашней футболке с распущенными волосами и медленно пьёт воду из стакана. Услышав шаги, поворачивает голову. Несколько секунд мы просто смотрим друг на друга. – Почему не спишь? – первым нарушаю тишину. Она ставит стакан на стол. – А ты где был? Голос ровный, но глаза… В них так много огня. – В офисе. Работал. Малика недовольно поджимает губы. Не верит? Я не должен ничего объяснять, но всё равно иду к ней. Чувствую тепло её тела. Тонкий цветочный запах её шампуня. – Это был единственный способ не натворить ещё больше глупостей, – говорю честно, глядя прямо ей в глаза. – Рапунцель… – Значит, глупость? – нотки злости прорываются наружу. Вторая ошибка за вечер: мне не надо было заходить на кухню. Один неверный шаг. Одно неосторожное слово – и я рискую снова перейти черту. – Иди спать, Малика, – выдыхаю жёстче, чем хотел. Она делает шаг ко мне, вместо того чтобы отступить. – Нет. Сначала ответь. Ты сбежал, потому что пожалел? Это бьёт точнее, чем должно. Смотрю на неё сверху вниз и чувствую, как внутри снова всё натягивается до предела. – Я сбежал, – говорю медленно, – потому что, если бы остался рядом, на одном поцелуе мы бы не остановились. Тишина между нами становится густой. Живой. Опасной. Она приоткрывает губы и этого хватает, чтобы во рту снова стало сухо. Я уже почти подаюсь к ней, когда телефон в кармане вибрирует. Ругательство срывается само. Малика моргает, будто тоже только сейчас вспоминает, где мы и что вообще делаем. Я достаю телефон, даже не глядя на экран. Зато Малика цепляется за него взглядом. Хмыкает с раздражением. – Спокойной ночи, Виктор Ярославович. Малика уходит с гордо поднятой головой. А я смотрю на экран: Лиза. Прекрасно. Только Лизы мне сейчас не хватало.