Глава 39. Юстина

В роддоме мне было хорошо. Там были стены, дающие пусть и мнимую, но безопасность. Там была Катя с маленькой Юстиной. Наконец, там очень вкусно тушили капусту. Но тем не менее, я была рада оказаться на свежем воздухе — больше недели не была на улице. Я шагала надвинув на лицо капюшон. Косить под мальчика было уже зряшной идеей — двадцать две недели моей беременности четко давали это понять. Живот не был огромным, но он был и упрямо торчал вперёд. А может, я излишне переживала? Может, заметно только мне? Я села в маршрутку, чтобы добраться до другого района и парнишка поднялся с сиденья, уступая мне место.

Понятно, подумала я. Живот заметен. Нужно пересчитать оставшиеся деньги и купить толстовку большего размера. Скорее бы похолодало, тогда можно будет надеть пальто или пуховик.

— На которые у меня нет денег, — сказала я вслух.

Бабушка с соседнего сидения покосилась на меня подозрительно. Я доехала почти до центра, в центр соваться я боялась. Села на лавочку. Что делать? У меня почти нет денег, единственный способ выжить это обратиться за помощью к отцу. Но как сделать это так, чтобы меня не перехватил Мартин?

Напротив меня была кофейня. Незнакомая, раньше я посещала более дорогие места. Да и вообще фанатом сладкого не являлась. Но сейчас — хотелось до дрожи куска чизкейка и хорошего кофе. Я столько себе отказывала во всем. Я несколько месяцев в бегах. И я — решилась. Поднялась и решительным шагом вошла в кофейню.

Место заняла в уголке, чтобы не привлекать внимания. Долго изучала поданное меню. Хотелось всего и сразу, но бюджет крайне ограничен.

— Чизкейк с малиной и самый элементарный капучино, — наконец попросила я.

Кофе был средним, но все же ароматным и горячим. Вот чизкейк таял на языке и был украшен свежими ягодами малины. Я ела его крошечными кусочками, стараясь растянуть удовольствие по максимуму и делала маленькие глотки кофе. Я уже доедала, когда увидела остановившееся на парковке дорогое авто. Нет, я не подумала, что это Мартин — чтобы ему тут делать? Машина посреди бюджетных автомобилей выглядела так странно, что я продолжила наблюдение за ней. Наконец, водительская дверца распахнулась, и из машины вышел мужчина. Знакомый мне. Я напрягла память — Андрей. Андрей Тихонов. Он был на вечеринке Мартина, но он не являлся его другом. А вот с отцом они дружили, это я помнила с детства. Стоит ли рисковать? С другой стороны, второго такого шанса может и не представиться, я помнила, как сложно и страшно было выслеживать Белку. Да и денег у меня нет почти. Я еще не приняла решение, но уже расплатилась по счету и вышла. Остановилась в дверях. Мужчина курил и говорил по телефону.

— Какого хера? — агрессивно рычал он в трубку. — Ты понимаешь, что они наебывают нас? Хватит, я сказал, все. Да ты только попробуй, блядь!

Он сбросил звонок, еще раз раздражённо затянулся. Посмотрел на кофейню, но похоже она его не устроила, потянул на себя дверцу авто, готовясь уехать исчезая из моей жизни и унося с собой единственный шанс связаться с отцом.

— Андрей! — крикнула я.

Он вскинул взгляд не узнавая меня.

— Какого хера тебе надо? — спросил он. — Откуда меня знаешь?

А потом — узнал. Сделал ко мне несколько шагов, а я паниковала, понимая что импульсивно совершила ошибку.

— Юстина… Юстина, бог мой! Тебя все потеряли! Ты цела?

Схватил меня за плечи, внимательно осматривая лицо.

— Цела, — ответила я.

Он отпустил меня и сделал шаг назад. И тогда увидел мой живот.

— Охуеть… Прости детка. Ты от него беременна? Хотя да, конечно же от него. Я помогу тебе, садись в машину.

И буквально потащил меня к ней. Запихнул на заднее сиденье, объяснив это тем, что сзади стекла затонированы. Я растерялась от такого напора и порядком испугалась.

— Если вы хотите мне помочь, — сказала я. — Можете просто дать мне денег. Отец вам вернёт. Да, это будет лучше всего.

— Нет детка! Как я могу оставить тебя беременную одну на улице!

— Я так несколько месяцев живу, — ответила я. — Куда вы меня везёте?

Автомобиль уже тронулся, запетлял по узким улочкам. Паника во мне все нарастала.

— Домой нельзя. К отцу нельзя. Пока отвезу тебя на дачу, а там уже решим. Не бойся, я тебя не обижу.

Я еще помнила те масляные взгляды, которыми он меня награждал тогда. Хотя сейчас, в этом своем виде я не могу разбудить в ком-либо похоть. Мне оставалось только одно — довериться ему, прыгнуть из машины на ходу я не могла.

Мы выехали из города. Слава Богу не в направлении дома Мартина, но это ни о чем не говорило. Он мог связаться с ним по телефону.

— Мой отец заплатит вам больше, чем Мартин.

На самом деле я не была уверена в этом. Отец показал свою полную неспособность решать такого рода проблемы бросив меня буквально на растерзание. Я больше не верила даже отцу.

— Детка, выбрось эти мысли из головы, даже думать не смей, я не отдам тебя этому чудовищу.

— Позвоните отцу.

— Звонки могут отслеживаться. Действовать надо аккуратно.

Мы въехали в коттеджный поселок. Охраняемый, солидный. Затем во двор одного из домов. Высокий, под три метра забор, все в стиле Мартина. На участке — красивый двухэтажный дом. Андрей отпер дверь и провел меня внутрь.

— Как ты себя чувствуешь, тебе нужен врач?

— Нет, я недавно обследовалась.

— Хорошо. Я уеду сейчас в город, так нужно. Оставайся здесь и не волнуйся. Здесь есть все необходимое, холодильник заполнен. Я вернусь завтра, хорошо? Не переживай.

— Мне это не нравится.

— Иного выхода нет, я не могу так сразу связаться с твоим отцом, это привлечет внимание. Завтра вернусь. Тебе нужно что-нибудь?

Я задумалась. Мои вещи уже не сходились на животе, джинсы в больнице я подвязала куском бечевки, они уже не застёгивались.

— Немного одежды, если можно. Не дорогой, самой обычной и достаточно просторной.

Я даже сама не знала, какой у меня сейчас размер, это раньше я гордо носила XS. Андрей снова посмотрел на мой живот.

— Хорошо. Тебя здесь никто не тронет, оставайся.

Он сел в машину и уехал. Ворота за ним закрылись. Я опытным взглядом осмотрела забор — не под напряжением, но это гладкий голый бетон, а я уже основательно беременна. Мне не перелезть. Я сразу почувствовала себя снова запертой в клетке.

— Остается только ждать, — мрачно сказала я и вернулась в дом.