Глава 57

Солнечный осенний день в парке наполнил воздух теплом и свежестью. Лео выбрал для прогулки один из самых красивых уголков города — парк с вековыми деревьями и изящными скульптурами.

Тот парк, где меня ударили по голове, но не будем напоминать об этом.

— Помнишь, как мы здесь гуляли? — неожиданно спросил Лео, останавливаясь у пруда с утками.

Я замерла, чувствуя, как сердце забилось чаще.

— Да, — тихо ответила я. — Это было чудесное время.

Лео улыбнулся, словно что-то вспоминая.

— Кажется, тогда была Адель… Она кормила уток, а ты смеялась над тем, как она пыталась их поймать.

Я не могла поверить своим ушам.

— Да, это было именно так! — радостно подхватила я. — А потом ты поднял её на руки, и она так смеялась…

Лео задумчиво посмотрел на пруд.

— Мне кажется, я начинаю что-то вспоминать… Словно обрывки сна.

Мы медленно шли по аллее, держась за руки. Дети играли на площадке, и Адель, увидев детей и мыльные пузыри, тут же захотела присоединиться к веселью.

— Папочка, мамочка, можно я побегаю? — её глаза светятся от предвкушения.

Вижу, что Лео уже хочет что-то сказать. Наверное, что ей не по статусу так веселиться, но я опережаю его.

— Конечно, солнышко, — улыбаюсь я, наблюдая, как она тут же бежит к другим детям.

После прогулки мы зашли в уютное кафе, где подавали лучшее мороженое в городе. Официант принес три порции — клубничное для Адель, шоколадное для меня и фисташковое для Лео.

— А помнишь, как мы впервые попробовали мороженое? — спросила я, отламывая ложечкой кусочек.

Лео на мгновение замер.

— Кажется, да… Я тогда боялся, что Адель заболеет.

— А сейчас не боишься? — щурюсь я. Ведь я тогда провела обширную лекцию на тему “ангины”. Ну в общем, на тему того, что горло от мороженного не заболит если есть аккуратно, чуть подтаявшим и не килограммами.

— Не знаю почему, но не боюсь.

Мы провели в парке и кафе почти весь день. А вечером меня ждал подарок.

Лео достал небольшую коробочку.

— Это тебе, — он открыл её, показывая изящные серьги с мелкими бриллиантами. — Я хотел подарить их давно, но не могу вспомнить когда.

— Я думала, это украшения твоей первой жены, — нервно смотрю на украшения. Я видела их в сейфе, когда забирала документы на таверну.

— Нет. Все украшения первой жены находятся у ее родителей, — хмурится Лео. — Тебе не нравится?

Протягиваю руку и целую его в уголок губы.

— Прости. Я не знала. Просто я их видела в сейфе, когда тебя не было.

— Нет, я точно не помню когда их приобрел, а значит для тебя, — теперь уже хмурится и муж. — Не для Аделаиды. А хотя, давай отдадим их маме, а тебе завтра купим новые!

— Нет, нет! Мне нравится! Я верю, правда. Помоги мне надеть их.

Лео осторожно надевает серьги, его пальцы слегка дрожат.

— Знаешь, — прошептал он, глядя мне в глаза, — я чувствую, что память возвращается ко мне кусочками. Словно мозаика, которая постепенно складывается.

Я обняла его, прижимаясь ближе.

— Главное, что ты со мной. И что мы вместе.

К черту все! Последние несколько дней я поняла, что простила его. Не хочу возвращаться к кошмару, который устроила для нас Аделаида. Иначе, она победит! И не важно с ней будет Лео или нет. Важно, что со мной не будет! А значит победит!

В этот момент в комнату вбежала Адель.

— Мама, папа! — она запыхалась, видимо, бежала издалека. — Там в саду такие красивые звёзды! Пойдём посмотрим!

Лео улыбнулся, глядя на дочь.

— Пойдём, — согласился он. — Только накинь шаль, милая.

Мы вышли в сад. Ночной воздух был прохладным и свежим. Лео накинул на меня свой сюртук, а Адель укутал в тёплую шаль.

Сегодня тут не было обогревающих артефактов.

— Смотри, мамочка! — Адель указывает на небо. — Вон та звезда похожа на тебя! А эта — на папу!

Лео наклоняется к дочери:

— А почему ты решила, что эта звезда похожа на нашу мамочку?

— Потому что она самая яркая! — серьезно отвечает моя девочка.

Мы рассмеялись, и в этот момент я почувствовала, как что-то тёплое разливается в груди. Это было счастье — настоящее, искреннее.

Позже, когда Адель уснула, мы с Лео остались на террасе.

— Знаешь, — тихо сказал он, — я помню ещё кое-что. Помню, как ты учила Адель читать. И как она стала называть тебя мамочкой.

Я прижалась к его плечу. Улыбаюсь. Не буду рассказывать ему, как чуть не утонула ныряя за Адель в реку.

— Это были самые счастливые моменты моей жизни.

— А теперь, — он взял мою руку, — у нас будет ещё больше таких моментов. С нашим малышом.

Я подняла глаза на него:

— Ты уже думал о том, как назовём ребёнка?

— Если будет мальчик — придумывай сама. А если девочка… может, Вероника?

Я улыбнулась, чувствуя, как слезы счастья наворачиваются на глаза.

— Мне нравится. Очень нравится.

В этот момент я поняла — неважно, что было в прошлом. Главное — наше настоящее и будущее, вопреки планам Аделаиды.

А память… она обязательно вернётся. Ведь любовь — это не только воспоминания, это ещё и настоящее, и будущее.

— Я люблю тебя, Николь. Правда, — словно читая мои мысли, произносит муж. — Заново влюбился.

— Надеюсь больше ты этого не забудешь? — смеюсь я. — А то я тебя запру в подвале, пока снова не влюбишься!